Желание

Паника охватила Канако. Она судорожно пыталась растрясти подругу, но та не реагировала ни на что. Боясь худшего, Канако взглянула в лицо Эстер. И спокойно мерцающая в ровном ритме корона над её головой, наконец, успокоила и замершее в ужасе сердце лисицы. – Канако!!! – Раздались из-за спины крики Элис и Марка. – Эстер!.. – хриплый голос донёсся сверху. Канако всё ещё держала подругу на руках и гладила её красивые светло-серые волосы. К ним уже подбежали её верные друзья, тут же упав на колени рядом с ними, в панике пытаясь понять, что случилось и кому из их подруг больше нужна помощь. Канако улыбнулась. Она была счастлива видеть их лица рядом. – Что случилось? Я как будто на перемотке всё увидел!!! – воскликнул Марк, положив ладонь на плечо Канако и взволнованно заглянув ей в лицо, – вообще не понял, что произошло! – Господи, Эстер! – Элис опустилась рядом и коснулась шеи лежащей на коленях у Канако подруги. – С ней всё должно быть в порядке. Просто нужно дать ей отдохнуть, – произнесла Канако, подняв взгляд и заглянув в лиловые глазницы нависшего над ними рогатого черепа. – Я наволновался, кажется, на две своих жизни вперёд, – произнёс Август дрожащим голосом. Его покачивало, то ли от волнения, то ли от слабости, однако, несмотря на это, он всё так же твёрдо держался на ногах, – Вы не представляете, как я рад, что все целы! Канако едва сдержалась от того, чтобы взмыть вверх и обнять его со всей силы так же, как и Эстер только что, однако она лишь выдохнула, припася свои чувства на потом. – Август, дружище! – Марк же, напротив, не сдерживался, распластавшись по броне Императора, – ты на ногах стоишь! Боже мой, может быть этот мир и правда… – Нет, Марк, увы. Дело не в магии, хотя, отчасти и в ней, однако… – он снял с лица маску. Мертвецки бледная кожа казалось почти белой в слабом свете. Но его глаза всё так же сверкали. В них горело неудержимое пламя жизни. – Дело в силе Айсвингов. В силе семьи… Для меня Айсвинги всегда были больше, чем просто мои родные, – он обнял друга. Элис же, поднявшись, положила руку ему на плечо и разразилась искренней улыбкой. – Получается, мы теперь тоже часть императорской семьи? – Всегда были, – усмехнулся в ответ Август. – Как приятно это слышать! – Канако осторожно положила голову Эстер на снятую с себя и сложенную в несколько раз, мантию, и наконец поднялась в полный рост. Её бурая шерсть казалось тёмной, почти чёрной. Поправив тканевую рубашку, она приблизилась к замершему Императору так близко, что он ощутил её дыхание на своём лице. Марк и Элис тут же расступились перед ней. – Я знаю, что ты не очень хотел… – Хотел. Но боялся, что, когда меня не станет, ты останешься одна с разбитым сердцем, – Август потупил взгляд, но Канако, коснувшись его подбородка, снова захватила внимание Императора. – Я поняла. Ещё тогда, хоть ты и сделал вид, что ко мне безразличен. Но если бы это было правдой, ты не пытался бы этого делать, поэтому я нисколько не обижена!.. Канако металась пару мгновений, но затем всё таки отпустила Августа, легонько хихикнув . – Не смущай монарха, дорогая! – Элис прикрыла рот одной из ладоней и тихо хихикнула. – он только встал со своей табуретки, а ты его сейчас снова уложишь! Кто их обоих выносить будет? – Как ни будь дотащим, особенно если снять броню, – Канако снова посмотрела на Августа и в её изумрудных глазах отразился игривый огонёк. Она хихикнула снова. – А фонтан-то далеко? – спросил Марк, пытаясь скрыть смущение от увиденного. – Нет, буквально на следующем… Этаже? Я не совсем уверен, что мы всё ещё в замке, – ответил Август, отстранившись от Канако. Его взгляд вдруг забегал по залу. – Берите Эсти и просто встаньте на ту же плиту, с которой прибыли. Я кое-что сделаю и догоню вас. – Ты уверен? Я, честно говоря, боюсь оставлять тебя одного! – спросила Канако. – Уверен, – Август ответил твёрдо, рассеяв любые возражения. – Идите! – Слушаюсь, ваше величество! – Ехидно улыбнулась Канако и осторожно подняла с земли бессознательную подругу. Элис тут же подняла с пола, отряхнула и накинула на лисицу её одежду. – Здесь довольно холодно, дорогая, ни дай бог простудишься! – заботливо сказала она, взяв за руку зазевавшегося Марка, – Идёмте! Вчетвером они встали на платформу и, окружённые лиловым светом, унеслись ввысь, до последнего наблюдая за Августом. Тот проводил их взглядом, и улыбка сошла с его лица. Здесь и правда стало очень холодно… – Я знаю что ты здесь. Августу не нужно было оборачиваться. Он много раз чувствовал на себе Ее холодный взгляд и прекрасно знал, что увидит за спиной. – Я всегда здесь... – бесцветным голосом ответила Серая Лань. – Ты все слышала уже много раз и все знаешь. Зачем ты здесь СЕЙЧАС? – А что если время пришло? – голос ни на тон не поменялся, но Август отчетливо слышал смех в своей голове... – Тогда ты бы не разговаривала со мной, а забрала сразу. – Откуда такая уверенность? Август усмехнулся и наконец обернулся, чтобы посмотреть в ее мертвые пустые глаза. – Потому что иначе тебе пришлось бы сразится со мной! – Заманчиво... Возможно я так и поступлю... Однажды... Лань в мгновение ока переместилась на расстояние вытянутой руки. Август даже не моргнул, продолжая смотреть ей в лицо... – Ты мне нравишься, Август. Твое чувство прекрасного впечатляет. Я и не думала, что ты видишь меня такой красивой! Пепельная шкура местами осыпалась, обнажив кости. – Возможно, я стану твоей новой любовью однажды, кто знает? – До Канако тебе далеко. – Ты просто еще плохо меня знаешь! Впрочем, это поправимо... – Ты уже несколько лет только и делаешь, что ходишь вокруг до около. Может, хоть раз перейдем к делу? – Август отодвинул плащ и положил руку на холодную рукоять меча, мгновенно раскалившуюся, едва его пальцы коснулись её. – Я лишь пришла поговорить, а он сразу за свои игрушки... Мальчишки...! Лань обошла Августа вокруг, легонько задев. Августу показалось, что даже сквозь броню он почувствовал ее безумный холод. – Обычно я так не делаю, но... Вам удалось меня впечатлить... Снова. Айсвинги – мои любимчики, воистину! Вы всегда тянетесь друг к другу, всегда вместе... И готовы на что угодно ради тех, кем дорожите! – Она снова предстала перед ним. – Я не зла, Август. Я лишь делаю то, что обязана делать. И несмотря на это... Я хочу видеть, что с вами случится дальше. Хочу и дальше наслаждаться прекрасными нитями ваших судеб. Поэтому... Я сделаю вид что твои часы не пробили полночь. Прямо сейчас вся твоя семья, все твои друзья – все готовы сотрясти мир до основания, лишь бы спасти тебя. Скоро ты поймёшь, о чем я. И я позволяю им делать это, Август. Вы доказали своё право на этот маленький дар. Здесь мы с тобой и прощаемся... Но помни... Она внезапно прижалась лбом к лицу Августа, однако в этот раз никакого холода он уже не ощутил. – Я всегда буду рядом, Август Айсвинг. Всегда. Не трать мой дар впустую! – Август, ты как тут? – голос Канако вывел его из транса. Она вернулась в тронный зал, всё ещё беспокоясь за него. – Ты что, уснул? – спросила она, подойдя и легонько погладив по плечу, – ты чего такой холодный? – Все в порядке, Канако, я просто немного... Увяз взглядом в красоте увиденного... Он усмехнулся. – Пойдем, нам пора, – произнес он, прикрыв глаза и увлек Канако за собой, направившись к лифту. Фонтан, даже по меркам невероятного и волшебного тёмного мира казался Канако чем-то чуждым и неестественным. Его холодное свечение наполняло небольшой зал, в котором их с Августом уже ждали Марк и Элис, которая держала на руках Эстер. – Все хорошо? – спросила Элизабет, глядя на них. Канако быстро кивнула. – Ну-с, давай. Как его закрыть? От нас что-то требуется? – спросила она, посмотрев на Августа. – Нет, достаточно лишь одного меня. – Император подошёл к искрящемуся потоку чистой энергии и заглянул в его текучую изменчивую сущность, будто бы собираясь с силами. – Признаться честно, мне будет нехватать этого места, – грустно произнёс Марк, – Да, оно мрачное, страшное, жуткое, опасное, но… но при этом такое сказочно-душевное!.. – Да, этот мир был прекрасен в своей темной эстетике, – Элис печально улыбнулась, – по крайней мере у нас ещё будет возможность встретится с ним в игре, которую Август нам обязательно покажет! – Хоть сегодня, – пробормотал тот, а затем, покачнувшись, развёл руки. Канако, следившая за ним всё это время, готова была поклясться, что перед яркой вспышкой непривычного белого света, положившей конец миру Тёмной Империи, она увидела, как из груди Августа вырывалась яркая фиолетовая искра…