Очень назойливая журналистка

Рита Скитер пятый час билась над статьёй о первом испытании Турнира.

Пергамент перед ней оставался нарочито чистым, если не считать нескольких яростных клякс, оставленных её пером. Обычно слова лились на бумагу сами — язвительные, колкие, с лёгким налётом яда. Но сегодня... Сегодня она пятый раз зачёркивала фразу "Виктор Крам продемонстрировал впечатляющую безрассудность" и заменяла её на "Виктор Крам проявил неожиданную изобретательность". — Да что это за чертовщина?! — Рита швырнула перо в стену, где оно застряло рядом с портретом какого-то сонного волшебника. Тот открыл один глаз и пробормотал: — Может, тебе просто нравится этот дурмстранжец? — Заткнись, Артур! — рявкнула Рита. — Ты умер в 1673 году, твоё мнение никого не интересует! Портрет обиженно надулся и развернулся к ней спиной.

***

В дверь постучали. Прежде чем Рита успела ответить, в комнату влетела Гермиона Грейнджер с кипой книг в руках. — Я принесла справочники по драконоведению, если ты вдруг решила писать объективную статью, — заявила она, бросая фолианты на стол с таким грохотом, что Рита дёрнулась. — Во-первых, кто тебя звал? — Рита прищурилась. — Во-вторых, я всегда объективна. — Конечно, — Гермиона сладко улыбнулась. — Как в той статье, где ты написала, что профессор Люпин превращается в волка из-за "неумеренного потребления лунного сидра"? Рита открыла рот для язвительного ответа, но в этот момент в дверях появился Самый Раздражающий Человек На Свете — Барнаби Личворм из "Ежедневного пророка". — О, Скитер! — он ухмыльнулся. — Я уже отправил свою статью. Полстраницы про то, как Крам чуть не спалил трибуны. Босс в восторге!

Рита почувствовала, как в груди закипает что-то тёмное и опасное.

— Личворм, — сказала она неестественно спокойно. — Если ты не исчезнешь в течение трёх секунд, я напишу расследование о том, как ты подменяешь волшебные чернила дешёвой мазутной краской. И приложу фото. Лицо Барнаби побелело. Он исчез так быстро, что оставил после себя дымящиеся следы. Гермиона подняла бровь: — Это ведь неправда? — Кто знает, — Рита зловеще улыбнулась. — Но теперь он будет бояться проверить.

***

Когда Гермиона наконец ушла, не без язвительного напоминания, что "если тебе нужна помощь с фактами, я всегда рядом", Рита снова осталась наедине с пустым пергаментом. — Ненавижу всё, — прошептала она, уткнувшись лбом в стол. — Ты выглядишь так, будто сражалась с драконом, а не писала о нём. Рита резко подняла голову. В дверях стоял Виктор Крам, держа в руках две кружки дымящегося какао. — Как ты... — она осеклась. — Знаешь что? Мне плевать. Просто дай. Она схватила кружку и сделала большой глоток. Горячий шоколад оказался идеальным — не слишком сладким, с лёгкой горчинкой и намёком на корицу. — Ты что, колдуешь и над напитками тоже? — буркнула она. Виктор сел напротив, его глаза блестели от смеха. — Я просто заметил, что ты не появлялась в столовой. Решил, что ты слишком занята... — он заглянул в её абсолютно чистый пергамент, — ...ничегонеделанием. Рита хотела рассердиться, но вдруг почувствовала, как углы её губ предательски дёргаются. — Я не могу написать эту чёртову статью, — неожиданно вырвалось у неё. — Потому что? — Потому что ты был... — она замялась, — ...чертовски хорош.

Тишина.

Портрет Артура на стене медпенно развернулся, чтобы посмотреть на них. Виктор улыбнулся — медленно, как будто раскусил какую-то её тайну. — Это проблема? — Да! — Рита вскочила. — Я — Рита Скитер! Я делаю карьеру на том, что разоблачаю людей! А ты... ты... — Испортил твой стиль? — Ты заставил меня усомниться во всём!

Она не ожидала, что скажет это вслух.

***

Виктор вдруг стал серьёзным.

— Может, ты просто наконец пишешь правду?

Рита замерла.

Правда.

Её правда была такой:

Она кричала, когда он прыгнул навстречу дракону.

Она не дышала, пока он не схватил яйцо.

И да, она написала черновик статьи, где назвала его "самым талантливым игроком, которого она когда-либо видела"... и потом сожгла его, потому что это звучало как признание в любви от первокурсницы. — Я не знаю, как это написать, — тихо сказала она. Виктор встал, обошёл стол и взял её руку. — Тогда не пиши, — прошептал он. — Просто скажи мне.

И в этот момент Рита поняла, что проиграла.

Но почему-то это не чувствовалось как поражение.

***

На следующее утро в "Ежедневном пророке" вышла статья Риты Скитер под заголовком:

"Первое испытание: драконы, драма и неожиданные результаты"

Она была... объективной.

А в самом конце, мелким шрифтом, стояло:

"P.S. Крам — не идиот. Но это между нами."

Гермиона Грейнджер, прочитав статью, уронила чашку. — Она что, влюбилась?! А высоко в дурмстрангской башне один чемпион перечитывал последнюю строчку с улыбкой, которая не сходила с его лица уже целый час.