Venom or Valor

Гарри выбежал за дверь так быстро, что ему пришлось сначала вернуться за кошельком, а затем, пройдя половину улицы, снова вернуться, чтобы оставить дома свою волшебную палочку. Почему он думал, что будет единственным, что в конечном итоге исчезнет из временной шкалы? Палочка Гарри была сильно обожжена, когда он прибыл в это время. Это означало, что Олливандер находился в процессе ее изготовления, но не продвинулся настолько далеко, чтобы ее дубликат был полностью уничтожен. У Гарри появилось сильное искушение купить ее снова, но это была палочка другого Гарри Поттера. Он не стал бы отнимать ее у самого себя. А это означало, что ему понадобится новая волшебная палочка. Он даже представить себе не мог, какая палочка могла бы выбрать его. Его лучшим предположением был платан, дерево, из которого изготавливали волшебные палочки, популярное среди авроров в послевоенное время. Магазин волшебных палочек был полной копией своей будущей версии. Все полки расположены на тех же местах, все коробки в том же стиле, а освещение было таким же атмосферным и тусклым. Единственным отличием стал сам Олливандер, которому на вид было около тридцати пяти лет. — Ах. Незнакомое лицо, — поприветствовал его Олливандер. Гарри пожал плечами. — Я приобрел свою палочку не в магазине. — Понятно… Для второй палочки всегда легче делать мерки, чем для самой первой. Какой была ваша? — Э-э… Остролист и перо феникса. Гибкая…полагаю? Олливандер уставился на него, слегка приоткрыв рот. В глубине души Гарри почувствовал тревогу. Но затем выражение его лица стало взволнованным, почти застенчивым в своем ликовании. — …Очень сложная пара составляющих. Знаете, я рад слышать, что это кому-то удалось совместить. Я сейчас в процессе создания такой же. Возможно, вы получите полноценную замену своей! Гибкая, вы сказали? Гарри молча кивнул. — Буду иметь в виду. О, но… Насколько вам подошла палочка из остролиста? Какова она была в использовании? Это не та палочка, которая легко выбирает владельца, особенно если она передается по наследству. — Как продолжение моей руки, — ответил Гарри, уже оплакивая ее. — Восхитительно. Хотя это и неудивительно, учитывая, что шла война. Я подумал, что самое время создать что-нибудь подобное, но все закончилось, едва я начал процесс изготовления. Что ж, всегда есть новые захватывающие комбинации, — кивнул Олливандер. С этими словами он начал снимать мерки с Гарри, измеряя его руку и рост, а потом стал доставать товары с полок. Он начал с платана, как и предполагал Гарри, и палочка действительно загудела и пустила искры, но Гарри не ощутил удовлетворения от этого результата, и Олливандер забрал ее. На самом деле, у него было довольно внушительное количество палочек из платана, но ни одна из них не подходила, и лишь те, что несли в своей сердцевине частичку феникса, искрились. — Это сужает круг поиска, — сказал Олливандер с едва сдерживаемым ликованием. С акацией дела обстояли ненамного лучше. Роскошная серебристая палочка из дерева лайма и пера феникса вырвалась из его руки, как испуганная садовая змея. Клен был теплым и приятным на ощупь, но не смог ничего наколдовать. Эбеновое дерево было таким холодным, что Гарри выронил. Тис пошел по пути платана: эффективно, но неуклюже. — Ох, любопытно, очень любопытно! Я никогда не думал, что у меня будет такой восприимчивый к палочкам клиент, знаете, в такие моменты я рад, что занялся семейным бизнесом! — Олливандер перешел к следующей волшебной палочке. — Попробуйте вот эту, виноградная лоза и перо феникса, тринадцать дюймов. Более твердая. Палочка вылетела из руки Гарри и воткнулась в стену. Глаза Олливандера заблестели. — …Да… очень любопытно… О-о-очень… Ох… я не должен этого делать, для меня это станет таким большим разочарованием, если вы не подойдете друг другу… Но… Даже если так… Он ушел в заднюю часть помещения, оставив Гарри в окружении палочек и с чувством легкой ностальгии. Олливандер вернулся с коробкой, дизайн которого отличался от всего, что было в магазине; это была изящная шкатулка из полированного дерева. — Один из моих шедевров. Технически эта палочка не должна продаваться. Не зря же говорят, что «палочки из бузины никогда не приносят успеха». Поэтому волшебники нашего ремесла делают их не для продажи, а из любви к самому искусству создания палочек. — Из бузины? — с тревогой спросил Гарри. — О да, такие палочки бесконечно очаровательны, их любят те, кто стремится к чему-то большему. Бузина исключительно хорошо сочетается с нестандартными сильными ядрами, добавляя свойства, которые можно узреть только в мифах и легендах, но род Олливандер работает только с самыми лучшими сердцевинами. Итак, вот она: бузина, перо феникса, тринадцать дюймов, очень упругая. И он поднял крышку. Старшая палочка, с которой Гарри был знаком — Посох Смерти, — была длинной зловещей штукой с тонкой резьбой и покрытой коричневым лаком, с перепончатыми полостями, которые напомнили Гарри кости скелета или какой-то длинный орган. Шедевр Олливандера, напротив, был чисто белым. Рукоятка была сделана из древесной коры, как и у волшебной палочки Гарри. Когда он задумался об этом, стало ясно, что все созданные Олливандером палочки имели подобную рукоятку. По длине эта палочка напоминала немного изогнутую отшлифованную ветку дерева. Место, где сама палочка переходит в рукоятку, было обмотано белой бечевкой, с маленьким отверстием для белой кисточки. Она была очень простой, но создавалось впечатление, что ее изваяли, чтобы показать ее природную силу. — Вы видите это, не так ли? — прошептал Олливандер, с благоговением глядя на палочку. — Чистый холст… Бесконечность… Потенциал… Страшно подумать, что может случиться, если попытаться овладеть ею… Вершины экстаза от вашей связи или мучения от того, что ты недостоин чего-то столь прекрасного… Гарри был невысокого мнения о мифических предметах, поскольку охота за подобными объектами вызывала в нем только стресс. Но он должен был признать, что в воздухе появилось нечто электризующее, пока он просто смотрел на палочку. Это было страстное желание, чтобы к ней прикоснулись. Как будто она не знала, чем являлась, и хотела, чтобы кто-нибудь воспользовался ею, доказал, что достоин придать ей новое значение. Гарри, как загипнотизированный, потянулся и взял ее. Он почувствовал жар, разливающийся по всей руке, более красивый и живой, чем даже его первый контакт с остролистовой палочкой. Опасный всплеск интереса, вопрошающий: «Что ты из меня сотворишь?» И прилив желания. Он взмахнул палочкой, и в комнате стало нечем дышать. От кончика палочки исходил яркий белый свет. Его патронус? Нет, появилось что-то еще. А затем друг за другом тянулся поток неясных световых фигур, пока он, наконец, не увидел своего оленя и прекрасную лошадь, поднимающуюся на дыбы, чтобы присоединиться к нему. Они окутали магазин, оставляя ощущение тепла и защищенности. Факсимиле адского пламени, сотканное из удовлетворения, истины и благородной цели. — О! — воскликнул Олливандер, отступая назад с благоговейным ужасом в глазах. — О, это… Ох, я был прав, учитывая, как слабо отреагировала лоза, и вы, казалось, отторгали палочки послабее, да, именно эта палочка… Клянусь, сэр, мой дедушка заманивал меня в свою мастерскую рассказами о таких клиентах, как вы! Ха! Гарри с опаской посмотрел на палочку. Тот факт, что он чувствовал, что не хочет с ней расставаться, еще больше усиливал его беспокойство. — …Есть ли… Я имею в виду, обычные... Нормальные люди пользуются бузинными палочками? — Ах… Значит, вас не интересуют легенды и слава? — Олливандер слегка усмехнулся. — Ну, конечно, нет обычных людей, которые пользуются такими палочками, поскольку те по своей природе выбирают только экстраординарных. Но они используются для самой обычной работы, да. Глава Отдела Тайн должен уметь владеть бузинной палочкой, либо своей собственной, либо министерской — шерсть единорога, 9 дюймов, довольно жесткая, работа моего прадеда. У тех, кто снимает проклятия в Гринготтсе, тоже должна быть под рукой бузинная палочка. Видите ли, это необходимо для манипулирования уже существующими чарами. Большинство заклинаний с трудом справляются с удержанием в себе магии, но использование бузинной палочки — это, как если бы… Все в мире было таким же неподвижным, как камень, который вы можете найти на берегу, — Олливандер наклонился с заговорщической улыбкой. — Если вас не волнует власть или слава, вы можете думать о ней как о простом дереве, ею не сможет пользоваться тот, в ком она видит лишь камень. Это действительно заставило Гарри почувствовать себя лучше. То, что он в буквальном смысле слова магически воссоздал себя в этом времени, должно было произвести впечатление на волшебную палочку, которая могла бы справиться с любой магией. Это было совсем не похоже на Посох Смерти, который, как подозревал Гарри, был для концепции «бузинных волшебных палочек» тем же, чем мантия-невидимка для обычных плащей из шерсти демимаски. И никто не стал бы убивать его за эту палочку, потому что он понравился ей только за путешествие во времени, а это очень трудно повторить. Гарри перехватил палочку поудобнее. На этот раз он сосредоточился и наложил заклинание левитации на один из футляров. Движение было плавным и совершенным, и коробка делала сальто и вращения без какой-либо концентрации со стороны Гарри. С этой палочкой он стал бы отличным дуэлянтом. — Это здорово, — рассмеялся Гарри. Олливандер просиял и подошел к прилавку. — Конечно, конечно. Знаете, я еще молод и создал ее совсем недавно, но… Любопытно, не правда ли. Очень любопытно. У Гарри было очень плохое предчувствие. — …Что тут любопытного? — Ну… Неудивительно, что изящной палочке из остролиста и пера феникса, конечно, понравится компания человека, способного отразить проклятие, но, по-моему, это очень необычно, что серебристый лайм и перо феникса вызвали такое отторжение при вашем прикосновении. — Было ли у лайма особое перо? — Нет, но оно довольно популярно среди предсказателей и прорицательниц. В прошлом веке создатели волшебных палочек утверждали, что их палочки из лайма влияли на судьбу тех, кто ими пользовался. Бессмысленные разговоры ради повышения продаж, конечно. То, что волшебная палочка полезна для определенных магических целей, не придает ей врожденных свойств. Однако… Олливандер внимательно посмотрел на Гарри, затем его взгляд переместился на бузинную палочку, и на мгновение Гарри почувствовал всю тяжесть любопытства этого человека. Олливандер из 1991 года точно знал, почему Гарри Поттеру подошла сестра палочки Тома Риддла, но этот Олливандер не знал Гарри и очень хотел понять, в чем же дело. — …Обычно я не раскрываю свои источники, но… Перо, которое я использовал для этой палочки, было из феникса, принадлежащего Бруно Дамблдору, астрологу, который первым предсказал Конец всех судеб. Гарри охватил такой страх, что у него закружилась голова, и он чуть не упал на полки. — Простите… Что? — Конец всех судеб. На мой взгляд, это несколько преувеличенно, но… Где-то примерно двадцать лет назад на Британских островах пропали все пророчества, не было сделано ни одного предсказания. Это брешь, которую можно заметить даже из прошлых столетий. «Как будто сама ткань судьбы была разорвана на части», если я правильно помню. Бруно Дамблдор был тем, кто определил, что это была не брешь, не дыра, а складка. Конечно, вам следовало бы спросить настоящего провидца о ее значении, но, тем не менее, это довольно любопытно. Возможно, ваша судьба также стремится к… Тому, что ей предначертано. Непоправимый ущерб, нанесенный путешественнику или самому времени… — Десять галлеонов, верно? — спросил Гарри. Он как можно скорее покинул магазин. Разорвана на части? Брешь настолько велика, что люди прошлого могут заглянуть на столетия в будущее, чтобы увидеть ее? Или, если это была складка, то был ли это катышек на ткани, который превратился в огромный холм из-за того, что время, двигаясь вспять, потянуло что-то за собой? Знали ли люди об этом? Гарри направился прямиком к газетным киоскам, где были выпуски практически обо всех существующих видах волшебства. «Ежедневный еженедельник прорицателя» выглядел как то, что может освещать теорию, которой уже несколько сотен лет. Так оно и было.

ОКОНЧАНИЕ ВОЙНЫ, ВОЗВРАЩЕНИЕ СУДЬБЫ

Автор: Селестина Врайтбоун, старший корреспондент

После нескольких месяцев спекуляций, перешептываний и едва заметных знаков, давняя Тень Судьбы над Британией наконец рассеялась. В то время как наши читатели, возможно, устали от ожидания, сообщество предсказателей сообщает конкретные новости: согласно последним исследованиям в области арифмантики и астрономии, война сменилась миром, хаос — порядком, и цикл пророчеств должен возобновиться в течение следующего года.

Провидица Медея Хоуп, Кавалер Ордена Мерлина (Третьей Степени) и известная своей ключевой ролью в падении Гриндевальда, выступила с официальным заявлением: «По мере того, как меняется Судьба, — предупреждает она, — мы можем ожидать наплыва того, что мы называем мелкими пророчествами — незначительных, но важных предсказаний, касающихся романтических отношений, рождения, наследования и семейных споров. Эти события, хотя и кажутся незначительными, восстанавливают запутанные нити Истинного порядка».

Министерство настоятельно призывает всех ведьм или волшебников, которые чувствуют, что их Внутренний взор устремлен за завесу, обратиться в Министерство для добровольного извлечения воспоминаний, чтобы убедиться, что все видения должным образом задокументированы и перепроверены на предмет исторической достоверности.

Кассандра Трелони II — профессор прорицания в Хогвартсе и наследница легендарной провидицы — продолжает свою работу по составлению карты меняющегося созвездия пророчеств. Она уверяет нас, что…

Война. Провидцы думали, что это произошло из-за войны. Такое количество смертей и раздоров, распространившихся повсюду, от Америки до Ближнего Востока, — достаточный хаос, чтобы разрушить судьбу. Гарри продолжал просматривать газеты. Теория Медеи была основана на распространенном феномене замедления пророчеств, за которым следует их всплеск. По-видимому, подобное уже случалось когда-то в Греции и было самым известным столетием во всей истории предсказаний. Предсказатели говорили, что замедление пророчеств может немного пугать, но в конечном счете все наладится. Как весна приходит после зимы, так и пророчества вернутся после Великой Тени. Но это были всего лишь теоретические предположения. Ни в одной статье не упоминалось, что пророчества прекратились в Британии и только в Британии, за тысячи миль от той же Греции, где «замедлялось» течение судьбы. Они не знали, что натворил Гарри. С другой стороны, «мелкие пророчества» подразумевали именно то, чего он хотел: судьба подтолкнет главных игроков к рождению, чтобы предотвратить дальнейший хаос. Как бы ни было ужасно, что он чуть не вырубил целый вид магии, профессиональные провидцы, которые учились на такого рода факультетах, согласились, что человек, способный повлиять на судьбы (гипотетически, Гарри Поттер), конечно же, родится и все будет так, как должно быть. Это было неплохо. Даже приятно. Очень обнадеживающе. Гарри потер ожоги от песка на запястье. Тогда возникла единственная проблема… Что, если Судьба снова попытается привести Волдеморта к власти? «Примерно двадцать лет назад» звучало ужасно похоже на «в тот год, когда родился Волдеморт».