Ты пришла ко мне

Глава 2 Новая жизнь,старые лица  С улицы уже доносился шум пробуждающегося города. Автобусы, сигналы машин, суета. Всё было по-настоящему, привычно. А «Эдем» — как будто остался в другом времени. Или в другом мире. Тут она вспомнила ,как выходила из общежития .Перед тем как закрыть за собой дверь, Чон Ми невольно посмотрела вверх — на тёмную лестницу, ведущую на четвёртый этаж. Она всё ещё была пуста. И всё же ей показалось… что там кто-то стоит.  Но так как время поджимало,она решила не обращать внимание на свою паранойю. «кто там мог стоять?кому делать нечего?»этими мыслями она пыталась себя успокоить . ~~ Чон Ми вошла в офис с лёгкой дрожью в коленях, будто в школу после долгих каникул. Большой, стеклянный холл. Современный интерьер. Ресепшн. Люди в деловой одежде. Всё это пахло «взрослой жизнью» и чем-то чужим. «Ты справишься. Ты ради этого сюда приехала», — напомнила она себе. — Ты, наверное, Чон Ми? — улыбнулась девушка в светлом пиджаке. — Я Хан Сора, менеджер. Пойдём, я тебя проведу. Они прошли по длинному коридору, где воздух пах бумагой и кофе. — У нас не кусаются. Ну, почти, — пошутила Сора. — Придётся немного побегать, но ты быстро войдёшь в ритм. Офис был открыт — ряды столов, компьютеры, телефоны. Люди переговаривались, кто-то что-то распечатывал, кто-то сидел с наушниками. Сора показала на свободное место. — Вот тут ты. А это Пак Джухо — сядешь рядом с ним. Он… своеобразный. Чон Ми повернулась. Парень лет тридцати, в дорогой рубашке, с прической «как из рекламы». Он скользнул по ней взглядом — холодным, оценивающим. — Новенькая, да? — фыркнул. — Надеюсь, ты знаешь разницу между запятой и тире. Сора хмуро взглянула на него: — Джухо. Он лишь пожал плечами и вновь уставился в монитор. Чон Ми опустилась в кресло. Сердце слегка опустилось вниз. Отличное начало. ⸻ В первые часы она больше слушала, чем говорила. Сора объясняла рабочие процессы, показывала, как оформлять тексты, где искать нужную информацию, с кем связываться. Коллеги были разные: кто-то вежливо кивал, кто-то игнорировал. Девушка с темными волосами по имени Юнджу предложила вместе выпить кофе в обед — первое настоящее тепло за день. Но Пак Джухо не упускал случая вставить замечание: — Эй, ты собираешься вычитать этот текст или просто уставишься  на него до пенсии? — Пробелы, Чон Ми. Мы работаем с текстом, а не с инстаграмом. — Удивительно, как ты вообще прошла отбор. Она не отвечала. Просто стискивала зубы и продолжала работать. Пальцы дрожали от напряжения, но сдаваться было нельзя. Она знала — в каждом коллективе есть кто-то вроде него. И она справится. Но к концу дня в голове было только гудение. Плечи ныли. Глаза щипало. А Пак Джухо всё ещё смотрел на неё, как на пустое место. — До завтра, — сказала Юнджу, кивая с улыбкой. — Пока, — ответила Чон Ми и слабо улыбнулась в ответ. На выходе из офиса она на секунду задержалась, глядя на город за стеклянными дверями. Сеул встречал её не с объятиями, а с вызовом. «Значит, так будет… Хорошо. Посмотрим, кто кого.» —- Сеул был всё таким же шумным, гудящим, неумолимым. Люди спешили, как будто им нужно было успеть прожить десять жизней до наступления вечера. А Чон Ми просто шла. Шла к тому самому зданию, которое утром выглядело чужим… а теперь казалось — неправильным. «Эдем». Ироничное название. Только первый день, — думала она, поднимаясь по лестнице. А мне уже не хочется сюда возвращаться. Но куда ещё идти? В редакции остался горький осадок. Слова Джухо застряли в голове, как заноза. Его презрительный тон, лёгкое хмыканье — будто ей не место не только в офисе, но и в этом городе. Юнджу была мила, да. Сора — терпеливая. Но это не делало день легче. Ощущение одиночества только крепло. Она подошла к двери своей комнаты. Ключ повернулся с лёгким щелчком. Темнота внутри встретила её, как всегда — холодная, ровная, почти безмолвная. «Это же временно. Только пока не накоплю на съёмную квартиру. Переживу.» Сбросив туфли, она прошла внутрь, включила настольную лампу — тусклый свет разлил по комнате немного уюта. Но это был фальшивый уют. Словно он только изображал тепло. Она села на кровать, потянулась за телефоном. Ни одного сообщения. Тишина. «Только первый день…» — вновь повторила мысленно. Но внутри уже сидело ощущение: что-то здесь не так. И дело не только в работе. Не только в усталости. Просто это место. Эти стены. Эти лестницы. Эти соседи. Она чувствовала — её возвращение сюда каждый раз будет ощущаться как шаг назад. Оглядывая комнату и утопая в своих раздумьях её взгляд остановился на блокноте ,который лежал на письменном столе .Но что смутило девушку ,так это то,что он был открытым, хотя утром она его точно закрывала. Кружка стояла не с правой, а с левой стороны. А телефонная зарядка, свисающая с розетки, была не в том положении, в котором она оставляла её. Может, показалось… может, усталость. Она пару раз моргнула, пытаясь убедить себя, что просто запуталась в мелочах. Но это чувство — это острое, липкое ощущение чужого присутствия — никуда не уходило. Нет. Кто-то был в комнате. Сердце сжалось. Пальцы машинально сжали край одеяло. Она быстро вышла и уверенно пошла к подсобке хозяйки.Бок Сун всегда сидела на своем месте ,поэтому шанс ,что её там не будет ,был очень мал. Бок Сун сидела у себя неторопливо пролистывая старую газету. Увидев Чон Ми, подняла голову и тепло улыбнулась. — Что-то случилось, деточка? — Извините… — Чон Ми понизила голос. — У меня такой вопрос. Ключ от моей комнаты… он же только у меня? Бок Сун вскинула брови. — Конечно. Только один. Я не делаю дубликатов, это правило. Ты же не потеряла его? — Нет… нет. — Она быстро замотала головой. — Просто… мне показалось, будто кто-то… что-то трогал у меня в комнате. Старушка фыркнула, махнула рукой: — У тебя, может, крысы. Или ты просто запуталась. Устала, наверное, первый день всё-таки. Да… — мысленно согласилась Чон Ми. Наверное, просто устала. — На четвёртый этаж, надеюсь, не ходишь? — вдруг добавила Бок Сун, внимательно глядя ей в глаза. — Там по-прежнему небезопасно. — Не хожу, — солгала Чон Ми. — И правильно. Смотри, не суйся туда, дорогая. Придя обратно в комнату, она ощутила слабое жжение в груди — смесь тревоги и смущения. Скорее всего, хозяйка права. Просто усталость, просто стресс. Но сидеть в этой комнате сейчас она не могла. Она вспомнила, что здание, вроде бы, имело доступ на крышу. Свежий воздух… звёзды… хоть немного тишины. Проход через лестницу был пуст. Четвёртый этаж — всё такой же мёртвый, погружённый в темноту, как будто давно вымер. Она быстро прошла мимо , не поднимая глаз, и вышла на крышу. Холодный ветер ударил в лицо, раздувая её длинные,темные волосы. Город внизу жил своей жизнью — светился, шумел. Чон Ми сделала несколько шагов вперёд… и остановилась. На крыше стоял еще кто-то. Высокий силуэт, тонкая фигура, прямая спина. Он медленно обернулся, будто почувствовал её взгляд ещё до того, как она появилась. — Не спится? — тихо, почти ласково спросил он. Мунджо. Глаза — как будто всё видят. Улыбка — будто бы дружелюбная, но в ней что-то не так. Что-то неестественное.Как будто за ней прячется что то ужасное . — Простите… я не знала, что здесь кто-то есть, — прошептала она, отступив чуть назад. — Ничего. — Он кивнул, будто сам был рад обществу. — Иногда лучше подышать воздухом, чем сидеть взаперти. В комнатах жуткая духота ,поэтому особенно приятно насладиться здесь банкой пива,по себе знаю . -Вы правы ..-почти шепотом ответила девушка и продолжила смотреть на ночной город. Пока она стояла рядом с ним, девушка старалась  не смотреть в его сторону, делая вид, что её взгляд полностью захвачен огнями ночного города. Машины двигались по улицам словно светлячки, а над головой расстилалось чёрное небо с редкими звёздами. Но через мгновение она почувствовала: он смотрит на неё. Чон Ми медленно повернула голову — и их взгляды встретились. Его глаза были неподвижными, но внутри них что-то тлело. Будто бы в самом центре темноты горел тихий огонь — холодный, алчный, болезненно внимательный. Он смотрел на неё, как на нечто хрупкое. Как на нечто… ценное. Но не как человек смотрит на человека.Он будто ею восхищался ,но взгляд этот был настолько новым для нее ,что она буквально остолбенела. Он смотрела на нее,как художник — на полотно. Как будто уже видел то, чем она должна стать. И как будто ему было всё равно, что она чувствует. У Чон Ми по спине пробежал холодок. -Почему Вы на меня так смотрите и продолжаете улыбаться ?..-робко подметила девушка . -Просто,Вы мне нравитесь. Голос у него был всё такой же мягкий, спокойный. Даже почти заботливый. Но что-то в интонации заставило Чон Ми выпрямиться, будто внутри прозвенел тихий, почти неуловимый сигнал тревоги. — Да и сложно было не заметить… — он чуть наклонил голову, изучая её так, будто пытался запомнить каждую деталь. — Такая красивая девушка. Чон Ми не знала, как на это реагировать. Она слышала подобное и раньше — от прохожих, от незнакомцев, даже от коллег. Но этот комплимент звучал иначе. Не как восхищение. Скорее, как констатация факта, сделанная с пугающей уверенностью. Он смотрел ей прямо в глаза. В эти тёмные, глубокие глаза, в которых часто пряталась усталость, тревога и что-то ещё — то, что она старалась не показывать никому. А он будто видел. Видел сквозь неё. Он посмотрел на её длинные, рассыпавшиеся по плечам волосы, на хрупкие черты лица, в которых смешались усталость и врождённая нежность. Но… он говорил не об этом. Не о внешности. Он смотрел так, будто заметил в ней что-то, что пугало её саму. Как будто то, что она прячет — её боль, её прошлое, её темноту — было именно тем, что ему понравилось. Чон Ми вдруг стало холодно, хоть ветер почти стих. Сердце сжалось — не от радости, не от смущения. А от какого-то странного, липкого страха. Но… в этом страхе было что-то ещё. Что-то… завораживающее. Она не ответила. Просто отвернулась и посмотрела вниз, на бесконечный город, делая вид, что не слышала. А он молча стоял рядом, слишком близко, слишком спокойно. Будто уже знал: ей всё равно придётся вернуться к этому разговору. И — к нему. Мунджо заметил, как её взгляд дрогнул, как пальцы на перилах крыши сжались чуть сильнее. Она не отвечала, просто стояла молча, и тишина между ними начала обретать тяжесть. Он вдруг чуть улыбнулся — почти виновато — и сказал: — Простите… Не хотел смутить. Просто… сказал, как есть. Голос его стал мягче, теплее. Почти человеческим. Он чуть повернулся, потянулся к пакету ,которому оставил у двери на крышу, и достал оттуда две банки. — Пиво. Холодное. Думал, после работы пригодится… Возьмёте?Вы же не против ,если мы перейдем на «ты»? Она помедлила. Обычно Чон Ми почти не пила — не любила вкус, не любила ощущения после. Но сейчас… После того взгляда, этих слов, напряжённого дня, недоверия, чужих взглядов в офисе, собственных мыслей, которые не давали ей покоя — она вдруг почувствовала, что не хочет возвращаться в комнату. Не хочет оставаться наедине с собой. — Ладно, — выдохнула она, всё ещё не смотря ему в глаза. — Только одну. -Если Вам так удобнее ,можете общаться на «ты». Он молча протянул ей банку. Жест был спокойным, без давления. Она открыла её, почувствовала лёгкий холод металла в ладони . Чон Ми сделала глоток. Горечь, холод и газировка будто резко отрезали поток мыслей, заставив её на секунду просто… быть. Ничего не чувствовать. Ни тревоги. Ни смущения. Ни страха. Просто вечер, крыша, шум города и незнакомец рядом. Она украдкой посмотрела на него — он тоже пил, глядя куда-то в сторону, будто давая ей пространство. И вдруг всё показалось почти… нормальным. Но в глубине души она знала: в этой тишине, в этой случайной встрече и в его извинении было что-то гораздо более сложное. Что-то, чему ещё только предстояло раскрыться. Но после всех встреченных здесь людей ,он казался самым адекватным ,просто со своими «тараканами» :«Ну, он хотя-бы не хихикает через каждое слово»,подумала она про себя. Девушка впервые начала его оглядывать в близи,но тут ее взгляд остановился на его руке . -Вы повредили руку ?-С неким интересом спросила Чон Ми. Мунджо явно не ожидал такого вопроса,поэтому немного замешкался ,но почти сразу ответил . -Да..на работе . -Должно быть у вас тяжелая работа.-Девушке стало немного стыдно,и она почувствовала как лезет не в свое дело . Но ее вывел из мыслей его голос ,он тоже решил узнать о ней побольше . -А твои руки кажутся такими нежными ,ты писательница? Чон ми была шокирована тем ,как он так просто угадал её хобби. -Вы это определили по рукам?-она продолжала смотреть на него с непониманием . -У всех свои таланты,но наши профессии довольно схожи .Я разбираю.Собираю.Воссоздаю. Какой у вас любимый жанр ? — Вообще… мне нравятся детективы, — вдруг сказала Чон Ми, глядя на огни внизу. Сказала просто так, не подумав. И тут же пожалела. Она уже готовилась услышать что-то вроде «фу, скука» или «ты серьёзно?» — сколько раз это уже было. Некоторые люди почему-то считали, что любовь к загадкам, убийствам и расследованиям — это странно. Особенно для девушки. Но он не усмехнулся. Не переспросил. — Удивительно..Мне тоже нравятся детективы — ответил Мунджо спокойно. — Особенно те, где убийцу показывают с самого начала, но ты всё равно не можешь понять, почему он это сделал. Она повернулась к нему, удивлённо. -Правда? Он чуть улыбнулся — почти незаметно. — Всегда интересно заглянуть туда, куда никто не хочет смотреть. — Его взгляд на секунду стал темнее. — В самую суть. Чон Ми не знала, что сказать. Она не ожидала, что он ответит именно так. Не ожидала, что… поймёт. И это вдруг сделало его присутствие рядом чуть менее пугающим. Но одновременно — ещё более странным. -Мне нравится Рэймонд Чандлер.-после того как Мунджо сказал это,он будто следил за её реакцией. -Что..Вы шутите ??-Чон Ми опешила. -Честно!-на его лице появилась улыбка. -Мне он тоже нравится !Боже,не думала ,что возможно встретить кого-то кому он тоже нравится,особенно в таком месте .Вы читали «Высокое окно»? -Конечно читал . -Ух ты ,это так странно…Я в шоке ,честно говоря. -Могу ли я узнать,о чем вы сейчас пишите ? -О чем я сейчас пишу ?На самом деле ,я не закончила ,написала совсем немного.. -Расскажи хотя-бы задумку. -Моей истории? -Да.. — Я пишу историю, — сказала Чон Ми почти шёпотом, будто боялась, что кто-то ещё услышит. — Это… не совсем детектив. Больше как… исследование. — Женщина узнаёт, что её близкий друг… ну, допустим, брат… подозревается в убийстве. Но всё складывается против него — и она начинает копать. Поначалу, чтобы оправдать. А потом… уже не знает, кого именно она пытается защитить. — Интересно, — тихо сказал Мунджо. Она чуть улыбнулась, набравшись смелости: — Я как раз пишу сцену. Убийство. Он душит свою жертву — ну, брата подозревают. И он оставляет на теле след… от руки. И она находит этот след. Он нахмурился. Негромко, почти задумчиво сказал: — След от руки? При удушении? Пауза. — Обычно при удушении сзади следов от пальцев почти не остаётся. Если только он делал это руками спереди — но тогда у жертвы были бы порванные сосуды в глазах. Её лицо должно быть описано совсем иначе. Она застыла.  -Ой,ты же тут писатель ..-Мунджо понял,что слишком странно было описывать такие подробности . -В любом случае,звучит захватывающе. Чон Ми пустила нервный смешок . -Ты в порядке ?-поинтресовлся мужчина . -Ой,что-то я разговорилась .. -Я уверен,что у тебя всё получится ,давай выпьем за тебя . Девушка улыбнулась ,а про себя подумала : «Слава богу,хоть один нормальный человек в этом дурдоме»Но счастье продлилось недолго,так как ей надо было идти. -Вы уходите? -Я уже пойду,а то мне пора ,еще в душ надо пойти  и лечь хочу пораньше .Было очень приятно поболтать с Вами ,спасибо за пиво!Еще увидимся ,доброй ночи. -Хорошо,а я еще полюбуюсь красотами ночного города .Доброй ночи. По пути в душ ,она кое-что поняла . С этого вечера что-то внутри неё изменилось. До сих пор Чон Ми старалась держать дистанцию, не влюбляться в город, в людей, в новое… слишком много боли приносили привязанности. Но в нём — в этом странном, тихом Мунджо — она почувствовала нечто, чего ей давно не хватало. Он не осуждал. Слушал, словно понимал каждую неуверенность в её голосе, каждый её страх. И как бы пугающими ни были некоторые его фразы — именно они будто бы вырывали её из пустоты. Она даже подумала, что, возможно, в чём-то они похожи. У каждого — своё прошлое, свои секреты, своя боль. Он стал ей симпатичен. Не внешностью — хотя она не могла не признать: он был по-своему красив — а тем, как смотрел, как говорил, как делился с ней темными, пугающими мыслями без страха быть непонятым. Он не строил из себя нормального. И именно в этом было что-то притягательное. Теперь Чон Ми не могла дождаться завтрашнего дня. Она поймала себя на мысли — ей хочется снова увидеть его. Услышать голос. Убедиться, что он — не сон. Что он снова будет там, на крыше. Словно ждал только её. —- Он стоял на краю крыши, облокотившись о холодный бетонный бортик, смотрел вниз — на сонный, мерцающий Сеул. Город был живой, пульсирующий, но всё равно казался ему мёртвым. Слишком много лиц, слишком мало настоящего. Он никогда не чувствовал связи ни с кем. Всё вокруг — шум, маски, вонь фальши. До неё. Чон Ми. Он повторил её имя в уме, как молитву. Как будущий приговор. Она была… не как все. Трещина в стеклянной стене его мира. Он видел это с первого взгляда — в том, как она озирается, как сжимает пальцы, как держится на грани между страхом и силой. Не обычная. Сломанная. Но не сломленная. Та, что могла бы понять. Или, по крайней мере, не отвернуться. Он вдыхал ночной воздух, но в голове был не воздух — в голове была она. Её глаза, полные тревоги, тени под ресницами, голос, в котором пряталась детская рана, не залеченная до конца. Она писала про убийц — и даже не знала, как близка к правде. А он… он знал, что мог бы сделать из неё шедевр. Но не сразу. Не сейчас. Он никогда не спешил. Её нужно было готовить. Раскрывать. Медленно. Почти бережно. Чем больше она будет чувствовать себя особенной рядом с ним — тем крепче станет нить. И тогда, когда она сама откроется до конца, когда перестанет бояться… Вот тогда он завершит её. Красиво. В своей тишине. В своей тьме. Потому что такие, как она, не должны исчезать просто так. — Ты пришла ко мне, — прошептал он, глядя на отражение луны в окне. — И ты останешься.