Человеческий порок.

***

      На следующий день Джейн чувствовала себя намного лучше. Тревоги исчезли после хорошего сна, хотя накануне, она остаток вечера провертелась в постели, не в состоянии отпустить ситуацию. В ее голове все никак не укладывалось, зачем она вообще потянулась за револьвером. Мисс Хантер стояла над умывальником, расчёсывая волосы. Нужно было хотя бы пару дней отдохнуть от выступлений после случившегося; она перебирала в голове, чем теперь могла бы заняться в свободное время. Из размышлений ее выдернул стук в дверь и Джейн незамедлительно направилась в коридор. На пороге стояла подруга, ее вид, немного запыхавшийся, но хитрый, гарантировал то, что появились неотложные новости. Джейн даже не успела отступить в сторону, как вторая забежала в дом, плотно прикрыв дверь. Сперва она указала пальцем на подвеску, а затем уже начала говорить. — Я взяла себе защиту! Никаких злых духов вокруг меня не будет. Джейн облегченно выдохнула, в каком-то смысле радуясь наивности подруги. Изначально она готовилась к расспросам о вчерашнем вечере, но видимо, никто об этом не сплетничал. По крайней мере, пока. — Красиво выглядит, — Она отложила расческу, разглядывая потертые камушки с перьями. Лучше уж было поддержать беседы, которые никак не касались личности Мисс Хантер. — Но я вообще не по этому поводу… Говорят, в город приехал Господин, который владеет шахтами по добыче золота… Джейн замерла. Почему-то сказанное с тревогой отозвалось в ее сердце, она вспомнила, что уже давно не получала писем от отца и братьев. — А по какому поводу он приехал? — Вопрос вырвался сам по себе, все внутри окутало странным предчувствием. Ее подруга нахмурила брови, видя, как изменился настрой. Она вдруг прижала ладонь ко рту, второй хватая Джейн. — Одевайся, живо! Я тебя отведу.       До главной площади они вдвоем бежали. У хостела, где остановился Господин, стоял уже собранный экипаж, готовый вот-вот двинуться в путь. Происходящее обострялось тем, что Джейн все еще ничего не понимала, — с того самого момента в доме, ее подруга так и не проронила ни слова. Неизведанность пугала еще больше, сковывала изнутри, от чего, во время бега, у Джейн подкашивались ноги. — Погодите! — звонкий голос разрезал тишину. Явно оторвавшись вперед, подруга уже нагнала повозку. Из окошка высунулась рука с тонкими пальцами в перстнях, приказав остаться на месте и экипаж затормозил. Джейн также сбавила скорость, замечая легкий блеск колец на солнце. Ей, почему-то, они показались знакомыми. Когда она, немного переведя дыхание, дошла до повозки, ее подруга уже беседовала с Господином внутри. Косо глянув на Джейн, подружка отошла в сторону. Сердце пропустило болезненный удар, словно заведомо чуяло дурные вести. Двери отворились, позволив увидеть темный силуэт внутри небольшой кареты. «Удивительно, что кто-то до сих пор пользуется таким способом передвижения» — мелькнуло в голове Джейн. — Мисс Хантер, верно? Давайте прокатимся наедине. Нам предстоит тяжелый разговор, — низкий мужской голос звучал бархатисто, успокаивающе, но все внутри Джейн воспротивилось этому. Она попыталась убедить себя в том, что ее тревожила только информация, которую Господин собирался рассказать, а не сама его персона… Однако, по иронии, именно в этот момент, тот случай в пабе напрочь улетучился из ее головы. Она не могла вспомнить, кого тогда увидела, зато прекрасно помнила, что она чувствовала. Ища хоть какой-то поддержки, Джейн обернулась в сторону подруги, на что та просто кивнула, подталкивая сесть внутрь.       Заметив ее замешательство, Господин предпочел действовать более решительно, протянув Джейн широкую ладонь. С осторожностью посмотрев на нее, Мисс Хантер все-таки сдалась, и, опустив свою поверх, ощутила, как холодные пальцы чуть сжали ее ладошку, навязчиво потянув внутрь кареты. Отныне, пути назад не существовало. Прохлада от чужого касания казалась слишком непривычной, она пронизывала, почти ошпаривала. Джейн захотелось как можно скорее высвободиться из хватки. Благо, как только она оказалась напротив загадочного Господина, он выпустил ее ладошку. Все, что успела разглядеть Джейн до начала беседы — его черные, напомаженные туфли. Они были идеально чисты, словно нога этого человека и не ступала по пыльной земле. А затем он заговорил, снимая шляпу. — Мисс Хантер… Мне искренне жаль, что наше знакомство выпадает на столь неприятный повод, — тяжело было не заметить, как быстро она выпрямилась, по всей видимости, пытаясь скрыть напряжение внутри, — Не буду тянуть больше, — произнес он снисходительно, — Ваш отец и братья добывали в моей шахте… Ему не нужно было продолжать, Джейн все поняла. Она прикусила губу, резко отвернув голову в сторону, чтобы не дать волю эмоциям. Предательское удушение и ком в горле не позволяли ей произнести ни слова, она застыла, понимая, что если попытается выдавить хотя бы один звук из себя, то точно проиграет в борьбе со слезами. Господин в черном, напротив же, чувствовал себя довольно спокойно. Вероятно, Джейн далеко не первая и не последняя, кому он сообщал такие вести… Хотя это и было странно. Почему он делал это лично? Неужто так совпало, что раз он в городе, решил персонально проявить сочувствие…? Краем глаза Джейн заметила, что он достаточно расслабленно сидел. — Я могу продолжить? — Невозмутимая интонация в голосе ощущалась как острое лезвие ножа и она сдержано кивнула, сильнее сжимая зубы. — Иногда такое случается, Мисс Хантер, обвалы в шахтах… — Акцент на имени заставил Джейн повернуться в его сторону, он так тягуче его произнес, что ей это показалось просто неприемлемым, но она смолчала. — Жизнь всегда имеет привычку обрываться в самые неподходящие моменты, — его лицо, на удивление, не выражало никаких эмоций. Лишь на долю секунды Джейн показалось, что уголки чужого рта слегка дернулись в улыбке. — Вы смогли достать их… — голос дрогнул, и одинокая слеза все же скатилась по щеке, — …тела? — Нет. Никого не достали. По этой причине мы прибыли в город, будут общие похороны, с пустыми гробами. Господин в черном наклонился к Джейн, ловя пальцем ее слезу. Она даже не шелохнулась, хоть и сочла этот жест довольно вульгарным. Мисс Хантер никому не позволяла находиться так близко к себе, но почему-то, именно сейчас, не решалась оттолкнуть этого человека. Как под гипнозом, она рассматривала его лицо: худое, точеное, идеально гладкое. Невольно, Джейн захотелось самой прижаться ладошками к его щекам, но эта мысль быстро затерялась среди других, более острых. После они молчали, каждый погруженный в свое. Тишину нарушал только грубый скрип колес и топот лошадей. Иногда, Джейн казалось, что это просто дурной сон. Ей было плевать, куда они едут, кто сейчас с ней рядом… лишь одно желание томилось внутри: раскрыть дверцы и выпрыгнуть на ходу. Она не знала, почему не может попросить остановиться… словно последнее звено, соединяющее ее с семьей, осталось только в этом месте. — Как я могу к вам обращаться? — Вдруг произнесла она, поднимая пустой взгляд на Господина. — Мистер Норрингтон. Уолтер Норрингтон. Джейн кивнула, отворачиваясь к окошку. Она вновь ушла в себя, больше не обращая внимание на названного «Господина». Уолтер же, напротив, разглядывал Джейн, наслаждаясь каждой секундой ее горечи. Зная, что сейчас она все равно не обратит на него внимание, он откинулся на сиденье, преподнося палец к своим губам. Слеза, подобранная им, уже успела высохнуть, но ее горечь осталась на коже. Соленый привкус отдавал болью, злостью. Это было единственным проявлением ее слабости, а потому, имело особую ценность. Пока другие при этой новости содрогались в рыданиях, Джейн Хантер предпочла сохранить гордость. Подобное поведение интриговало… Уолтер всегда находил занятным бесполезные попытки воспрепятствовать своим же чувствам. Обычно потом таких с головой окунало в то, от чего они так сильно отпирались.       Это была не первая их встреча, о чем, Джейн, конечно же, знать не могла. Уолтеру хотелось как можно точнее подойти к своей новой жертве, создать особые условия, принять на себя роль благодетеля. Разрушать медленно, поэтапно, изнутри. Про Джейн Уолтер узнал от ее отца. Накануне трагичных событий, тот слишком эмоционально переживал о своей дочурке и Норрингтон просто не устоял, проникая в чужую голову. Все воспоминания, наполненные страхом, горечью, счастьем и гордостью — он поглотил, увидев в молодой девушке идеальную кандидатку на новую игрушку. Что-то внутри него отзывалось особым трепетом, когда он представлял ее падение. И то было верным, он еще ни разу не брался за судьбы дам, обычно в его власти оказывались лишь мужчины… Оттого, такой опыт становился даже излишне интригующим. Устроить обвал в шахтах Уолтер планировал давно, а здесь, по совпадению, оказалась и семья Джейн, так что, все сходилось до тошнотворной идеальности. Впрочем, Норрингтон желал лично распробовать сущность юной Мисс Хантер до того, как она узнает о трагедии. Что-то в подобном акте было сокровенным, почти священным: так хищник созидает свою жертву, перед нападением, наслаждаясь ее спокойствием, наивностью. Эмоции Джейн тогда, в пабе, оказались изысканным блюдом. Ее сопротивление, непокорность, испуг… Все это было таким непорочным, нежным, словно легкий десерт со взбитыми сливками. Проникнуть в ее голову было не сложно, а вот задержаться в ней… Мисс Хантер слишком быстро ощутила чужое присутствие. Но это лишний раз доказывало то, что Уолтер не ошибся в выборе нового интереса. Ему хотелось прямо сейчас залезть в ее голову, извратить там все, заставить упасть на колени, чтобы горячие слезы капали ему в ноги. Или сжать пальцами тонкую шею, чтобы она напуганная, все равно брыкалась до последнего вздоха, теряясь в непонимании того, почему с ней так поступают. Если бы Норрингтон ее убил, пришел бы женишок мстить? Уолтер ведь успел тогда прочувствовать и его. Такой пылкий темперамент тяжело не заметить, типаж глупого, но доблестного рыцаря. Впрочем, это все было не важно. К счастью, и их, сожалению, для этого городка был уготован совсем другой сценарий, другая судьба. Смерть — это освобождение для людей. Смерть еще нужно заслужить. Экипаж остановился. Уолтер вышел первым, открывая дверцы для Мисс Хантер, которая, за время поездки, изрядно побледнела. Она осмотрелась вокруг, вопросительно взглянув на Уолтера. — Где мы? — Маленькое поселение близь вашего города. Я отдам список погибших и вернусь, не убегайте далеко, Мисс Хантер. Отстраненно кивнув, Джейн прислонилась к карете. Из-за своих переживаний она совсем не заметила, что сильно проголодалась. Ей хотелось как можно скорее вернуться домой, забраться в постель и от души прореветься. Почему-то в обществе Мистера Норрингтона она не могла выразить ни единой эмоции. Джейн все еще довольно настороженно относилась к этому знакомству, надеясь на то, что их пути разойдутся сразу после похоронной церемонии. «Похороны…» Внутри вновь расползлась тягучая, удушающая боль. Пришлось стиснуть челюсть как можно сильнее, чтобы заглушить порыв. Джей злилась от отчаяния, безысходности… Если бы она могла что-то изменить, то отдала бы все ради этого. В голове вдруг возникло ироничное предостережение «Бойся своих желаний» — и Джейн с досадой пнула камень. «Мне нечего бояться, отец не оживет!»       Время тянулось невероятно долго. По ощущениям, обратно они добирались в течении часов четырех, не меньше, хотя на деле не прошло и двух. Всю поездку они молчали, лишь украдкой, Джейн поглядывала на лицо Мистера Норрингтона, когда он отдался легкой дреме, прикрыв глаза. Она, почему-то, совсем не желала пересекаться с его взглядом, до того он ей казался холодным и отторгающим, что кровь в жилах стыла. Джейн пыталась успокоить себя, что дурное впечатление о Господине у нее сложилось из-за того, что он сообщил ей печальные вести… но что-то внутри нее начинало догадываться об истинной природе зародившихся чувств. И все же, было в нем что-то и притягательное. Отрицательно-притягательное. Экипаж остановился на площади у хостела. Снаружи палило солнце, а это означало, что полдень уже прошел. На сей раз, Джейн первая выпрыгнула наружу, совсем не смотря под ноги. Раздался громкий треск, а следом сочувствующее цыканье. Она замерла, медленно повернув голову назад, пока по ногам скользнул ветерок. — А платье было хорошенькое… — Длинный подол предательски зацепился за гвоздь на краю порожка кареты. Джейн могла поклясться, что его там изначально не было. Недовольно хмыкнув, она проигнорировала Норрингтона, и, схватив подол — без церемоний дернула на себя, разрывая оставшуюся ткань еще больше. — Во сколько завтра церемония? — Ее лицо осталось совершенно невозмутимым, хоть губы и дрогнули в конце предложения. — В девять утра. Я могу зайти за вами, если скажете, где живете. Мистер Норрингтон оторвал последний кусочек ткани, протягивая его своей спутнице. — Не стоит, благодарю. Выхватив обрывок платья из его рук, Джейн направилась в сторону дома, совершенно игнорируя, что подол сзади был сильно разодран. По мере того, насколько сильно она отдалялась, ее сердце сжималось все сильнее. Слезы было слишком трудно сдерживать, и, переходя почти на бег, она мечтала только об одном: скорее оказаться внутри.       Время плавно шло к ночи. Джейн лежала на полу, устремив взгляд в потолок. Рядом валялись какие-то вещи, которым не повезло попасть под горячую руку, а изящная ваза, купленная когда-то в подарок отцом, превратилась в небрежные осколки. Джейн больше не плакала, она задыхалась от собственных мыслей, в невыносимом порыве желая ощутить хотя бы долю забвения. Даже было жаль, что ее воспитали так хорошо… будь она более низких нравов, ушла бы с головой в омут, напилась бы в баре, отключив себя от жестокой реальности. Джейн пыталась уснуть несколько раз, но сон не шел. Она словно падала в бездну, резко подрываясь в моменте от этого ощущения. На щеках красовались засохшие дорожки слез. За весь день она так и не поела ничего, поэтому состояние организма было полуобморочное. Ее тошнило, но не только физически. — И что же мне теперь делать, папочка? На своих песнях я не смогу себя обеспечить, если только не стану какой-нибудь вульгарной танцовщицей. И Джейн громко рассмеялась. Со всем отчаянием и горечью. — Если бы Ральф не забрал у меня револьвер, я бы попыталась застрелиться? — вопрос возник сам по себе. Джейн отрицательно замотала головой, снова расхохотавшись. — Нет, конечно же не пыталась. Я выше этого. Ложась на бок, она принялась царапать деревянные полы, поджав искусанные губы. Слишком долго разные мысли вертелись в ее голове, не оставляя ни на секунду в покое. «Нет, я не пропаду. Я стану достойным человеком, буду той, кем гордились бы братья и отец. В память о них…» За спиной послышались тяжелые шаги, но Джейн не обернулась. Она не испугалась, знала, кому они принадлежали. Ей не хотелось, чтобы он видел ее в таком состоянии, но прогонять его не было сил. Не произнеся ни слова, Ральф опустился на пол, обнимая Джейн со спины. Этого было достаточно, чтобы она окончательно сломалась. Худые плечи содрогнулись в беззвучных рыданиях, но теперь, по крайней мере, она точно знала, что не одна. Сколько времени прошло по итогу — никто из них сказать не мог, но свое утешение она нашла в его теплых объятиях. Развернувшись и утыкаясь лицом в широкую грудь, Джейн не сразу заметила, как уснула. Сон, тягучий, неприятный, вновь заковал ее внутри душной кареты, она неслась по незнакомым просторам, с каждой минутой задыхаясь все больше и больше. Джейн попыталась встать, но что-то удерживало ее, цепляло, не позволяло шевелиться. Едва различимый шепот, подобно ветерку, нежно коснулся ушей: «Как же прекрасно вы падаете, Мисс Хантер» Не успев разобрать остальную часть фразы, Джейн ощутила, как под ногами не осталось ничего твердого. Теперь, она, скованная настоящими цепями, летела прямиком в бездну. Ее крик поглощался неестественной тишиной, а тело, по состоянию, напоминало тяжелый камень. Это продолжалось не долго. В моменте Джейн дернулась в последний раз, распахнув широкого глаза. Она сидела на постели, крепко сжимая в руке подвеску, которую когда-то подарил отец. По виску стекал холодный пот, а сердце сильно колотилось в узкой грудной клетке. Раздался торопливый стук в дверь. Джейн метнула взгляд в сторону, на часы. Они встали ровно на «3:15». «Проклятье!» — слетело с ее губ, «Неужели я проспала похороны?»