Лагерь

6:00 – Утро без суеты Женя проснулся от тишины. Илья уже сидел на краю кровати, погруженный в созерцание рассвета за окном. — Опять не сомкнул глаз? Илья обернулся, и в отблесках утренней зари Женя увидел в его глазах плеск тоски и восторга. — Просто… впитываю. Каждую деталь. Женя потянул его к себе, прижал к теплому боку. — Время еще тянется, словно карамель. 8:00 – Последний завтрак Столовая бурлила, словно разворошенный муравейник. Детский гомон, взрывы смеха, обмен адресами – прощальный утренний хаос. — Вожатый Илья, а вы мне будете писать? — Сашка, маленький дракончик, вцепился в рукав его рубашки. — Обязательно, — Илья легонько потрепал его по взъерошенной макушке. — А мне? А мне? — детские голоса взметнулись хором, как стайка встревоженных птиц. Женя приобнял Илью за плечо, ограждая от натиска. — На всех хватит вашей заботы. 12:00 – Генеральная уборка Они шли по корпусам, заглядывая в комнаты, проверяя, не затерялось ли что-нибудь важное в спешке сборов. Илья застыл в дверях их комнаты, словно наткнулся на невидимую преграду. — Здесь все началось… Женя прильнул к его спине, обнял за талию, переплетая пальцы на животе. — И не закончится. Никогда. 15:00 – Концерт Софиты. Овации. Сашка, облаченный в костюм дракона, вдруг напрочь забыл слова и, покраснев от стыда, просто зарычал в микрофон, вызвав бурю смеха в зале. Алина, хрупкая фея, рухнула в обморок по-настоящему – от переполнявшего ее волнения. Илья стоял за кулисами, вгрызаясь в губу, пока Женя не перехватил его руку, крепко сжав в своей. — Они прекрасны в своей непосредственности. Идеальны. 19:00 – Ужин со слезами — Я не хочу уезжать! — Алина захлебывалась слезами, размазывая их по тарелке с недоеденной кашей. — Мы обязательно увидимся снова, — Илья осторожно погладил ее по спине, пытаясь унять дрожь. Женя чувствовал на себе сочувствующие взгляды других вожатых – все прекрасно понимали, как тяжело расставаться с частичкой лета, вложенной в этих детей. 22:00 – Прощальный костер Пламя, словно живое существо, жадно лизало ночную темноту, а искры, устремляясь ввысь, растворялись в россыпи звезд. Дети, обнявшись, тихо напевали грустную прощальную песню. Вожатые молчали, утопая в собственных воспоминаниях и чувствах. Илья прижался к Жене, положив голову ему на плечо. — Я не готов отпустить это. Женя обнял его в ответ, спрятав лицо в его волосах, вдыхая знакомый запах костра и летнего ветра. — Это не прощание. Это обещание новой встречи. 23:30 – Последняя ночь Чемоданы стояли у двери, комната казалась непривычно пустой. Илья сидел на кровати, перебирая в пальцах забытый детский носок. — Жень… — голос его дрогнул. — А где ты живешь? В городе? Женя, складывавший последние вещи в рюкзак, замер. — Улица Ленина, дом 15. Илья резко поднял голову. — Это… Это же в двух кварталах от меня! Тишина. Потом Женя медленно улыбнулся. — Значит, завтра не прощаемся. — А что? — Говорим "до скорого". Илья рассмеялся, и вдруг все стало проще — чемоданы, отъезд, пустая комната. Женя подошел, встал перед ним на колени, взял его лицо в ладони. — Завтра в семь вечера. Кафе на углу. — Ты… придешь? — Илюша, — Женя прижался лбом к его лбу. — Я теперь всегда буду приходить. Они целовались медленно, без спешки, зная, что завтра не будет тоски на вокзале. За окном пели сверчки, а впереди было целое лето — уже не вожатское, а их. Конец смены. Начало всего остального.