Голубая зараза

Целовать Джисона оказалось слишком приятно, что не удивительно — с ним всегда слишком. Сюда же, в ряд «слишком», вошло и неприятное чувство после его отказа переехать обратно в их комнату. Минхо хотел возмущаться, настаивать, говорить, как неправильно поступает младший, но все аргументы рассыпались с приходящим пониманием, что единственный виновник здесь — это он сам. Ли сам довёл их взаимоотношения до этой точки, когда Хан решил просто сбежать от непостоянного парня, и нельзя его осуждать за это. — Джисон, — выдыхает Минхо, всё ещё держа его в своих руках, — почему? — Потому что хочу отвязаться от тебя и своих чувств к тебе, разве не очевидно? — Хан выпутывается из объятий и отходит на пару шагов назад. — Или я тебе всё-таки нравлюсь, и ты готов стать моим парнем? — спрашивает он, заранее зная ответ. И ответ уже написан на чужом скривившемся лице. Минхо не может принять мысль о возможных отношениях с кем-то, у кого между ног не вагина. Пусть его и приятно целовать, пусть хотелось вновь сократить образовавшееся между ними расстояние, пусть Джисона так много в его голове, что хочется провести там генеральную уборку — это совершенно не значило, что он сможет принять собственное влечение к своему полу. Даже думать о подобном было сложно. — Нет, — качает головой Ли, отвечая на все вопросы сразу. Джисон печально усмехается. Хоть он и ожидал такого исхода, но крошечная надежда на другой исход всё же имелась, обжигая теперь тлеющим угольком где-то под рёбрами. — Зачем поцеловал тогда? — Хотел попробовать, — немного виновато отвечает Минхо. — Было приятно, но… — Я тебе не манекен для опытов! — перебивает Джисон, не желая дослушивать его «но». — Ты знаешь о моих чувствах, знаешь и всё равно поступаешь вот так! И это не первый раз! Очнись, я живой человек! — Хан повышает голос, снова злится как на него, так и на себя. — Ты же сам позволяешь! — закипает в ответ Минхо, совершенно не понимая ни себя, ни парня. — И инициатор чаще всего тоже ты! — Хён, ты идиот? Я влюблён, у меня чувства, мне тяжело тебе отказать, тяжело сдерживаться, когда ты позволяешь приближаться. Но ты! Ты-то почему не отталкиваешь? Нахрена лезешь ко мне, раз не собираешься продолжать?! Оба снова разозлились, обвиняя друг друга, снова превращали разговор в ссору. Снова не смогли найти понимание. И это было так привычно, что с повышением тона стало даже проще, как будто всё вернулось на свои места. Зачем усложнять и разбираться, если можно вернуться к истокам и плыть по знакомому течению, где путь давно изученный, хоть и не всегда комфортный. Зато так проще. — Отвали от меня уже и забудь о случившемся, — Джисон обошёл стоящего столбом парня, собираясь уйти, но был пойман за рукав. — Ну чего тебе? — Извини ещё раз, за грубость и… и за поцелуй тоже. Я больше не стану лезть, обещаю, — Минхо выглядит действительно сожалеющим, встречается с поникшим взглядом Хана и отпускает его после молчаливого кивка в ответ. Джисон бы ответил, извинился тоже за многое, попробовал сгладить напряжение, но вместо этого быстро уходит. Потому что чувствует, что если откроет рот или задержится ещё хоть на минуту, то снова будет лить слёзы, и они вернутся к тому, с чего начали — Минхо снова обнимет, снова будет успокаивать, пока Хан не сдастся и не сломается под чужими уговорами переехать обратно. Если честно, то уже почти сломался. Огромного труда стоило взять себя в руки и отказать этому человеку, который влиял сильно, привязывал к себе, был самой вредной привычкой. Вредной и притягательной, похуже всякого никотина. Минхо же, оставшись наедине с собой, чувствует себя самым потерянным человеком. Чужие губы ощущались прекрасно настолько, насколько и ужасно. Ужасно пугающе, ужасно приятно и ужасно неправильно. Если вспоминался факт того, что Джисон парень, то становилось совсем хреново. Ему нравилось обнимать этого парня, нравилась его кожа, мягкие волосы, вкус… И не нравилось наличие члена в штанах. Не хотелось даже представлять, что было бы, начни они встречаться. Это значило бы, что когда-то дело должно дойти до постели, а Минхо от одной лишь фантазии становилось дурно. Противно. Почему Джисон родился не женщиной? Великое упущение природы. Пустота комнаты вгоняла в тоску, заставляла много думать и сомневаться в каждой своей мысли. Но бежать от этого Ли больше не собирался, а наоборот, заперся и игнорировал все попытки вернувшихся друзей попасть к нему. Ему звонили, писали, стучались, пока Минхо упорно делал вид, что его не существует. Воткнул наушники в уши, включил погромче любимую музыку и отдался потоку несущихся мыслей, пытаясь наконец понять свои чувства, а не скрываться от них. Первое, что он выяснил для себя, — Джисон и правда стал ему близок. Осознавать, что теперь рядом не будет вечно болтать эта липучка, было досадно. Ли успел полюбить его болтливость, громкое сопение, тактильность и даже частое нытьё по поводу и без. Весь этот парень стал нужен, с каждой своей особенностью. То, что так раздражало в нём раньше, теперь воспринималось как неотъемлемая часть Хана, без которой он был бы уже не собой. Вторым открытием стало то, что тишина, которую Минхо так любил раньше, теперь давит. Не слышать бубнёж младшего, нескончаемое клацанье по клавиатуре, недовольные стоны и выкрики во время неудач в играх, ленивое шарканье ног по полу — как же сильно это мешало тогда и как сильно уже не хватает сейчас. А ведь его нет с ним в этой комнате каких-то полдня. Видимо, драматизм тоже заразен. Мессенджер был завален сообщениями от всех, кому не лень, включая самого Джисона. Он коротко поинтересовался, куда тот пропал, и сообщил, что все собираются сходить в кафе неподалёку. Отказываться от совместных встреч было бы глупо и подозрительно, поэтому Минхо ответил в общий чат, что придёт немного позже и просто спал. Конечно, в эту версию никто не поверил, но от высказываний воздержались. Кажется, уже каждый в их компании знал о происходящей драме между этими двумя. Может, не были в курсе всех подробностей, но додуматься до очевидных вещей не составляло труда. В заведении Ли быстро нашёл нужный стол — самый шумный в этом тихом месте. Только вот, когда он подошёл ближе, ему захотелось развернуться обратно. Или выкинуть кое-кого. Рядом с Джисоном, даже чересчур близко, сидел его новый сосед. Он скромно улыбался и тихо переговаривался с Ханом, пока остальные смеялись с чего-то, не жалея голосовые связки. — Привет, — поздоровался Минхо и уселся по другую сторону от Джисона, чувствуя на себе его вопросительный взгляд. — Соскучились? — Ли проигнорировал заметно сменившееся с его появлением настроение за столом. Как будто он смертельно болен, и все сочувствуют ему. — Не дождёшься, — Хёнджин, сидящий напротив, первый поддержал шуточный тон Минхо, незаметно пихая локтем Чанбина рядом, что совсем завис. — Выспался? Я уж думал, ты опять меня кинешь. — Ни за что тебя больше не брошу, — усмехнулся Ли и перевёл взгляд на новенького. — А ты кто? — прозвучало, видимо, совсем уж недружелюбно, раз все уставились на него, а Джисон и вовсе шлёпнул по бедру под столом. — Чонвон, мы сегодня уже виделись. Приятно познакомиться, — парень приветливо протянул руку через Джисона для рукопожатия, но Минхо потянулся за стаканом с лимонадом, сделав вид, что не заметил. Рядом обречённо вздохнул Хан. — Ага, взаимно, — бросил равнодушно Минхо, даже не смотря на него. — Что тут делаешь? Сам навязался, или этот пригласил? — он кивнул в сторону младшего и поднял взгляд на шокированных его поведением друзей. — Чего вы так уставились? Я, может, о личном хотел поговорить, а тут лишние уши. — Минхо, это грубо, — Чан осуждающе покачал головой, пока Феликс рядом согласно поддакивал. — Не будь таким... — Каким? — с вызовом бросил Минхо, когда Чан не смог подобрать слово. — Давай, договаривай. В чём я не прав? Может, стоило узнать мнение всех, м? Да, Джисон? — он перевёл взгляд на покрасневшего Хана, которому явно было что сказать. — Парни, не стоит, я пойду, — неловко улыбнулся Чонвон, поднимаясь из-за стола. — Увидимся дома, — обратился он уже к Хану и попрощался со всеми, заверив, что всё в порядке, когда Чан начал уговаривать остаться и пообещал усмирить взбесившегося друга. Фраза про дом болезненно отозвалась в душе Ли. Хотелось схватить Джисона и сказать, что ни к кому он не пойдёт. Да и какой дом вообще? Они просто временные соседи по общаге, что там успел придумать себе этот парень? Так не должно быть. — Что на тебя нашло? Мы, вообще-то, писали тебе, что он будет с нами! Если бы ты не игнорировал нас, то знал бы, — возмущался Чанбин. Они и раньше знали, что Минхо бывает грубоватым, но сейчас повод казался совсем мелким для такого поведения. — Придурок, — зло выплюнул Джисон и поднялся, уходя вслед за своим соседом, оставив вещи на диване, тем самым давая понять, что ещё вернётся. — Всё, хватит, не будем портить вечер, — попытался успокоить назревающий конфликт Хёнджин. — Оставьте Минхо в покое, от него любимчик сбежал. — Я тебя прибью, — вздохнул обречённо Ли, уронив голову на стол. — Давайте не будем об этом, — попросил он, даже не отрицая, что его настроение испорчено именно из-за названной Хваном причиной. Остальные понимающе кивнули, решив, что отчитывать Минхо сейчас будет себе дороже. Успеют ещё высказаться. Джисон вернулся быстро, сказав, что Чонвон в порядке, хоть и явно расстроен. Пусть Хан не был доволен резкостью Минхо в сторону своего одногруппника, но его ревность была даже приятна. Как бы старший ни пытался убедить его утром, что не ревнует, — факт был на лицо. Бессмысленно отрицать очевидное. За оставшийся вечер Минхо больше не разговаривал с ним. Старался даже не смотреть в его сторону. Отсел подальше, оставляя побольше пространства, чтобы не касаться случайно и намеренно, чтобы было, чем дышать, когда Джисон звонко смеялся, притягивая взгляд к своему счастливому лицу. Чтобы не давать себе повода пересмотреть в очередной раз свои взгляды и не думать «а что если...» Сам Хан либо прекрасный актёр, либо и правда совершенно не переживал об их взаимоотношениях. И это тоже было неприятно. Казалось бы, Минхо должен радоваться, что младший чувствует себя хорошо, что, видимо, смирился с невзаимностью и идёт дальше. Но почему так быстро? Неужели все те слова о влюблённости, с которой было, по его же словам, так тяжело, были настолько преувеличены? Или всё и вовсе было сплошным театром одного актёра из-за излишней драматичности парня. Как бы то ни было, факт того, что это задевает Минхо, напрягал не на шутку. Джисон привязал к себе стальными канатами, а теперь отчаянно пытается развязать затянутые узлы. Пока что безуспешно. Возвращаться к себе одному казалось странным и неправильным. Обычно после совместных посиделок рядом шагал Джисон, сонно болтая о том, как уже хочет в кровать и как не хочет вставать утром на пары. Или же довольно предвкушал многочасовой сон, если впереди были выходные. Рассказывал о планах на будущий день, делился всякой ерундой, на что Минхо часто вздыхал и закатывал глаза недовольно. А сейчас жалел, что всего этого нет. И засыпать в тишине тоже стало трудно. Поэтому после почти бессонной ночи Минхо решил, что стоит ещё раз попробовать убедить бывшего соседа вернуться. Он ходил с этой мыслью до обеда, пока к ним не подошла девушка, когда они только сели за стол своей привычной компанией. Привычной и с небольшим пополнением — Джисон притащил с собой Чонвона. Пак Мина, та самая одногруппница Хана и по совместительству девушка, с которой переспал Ли после вечеринки, остановилась рядом с Минхо, мило улыбаясь и приветствуя остальных. Она наклонилась к его уху и прошептала так, чтобы не было слышно никому другому. Когда Пак ушла, на Минхо устремились заинтересованные взгляды всех присутствующих. Особенно заинтересовался Хан. — Минхо, когда успел украсть ещё одно сердце? — бестактно выдал Хван, тем самым надавив на больную точку Джисона. — Что она хотела? — Сказала, что хочет поговорить после занятий, — нехотя ответил Минхо, ковыряясь вилкой в салате и почти физически чувствуя прожигающий взгляд одного конкретного студента на себе. — Мы познакомились перед рождеством. — А, так это та самая, с которой ты… — Хёнджин, заткнись, прошу тебя, — перебил Минхо и перевёл взгляд на сжимающего челюсть Джисона. — Не знаю, чего она хочет, но мне заранее не интересно. — Зря ты так, она вон какая красавица, — протянул Чанбин, оборачиваясь на девушку в другом конце столовой. — Эх, за мной бы такие бегали. — Они бегают, ты просто за гантелями не видишь, — улыбнулся Феликс, ткнув пальцем в его бицепс. — В зале многие на тебя глаз положили, — он и правда замечал заинтересованные в друге взгляды девушек, когда ходил с ним заниматься несколько раз. — Подтверждаю, — кивнул Чан, поддерживая новую тему, пока двое бывших соседей общались взглядом. И явно ссорились. — В следующий раз я тебе покажу, кто больше всех на тебя пялится. Минхо не мог отвернуться от Джисона, который всем своим видом пытался показать, что ему плевать. Парень не отводил глаза первый, принимая вызов, поднимал бровь в немом вопросе и показательно прижимался к ничего не понимающему Чонвону, словно доказывая старшему, что вот, у него уже есть замена, и никакой неопределившийся придурок ему уже не нужен. Ли подобная показушность только злила. Захотелось показать, насколько ему всё равно, пусть это и неправда. Показать хотелось, а вот каким образом не ясно. На помощь как раз кстати подоспела Мина. Девушка пришла к нему в комнату после занятий, удивив темой разговора Минхо. — Повторим ту ночь? — начала без предисловий она, остановившись совсем близко и невинно улыбаясь. — Я не настаиваю на отношениях, но не против иногда видеться, мне тогда понравилось, — она провела пальцами по его торсу вниз, останавливаясь у ремня и смотря в расширенные глаза парня. Минхо не был фанатом подобных связей без обязательств, но это была неплохая возможность разгрузить мысли и хотя бы на время забыть о засевшем в мыслях студенте. Он неоднозначно усмехнулся и сам приблизился к её лицу, незамедлительно целуя. Для Пак это стало зелёным светом, чтобы запустить ладони под его рубашку, вжаться в него сильнее и потянуть к кровати. А для Минхо это стало очередным провалом. Проигрышем самому себе. Губы девушки ощущались на своих мягко и даже приятно, но не так, как хотелось. И кожа её не манила коснуться. Да и волосы, если честно, мягкостью не отличались. Всё было не так. Не так в сравнении с ним. С дурацким Джисоном, что умудрился обломать чужой секс, сам того не подозревая. — Подожди, — он придержал её за талию, останавливая и отстраняясь. — Мне это не нужно, извини. Мина замерла, оскорблённая до глубины души, и уже перебирала в голове, что с ней может быть не так. — Мне нравишься не ты, — выдохнул он, смирившись со своим положением, признаваясь самому себе в этом. — Так что я не могу. — А целуешь зачем? — не поняла она, и Минхо от этого вопроса словил дежавю. — Странный ты. — Проверил, вдруг получится не думать о другом человеке, — ровно ответил Минхо, пожав плечами и отступив ещё на шаг, чтобы дать девушке пройти к выходу. — Не злись только, ладно? С тобой всё в порядке, это я идиот. — Другой человек? — студентка понимающе улыбнулась. — Я тебя поняла. — Стой, что ты там поняла? — он остановил девушку за руку, когда та пошла к двери. — Мне не нужно лишних слухов. — Не переживай, я никому не скажу об этом твоём другом человеке. Ничего, кроме как поверить на слово и отпустить, делать не оставалось. Да и кто знает, может, она и не догадалась ни о чём. Спрашивать напрямую, поняла ли она, что Минхо говорит о парне, он не стал — слишком рискованно. Не было в этом ничего ужасного, узнай кто-то, но хотелось понять всё до конца самому, прежде чем рассказывать кому-либо. Когда дверь снова открылась, Ли подумал, что это вернулась Мина. Однако на пороге неловко мялся Джисон, не решаясь пройти в комнату. — Ты занят? — Нет, — Минхо нахмурился, что-то в нём загоралось при виде этого парня, отдавалось раздражением под кожей. — А что, соскучился или соседушка не даёт? — грубость сама срывалась с языка. — Я передумал, пока, — Хан уже шагнул назад, махнув на него рукой. — Стой! — Ли метнулся к двери, удерживая её. — Прости, привычка уже, я исправлюсь. Что-то случилось? — он резко смягчился, замечая, что настроение у парня явно было испорчено ещё до их встречи, иначе бы он не решил уйти так просто и обязательно ответил в том же тоне. — Чонвон сказал, что ему со мной тяжело, — пробубнил он, всё-таки заходя в комнату, по которой уже успел соскучиться. — Типа я к нему липну, а его парни не интересуют. Короче, он меня отшил, а ведь я даже не думал ни о чём таком! Теперь неловко. Попробуй докажи, что он мне в этом плане нахрен не сдался. Не верит же! — жаловался Джисон, проходя дальше, и, падая на свою бывшую кровать спиной, уставился в потолок. Идея прийти именно к Минхо возникла сама собой, другие варианты даже не рассматривались. Несколько месяцев назад он бы обратился к Феликсу или Хёнджину в первую очередь, но сейчас почему-то комфортнее было именно здесь, с не самым тактичным и не самым ласковым парнем. — А ты не лип к нему? — Минхо прошёл следом и сел на пол рядом с его постелью, положив на неё голову. — Выглядело всё именно так. — Ну, совсем чуть-чуть, — нехотя признал Хан, перевернувшись на бок, лицом к нему. — По-дружески! — Верю, — серьёзно ответил Ли, видя, что он не врёт. Эмоции Джисона давно стали привычными и понятными. — И что теперь? Избегать его будешь, как меня? — Как видишь, тебя я не избегаю, к сожалению, — студент тяжело вздохнул, принимая провал в попытке отвязаться от Минхо. — Не получается. И его не буду, просто бесит пока что. Рука Минхо легла на его макушку, мягко поглаживая спутанные волосы. Разве можно было быть с кем-то и не думать об этом парне, что с ума сводил своей простотой, честностью и открытостью. Как можно не… — Я видел, как отсюда шла Мина, у вас с ней что? — тихо спросил Джисон, не зная точно, хочет ли слышать ответ. — Предложила секс без обязательств, — Минхо улыбнулся, видя, как нахмурился младший, явно сдерживая осуждающие реплики. — И я её поцеловал. — Счастья вам, — пробормотал недовольно Хан, но с места не сдвинулся, смотря в отчего-то довольное лицо Минхо. — Чего лыбишься? — Я ей отказал, — Ли поймал замешательство на лице парня, что не удивительно. Он и сам себя понять не может. — Ответил, что… Джисон, я сейчас скажу, но ты серьёзно не воспринимай. Я пока не уверен и вообще нихрена не понимаю, — быстро проговорил он и сделал пару глубоких вдохов, чтобы хоть немного успокоить нервы. — Ты, кажется, нравишься мне. Джисон вовсе забыл, как и зачем дышать. Зачем нужен кислород, если всё равно собираешься умереть от чёртовых чувств. Он так и замер, не двигаясь, не дыша и не моргая. Глупо пялился на покрасневшего Минхо и никак не мог поверить, что ему не послышалось. Что это он, Ли Минхо, который ещё вчера заявлял, что никаких чувств у него нет и быть не может, говорит такие слова. Очередные эмоциональные качели. Теперь они не только раскачивали до тошноты, но ещё и скидывали с себя, ударяя по глупой голове вдогонку и мерзко скрипя, словно насмехаясь. — И что? Я должен тебе на шею броситься и сдохнуть от счастья, что ты соизволил признать это, и то не до конца? — Хан сел в кровати, смотря на него теперь сверху вниз. — Ты сказал не воспринимать серьёзно, а я и не собирался. Верить таким, как ты, себе дороже. Не ожидая такой реакции на своё небольшое признание, что далось отнюдь не легко, Минхо потерял дар речи. Да, он и правда надеялся, что Хан будет рад услышать подобное, а не будет отчитывать его. — Челюсть захлопни, — Джисон сам прикрыл чужой приоткрытый рот, — раз уж сказать больше нечего. — Да шёл бы ты… — хотел взорваться Минхо, но тут же себя остановил. Знает, что Хан имеет право злиться, — ко мне. Хватит, Джисон, мне тоже нелегко. Он так и остался сидеть на коленях у его бывшей кровати, надеясь, что тот вернётся на своё, как он считал, законное место. Смотрел на парня, как пёс — провинившийся, но знающий, что человек всё равно любит и не бросит. Наверное. — О, малыш, тебе тяжело, правда? — сладко протянул Джисон, касаясь его подбородка пальцами и склоняясь ближе. — Давай ты мне отсосёшь, и я вернусь. Минхо резко отбросил чужую руку и поднялся на ноги, не скрывая отвращение на своём лице. — Ты ебанулся? Что ты несёшь? — Напоминаю, что я всё ещё парень, с членом, прикинь! И по тебе прекрасно видно, что ты напрочь забыл об этом маленьком нюансе! — вспылил Хан, становясь напротив. — Хотя, вообще-то, не таким уж маленьким, если понимаешь, о чём я, — он быстро опустил взгляд вниз и вернулся к страдальческому выражению лица старшего. — Видишь? Да ты от одного упоминания выглядишь так, будто я тебе в глотку лимон запихнул, а не о своей неотъемлемой части говорю! — Я просто хочу попробовать, зачем ты всё усложняешь? — вымученно вздохнул Минхо. — Попробовать что? Добить меня? — Встречаться с тобой, тупая ты башка, — почти беззлобно ответил Ли и усмехнулся от того, как резко взлетели брови студента. — Вдруг получится? Дай мне возможность исправиться. — Ты дурак? — шокировано уточнил Джисон, отступая назад, будто ему угрожали. — О нет, я на это не подпишусь! — Я тебя не понимаю, — Минхо пошёл следом за отступающим парнем и поймал его запястье, останавливая. — У тебя чувства, у меня вроде тоже. Я иду тебе навстречу, а ты решаешь отшить меня? Какого хрена? — Как раз из-за твоего «вроде»! А если не получится? Ты будешь спокойно жить дальше своей натуральной жизнью, а я ещё больше страдать? Ага, разбежался! Удобно ты решил устроиться, не поспоришь! — он остановился, не уходя больше, уверено отвечая на хмурый взгляд. — И как быть? — совсем запутался Минхо, не желающий оставаться одному со своими новыми чувствами. — Может, хотя бы переедешь обратно? Или и здесь откажешь? — Откажу, — кивнул парень и поддерживающе сжал его плечо. — Но ты не расстраивайся, моё предложение с отсосом остаётся в силе, — он подмигнул сжимающему кулаки Минхо и хотел рассмеяться, сказать, что это шутка, но не успел. — Хорошо, раздевайся, — ровно проговорил Минхо и сам отошёл, взглядом указывая на кровать. — Давай, вперёд. Снимай штаны, присаживайся. — Ты ненормальный, — прошептал поражённо Хан, зная, что Ли не сделает этого, но сам факт такого поведения уже удивлял. Неужели настолько не хочет жить один? — Ты не лучше, знаешь ли, — фыркнул Минхо раздражённо. — Чего стоишь? Вали давай к своему новому дружку. И да, ревную, прикинь? — он заранее ответил на вопрос, от которого Джисон точно не удержался бы. — Пойду, — ответил мягко Джисон, приближаясь. — А ты пока подумай, действительно ли хочешь того, что предлагаешь. Для меня это серьёзно, — он остановился совсем близко, оставляя на чужих губах невесомое прикосновение собственных. Просто потому что захотелось. — И пока что я тебе не верю. Да и ты себе тоже. Вид растерянного Минхо умилял, заставлял таять и хотеть сдаться ему полностью. Он выглядел настолько невинно и безобидно, что желание поверить ему на слово и забыть всё плохое едва не выиграло. Но Джисон отступил, шагнул назад, с удовольствием наблюдая, как Ли машинально тянется следом, затуманенный короткой близостью. А затем уходит, оставляя Минхо наедине с его горящими щеками и почти детской обидой. Обидой, что ему не дали шанса так легко, как хотелось бы, не простили всё былое нехорошее, не позволили попробовать и, возможно, ошибиться снова. Не позволяли и дальше. Все попытки Минхо сблизиться с младшим больше, чем было когда-то, или хотя бы вернуться к недавнему близкому общению пресекались на корню. Радовало одно — Чонвон больше к ним не присоединялся ни разу. Видимо, так и не поверил, что чувства его нового соседа исключительно дружеские. Находиться всё время рядом и не иметь возможности вести себя так, как хочется, когда всё нутро тянется к Джисону, когда невозможно отвести взгляд, когда скучаешь безумно, — почти невыносимо тяжело. Друзья понимающе старались увлекать Минхо в свои разговоры, таскались рядом почти круглыми сутками, пытались не дать страдальцу остаться одному. Больше всех, как ни странно, помогал именно Чан. Он тактично молчал, но ненавязчиво предлагал крепкое плечо для опоры, давая возможность воспользоваться, когда потребуется. Хёнджин же, наоборот, не затыкался, когда они оставались наедине. Сыпал своими советами и «а я говорил», кидался намёками в Джисона, завуалированно говоря, что они такими темпами могут потерять одну влюблённую душу и виной будет «кое-кто» из них, смотря при этом на закатывающего глаза Хана. Хан всё это время просто ждал. Не знал, чего конкретно, но определённо какого-то знака свыше, который либо покажет, что Минхо тогда был серьёзен в своих намерениях, либо же что это было очередным заскоком бывшего соседа. Пока что сложно было сказать, но что Джисон понял точно — Минхо скучал. Как и он сам. Из-за этого он упустил момент, как оказался в знакомой комнате с вещами. Не выдержал. С Чонвоном было совсем тоскливо — он избегал близкого общения и был слишком уж вежливым, как будто они не одногруппники, а особы королевских кровей, что обязаны держать лицо и не могут общаться как обычные смертные. Это раздражало и каждый раз портило настроение. Так он и оказался здесь. Конечно, он мог заселиться в любую другую свободную комнату: места после сессии и череды отчислений явно должны были появиться. Но нет, ноги сами привели сюда, а в голове даже не промелькнула мысль узнать о других вариантах. Минхо в комнате ещё не было. У Хана и Феликса сегодня было на две пары меньше. И именно младший Ли помогал ему с переездом, тысячу раз уточнив, уверен ли он, и получив в ответ столько же неуверенных ответов. Он не знал, как отреагирует Минхо на его возвращение после нескольких недель почти что игнорирования, будет ли он рад или попросит свалить подальше. Как и не знал, к чему это всё приведёт. Как держаться на расстоянии от того, с кем снова решил жить? Вновь видеть его первым после пробуждения и последним перед сном. Прошло всего около месяца, а их совместное проживание уже казалось чем-то далёким и нереальным. Зато их прошлые перепалки таковыми не казались. Из-за отдаления в их взаимоотношения вернулась прежняя язвительность и редкие разговоры на грани ссор. Только уже не из ненависти, а скорее из-за непонятных чувств, что не находили выхода, в итоге превращаясь в вечное напряжение и новые перепалки.

♥♥♥

Минхо устал. Устал копаться в себе, спорить сам с собой, бегать за постоянно ускользающим куда-то парнем, чувствовать себя почти что круглосуточно на нервах. И виной всему даже не приближающийся стремительно выпуск из университета, из-за которого нервничали многие старшекурсники, а всего лишь Джисон. Если бы прошлой осенью кто-то сказал, что Ли будет страдать по парню, да не какому-то там, а по Хан Джисону, он бы тут же вызвал дурку этому человеку. И где он теперь? Теперь он стоит рядом с чужими вещами в своей комнате и не может сдержать счастливую улыбку, узнавая на полках знакомые фигурки. Он уже и не надеялся, что младший вернётся, поэтому перестал наседать и отпустил ситуацию. Это что, награда за терпение? И даже не удивляло уже, что Минхо считал присутствие Джисона наградой. Смирился со своими эмоциями и просто принял их — противиться бессмысленно. Из ванной вышел и сам виновник чужой аритмии. Остановился, неловко улыбаясь и вытирая влажные ладони о домашние штаны. Захотелось объясниться, сказать, что это ничего не значит, соврать, что он вернулся, потому что выбора не было, как-то оправдать своё появление — помимо правдивого «я соскучился». — Сюрприз? — посмеялся натянуто Хан, топчась на месте, когда никакой реакции со стороны старшего не последовало, кроме очевидного недоумения. — Ты навсегда? — Надеюсь, что только до конца учёбы, — отшутился он, зная прекрасно, о чём его спрашивали. — Ну, так что, ты не против? Несколько секунд подумав, Минхо покачал головой, забыв, видимо, как разговаривать. Возвращение блудного соседа обрадовало и поставило в ступор своей неожиданностью. Что это значило? Что Хан решил дать им шанс? Или его выгнал Чонвон? — Почему ты здесь? — спросил Минхо, когда сосед уселся на свою кровать и стал рыться в ещё не разобранной сумке. Джисон скромно пожал плечами, поджав губы. Что он мог сказать? Правду, что соскучился и что лучшим его соседом оказался именно Минхо? Нет уж, точно зазнается. Но Ли и тут удивил. — Я скучал, — произнёс он тихо и сел рядом, обнимая скованного парня. — Неважно, кем ты там мне будешь, ты мне как человек дорог, это важнее, — честно говорил Минхо, прижимая к себе Джисона, что выдохнул резко и обхватил руками в ответ, чувствуя себя так, словно домой вернулся. Слышать такое от него одновременно приятно и больно. Джисон начал винить себя за своё отдаление от человека, которого сам к себе привязал. Было видно, что Минхо правда переживал и хотел вернуть их зародившуюся тогда дружбу. Хотя бы её. А ещё хотел поцеловать его снова, о чём не постеснялся сказать вслух. Шёпотом, у самого уха, совсем нежно и уязвимо, с надеждой на согласие. Хан отказывать и не думал. Поднял голову с его плеча и провёл кончиком своего носа по его, ластился, как преданное хозяину животное, что тоже скучало сильно. Минхо ощутил каждую мурашку, покрывшую его кожу от трепетных действий младшего, прикрыл глаза и вдохнул знакомый свежий аромат его шампуня. Как же сильно его не хватало. Он неспешно преодолел оставшееся между ними расстояние, касаясь влажных губ своими сухими, медленно смакуя их, будто никак не мог распробовать. Не напирал, не углублял поцелуй, лишь с наслаждением аккуратно сминал столь приятные губы, чувствуя так много всего и одновременно теряя все ранее тревожные мысли из головы. Всё-таки с Джисоном действительно слишком приятно целоваться. В этот раз без всяких «но». Спроси младший сейчас то же, что тогда — нравится ли он ему и готов ли стать ему парнем, — он не раздумывая согласится. Пусть будет тяжело, пусть остались сомнения и противоречивые чувства на этот счёт — неважно. Он хочет попытаться и знает, что способен преодолеть последние сомнения, ведь уже проделана огромная работа над собой, а если он смог сотню раз переступить через собственные устои и пересмотреть взгляды, то сможет и сто первый. Но Джисон в этот раз не спрашивал. Отстранился первый, улыбнулся расслабленно и никак не прокомментировал произошедшее. Вот так просто поцеловал и, как ни в чём не бывало, вернулся к сумке, вытягивая оттуда подаренную ему нинтендо. — Будешь играть? И всё? — Ли остался сидеть на его кровати, просто не смог сдвинуться с места. — И ты не хочешь поговорить? — О чём? — парень сделал вид, будто не понимает, чего от него хотят. — Я… — протянул неуверенно Минхо и тут же встряхнул головой, приводя себя в чувства. — Блять, Джисон, мы только что поцеловались! — И что? Первый раз, что ли? Сегодня ты со мной целуешься, завтра с кем-нибудь ещё. У кого-то секс по дружбе, а у нас вот, поцелуи, — невзирая на протестующую совесть, Хан упорно не хотел так легко поддаваться чувствам и прыгать в отношения с тем, кто знатно успел покатать его на эмоциональных качелях. Ли завис. Казалось, что сейчас они поменялись местами. И, судя по фальшивой милой улыбочке младшего, это заметил не он один. В целом Минхо всегда верил в эффект бумеранга, нечему тут удивляться. — Какая же ты зараза, Хан Джисон, — усмехнулся он, снова целуя его. Совсем коротко — так, по дружески.