И без крыльев ты сможешь летать

***

Не было ничего неожиданного в возникающих повсеместно склоках, если речь шла о Лютном переулке. Здесь существовала своя экосистема, иерархия и такие же исключительно поганые, как всё прочее, законы. Подлости, в основном. Удивлен ли был Блейз очередному нападению? Да не очень. Отобранной палочке? Он ожидал этого в первую очередь и та старая, сухая, едва искрящаяся ветка в его руке была скорее мышеловкой для самых отважных. Волшебники идиоты, если полагаются лишь на одно, столь нестабильное средство защиты, которого их легко лишить. Это Блейз принял давно и, увы, не без испытанного горького опыта на своей шкуре. Однако, вот то, что нападавших было трое, было уже куда более погано. Застанному врасплох, мужчине не оставалось ничего, кроме как пойти в лобовую атаку. Загнанные звери дерутся насмерть. Звери, взрощенные в аду — знают приемы этого ада. Сил было не много. В основном, от проклятий Блейз старался лишь уворачиваться, изредка отбивая их жестами рук благодаря кольцу, что служило реальной заменой палочке и было его козырем. Подарок матери на совершеннолетие, который чудом удалось сохранить после войны. Но даже с ним, одинокая магия Безродного была чудовищно слаба. В конце концов, взяв одного нападавшего в захват — что, пожалуй, слишком сильно сказано — Блейзу удалось некоторое время отражать его телом атаки, попутно с изуверством разрывая трепыхающемуся горло когтями. Когда же слишком дерганое тело начало приносить проблемы, а не укрытие, пытаясь выдавить оппоненту глаза, Блейз разорвал оставшуюся нетронутую плоть зубами. Из артерии на его лицо хлынула почти черная в тени кровь. Первый был готов. Однако, это не значило, что Блейз собирался заканчивать тем же образом с остальными. Он был выживающим, приспособленцем, но не убийцей. Сильно покалечив когтями лицо и глаза второго мужчины, — тот подобрался к нему слишком близко, пока Блейз был занят хлещущей кровью глоткой — Блейз из оставшихся сил припустил бежать. Жаль, даже с его длинными ногами скрыться не вышло: последний проворный черт погнался за ним мгновенно, явно предполагая добить и поделить наживу уже на двоих. А то, может, и вовсе планировал позже добить оставшегося позади товарища. Где-то уже в совершенно пустых пролетах косых домов, Блейзу удалось наконец оглушить преследователя. Отсутствие палочки в бою было его крохотным преимуществом, пока противник не привыкал к его пасам и цветам заклятий. Отсутствие привычного инструмента в чужих руках, указывающего на направление атаки, осложняло ориентировку, отчего, пускай нападавший порядком и ранил Блейза режущими Секо, попытался подорвать его руки Конфринго, но в итоге лёг сам. Спасибо, на что-то более серьезное мудака не хватило, но и этого вкупе с предшевствующими рвотными и дезориентирующими проклятиями было брюнету с головой. Он не чувствовал дрожащих, онемевших от усталости ног, когда падал в грязь. Блейз даже не понимал в какой части Лютного с этим неожиданным нападением очутился. Терять сознание было категорически рано, но мужчина физически ощущал, как силы вместе с кровью из неглубоких ран покидают его. Что ж, он мог бы оставаться гордым и сильным до конца, но жить хотелось сильнее. Все же, у него были проблемы с одиночеством, а не с инстинктом самосохранения.

***

Аппарируя на зов одной из своих визиток, грандаврор Уизли в последнюю очередь ожидал увидеть его. Прибыв на встревоживший звук свистка, который уже не надеялся ощутить, Рон застал самую отвратительную картину, какую мог предположить: весь мокрый и в крови, Блейз привалился к одной из каменных, замшелых стен переулка тяжело дыша, пока рядом с ним лежало еще не остывшее тело. Из разодранного горла толчками лилась кровь. Пока искал крохотный пергамент подмоги, слабое заклинание оглушения спало с преследователя и.. пришлось решать чужую судьбу наверняка. Без того темное лицо брюнета было покрыто той же багровой, почти черной в тени переулка жидкостью, отчего у Рона не оставалось сомнений в том, кто кого порешил. И снова их встреча состоялась на месте преступления. — Я теряю сознание, — едва слышно просипел Блейз, которого всего за секунду до появления аврора хлестко вывернуло. Он не планировал устраивать себе перекус в подворотне, а сырая мерзкая кровь вот уже с несколько минут вместе с желчью грела язык. Это было невыносимо ровно столько же, сколько просить о помощи аврора Уизли. Не было никакой гарантии, что застав его в таком виде, на очевидном месте преступления, тот действительно поможет.. тем не менее, выбор был не велик. От привкуса сглатываемой со слюной крови мутило рассудок. Блейз мог быть кем угодно в своём Наследии, но не мордредовым людоедом. — Не могу излечиться.. Не дойду, — только и хватило у мужчины сил сообщить, находясь в сознании. Ни просьбы, ни объяснений: одни голые факты да свежий труп рядом. И никакой палочки, по наблюдениям Уизли, как только отбился? Однако, даже несмотря на достаточно однозначное положение дел — а картина была конкретнее некуда — Рон заставлял себя мыслить трезво, не ударяясь в крайности. Блейзу нужна была помощь, а отключиться рядом с окровавленным телом посреди Лютного — верная смерть. Уж если он сам не являлся вампиром — в чем Уизли невольно засомневался, с опаской поглядывая на чужой рот — то настоящий кровопийца мог с легкостью явиться по его душу на соблазнительный запах. И, как бы не шкреблись на душе аврора подозревающие, мнительные книззлы, Блейз не был так глуп, чтобы в его состоянии провоцировать смертельную схватку намеренно. Он не был открыто конфликтным даже в школе, что говорить про его нынешнее, куда более шаткое положение. Ситуация той, первой за много лет встречи, и рядом с происходящим не стояла. Блейз, безвольно ожидая чужих действий, мог только наблюдать и предполагать: вот, сейчас вместо помощи этот пустоголовый, отчаянно правильный гриффиндорец начнёт панику, станет допрашивать его о трупе рядом.. Или, может, припомнит слизеринцу все грехи его «соплеменников», решит добить и тогда всё это наконец закончится. Три года бессмысленного выживания. Три года боли и постоянных потерь: статуса, друзей, себя и своих сил. Да, наверное, сейчас подходящий момент, чтобы бесполезный Уизли добил его. Это будет прозаично. Пожалуй, стоило попросить именно об этом, а не взывать всем своим жалким видом к помощи. Вдруг, изнутри тело окутало что-то тёплое, мягкое и одновременно жгучее. Чувство было похоже на огонек свечи и махровое одеяло, которые в равной степени окутывали бархатом тепла не только внутренности тела, но и, казалось, саму душу. Сначала едва ощутимое, оно разгоралось с каждой минутой всё ярче, реальнее, а в отдельных частях тела словно покусывая, щекотно пощипывая. Когда из горла против воли вырвался тихий болезненный стон, широкая ладонь осторожно прихватила темную шею, поддерживая голову. — Не шевелись. Сначала остановлю кровь, чтобы можно было перенести тебя в сторожку..— голос аврора звучал тихим, грудным шепотом. Уизли сосредоточенно осматривал тело мужчины перед собой под наколдованным Люмосом, водя палочкой вдоль израненных рук и груди. Изорванная одежда давала ему говорящие наводки на то, где искать раны. Он, конечно же, не был хоть сколько-то колдомедиком, но жизнь за годы войны научила его, что знать хотя бы самое простое штопающее — жизненно необходимо. Когда Блейз открыл глаза, — не осознавая даже, что успел закрыть их — вокруг не оказалось ни луж крови, ни тела. Они всё ещё были в том безлюдном, замшелом переулке, но на месте недавнего трупа, смешиваясь с грязью разбитой брусчатки, лежала только кучка серого пепла. Если бы не покинувшее его сознание в момент ожидаемой слабости, Блейз непременно задумался бы о происходящем.. Но прежде чем отключиться, он увидел лишь ржавые звезды на пасмурном небе, чувствуя как силы оставляют его.

***

— Рон, какого хуя? — сдержанный, звучный голос явно недовольного человека раздавался слегка приглушенно, издалека. Он звал его спасителя по имени. — Что «какого хуя», он пострадал, я оказываю ему первую помощь! — ворча отозвался несколько более знакомый тембр, но смесь упертости и одновременно раздраженной скованности удивляла столько же, сколько чужой отпор доминирующему раздражителю. — То есть ты для этого просил меня вызвать нашего колдомедика? — до крайности скептично и пусто отозвался второй человек, не впечатленный. — Никто другой не подойдет, Гарри. Ты разве не понимаешь, что это наш шанс помочь? — Я не понимаю того, с каких пор ты так впрягся за них, Рон, — справедливо уколол голос Поттера своего собеседника, на что раздалось шумное возмущенное сопение всё с той же сопротивляющейся и крайне настойчивой стороны. Уизли всегда был упертым бараном. — О, ну, может быть, после того, как ты сделал ебейшее исключение для него? А я, блядь, стал...— дверь раздражающе неуместно приглушила их голоса. — Чем он отличается, Гарри? Посмотри мне в глаза и скажи, почему одна гадюка достойна помощи, а вторая должна умереть? Потому что та тебе больше понравилась? — голос аврора звучал куда более твердо на сей раз, однако ещё тише, скрывая в шепоте части слов. Большую упрекающую часть удалось разобрать, затем грянула тишина, из которой Блейз мог слышать лишь напряженное дыхание двух мужчин в коридоре. Он снова лежал в комнатушке авроров на том поганом пружинном диване и слышал, как Рон Уизли спорит со сраным Иисусом магической Британии. — Через сколько она будет здесь? — раздался наконец негромкий вопрос спустя, кажется, вечность. — Сейчас приведу её, — голос Поттера, спустя минуты обоюдного молчания, вновь обозначился глубоко отсутствующим безразличием. Раздались удаляющиеся неторопливые шаги, но в комнату по-прежнему никто не спешил войти. Осознавая, по мере пробуждения, что разговор двух авроров идет за пределами комнаты, Блейз ещё более бесшумно чем мог, но оттого не менее опасливо, резво поспешил подняться с дивана. Мордред, ему ещё Поттера не хватало! Размышлять долго над услышанным было совсем не ко времени, так что Блейз справедливо рассудил, что пока ему стоит делать ноги. Позже от нечего делать проанализирует отношение гриффиндорцев к своей персоне. Авроры вызвали колдомедика, а значит та точно возьмет его кровь, чтобы понять с кем имеет дело. Ей даже не нужно будет его согласие, крови полно в не полностью заштопанных ранах и воспользоваться случаем ничего не стоит. Спасибо большое, но его пока устраивает полугнилая клетка «дома» и менять её на железную, а то и сразу ритуальный стол, он не собирается. Наскоро поднявшись, Блейз тот час ощутил, как у него поднялась температура. Как не вовремя, ведь он к тому же потерял много крови.. Голова нещадно зашлась кругом, но Блейз бы не выжил эти три года в Лютном, если бы позволял таким мелочам сломить его. Насильно встряхнувшись, он кинул взгляд на окно. Второй этаж. Инертным толчком от Флиппендо он наверняка может смягчить падение. Уже открыв окно, он спохватился снова о мантии и своих сокровищах. Совсем не время, но он не мог оставить хоть что-то, потому что в следующий раз они наверняка встретятся при поимке по его ориентировке. В голове очень мутными пятнами мелькали предшествующие нынешнему моменту воспоминания, но Блейз не собирался сейчас в них разбираться. Привкусы железа и желчи на языке по прежнему были говоряще сильны. Мантия оказалась при нем, её явно брезговали снимать до прихода медика. Однако, она вся подралась, от чего кто-то, к его удивлению, смог дотянуться до тела и ран. Подлечили чтобы не помер, что ж, и на том спасибо. Блейз старался не думать о том, что отключившись, снова оказался должником жизни Уизли. Оставалось надеяться, что тот этого не поймет или не вспомнит. Похлопав наскоро себя по карманам и убедившись туманным разумом, что в этот раз вроде бы всё на месте, мужчина уже высунулся в окно и свесил из него ноги, когда дверь позади скрипнула и отворилась. Он спрыгнул. И тут же раздался крик. — БЛЕЙЗ! Брюнет так и не успел долететь до земли, зависая в воздухе под заклинанием левитации. Прямо под ним с непроницаемым лицом стоял Поттер с сигаретой в зубах. Только в его взгляде бегущей строкой читалось невысказанное, раздраженное: «вышел перекурить, блядь». Рядом с ним стояла хрупкого вида девушка в светлой тонкой мантии и короной каштановых волос, завитых до плеч. Колдомедик со смутно знакомым лицом. — Что ж, идём, раз пациенту так не терпится приступить, — Поттер не сводил с беглеца глаз, пока затягивался в последний раз и уничтожал в руках сигарету, но после полностью проигнорировал шум чужого падения, открывая перед девушкой дверь. Колдомедик исчезла за куполом скрывающих чар как только переступила порог, однако, Блейз в то же время не имел никакой возможности скрыться в противоположном направлении — словно безвольную куклу, его затянуло следом магией Поттера. Внутри помещения он оказался в слишком тесном соседстве с Избранным, чьё лицо ни на грамм не отражало тех же мук совести, что и у Уизли. Выражение его лица было не просто скучающим, а в полной мере безразличным, даже не смотря на то, что после завершающего падения часть видимых ран Блейза вновь стала кровоточить. — Сейчас ты ляжешь на диван, и дашь этим людям тебе помочь, — сухо изрек Поттер, вперившись в лицо посеревшего сверстника. — Ты выпьешь все лекарства, которые тебе дадут, возьмёшь еду и примешь всю ту помощь, которую Рон захочет оказать, услышал меня? Иначе интересное колечко, вместе со всей рукой, окажется с тобой порознь. Ясно выражаюсь? — зелёные глаза излучали спокойствие и никаких намёков на ярость. Только холод и пугающую проницательность, пока тон голоса не превышал низкого шороха. К ним выбежал Рон. — Он не разбился? Мордред тебя дери, Блейз, нахуй ты в окно вылетел?! — Я говорил тебе, Рон, ему это всё не нужно, — в ответ на своё резонное замечание, Поттер лишь получил по-настоящему гневный и словно раздраженно-умоляющий взгляд друга. Спор на эту тему явно шел долго. Желания сказать пару ласковых у самого Блейза было полное естество, однако, ледяной тон Поттера и его пригвождающая ножом к горлу — и стене — магия, едва ли давали пространство для выбора. Он и раньше не смог бы сопротивляться чужой опасности, а сейчас и подавно. При этом, краем уха услышав диалог там, наверху, и заметив сейчас у волшебника кольцо на пальце, Блейз даже одной фиброй души не питал надежды, что его Дар сработает. Если бы даже Поттер и был падок на влияние подобных ему, как прочие нормальные люди, — а это еще не факт, Избранный ведь! — то будучи связанным узами брака он резко выпадал из категории подвластных возможностей. Магические узы супругов защищали их от большинства воздействий на разум и чувства, многих видов амортенции, а также чар привязанности. Можно сказать, у Поттера за пазухой оказался очередной иммунитет, о котором тот не подозревал. Везучий ублюдок. Хотя, стоило в первую очередь помнить про его же устойчивость к Империусу. О чем тут вообще говорить? — Посмеете хоть пальцем меня тронуть, я выцарапаю вам глаза, — защищаясь пророкотал брюнет, уставившись разгоревшимися, но явно испуганными янтарями прямо в смертельно холодные изумруды. Пытаются протолкнуть ему подачку в глотку вместе с билетом в один конец? Разбежались. — Живым не дамся.. — Блейз, пожалуйста.. — Рон остановился у подножия лестницы и попытался своим неожиданно аккуратным тоном сгладить ситуацию. Его прервал Гарри, который вдруг перестал держать Блейза магией и пошёл вперёд по коридору, абсолютно не заинтересованный играть в упрашивания. — Нам нет дела до того, какой тварью ты стал. Пока не нарушаешь закон, мне глубоко индифферентно твоё существование в магическом мире. Просто прими помощь и сможешь вернуться в свою нору, — Рон отошёл в сторону, пропуская друга. Голубые глаза горели неодобрением на его грубость, но говорить он ничего не стал. Как и не встретил метнувшийся к нему подозревающий блейзов взгляд. Пока разворачивалась вся эта сцена, воспоминания прояснялись в чужой голове и к Уизли зрели вопросы, которые в присутствии посторонних задавать было опасно. Блейз проводил сначала спину Поттера, а затем кинул прожигающий взгляд на Уизли, который так и стоял неподалеку, ожидая его, чтобы замкнуть процессию. Блейз не собирался двигаться с места, сверля вихрастый ржавый затылок, буквально вынуждая аврора наконец посмотреть на себя. Разумеется, он тут же пожалел о том, что не дал деру, пока все отвернулись, потому что за взгляд, которым наградил его Уизли хотелось вцепиться в лицо когтями. Ну конечно, помощь. Где была эта помощь, когда их отлучали от рода, лишая магии и высылая на верную смерть к магглам? В мир, о котором они ничего не знают. Словно младенцы заброшенные в тела взрослых людей, вынужденные научиться выживать и ходить. Где была эта помощь, когда они голодали, умирали и становились сквибами? Когда их лишали средств к существованию? Когда сжигали тела их родителей, не давая шанса похоронить, даже простого права увидеть. Где они были, когда Панси… Заметив, что стал чаще дышать, Блейз постарался поймать момент и остановить вокруг себя время. Он не должен был принимать эту помощь. Не должен. Но его не оставят в покое. И чего только Уизел в него так вцепился, совесть взыграла? Сукины дети. — Мордред с вами..— рыкнул он обессиленно, смаргивая пелену уязвленной ярости и уходя вслед за брюнетом вперед, чтобы подняться обратно на второй этаж. И колдомедик, существование которой ощущалось фоном, и Рон, идущий следом, к сожалению не смогли не заметить, как даже при такой собранности и напряженности, слизеринец всё равно едва передвигал ногами. Куда он собирался бежать в таком состоянии?.. Прежде чем оставить их, Гарри запечатал окно и пропустил девушку в комнату. — Мы за дверью. Если будет возникать, можешь его вырубить, — и на этом Гарри просто закрыл дверь, не давая ни Рону, ни себе оказаться внутри. Возмущенное ворчание Уизли, приглушенное дверью, двое уже не слышали. Шатенка скользнула осторожным взглядом по Блейзу, открывая свою небольшую сумочку. — Мне нужно, чтобы ты снял одежду, Блейз, — сказала она, первой заводя разговор. — Мистер Поттер сказал, что тебе оказали первую помощь, но я должна всё проверить, особенно после падения. Блейз долго стоял посреди комнаты и просто смотрел на тонкую, хрупкую девушку, такую же слизеринку как и они. В его глазах уже давно искрилось узнавание фамильных черт и чем дольше он на неё смотрел, тем больше убеждался в своей правоте. Война, несомненно, оставила на девушке след, но в следующий момент, Блейз горько скривился, понимая, что может произнести ее полное имя. — Гринграсс.. На языке осел привкус пепла — она не стала Безродной. Ещё бы, чтобы такой как они имел право стать колдомедиком? У них и права на существование в магическом мире нет, а она вон, врачует. Ещё и с Поттером. Отвратительное чувство скорби и раздраженной обиды сжало легкие в его груди. Гринграссы до последнего сохраняли нейтралитет, но при этом, даже заключив помолвку с Малфоями выжили. Это знание било молотом под дых. Они с матерью тоже сохраняли ощутимый нейтралитет. Мерлин, его мать даже не имела Метки и пришла на Бойню при Хогвартсе только чтобы найти его.. Блейз, возможно, должен был быть восхищён и обнадёжен тем, что хоть кто-то из своих уцелел, не пострадал так же, как большинство, но.. правда в том, что он не мог. Не мог быть рад за неё, потеряв всех остальных. — Отпусти меня, — не зная, умоляет или приказывает произнёс Блейз, по-прежнему не двинувшись с места. — Ты же понимаешь, я не могу. Тебе нужна помощь, Блейз, — мягко заговорила Астория, стараясь вложить в свой голос максимум безопасности. Участия. Судя по ауре брюнета и другим признакам, тот стал.. в большей степени существом, а это значит, что он куда ярче может реагировать на ложь или всплески магии. Особенно угрожающие ему, вроде недавнего воздействия Поттера. — Не от них, — из его горла вырвался шипящий звук агрессии, когда мужчина скривил лицо в отвращении. — Я не сделаю ничего, что навредит тебе, поверь.. — Я верю. Тебе, но не им, — уточнил Блейз, слегка дернув в расстройстве бровью. — Это доставляет удовольствие, верно? Видеть нас такими. Знать, что от протянутой руки зависит чья-то жизнь. Доблестные гриффиндорцы, — с ощутимой болью и ядом выплюнул брюнет, обнажая в оскале зубы. Он выглядел точно загнанный зверь. — Блейз. Прошу тебя, это не так. Мистер Уизли искренне переживает за тебя.. — Ах, пережив-КХА-КХа!! — сорвавшись на повышенный голос, брюнет вдруг разразился очередным приступом удушающего мертвого кашля. Из-за давления внутри головы ему показалось, что она вот-вот разорвется от напряжения и поэтому ничего не смог сделать, кроме как схватиться за спинку дивана чтобы удержать себя на ногах. Туманным сознанием он не рассчитал расстояние руки до мебели и упал на сидение, от чего Астория, застанная врасплох, громко охнула и воскликнула: « — Осторожнее!». Всё ещё заходясь в кашле, Блейз отмахнулся от нее как от назойливой мухи. Но та, подобравшись ближе, уже коснулась ладонью его лба и закружила палочкой по телу в диагностике. — Как давно этот кашель? — обеспокоенно спросила она. Блейз покачал головой, отказываясь давать ответ. — Блейз, — настойчивее продолжала она, мягко прикасаясь ладонью к его спине. Ей почти физически стало дурно от того, что она могла пересчитать этим прикосновением его позвонки. Мужчина сначала очень сильно напрягся из-за её руки. Слишком долго никто не прикасался к нему.. так. Нежно. Обнадеживающе. Обезличенно даря ему своё тепло. Он вспомнил последний их вечер с Панси, когда они молча сидели в её маггловской квартире плечом к плечу и смотрели озвученные движущиеся маггловские фото по странному ящику. Её плечо было таким же острым, как и его сейчас. Она всегда старалась меньше есть. Дурочка. — Я не хочу стать искуплением на взыгравшей совести Уизли. Он всего-лишь столкнулся с последствиями их выбора. У многих из нас его не было. На мгновение, в комнате повисла тяжелая тишина. Астория так и не убрала с его спины руку, а Блейз больше не сопротивлялся, постепенно под ней обмякая. С чем он снова пытался сейчас спорить? С судьбой? С жизнью? Он не знал. Но остатки былой гордости.. нет обиды, говорили в нем громче здравого смысла. Он похоронил друзей своими руками. И что, теперь он после всего должен выжить? А хотел ли он на самом деле?.. Молча стряхнув с себя крохотную девичью ладонь, Блейз тихо шурша полами встал. Если она хочет это увидеть, пусть. Ладно. Ему наплевать. Одежда соскальзывала с его тела без особого труда. Под мантией он носил сразу несколько пар вещей, потому что откровенно мерз из-за плохого кровообращения, а потому раздевание заняло некоторое время. Стоило же ему снять последний верх, девушка не удержала задушенный всхлип. — О, Мерлин.. — Астория.. — Прости.. Прости, я просто.. Господи.. — Астория. Всё в порядке, — твердо заверил он девушку, однако в его голосе засквозила и странная нежность. Словно.. словно он успокаивал её?.. — Я чувствую себя лучше чем выгляжу. Поверь. И шрамы меня не волнуют. Я получил достаточно. Просто.. сделай что нужно и я пойду. Эта хворь меня правда достала.

***

Рон и Гарри затихли в коридоре, подслушивая, но имея возможность только представить то, что внутри происходит. Гарри не сомневался, Астория сможет убедить этого упрямца, в конце концов это не первый сокурсник, которому она оказывает помощь. Совсем другое видеть, как эту помощь пытается оказать лучший друг. — Всё ещё уверен в этом? Ты сам слышал, он не примет от тебя даже куска хлеба. И в целом, я могу понять его позицию. — Мы ничего не делали столько лет, Гарри. Просто.. дали всему случиться. — Мы дали этому случиться, Рон, потому что это было справедливо. Жизнь за жизнь, — Поттер, скрестив руки, внимательно смотрел другу в лицо, пытаясь найти ответ на вопрос, с чего тот так неожиданно поменял своё мнение? Сам Гарри был лицемером и признавал это, но Рон.. если он заботился о ком-то, это всегда было искренне. Отчего в нем проснулась такая забота к бывшему слизеринцу сейчас, брюнет ума приложить не мог. — ...Ты ведь уже и сам в это не веришь, правда? — впервые с начала этой беседы они встретились взглядами и оба увидели ничего, кроме скрытого сожаления в глазах напротив. — Видимо нам снова не обойтись без помощи Гермионы, — казалось, эта фраза слегка разгладила обстановку между ними, даже не смотря на то, что оба точно знали — ни один из них не сунется к подруге без серьезной необходимости. Пока они пытались примириться с призраками прошлого, в гостиной Астория уже закончила с внешними ранами, которые Рон не так уж плохо залатал, и пыталась разобраться с более раздражительным недугом. Гринграсс провела порядочное количество диагностики и отдельно расспросила Блейза про симптомы, которые нехотя, уставший больной ей подробно, как мог, расписал. Девушка старалась этично не причитать вслух, но не могла не озвучить, что состояние тела мужчины опасно граничит со схожим истощением при анорексии. На ее вопрос, почему Блейз так плохо питается, тот лишь пожал плечами. Даже не усмехнулся иронически, мол, ты спрашиваешь обитателя Лютного об этом. А всё потому, что даже там можно было формально жить, а не выживать. — Особенно с твоими навыками. Ты же был лучшим в зельях.. даже не заламывая цены мог брать заказы, работать с местными зельеварнями, лекарями.. Лютный не самое богатое место, но если найти клиентов.. За три года ты мог… — Знаю. Знаю, Гринграсс. Но у меня.. плохо с людьми, понимаешь? Из-за.. вот этого, — не указывая ни на что конкретное, брюнет очертил рукой всю область неприятно серого лица. А ведь когда-то его кожа была великолепного цвета темной бронзы. — Возникают проблемы на пустом месте. И это в Лютном. Я молчу про попытки выйти в свет. — Кстати об этом.. — начала было девушка, но в неё весьма красноречиво вперились хищные янтари. Блейз не собирался рассказывать. Она на это лишь тяжело и обреченно вздохнула. — Блейз, буду предельно честна. Твоя слабость и тело — это лишь последствия плохого питания и отсутствия солнца, что в целом поправимо. Но.. магическое истощение и лихорадка.. Это последствия чего-то иного. Последнее беспокоит меня больше всего. Это.. это что-то не.. не.. — она как могла старалась деликатнее подобрать слово, но у нее никак не получалось. Всё, что приходило на ум казалось ей ужасно грубым. — Не человеческое, я понял. Ты не можешь это вылечить, — абсолютно не удивленный и, казалось, смирившийся ровный голос заставил ту встрепенуться и она слишком уж резво ему возразила. — Нет, я могу! М-могу попытаться! И м-могу поискать… — Слишком много «могу» для человека который не знает, что с её пациентом, — беззлобно саркастически фыркнул Блейз, кажется впервые за последние много месяцев. — Мне нужно знать кто ты, — решительно заявила Астория, набравшись праведной храбрости. Блейз очень легко и даже не возмутившись, дал столь же решительный ответ. Он читал девчонку как открытую книгу. — Нет. — Блейз! Ты же умрешь из-за своего упрямства! У тебя ядро на последнем издыхании! — воскликнула колдомедик в сердцах, почти позволяя слезам пробраться в голос. Её глаза даже не блестели, зато мелодичный голос кровоточил. — Уж лучше от него…— однако эта его попытка отшутиться была для неё последней каплей. — Да что может быть настолько плохо, объясни же мне! Вампиры опасны, конечно, оборотни тоже, но это приобретаемое и в наше время всё можно проконтролировать! Есть легальные центры и помощь.. Тебе банально станет легче! И не будет больше проблем с работой! Как магическое существо тебя не могут изгнать к магглам даже как.. Безымянного, это факт! Сейчас столько законопроектов появляется по улучшению вашей жизни и.. и прав… — Астория.. фф.. — Блейз начал было с желания ей объяснить, но тут же сдулся. На него снова накатила такая вселенская усталость, что он в очередной раз подивился, чему вообще сопротивляется. Голос матери услужливо ему напомнил. — Я полукровка.. — хрипло и очень тихо признался он, разрушая, кажется, звучанием этой тайны само мироздание. За стенкой Рон зажал себе рот рукой, чтобы не ругнуться слишком громко, пока Гарри, молча от тех же эмоций, поджимал губы. Блейз, в итоге, лишь очередное подтверждение, что многие маги, как и блядская Амбридж, как Волдеморт, врут о своей крови. — Это мое Наследие. — Наследие? — девушка старалась не выглядеть слишком озадаченной или наоборот легкомысленной, пока была сосредоточена на смешивании настоек, чтобы дать Блейзу хоть капельку лишних сил. Они ему понадобятся. — Хочешь сказать.. Оно повлияло на тебя таким образом? Я слышала о том, что Наследие может творить невозможное по современным меркам, но чтобы усилить проявление в полукровке.. Ты уверен, что не хочешь рассказать? Может быть не здесь, а в моём доме? Блейз, может я могла бы приютить тебя? Ох, ты бы помогал мне с лечебными зельями! — лицо девушки всё просияло от радости, ведь если Наследие мешало Блейзу устроиться в жизни, то это был отличный вариант для него. И без участия тех же навязчивых гриффиндорцев, что могло помешать Блейзу согласиться. Мужчина лишь покачал головой. — Только если ты замужем, — и это даже не звучало как шутка. Однако, быстрее чем девушка успела спросить, он продолжил основную тему. — Я последний и по роду матери, и по отцу. Видимо, это как-то повлияло и, чтобы я не стал сквибом, как остальные при отлучении, моя кровь.. спасла меня, в каком-то смысле, — на время он задумчиво замолчал. Астория не прерывала хода чужих размышлений и сосредоточенно готовила порции укрепляющего и некоторых других зелий. Блейз пока не замечал, но девушка собиралась надавать ему пузырьков с ощутимым запасом. — Я.. знаю кто мог бы помочь. Но только имя. Хрен знает жив ли ещё, но он.. посвящен. Был нашим колдомедиком сколько себя помню. Хотя, станет ли помогать сейчас, это другой вопрос. Возможно как раз он меня скорее на запчасти и разберет. Мерлин.. — потирая ладонями глаза от усталости, Блейз шумно вздохнул. Девушка задумчиво покусала губу и протянула ему одно из зелий, которое тот, немного погодя, скалясь выпил. — Мерзость какая.. — Правда? А для людей безвкусное.. — Полагаю, во мне теперь больше не человеческого. Хотя, ощущается это не так чтобы по-разному. — А.. ну.. тебе не хочется… — странно замялась Астория, не решаясь озвучить какой-то вопрос. Блейз считал её интерес к теме даже слишком быстро. — Что? Жрать людей? Определенно нет. Мерзость какая. — Так, кхм, что там с тем колдомедиком? Как ты говорил, его зовут?.. — неловко попыталась она вернуться к насущному. — Блостеус Сильвен. Хотя, много надежды питать не стоит, мать не выбирала простых людей. Если еще жив, за «так» не поможет. Хотя, может и договоримся, кто знает. — Если это вопрос средств… — Нет. Он человек науки. Ему наверняка будет интересно.. другое. — Оу... — Не суть. Поможешь? — Он ещё вопросы задает… — Гринграсс, отцепись. У меня до сих пор ощущение, что я сплю, — тяжело вздохнув и удрученно хмыкнув, брюнет ущипнул переносицу и неспешно ее помассировал. — И какой это сон? — чуть улыбаясь спросила она, явно довольная тем, что они от диковатой и нелюдимой речи перешли к худо-бедно цивильному диалогу. Спросила с надеждой. — Как в кошмаре. Уже лет пять. Астория нехотя согласно вздохнула на такой ответ и они вновь замолчали. На сей раз, тишина повисла долгая, тяжелая и тягучая, что парни, караулящие дверь решили было прервать затянувшееся свидание, когда девушка вдруг снова подала голос. — Блейз, а ты.. не знаешь случайно кого-нибудь, кто еще нуждается в лечении? Анонимно. Я бы могла… — осторожно, словно ступая мягкими лапками по снегу, она оставила предложение помощи повисшим в воздухе, осознавая, что произнесенное вслух оно слишком напрягало любого излишне гордого человека в такой ситуации. Слизеринцы, вопреки предрассудкам, могли быть гордыми даже на пороге смерти. И всё же, она надеялась, что ей удалось расколоть излишне толстую скорлупу, потому что.. сколько ещё людей может ждать вот так помощи? Авроры, навострив уши вновь, в ответ, услышали лишь тишину. Грузную, непримиримую. Однако, она была лучше чем то, как ощущались после этой паузы чужие голоса. Их звучание опустило холодные камни в желудки обоих. — Ты.. не знаешь, или они… — Мертвы, да, — обрубая любую надежду, ровно произнес Блейз, покручивая в руке опустевший пузырек и не отрывая от цветного стекла глаз. Вновь опустилась могильная тишина, в которой мужчины уловили лишь судорожный вдох девушки. Голос Блейза звучал в догонку словно безынтересно и сухо. — Остался, наверное, только Грегори. Но он неплохо обжился и.. он крепкий малый. Уверен, здоров как бык. А из тех кого я знал, твоя помощь уже никому не нужна. Не теперь. Они ненадолго вновь замолчали, каждый думая о своём, а затем Гринграсс собралась с мыслями и продолжила: — Блейз, я хочу.. Мх.. Прости, если это будет звучать как издёвка, но ты не один. Если тебе понадобится помощь, ты всегда можешь связаться со мной. Или.. Или с этими двумя. Ведь если ты всё ещё продолжаешь бороться, значит это не просто так. Возможно всё ещё обернётся к лучшему. Держи, — она подготовила мешочек с расширением пространства, куда сложила все подготовленные зелья и расписанный процесс лечения. — Спасибо. Но просто дай мне позже знать по поводу Сильвена и забудь. Я.. рад, что у тебя всё нормально. Но моя жизнь, не твоя забота. И не их. Мертвых к жизни вся эта суета не вернет. А оплакивать мне больше.. — на этих словах, Блейз вдруг прикусил язык и впервые она увидела в его глазах возродившийся яркий свет. Словно человек, зацепившийся за ценную, тонкую ниточку. Тот час облизнув губы, он вперил в неё немигающий взгляд и вцепился в тонкую бледную руку до боли, пугая волшебницу. Но в глазах его она видела лишь неудержимую жажду знать. — Ты не знаешь.. Драко, как он сейчас? Мы.. я собирал газеты первое время, н-но там ничего не говорят о состоянии узников, а письма.. это невозможно, сама знаешь. О-он жив? Прошу, скажи что он хотя бы жив.. Его должны были поместить не так высоко, как его отца, там условия легче и дементоры.. Мерлин, нет, подожди, не говори, я не готов, — под собственное же сбившееся дыхание, речь, парень отшатнулся от девушки как ошпаренный и прижал руки к своей по прежнему оголенной груди локтями, зажимая себе рот. Его начало резко тошнить. Он задал этот вопрос в порыве чувств от того, что девушка, общаясь с аврорами может знать, но тут же его ошпарило осознанием, что если последний его человек, друг, окажется мертв — он сломается. Он не готов это услышать. Не сейчас. Не сегодня. Не через год и не через десять лет. Никогда. Драко его последний драгоценный человек, по которому он до сих пор не пролил слезы. Если окажется что он.. для чего Блейзу продолжать жить? Ради встречи с кем? С Грегори? Смотря правде в глаза, честно, нет. Если Драко исчезнет, останется ли в этом мире хоть кто-то кто вспомнит о нем?.. Блейз абсолютно упустил момент, когда задрожали его руки и заходила ходуном грудь. Не заметил как сбилось дыхание и свистяще стал выходить воздух изо рта, тогда как болезненно выпирающие ребра вот-вот норовили проткнуть истончившийся слой кожи. Впалый живот тошнотворно и тянуще прилип от ужаса к позвоночнику, заходив от частого дыхания неровной волной. Блейз совсем не слышал того, как Астория пыталась его успокоить и как она говорила. Каждое её прикосновение жгло кожу. — Жив! — это единственное, что спустя минуты пробилось сквозь волну паники Блейза. Гринграсс, такая низенькая рядом с них и хрупкая, пыталась дотянуться до его лица и успокоить, но все слова разбивались о свистящий шум из его лёгких, пока она почти не выкрикнула то, что могло спасти разум Блейза. — Он жив, Блейз! Всё хорошо, прошу успокойся. Он жив. Посмотри на меня.. М-мне нельзя говорить об этом, но поверь, всё хорошо. Я же говорю, ты не один, Блейз, ты не один, с ним всё хорошо! Шумно, свистяще выдыхая в очередной раз, Блейз выпустил из легких весь свой воздух и осел обратно на диван, не заметив когда вообще вскочил на ноги и как не рухнул в таком состоянии. Слава Мерлину.. — ..Живой, — повторил совсем негромко брюнет, чувствуя как недавно приобретенные силы покидают его, оставляя лишь слабую несчастную оболочку. Жив. Хотя бы так. Мерлин, хотя бы так. Чего ему еще желать? Смешно, Блейз никогда не был для людей и о людях, но теперь.. понимая, что ничего в этой жизни у него больше не осталось.. он ненавидел Уизли как никогда раньше, потому что своим появлением тот ярко напомнил ему о том, что у Блейза просто действительно не осталось желания жить. Они не услышали, как открылась дверь в комнату. И не увидели, как двое авроров, пройдя в комнату стоят и сверлят Блейза взглядом. Рон совершенно ошеломленным, как и Астория, не готовый к жестокой правде, и Гарри, который пытался оценить состояние слизеринца как физическое, так и остатки ментального. Тот, по его скорым прикидам, точно не мог быть оборотнем, — ликонтропия не передается Наследием; среди многочисленных шрамов похожих на когти нет — а для вампира слишком живо и натурально дышал, что по внешним признакам тоже не подходит под описание. Будь Блейз кровососом, наверняка напал бы сперва, а зельями эти твари в таких запущенных случаях точно не лечатся. Значит, что-то другое.. Поттер в подозрении склонил голову набок, прежде чем заговорить. — Устроить вам встречу? Обещаю, поездка будет приятной. — Гарри, клянусь, блядь, ещё одно слово, и я сам тебе всеку! — Рон едва не дёрнул его за грудки, вовремя себя удержав. Не стоило подливать масло, пока не среагировал кто-нибудь ещё в комнате. — Ты хоть понимаешь, как это сейчас прозвучало?! — Понимаю, в этом и была шутка, Рон. Драко не в Азкабане. Я же сказал, что поездка будет приятной... — Сука, ты что, ловишь кайф? — ноздри Рона раздулись от яркого негодования. Гарри, временами, бывал невыносим. Особенно, когда явно читалось, насколько ему индифферентно на оппонента. — Нисколько. Но нам пора закругляться. Через пол часа смена патруля, — по-деловому смерив наручные часы быстрым взглядом, Поттер снова упрятал руки в карманы форменной алой мантии. Ему, честно, не нравилось ходить в таком ярком. Блейз, в свою очередь, смутно уловив сначала появление авроров, а после истощенным разумом зацепив чужие слова, вскинулся снова на ноги, едва не улетев от головокружения лицом вниз. Опять. Теперь же быстрее Рона оказалась готовая Астория, которая подхватила того за острый локоть и ладонью придержала о грудь. Мордред, в движении его худоба была еще кошмарнее. — Что значит не в Азкабане?.. — Блейз абсолютно пропустил мимо себя повышенный голос Уизли, любые другие слова. Он даже не до конца осознал чем шутливо угрожал ему Поттер. Весь его мир сейчас сомкнулся на одной единственной фразе, за которую Астория посмотрела на Гарри не менее укоряюще. Эти двое может и слышали их разговор, но последний видимо упорно не желал понимать в каком отчаянии на самом деле стоит перед ним бывший сокурсник и не то чтобы даже враг. Почти все его друзья мертвы. Его семья мертва. Он сам почти одной ногой в могиле и сейчас.. не давая и на мгновение перерыва нервам, Гарри ставит его в известность об этом! — Где он, Поттер.. — из тонкого горла раздается сиплый хрип, едва похожий на человеческий голос. Еще не унявшийся тремор от прошлой паники возвращается в тонкие конечности сто крат, в то время как нижняя губа парня задрожала не то от сдерживаемых рыданий, не то от затопляющей сознание ярости. Где они держат его? Гринграсс сказала он жив, но в порядке ли? Его пытают? Блейза тоже будут? Опять? Единственное, что было пугающим в самом мужчине в этот момент — его не мигающие золотые глаза. Они светились, широко распахнутые со сузившимися до едва видимых точек зрачками. Рон и Гарри по долгу службы куда быстрее обратили внимание на то, что длинные пальцы с острыми ногтями прицельно напряжены и расставлены. От этой детали весь трясущийся образ жертвы шел трещинами — Блейз не собирался бессильно рыдать, он готов был атаковать. Поттер тут же медленно поднял ладони вверх и наконец-то перестал испытующе изголяться. Не стоит шутить с ослабленным зверем: в этот момент он опаснее в тысячу раз. А прямо под его лапами Астория. Блейз дернулся было от чужого движения, но остановился так же резко, как и почти отпрянул назад. Рефлексы, что не говори, у него сейчас были на пределе. — С Драко всё хорошо, он в безопасности. Его выпустили из Азкабана. Вы сможете увидеться, — никто лишний раз не двигался, чтобы не спровоцировать атаку, хотя Авроры могли бы просто обездвижить Блейза и вынести прочь как мешок с костями, каким он и являлся. После сказанного, Блейз еще долго смотрел в зеленые, неестественно яркие глаза, но авроры снова первее прочего опознали, что опасность ушла. По крайней мере, самый её пик миновал. Остался лишь тремор в дрожащих руках и пытающийся не развалиться на части.. кто-то. — Что ты хочешь взамен, — на сей раз, голос Блейза звучал увереннее, но не менее сипло. Этот день медленно убивал его сильнее сраной хвори, но третьего раза на руках Уизли его гордость не переживет, поэтому он стойко держался. Разумеется Поттер не позволит своим закадычным врагам встретиться просто так. Змеиный ублюдок под львиной шкурой. Поттер едва видно кивнул, будто действительно готовил условие. — Не смей, блять, ещё и условия выставлять, Гарри, какого хуя?! — тут же взбунтовался Уизли, замечая это немое согласие и размышления. — Рон, если ты ещё не понял, то ни один слизеринец не примет помощь за так. У всего есть своя цена и они принимают помощь лишь тогда, когда знают, чем будут за неё платить. Чтобы быть квитыми и знать, чего ожидать, а не томиться от чувства долга и благодарности, как если бы это был Долг Жизни. Всему нужно дать свои названия и свою цену. Цена за встречу с Драко: ты, Блейз, остаёшься под надзором Уизли. Круглосуточным, для более эффективного лечения и восстановления. Простым языком, будешь жить с ним под одной крышей. Есть возражения, помогатель? Нет? Отлично. Помоги ему добраться до места, где Блейз живёт и собери с ним вещи, — разжевав всю мотивацию и разложив для затупившего в моменте друга дальнейшее руководство к действию, Поттер смерил того приподнятой бровью, ожидая движения. Блейз с замиранием сердца узнал в этом коротком жесте что-то до боли родное. Знакомое с малых лет. Несколько минут Блейз стоял и сверлил Поттера хмурым взглядом, всё никак не спеша говорить. Справедливости ради, информации было слишком много и он не знал за что с ходу цепляться — рвать Поттеру глотку, возмущаться на сраную няньку или отстаивать опасность этого предложения? От смутно знакомого жеста бровью, у Блейза болело сердце. Он едва держал мысли при себе, поскольку было очевидно, если кто и мог дать ему встретиться с Драко, то только Поттер в своей плоти и крови, мордредов Избранный Золотой мальчик и речи о другом быть не может. Но идея с Уизли.. это воняло проблемами. Скрестив руки на груди, парень наконец шумно выдохнул, нервно потирая еще подрагивающей рукой подбородок. — Я ума не приложу почему вы, конченые, лезете ко мне с нянькой в лице Уизли, но ладно, допустим, плевать, ради Драко я бы пошел и на это. Но. Поттер, это очень плохая идея. Я не хочу проблем с авроратом больше, чем это уже есть. Надзор за мной круглые сутки будет во вред нам всем, я серьезно, — он шумно вдохнул и нервно выдохнул, потирая уже переносицу. Как бы заманчиво, возможно, не звучал вариант «приватизировать аврора», с его контролем над чарами это ничем хорошим не кончится. Более того, на что он будет жить? Как заключенный? Нахлебником? Да уж лучше одна вода! — Моё Наследие.. вот это всё, — он коротко обвел себя жестом ладони с головы до ног. — Я не контролирую его. И нет, я не кидаюсь на людей, Поттер, но опасность как раз в том, о чем я не могу рассказать. Как уже обозначил, я не хочу проблем. Проживание с Уизли их создаст. Я могу сделать что-то кроме этого. Только если.. погоди, Уизли, ты женат? — вдруг перебросился янтарный взгляд на рыжего с абсолютно внезапным вопросом. Блейз осознавал риски, кидая вопрос вот так в лоб, но он искренне надеялся, что ничтожная вероятность его существования никогда не придет этим вездесущим львам в головы. — Не пойми меня неправильно, Блейз, я это делаю, чтобы мой друг наконец успокоился. За что боролся, на то и напоролся, — Гарри хлопнул друга по плечу в жесте саркастической поддержки и слегка прищурился не сводя глаз с нарушителя их спокойствия, словно пытаясь увидеть своими пронизывающими глазами что-то под темной, серовато-бронзовой кожей. Что ж, теперь он знает каким поискам уделить время. Рон же стоял как молнией пораженный и только беспомощно переводил взгляд с одного на другого, не поспевая, хлопая глазами и открывая рот чтобы вклиниться. Да так и не смог — от последнего вопроса Блейза он окончательно потерялся. — Я? Н-нет я.. Мы пока только встречаемся. Я не очень понимаю, о каком Наследии ты говоришь, — косить под незнайку с таким тупым выражением отсутствия мысли на лице было до ужаса просто. Благо, слизеринца мало беспокоил сейчас факт потенциальной прослушки, все мысли плыли в совершенно иных направлениях. — Это отличный шанс разобраться и научиться контролю, Блейз, вот и попробуете. Оба. Блейз, абсолютно пропустив мимо слова Поттера, задумчиво вперился в Уизли и некоторое время так пристально и глядел на него. В целом, если речь о влюбленности, то это тоже может стать хлипкой, но защитой от него. Всё ещё опасно, но не так, как если бы рыжий оказался совсем один. Так или иначе, он предупреждал их. — Ладно. Допустим. Но если что-то случится, это будет целиком на вашей совести, ясно? Я предупредил и иду на это только ради Драко. Когда я его увижу? — Как только перестанешь выглядеть, словно ходячий мертвец. Возьмем в расчет месяц, для начала. Рон будет держать меня в курсе по твоей стабильности. Всё, расходимся, у нас пять минут до смены патруля, — и по, хлопку Поттера, они все разом пришли в движение.