У медали всегда две стороны

Полумрак спальни и тишина, пожалуй, были именно тем, что что так было нужно Драко в этот вечер. Он бросил мантию на пол, сам растянулся на кровати, бездумно глядя в обшитый серебристым шёлком потолок. В висках пульсировала боль, а где-то внутри него бродило глухое раздражение: эта Грейнджер с её глупостями и наивностью. Драко корил себя за то, что сорвался, но ему давно хотелось высказать хоть кому-то всё, что он думает о происходящем. Вообще, целью его сегодняшнего визита было узнать в каком состоянии гриффиндорка. В последний раз, когда он видел её, она была бледнее смерти от потери крови. Сегодня же она явно чувствовала себя как минимум нормально, раз выползла из своей комнаты. И, судя по всему, она смогла найти общий язык с Блейзом, Пэнси и Тео. Ну или у них установилось перемирие. Стоит написать Блейзу, разузнать. С нижнего этажа раздался крик полный боли и ужаса. Похоже, егеря снова притащили в дом кого-то из маглов на потеху этим животным. Крик набирал силу, переходя в вопль. Драко закрыл глаза им попытался абстрагироваться от происходящего внизу, но вместо этого память услужливо подкинула ему один из первых случаев пыток маглов в мэноре. Это был один из тех июльских дней, когда Драко потерял счёт времени. Поместье пустовало, они с матерью могли не пересекаться по несколько дней, а кроме них в доме были только домовые эльфы. Всё изменилось, когда у ворот появилась небольшая группа волшебников, возглавляемая Волдемортом. Тогда Драко снова смог увидеть так близко того, кто держал в страхе всю магическую Британию. Безносое лицо с узкими прорезями глаз, тонкогубый рот, бледная до серости кожа. Да, одним своим видом этот волшебник мог внушить не только ужас, но и отвращение. Тем удивительнее было для Драко, с каким восторгом и обожанием на него смотрела его тётка. В этот день Волдеморт призвал своих сторонников и освободил из Азкабана всех тех, кто содержался там. В том числе и Люциуса. И с этого дня жизнь обитателей Малфой мэнора изменилась радикально. Нарцисса теперь почти не покидала своей комнаты. Люциус после слабых попыток привести себя в должный вид, перестал пытаться сохранить даже подобие достоинства. В какой-то момент для Драко стало очевидно – то, что Волдеморт поселился именно у них никакая не награда, как говорила Беллатриса. Это наказание. Наказание за провалы Люциуса. Наказание за провал Драко. В качестве «подарка» по случаю освобождения сторонников кто-то из Пожирателей похитил семью маглов: родителей и двух сыновей не старше десяти лет. Их пронзительные крики звонко отражались от стен гостиной, пока, наконец, кто-то не выпустил в них Убивающее проклятие. - Моя главная мечта, - пробормотала Беллатриса, глядя на трупы маглов, — это поймать этого мерзкого грязнокровку Теда Тонкса и поиграть с ним также, как с этими милашками, - она пнула острым носом своих туфель из драконьей кожи одного из мальчиков, распростёртых на полу. – Ох, как мы позабавимся. Он ответит за всё, что сделал с нашей семьёй. В этот момент Драко увидел лицо своей матери. Всего на краткий миг она потеряла контроль и на лице Нарциссы отразилось такое отвращение, какого он не видел никогда ранее. Сначала он подумал, что эту эмоцию вызвали маглы, лежащие на её восхитительном персидском ковре. Но в следующую секунду он понял, что мать смотрит на свою сестру. Но вот ещё мгновение и на лице миссис Малфой снова эта маска отстранённого спокойствия. Беллатриса не увидела реакции сестры. Она была увлечена тем, что что-то яростно шептала на ухо своему мужу. Родольфус по началу будто не слушал, но потом в его глазах появился лихорадочный блеск, и они оба быстро вышли из столовой. Уже позже Драко понял причину такой реакции матери: чужая боль, пытки и страдания вызывали у тётки сильнейшее сексуальное возбуждение. Каждый раз после очередной порции «развлечений» они с Лестрейнджем удалялись наверх. Иногда звуки из их спальни были такими громкими, что доносились даже до первого этажа. Мрачные воспоминания были прерваны негромким стуком в дверь. Единственный, кто мог стучаться – это Нарцисса. Никто другой в этом доме не обладал достаточным уровнем такта, а домовые эльфы больше скреблись, чем стучали. - Открыто! Дверь открылась, впуская миссис Малфой и, к изумлению Драко, Люциуса. Глава семейства выглядел так, будто всё ещё сидел в застенках Азкабана. Обычно аккуратно уложенные волосы сейчас были длиннее, чем положено приличиями, всклокоченны и, что тут скрывать, откровенно грязными. Густая щетина плотно покрывала изнемождённое лицо. - Сынок, - Нарцисса с достоинством опустилась на небольшой пуфик возле кровати, и наложила заглушающее заклинание, - нам с отцом надо поговорить с тобой. Люциус дёрнул головой, будто хотел что-то сказать, но передумал. - Драко, - женщина строго посмотрела на сына, который лежал на кровати в обуви, - для нашей семьи наступили сложные времена. - Как-то поздно, мама, ты спохватилась, - хмыкнул Драко. Но под тяжёлым взглядом отца замолчал. - Соглашусь с тобой, - спокойно продолжила женщина. – Но сейчас мы находимся в той точке, когда на карте стоит не только наше благополучие, но и наши жизни. - Цисси, - взвился Люциус, - как ты можешь такое говорить? Благодаря Драко мы сейчас в самом привилегированном положении! Тёмный лорд живёт под нашей крышей! Ест с нами за одним столом. - Он не ест, - вставил Драко. Однако направление разговора его заинтересовало. То, что отец сломался – он уже осознал. Но то, что он продолжал верить этому больному ублюдку… - Не важно! – Малфой старший распрямил плечи и спину, словно пытаясь снова стать тем, кем он был ранее. – Мы находимся в милости! - Это пока! – Нарцисса с несвойственной ей яростью набросилась на мужа. – Люциус, открой глаза! Очнись! Пока мы здесь – мы под постоянным прицелом. О какой милости и привилегиях ты говоришь? Даже у Беллы этого нет! Люциус упрямо поджал губы. - Дорогая, я понимаю, что сейчас всё выглядит не слишком хорошо, но как только Тёмный Лорд покончит с мальчишкой Поттером и этим Орденом… - И что же будет тогда, Люциус? Что? Мы будем в безопасности? Мы сможем жить, не оглядываясь и не подбирая слова? Сможем думать свободно, а не закрываясь окклюменцией? А если он не остановится на Британии? Если он захочет большего? Казалось, оба старших Малфоя забыли о существовании Драко и зачем они пришли в его комнату. - И что же ты предлагаешь? У меня нет палочки, смею напомнить, - Малфой-старший вопросительно смотрел на жену. - Палочка есть у меня. И у Драко. Тебе мы купим где-нибудь в другом месте. - То есть, - медленно проговорил Люциус, - ты предлагаешь бежать. - Да, - Нарцисса гордо выпрямилась, - мы можем сбежать во Францию, а оттуда куда угодно. - Ты же понимаешь, что побег – не самый умный ход. Вспомни Каркарова. На лице Нарциссы застыло упрямое выражение. - Каркаров бежал в панике, без подготовки, оставляя десятки следов, по которым его нашёл бы и школьник. Мы же можем подготовиться. Драко? Малфой до этого слушал родителей буквально затаив дыхание. Он никогда не видел мать настолько возбуждённой, настолько непокорной отцу. - Я полностью на твоей стороне, мама. Если удастся договориться с Орденом, они спрячут её, вывезут из страны. Защитят. - Похоже, я в меньшинстве, - Люциус Малфой переводил недоверчивый взгляд с сына на жену. – Не думал, что мне придётся выбирать. - Между чем ты выбираешь, отец? – тихо спросил Драко. – Между своей семьёй и Тёмным Лордом? Или между жизнью и смертью в любой момент? Мужчина фыркнул в ответ. - Есть одно «но» в ваших планах. Вы, возможно, преуспели в окклюменции, - он вызывающе улыбнулся. – А вот я – нет. Как вы прикажете скрывать от него всё то, о чём мы только что говорили? На лице Нарциссы проступило виноватое выражение, а затем она быстро взмахнула палочкой, которую до этого нервно теребила в руках. - Обливиэйт! Глаза Люциуса остекленели, рот раскрылся. Драко и Нарцисса смотрели на отца семейства, и никто не знал, что сказать. - Думаю, - наконец произнёс Драко, - отца не стоит посвящать в детали до момента… исполнения плана, если он у нас появится. Нарцисса согласно кивнула. — Это будет лучше и безопаснее для всех. Люциус вздрогнул и обвёл комнату растерянным взглядом… - Что… - Дорогой, поздравь же Драко с удачным завершением его миссии по приказу Тёмного Лорда! – в голосе Нарциссы звучала гордость. - О… да, конечно. Ты хорошо поработал на благо Милорда, сын мой, - старший Малфой всё ещё не мог сфокусировать взгляд. – С твоими успехами мы всё больше закрепляемся в его милости. Нарцисса с тоской и жалостью посмотрела на мужа. - Идём, дорогой, Драко надо отдохнуть. - Да… да… Родители покинули его спальню, а Драко погрузился в раздумья, переваривая случившийся разговор. И пусть диалог вели без него, пищи для размышлений оказалось немало. Его мать задала действительно актуальный вопрос: а остановится ли Волдеморт только на Британии? И даже если да, какое будущее их ждёт? Постоянный страх, сокрытие мыслей, подобострастие. А если нет и его целью станет остальной мир? Мерлин, это же бесконечная война. Бесконечные пытки, убийства, приказы и чужая воля, руководящая его поступками. Нет, такой жизни он себе не хотел. Надо как-то заставить Грейнджер проявить усердие в вопросе связи с Орденом. При мысли о невыносимой всезнайке где-то внутри Драко снова зашевелилось раздражение. Как же в её мире всё просто! Здесь хорошие, тут плохие. Всё просто и понятно, бей плохих, спасай хороших. И он, Драко, в её глазах плохой. Хороший он только для матери с отцом и для друзей. Мог ли он быть лучше для других? Мог бы. Каким же глупым и нелепым теперь казались его поведение, его поступки на протяжение всех лет в Хогвартсе. Драко редко признавался в этом самому себе, но он безумно хотел быть лучшим хоть в чём-то. Сначала он думал, что ему поможет в этом дружба с Гарри Поттером, но тот отверг его. Потом его по всем предметам начала обходить Грейнджер. А он всегда оставался лишь вторым. Даже в квиддиче он так и не смог переиграть очкастого гриффиндорца. Тот всегда выцарапывал победу для своей команды. И вот только когда весь этот ворох обид, зависти, унижений и эгоцентризма вылился в присягу Волдеморта и метку, Драко осознал – все его проблемы до и не были проблемами вовсе. Так, детская возня. Перед внутренним взором Малфоя всплыло совершенно пустое лицо Кэти Бэлл, когда он наложил на неё Империо. Тогда его обуяла смесь ужаса и восторга: ужаса от того, что он сделал и восторга от того, что у него получилось подчинить себе другого человека. Кстати, о Хогвартсе, сегодня пятница и до утра понедельника там можно не появляться. За ближайшие два дня предстоит многое сделать. Обменять деньги не будет большой проблемой. Гоблины в Гринготсе действительно не болтливы, а для гарантии в конце стоит добавить Конфундус. А потом стоит наведаться в Министерство Магии, в субботу будет меньше шансов столкнуться с кем-то нежелательным. Утром Малфой поспешил покинуть поместье до того, как проснутся его обитатели. Домовые эльфы уже или ещё не спали, поэтому завтрак был подан непосредственно в комнату Драко. Солнце медленно карабкалось на небосвод, заливая своими холодными лучами комнату, а её владелец уже был готов к воплощению планов, за которые, будь он пойман, его убили бы на месте. Косой переулок только начал просыпаться. Волшебница из аптекарской лавки вытаскивала кувшины и корзины с ингредиентами на улицу, а в книжном магазине подмастерье намывал окно снаружи. Чуть дальше по улице чернели окна Олливандера. Сам изготовитель волшебных палочек уже несколько месяцев был гостем подвалов Малфой мэнора. Драко зябко поёжился и плотнее запахнулся в мантию. Цель его визита виднелась в конце улицы: величественное здание банка. Мешочки с монетами оттягивали карман и заставляли слизеринца бросать цепкие взгляды по сторонам. Но ранние визитёры Косого переулка явно не горели желанием сталкиваться с кем-либо. Он никогда не видел эту волшебную улицу такой безлюдной и унылой. Даже магазин мётел казался поникшим и серым. И лишь одно здание продолжало сверкать и излучать радость: Всевозможные волшебные вредилки Уизли. Тот единственный раз, когда он был в магазине, едва не закончился дракой. Малфой успел купить пергаменты для переписки у дружелюбной помощницы близнецов и изучал стенды с различными магическими лакомствами. Она вряд ли знала о… специфических отношениях между боссами и конкретно этим покупателем. На беду Драко Фред и Джордж в этот день были в магазине, и словесная перепалка могла бы закончиться обменом заклинаниями, но их прервали и заставили спрятать палочки. С тех пор Драко был закрыт вход в их магазин. Удивительно было то, что несмотря на то, что технически ему пришлось отступить, тот случай был приятным разнообразием в жизни Драко. На входе в Гринготс его встретили гоблины, одетые в ливреи с золотым шитьём. Почтительность на лицах существ нет-нет да сменялась презрением, гневом и даже отвращением. Драко понимал, что из-за текущей политики число клиентов у гоблинов сильно сократилось. Те волшебные семьи, которые сбежали, забрали и золото. А те, что остались и ударились в бега, явно не пылают благодарностью за заблокированные активы. Тем не менее, сотрудники банка проводили его в закрытую кабинку для привилегированных клиентов. - Я хочу поменять деньги, - сказал Драко, когда они остались наедине с гоблином, которого ему выделили. – Всё, что здесь есть. На столик плюхнулись четыре мешочка с монетами: три принадлежали его друзьям, а четвёртый Драко добавил сам. На всякий случай, поскольку не имел представления, сколько денег получится обменять. Гоблин раскрыл каждый мешочек и высыпал содержимое на поднос с гравировкой банка. Он внимательно изучал каждую монету, периодически кидая взгляды на Драко. Наконец, он закончил осматривать и пересчитывать монеты. - Позвольте уточнить, - проскрипел банковский служка, - вы хотите сделать обмен этих тысячи трёхсот галлеонов десяти сиклей и ста восьмидесяти шести кнатов на магловские деньги? - Верно. - Это будет чуть меньше шести с половиной тысяч фунтов, - гоблин продолжал смотреть на Драко с непонятным выражением. - Хорошо. - Я подготовлю деньги, - гоблин сгрёб монеты и спрыгнул с кресла, в котором сидел. Драко не имел никакого представления, как много это денег. В магическом мире почти полторы тысячи галлеонов – целое состояние. Но кто знает этих маглов, может для них это всего лишь деньги на обед. А ещё Драко очень не нравилось, как на него смотрел этот гоблин. Он сомневался, что кто-то из Гринготса побежит докладывать Пожирателям о его визите. Но подстраховаться точно стоило. Гоблин вернулся с пухлой стопкой банкнот и небольшим мешочком с монетами. - Ваши деньги… - Конфундус! Гоблин растеряно заморгал. Драко быстро убрал деньги, распихивая их по карманам. - Спасибо за помощь, наша семья всегда будет вашими преданными клиентами, - Драко быстро попрощался с приходящим в себя гоблином и выскользнул из приватной кабинки. За дверями банка Драко выдохнул. Деньги есть, осталось найти информацию по дому. Оставался вопрос, как лучше попасть в Министерство. Использовать камин в поместье казалось не самой удачной идеей. Вход для посетителей закрыт. Служебный? Драко нахмурился: смывать себя в унитаз казалось ему унизительным. Значит, воспользуемся общественным камином. Ближайший как раз в «Дырявом котле». В такой ранний час в пабе присутствовали только неизменный бармен и какой-то явно похмельный волшебник. Бармен поднял голову, но, увидев, кто вошёл, тут же уткнулся в стопку стаканов, демонстрируя полную увлечённость посудой. Малфой молча прошёл к камину и взял щепоть летучего пороха из щербатого горшочка на каминной полке. Субботнее утро в Министерстве было тихим. Дежурный волшебник у камина подался было вперёд, чтобы напомнить о регистрации посетителя, но наткнулся на холодный взгляд Драко. Пробормотав что-то себе под нос, волшебник снова опустил взгляд в газету. Иногда даже хреновая репутация хороший пропуск. Архив находился на первом уровне – там же, где кабинет Министра и его секретарей. - Малфой? Что ты здесь делаешь? Этот голос заставил Драко буквально окунуться в прошлое. - Для тебя, Уизли, мистер Малфой, - надменно произнёс Драко, медленно поворачиваясь к собеседнику. Перси Уизли чопорно сжал губы. Его голубые глаза недовольно свернули под стёклами очков. - А что я здесь делаю – не твоего ума дело. Занимайся своими бумажками или чем ты там занимаешься. С этими словами Драко толкнул дверь Архива и скрылся внутри, оставив Перси кипеть от негодования. Он довольно улыбнулся: из всех Уизли этот нравился ему меньше всех, даже меньше Рона. В Архиве стояла тишина, нарушаемая лишь скрипом пера сухонькой волшебницы за столом. Старушка подняла глаза и уставилась на Драко. - Чем могу помочь, молодой человек? - Мне нужна информация обо всех заброшенных домах волшебников за последние сто лет, - скрывать от старухи цель визита не имело смысла. Без неё он будет копаться здесь до конца света. - Хм, - волшебница окинула Малфоя странным взглядом. – Двадцатый ряд. Полки с шестидесятой по сто пятую. И не смейте перемешивать! Драко ничего не ответил. Его шаги глухо отражались от пола, а сам себе он напоминал призрака, блуждающего по вымершей комнате. Нужный ряд оказался едва ли не в самом конце огромного помещения, а нужные полки нашлись в самом центре ряда. Архив был похож на… архив? Драко никогда не был в подобных местах и ему было сложно подобрать сравнение. Но полки, уставленные коробками и ящиками, очень напоминали Выручай-комнату. Найдя коробку с буквой «М», Малфой палочкой заставил соскочить её с места. Естественно, никаких столов и стульев здесь не предусмотрено, поэтому Драко просто уселся на пол, разложив вокруг себя различные папки. Раскрывая одну за другой, он погружался в краткие истории семей. Родился, учился, убит. Родился, учился, умер. Дома таких волшебников либо уничтожались, либо подвергались консервации. Десятки различных фамилий заканчивали свой путь в семидесятые годы. В кратких сводках указывались также дела в Визенгамоте: кого подозревали в убийстве, кого судили и какие сроки были получены. Во многих делах встречалась одни и те же фамилии: Крэбб, Гойл, Нотт, Мальсибер, Розье. Старые знакомцы. В некоторых делах кто-то до ужаса дотошный описывал состояние домов и убитых. Драко с отвращением читал о разрушенных строениях, покалеченных людях. Самый большой кошмар состоял в том, что не редко на фото можно было увидеть не только взрослых волшебников, но и совсем малышей. В конце концов, его пальцы коснулись папки с фамилией «Мёрдок». Элизабет Мёрдок. Происхождение: маглы. Коналл Мёрдок. Происхождение: волшебник в пятом поколении. Место жительства: коттедж «Риардан», Нортумберленд. Статус: мертвы. Дата смерти: 10 сентября 1972. Место захоронения: Неизвестно. Подозреваемые: Волдеморт (?), Люциус Малфой (?) Сердце Драко пропустило удар. Он впился глазами в имя отца. Оно было зачёркнуто, а имя Волдеморта подчёркнуто дважды. Видимо, тот, кто вёл это дело по какой-то причине решил, что Люциус невиновен в смерти этих людей. Со странным чувством парень посмотрел на прикреплённые фото: девушка, одетая в школьную форму с нашивкой льва, улыбалась и махала рукой. Фото явно было сделано летом, деревья вокруг одеты в густую листву. С другого фото на Драко надменно смотрел темноволосый парень в мантии Слизерина. Его губы кривились в презрительной усмешке, а весь его вид говорил о том, что он здесь исключительно в качестве величайшего одолжения. Малфой переводил взгляд с одного лица на другое, в его голове не укладывалось: как два столь непохожих друг на друга человека могли пожениться? Боль в руке заставила Драко зашипеть и схватиться за предплечье. За каким-то дьяволом Волдеморт собирал Пожирателей. Драко быстро собрал с пола папки, затолкал их в коробку, швырнул её на полку и быстрым шагом покинул архив. Старушка на входе что-то пробормотала ему вслед, но у Драко не было никакого желания узнавать, что именно. Метка горела и будто плавила кожу. Едва ли не бегом он спустился в Атриум, распихивая немногочисленных посетителей Министерства, и устремился к каминам. Поместье встретило его гомоном десятков голосов. Похоже, Волдеморт собрал здесь всех: парадная гостиная была полна людей. Стараясь изображать умеренный интерес, Драко пробрался сквозь толпу ближе к родителям. Нарцисса, как и всегда при таких сборищах, стояла в одной из ниш, стремясь остаться максимально незамеченной. Люциус же наоборот, прорвался в первые ряды, силясь быть как можно ближе к Волдеморту. Едва Драко занял место рядом с матерью, как толпа затихла. - Сегодня, - потекло по гостиной тихое шипение, - мы понесли тяжёлую утрату. Присутствующие замерли. Они прекрасно понимали, что за любой неудачей следует наказание. И не всегда это наказание несут только те, кто непосредственно был виноват в провале. Одним из излюбленных мотивационных моментов Волдеморта был демонстрационный Круциатус на случайном стороннике. - Как вы все знаете, в начале сентября Гарри Поттер напал на Министерство Магии. Корбан Яксли проявил инициативу и мужество, пытаясь задержать мальчишку, - красные глаза Волдеморта скользили по головам, - но сегодня мы получили подтверждение: Корбан мёртв. Чистокровный род Яксли закончил своё существование. Поттер убил его, чистокровного волшебника, за спиной которого стоят десятки поколений других чистокровных волшебников. - Интересно, - негромко спросил Драко у матери, - как они узнали, что он мёртв? Поттер же может держать его в заложниках? - Они были в его поместье. Древо Яксли засохло, - едва слышно ответила Нарцисса. Драко бросил взгляд на дальнюю стену, где красовался гобелен с генеалогическим древом Малфоев. Широкая крона вышитого дуба была украшена десятками имён. В детстве Драко очень любил рассматривать гобелен, представляя, как все эти десятки Малфоев гордятся им, последним из них. - Ваша задача – найти его, - шипение Волдеморта вернуло Драко к реальности. – Его. Всех тех шавок, которые будут вместе с ним. От каждого из вас я жду результата. Воцарилась тишина. - В ближайшие дни я покину мэнор, - Волдеморт продолжил свою речь. – Меня не будет какое-то время. Надеюсь, к моему возвращению вы сможете продемонстрировать результаты своих… усилий. Бросив последнюю фразу, волшебник пристально осмотрел присутствующих и вышел из гостиной. По комнате пронёсся вздох облегчения. Нарцисса быстро осмотрелась по сторонам и потянула Драко за рукав, утягивая в один из коридоров. - Это может быть наш шанс, - зашептала она, убедившись, что рядом никого. - Мама, торопиться не стоит, - негромко ответил ей Драко. – Если я внезапно пропаду из Хогвартса, Кэрроу и Снейп поднимут всех на уши. Надо подготовиться и выбрать хороший момент. Нарцисса открыла рот, чтобы что-то возразить, но затем её плечи поникли. - Ты прав, - вздохнула она. - Я найду способ тебя защитить, - Драко сжал холодные руки матери. – Только дай мне время. Женщина с нежностью улыбнулась сыну. - Я даже не заметила, как ты вырос, - в уголках глаз блеснули слёзы. Где-то рядом с ними раздались голоса, обсуждающие, с каких городов начать поиск Поттера. Нарцисса лёгким движением руки смахнула с мантии Драко несуществующую пылинку и ушла вглубь дома. Драко недолго постоял на месте, глядя ей вслед, а затем поднялся к себе. Волшебный пергамент Уизли принял в себя название коттеджа. - Мастер Драко, - за дверью робко скрёбся домовой эльф, - хозяин Люциус велит вам спуститься в Малую гостиную. - Я услышал, - крикнул в ответ Драко. Если отец требует явиться, значит либо он чем-то недоволен, либо это требование исходит от Волдеморта. В целом, оба варианта были не самыми приятными. Драко скинул мантию и переоделся. Вряд ли многие заметили его, не стоит давать им повод обсудить, куда с утра успел наведаться наследник Малфоев. Да и карманы, полные магловские денег, могут вызвать вполне закономерные вопросы. В Малой гостиной его ждал весь ближний круг: Лестрейнджи, Кэрроу, Крэбб, Гойл, его отец, Эйвери, Макнейр, Нотт и Снейп. При виде своего директора у Драко по позвоночнику прошла дрожь, будто он ожидал услышать вопрос, почему он здесь, а не в гостиной факультета. Однако Снейп скользнул по Драко ничего не выражающим взглядом и почтительно уставился на Волдеморта. Тот же в свою очередь вперился взглядом в тщедушную фигуру Пия Толстоватого. - А, наш юный друг, - прошелестел Тёмный Лорд, - твой отец настаивает на преемственности поколений. Надеюсь, ты не разочаруешь меня. «Также, как твой отец» явно читалось в его взгляде. - Почту за честь служить вам, Милорд, - глухо ответил Драко, склонив голову. - Наш друг, Пий, как раз начал говорить о некоторых сложностях в своей работе. Продолжай, - обманчиво мягким голосом обратился к Министру Волдеморт. Пий откашлялся и заговорил. - Как я уже сказал, Книга рождений продолжает фиксировать появление у маглов детей с магическим потенциалом. За прошедшее время этих записей стало уже десять. - Значит, где-то в нашей стране родилось уже десять грязнокровок? - Да, Милорд. - Но почему они продолжают появляться? – неожиданно, в том числе для самого себя, спросил Драко. – Разве нельзя предотвратить это? Чтобы у маглов рождались такие дети? - Это хороший вопрос, мой мальчик, - глаза Волдеморта на мгновение задержались на Драко, - однако ответ на него тебе пока знать не нужно. «Потому что, ты сам его не знаешь», подумал Драко, одновременно с этим возводя стены окклюменции. Он оставил на переднем краю мысли о том, как он хочет заслужить похвалу от Волдеморта, а остальные со всей тщательностью упрятал подальше. - Может, стоит избавляться от них сразу, Милорд? – трескучий голос Нотта-старшего, казалось, сотрясал старика. – Так они не испортят породу. - Мы же не чудовища, Нотт, - с лёгким смешком ответил Тёмный Лорд. – Мы не будем их убивать. В конце концов, всем нам будут нужны более расторопные слуги, чем домовые эльфы. Собравшиеся восторженно загудели. Драко невольно бросил взгляд на Снейпа, но на его совершенно непроницаемом лице не дрогнул ни один мускул. - Да, их и детей из неблагонадёжных семей стоит обучать отдельно от чистокровных волшебников. Один лёгкий непреложный обет с правильной формулировкой и у всех желающих появится безоговорочно преданный слуга, - Волдеморт с лёгкой улыбкой осмотрел присутствующих. – Но нам необходимо место для их содержания. В Хогвартс, конечно, их никто не пустит. - Конечно, конечно! – согласно забормотали со всех сторон. - Именно поэтому, вы должны найти девчонку Паркинсон. Её поместье идеально подойдёт для новой школы грязнокровок. Драко почувствовал, что ещё немного и его стошнит. Он повернулся к отцу, чтобы задать ему вопрос, но осёкся. На лице Люциуса был написан неподдельный восторг. Казалось, будь его воля он бы уже сейчас завёл себе несколько слуг из числа маглорождённых. - Что ж, друзья мои, - Волдеморт поднял бледную руку, призывая к тишине, - я надеюсь, что за время моего отсутствия вы сможете плодотворно поработать. Всё, что от вас требуется – это найти группку детей и привести их ко мне. Волшебники заговорили, выражая свою готовность служить и клянясь, что найдут и Поттера и Паркинсон не поздней Рождества. Драко изучал потолок своей спальни. Лепнина, украшавшая углы, вызывала в нём какое-то странный гнев. Улыбающийся ангел, оседлавший дракона, словно парил над полом и издевательски посмеивался. Прошедший день поселил в душе Малфоя множество вопросов, на которые у него не было ответов. Действительно ли его отец убил этих волшебников? Если первой реакцией Драко был однозначный ответ «Нет, он не мог», то после сегодняшней сцены в Малой гостиной, он засомневался. Да, он помнил статьи в «Пророке», в которых довольно подробно рассказывалось о предыдущих возможных преступлениях отца, но тогда он воспринял их как целенаправленную клевету, которую печатали по указке Дамблдора. Возможно ли, что он оправдывал отца только потому, что он его отец? Да, его отец груб с домовыми эльфами, гоблинами и волшебниками, которые ниже по статусу. Но ведь именно так устроен мир? Он вспомнил, пожалуй, самое сложное, но между тем самое счастливое лето в его жизни: после пятого курса, когда мать отправила его в Италию на виллу Забини. Тогда слизеринец позвал и Тео. Втроём они облазили все окрестные развалины, накупались в море до коликов. А ещё именно в это лето Драко впервые в жизни общался с маглами без отца за спиной. Как оказалось, у магловских мальчишек ровно те же проблемы, что у волшебников: любимая спортивная команда проиграла, девушка, в которую влюблён, отказалась идти гулять, а родители отказываются покупать собаку! В большей степени с местными ребятами общался Блейз, потому что он знал их, долгое время жил с ними рядом. Драко и Тео лишь с опасением наблюдали за тем, как Забини гоняет мяч, похожий на квоффл, по земле. - Это называется футбол, - пояснил он им в тот вечер. - Что-то похожее на наш квиддич, но мяч всего один. Но это самый популярный спорт здесь в Италии. - Блейз, разве тебе не противно вот так общаться с этими маглами? – Тео странно заломил брови, всем своим видом выражая недоумение. Драко согласно кивал. - Я вырос с ними, - пожал плечами их друг, - моей нянькой была маглорождённая ведьма. Моей первой гувернанткой была маглорождённая ведьма, талантливейшая в трансфигурации. Я был предоставлен сам себе до тех пор, пока мама не вышла замуж в последний раз, мог сам выбирать себе друзей. После этого мы уехали в Британию и меня отправили в Хогвартс. Мы здесь относимся к маглам гораздо проще: они составляют пейзаж нашей жизни. В конце концов, когда-то, на заре магии – мы все были маглами. Эти слова Блейза надолго лишили сна Драко в то лето. И вот сейчас, когда они снова всплыли в его памяти, он думал. Если верить тому, что говорила его тётка и отец – он должен быть апогеем магической силы, потому что чище крови, чем Малфоев, пожалуй, сейчас нет в природе. Но самый сильный волшебник из ныне живущих – полукровка, как стало известно буквально вчера. Дамблдор, величайший волшебник современности и тот, кого Волдеморт так боялся – полукровка. Самая невыносимая и талантливая ведьма из тех, кого знал Драко – маглорождённая. Да, как бы ни было неприятно признавать, но Грейнджер действительно на голову превосходит всех на их курсе. И даже многих взрослых волшебников. А он, чистокровный отпрыск чистокровных семей, остаётся в статусе догоняющего. Этот неприятный факт заставил Драко громко фыркнуть. Как-то всё это не сходится с тем, что ему годами рассказывал отец. Серебряный свет луны робко заглянул в окно. По полу поползли причудливые тени от деревьев за окном. Драко наблюдал за медленно покачивающимися ветвями, пока луна не скрылась за облаками. Он должен узнать эту разницу. Должен понять, есть ли хоть крупица правды в том, что ему говорили, чему учили. Драко проснулся почти в полдень. Осеннее солнце уже не светило в окна его спальни, переместившись западнее. Парень оделся, уложил волосы и уставился на своё отражение в зеркале. Чаще всего ему нравилось, что он там видел. Без лишней скромности можно было утверждать: природа хорошо поработала над Драко Малфоем, отсыпав ему о своих щедрот пропорциональную фигуру, высокий рост и лицо античного бога, которое к семнадцати годам обрело, наконец, финальные черты. Пропала юношеская мягкость и округлость скул, линия челюсти стала более чёткой. Самой удачной особенностью своего лица он считал тёмные, близкие к чёрным брови, так резко контрастирующие с платиной волос. Драко и раньше не был обделён вниманием волшебниц, но за последний год интерес к его персоне возрос. Недолгие несколько недель в Хогвартсе подарили ему немало внимания от девушек Слизерина. Студентки остальных факультетов бросали на него в основном неприязненные взгляды, но он отлично помнил, как многие из них пожирали его взглядами на тренировках по квиддичу на протяжении всего прошлого года. И хоть он не выходил на поле, физические нагрузки позволяли ему держать разум свободным от посторонних мыслей и эмоций. Мысли Драко невольно скользнули к пятничной перепалке с Грейнджер. Он снова почувствовал раздражение от своей несдержанности: обычно он старался вести себя также отстранённо и высокомерно с теми, кто не входил в его ближний круг… как его отец. Его слова о том, что они последние чистокровные в этом поколении, конечно, были небольшим искажением истины. Сейчас на Слизерине училась Астория Гринграсс – чистокровная ведьма, с которой он помолвлен с самого её рождения. Милая девочка, которая постепенно превращалась в весьма красивую девушку. Родословная Астории была также безупречна, как и корни Драко. Безупречная Астория. И такая скучная, что уход за флоббер-червями мог показаться захватывающим приключением. Она была мила, прилежна и очень хорошо воспитана. Буквально в лучших традициях чистокровных семей. Те несколько раз, когда он хотел завязать с ней разговор, пытаясь узнать хоть что-то о той, кому суждено в один день стать миссис Малфой, заканчивались спустя два вопроса. Астория сдержанно улыбалась, поддерживала разговор на заданную им тему и… всё. Драко нахмурился своему отражению. Куда-то не туда повели его мысли. Изящные часы на трюмо показывали начало первого. Что ж, завтрак он уже пропустил, не стоит делать тоже с бранчем. Малая столовая, где обычно принимали пищу члены немногочисленного семейства Малфой, сегодня была многолюдна. Рядом с Нарциссой за столом восседала Беллатриса с мужем. Люциус расположился с другой стороны от жены. - Драко, наконец, ты спустился, - Белла притворно улыбнулась. – Мы уж решили, что ты где-то подцепил Сонную лихорадку. - В Хогвартсе не удаётся поспать сколько хочется, - пожал плечами Драко, садясь за стол. – Поэтому выходные дома – одна из лучших моих привилегий. - Привилегий, - повторила Беллатриса. – Кстати о них. Рука Драко, потянувшаяся за омлетом, на секунду замерла, в затем продолжила движение. Кажется сейчас на него обрушится очередная «милость», в результате которой есть риск его смерти. Нарцисса, видимо, подумала о том же, потому что её взгляд обеспокоенно забегал между сыном и сестрой. - Тётя? – Драко изящно приподнял бровь, всем своим видом выражая вежливый интерес. - Как у тебя с дуэльными навыками? – Белла с лёгким прищуром смотрела на племянника. - Честно говоря, никак, - Драко растерялся. Он ожидал чего угодно, но не этого. – Единственный раз, когда в Хогвартсе был открыт Дуэльный клуб, был на втором курсе. Но занятия вёл полный идиот, я был всего на одном занятии. - Это плохо. Тёмному Лорду нужны не только преданные, но и опытные бойцы. С сегодняшнего дня ты будешь заниматься. Каждый день, - Лестрейндж обнажила в улыбке жёлтые зубы. – Я сама буду тебя учить. - Но Белла… - осторожно попыталась вставить Нарцисса. - Цисси, он должен уметь постоять за себя. Вряд ли эти отбросы из Ордена будут проявлять благородство в бою, - отрезала волшебница. – Драко, приступим сегодня. Сразу после бранча. - Тётя Белла, - уже спокойно проговорил Драко. Такие «привилегии» он, пожалуй, переживёт, - я должен быть в Хогвартсе. Мы не сможем заниматься каждый день. - О, мы это уже обсудили с… директором Снейпом, - губы Беллатрисы искривились в презрительной усмешке, - он сможет организовать уроки в школе. Я буду ждать тебя каждый вечер после ужина в старом классе Зельеваренья. Можешь позвать друзей, если хочешь. - Договорились, - Драко сдержанно улыбнулся тётке и принялся за еду. Вечер стал для Драко благом. Беллатриса решила взяться за обучение без лишних сантиментов. Сады вокруг поместья и лабиринт стали тренировочной площадкой, по которой она нещадно гоняла Малфоя. От заклинаний, которыми волшебница бомбардировала Драко, его одежда превратилась в дырявые лохмотья. В свою очередь в Лестрейндж он смог попасть всего несколько раз. Белла действительно была непревзойдённой дуэлянткой. Она вертелась, подпрыгивала, уворачивалась от летящих в неё заклинаний с лёгкостью и даже грациозностью. Казалось, она ничуть не уставала, в то время как Драко уже к исходу первого часа истекал потом. Если бы не его постоянные тренировки, он бы уже лежал бесформенной грудой на земле и умолял о пощаде. - Держи разум на замке! – кричала волшебница, когда он в очередной раз распластался на земле. – У тебя все мысли на лице написаны! Не позволяй противнику знать твои действия! Драко злился. Вставал с земли и снова злился. Усталость помогала ему контролировать воспоминания и возводить стены окклюменции, оставляя на переднем краю только самые поверхностные мысли, но этого было явно недостаточно. В конце концов, Беллатриса выдала ему список заклинаний на внушительном куске пергамента и приказала тренировать их. - Для тебя и всех новобранцев это самый минимальный список для выживания. Если освоишь их, займёмся более… углубленным курсом. После своеобразного спарринга глаза Лестрейндж блестели, на обычно бледных щеках выступил лихорадочный румянец. С улыбкой, отдающей безумием, она ушла, оставив Драко сидеть на гравийной дорожке посреди лабиринта. Малфой со стоном стянул с себя одежду и залез в подготовленную домовыми эльфами ванну. Напряжённые мышцы с явной благодарностью начали расслабляться. Драко откинул голову на край медной ванны. Этот день вымотал его неимоверно. Если тётка собирается также гонять его каждый день, как обещала, велик шанс, что к концу ноября от его гардероба не останется ничего. Горячая вода расслабляла, по телу разливалась уже приятная усталость. Но засиживаться нельзя: ему ещё предстояло навестить стайку слизеринцев и передать им деньги. А также поучаствовать в попытке Грейнджер наложить заклинание Доверия на дом. Вообще, Драко сомневался, что у этой заучки получится. Да, она идеально справлялась со школьной программой. Её оценки за С.О.В. были одними из лучших за последнее десятилетие в Хогвартсе (об этом неизменно повторяли Флитвик и МакГоннагал на протяжении всего прошлого года), но одно дело школьные учебники и совсем другое заклинание, которое требует особого мастерства, к которму мало, кто расположен. Кроме того, заклинание действительно требует искреннего желания защитить всех тех, кто находится внутри. Вне зависимости от того, как ты к нему относишься. И вот здесь, думал Драко, и кроется самая большая проблема. Да, Пэнси помогла ей, залечила рану. Но хватит ли этого, чтобы залатать то, как относилась к ней Паркинсон предыдущие годы? Вряд ли Грейнджер была в курсе, что главным заводилой по травле конкретно этой девчонки был он. А остальные лишь подыгрывали ему, желая соответствовать статусу друга Драко Малфоя. Особенно Пэнси, которая так стремилась понравиться, чтобы он обратил внимание. Он и обратил. Это были, пожалуй, самые яркие месяцы в Хогвартсе. Старшие студенты открыли младшим величайшие секреты. Например то, что стояк по утрам – это нормально. Лечится это либо мастурбацией в душе либо женщиной. И что хихикающие по углам девчонки отлично подходят для снятия напряжения. Как правильно подкатывать, чтобы не схлопотать по лицу. Как легко заканчивать отношения. И, конечно, как не привести в этот мир очередного волшебника раньше времени. Всё полученные знания Драко опробовал на Пэнси, которая была просто на седьмом небе от того, что Малфой, наконец, обратил на неё внимание как на девушку. В потом она узнала про Асторию. Получилось крайне некрасиво. Они расстались, довольно долго не разговаривали друг с другом, но в итоге смогли помириться. Драко к тому времени уже успел переключиться на других девушек и был полностью погружен в проблему «Как убить Дамблдора и не умереть самому». Пэнси же, будто вовсе отдалилась от кого бы то ни было. А после смерти родителей вовсе ушла глубоко в себя. Малфой не знал, как ей помочь и не сильно стремился. Его мысли были заняты другими насущными проблемами. Когда Драко узнал, что она сбежала, прихватив с собой Тео, он не сильно удивился. Пожалуй, для неё это был единственный реальный шанс выжить. Малфой прекрасно представлял, как бы выглядела жизнь Пэнси: сидеть дома, рожать наследников и молчать. И, как теперь выясняется, вероятно присматривать за выводком детей маглорождённых. Если, конечно, от неё не захотят избавиться после того, как она станет не нужна. Такой исход событий для Драко не был бы чем-то из ряда вон. Ещё его дед пытался избавиться от жены самыми разными способами в течение многих лет, пока ему это, наконец, не удалось. Наконец, приведя себя в порядок и отбросив лишние мысли, Драко отправился попрощаться с матерью. Сегодня его ждёт ещё один визит.