У медали всегда две стороны

Едва Малфой исчез с негромким хлопком, Гермиона выдохнула. Находиться с ним в одном помещении было не просто сложно, невыносимо сложно! Половину ночи она не спала, потому что в голову лезли мысли. Мысли, которые не просто мешали спать, но вызывали совершенно ненужные чувства. Слизеринец же заявился как ни в чём ни бывало, будто случившееся вчера ничуть его не задело и было в порядке вещей. Гермиона же пребывала в состоянии, которому не смогла дать название. Начать хотя бы с того, что поцелуй с Малфоем выбил её из колеи. Вчера она старалась не показывать, насколько всё произошедшее было странно. Девушка не могла ответить даже самой себе, почему она согласилась на дурацкое условие Рона. Наверное, она слишком много выпила, это просекко оказалось весьма коварным: пить было легко и почти не чувствовался эффект, но лёгкость в голове и теле была обманчивой. Сегодня с утра Гермиона осознала это в полной мере. Она была не согласна с Роном, который был уверен, что Малфой не изменился ни на йоту. Но несмотря на то, что они вполне ровно общались в коттедже во время его визитов, такое действие как поцелуй должно было быть за гранью для него. Должно было быть! Но вместо этого слизеринец сломал устоявшиеся представления о нём.  А поцелуй… Опыта у Гермионы было крайне мало. Виктор Крам был первым парнем, которому Гермиона позволила себя поцеловать. И то это было сделано назло Рону, Гермиона хотела как-нибудь мимоходом обронить, что Виктор неплохо целуется, но вихрь событий четвёртого курса заставил её забыть об этом. А потом на шестом курсе, Кормак… Чёрт, его Гермиона позвала на вечеринку Слизнорта и целовалась с ним тоже назло Рону. И даже с Малфоем она согласилась поцеловаться только чтобы досадить этому рыжему оболтусу. А самое ужасное, думала девушка, что поцелуй с Малфоем не шёл ни в какое сравнение с поцелуями Кормака или Виктора. При поцелуях с ними она не почувствовала ровным счётом ничего, хотя, казалось бы, первый поцелуй должен был оставить неизгладимое впечатление. А вот Малфой… Девушка поймала себя на том, что смотрит в пространство, прижав кончики пальцев к губам. Как прекратить думать об этой нелепице? Ну поцеловались они у всех на глазах, ну стали её ноги словно желейный пудинг, подумаешь большое дело. А то, что она полночи представляла сцены из книжек с маминой полки, так в этом Пэнси виновата! Надо было запирать дверь. Тогда бы Гермиона не оказалась в дурацкой ситуации, когда, открыв дверь в свою с Пэнси спальню, она увидела голую задницу Дина и ноги Пэнси, обвившие его. Гермиона вылетела из комнаты, молясь, чтобы эти двое не заметили вторжения. Гарри был удивлён, увидев её на пороге своей спальни, но по багровому лицу Гермионы быстро понял причину.  — Гермиона, я всё ещё не уверен, что нам стоит соваться в Гринготс, - Гарри снял очки и начал протирать их краем футболки. - Это действительно безумие. — Мы не пойдём туда без плана и подготовки, - Гермиона снисходительно посмотрела на друга. – Тем более я уверена, крестраж именно там. В сейфе Беллатрисы. Рано или поздно, нам придётся оказаться в нём. Главное, чтобы мы хорошо подготовились. Она сложила руки на груди. Гринготс всегда казался ей чем-то страшным и недостижимым, ведь у Гермионы не было своего сейфа в этом банке. Когда она заходила туда с родителями, они были только в парадной его части, покрытой мрамором и золотом. То, что в недрах Гринготса скрываются сотни и даже тысячи вместительных сейфов, она узнала от Гарри, когда тот на первом курсе посвятил её в загадочное похищение из банка. Уже потом она самостоятельно изучила всё о волшебном банке, что нашлось в библиотеке. - Поговорим с Биллом, - она кивала в такт своим мыслям. – Он, как ликвидатор, должен знать многое об охранных чарах. Возможно, он даст полезные советы. Заодно и поговорю с брауни. - Подождите, - Пэнси нахмурилась и будто что-то обдумывала, - вы хотите вломиться в Гринготс?! - И почему это всех так удивляет? – пробормотала Гермиона. - Может, потому что, это натуральное самоубийство? – всплеснула руками Пэнси, едва не задев Дина. – Гоблины это одни из самых жестоких существ, с которыми волшебникам приходится иметь дело! - Может, это от того, что на протяжении всей истории волшебники считали гоблинов опасными? – Гермиона, кажется, оседлала любимую тему. - А, может, волшебники не просто так сделали такой вывод? – парировала Пэнси. – У гоблинов своя мораль, свои ценности. Совершенно иные и чуждые нам. Все те случаи, когда волшебники доверяли гоблинам, заканчивались для них плачевно. - Это взаимное недоверие, - Гермиона вздёрнула подбородок. – И его можно было бы преодолеть! Если бы мы позволили волшебным существам самостоятельно решать, нужна ли им волшебная палочка. - Если ты хочешь увидеть, что такое гоблин с волшебной палочкой – посмотри на происходящее вокруг, - жёстко припечатала Пэнси. – Это одна из тех вещей, Грейнджер, которых ты не понимаешь, но пытаешься изменить. Гермиона открыло было рот, чтобы возразить, но вздохнула и промолчала. - Гоблины будут нашей проблемой, когда мы составим план. А чтобы проблем было меньше, мне нужен Билл Уизли. - Хорошо, - Гарри встал из-за стола. – Ты хочешь пойти прямо сейчас? - Не вижу причин откладывать. Чем быстрее мы найдём все крестражи, тем лучше для всех. Кроме того, Гермионе было необходимо чем-то занять мозг, только чтобы не возвращаться мыслями к вчерашнему вечеру. Да и к сегодняшнему утру. И в целом к Драко Будь он Неладен Малфою. В замке Певереллов они провели почти весь день. Гарри поручил Саймону, своему кастеляну из брауни, отвечать на все вопросы Гермионы так, будто это он сам. Однако, это не помогло. Несмотря на то, что брауни действительно жили в замке уже больше тысячи лет, они были отрезаны от внешнего мира. Поэтому никакой дополнительной информации о бывших жильцах этого замка Гермиона получить не смогла. В конце концов, ей пришлось отпустить брауни обратно к работе. Оказалось, что волшебные существа отлично поладили с Молли Уизли, которая взяла на себя обязанности по заботе о замке и его обитателях. Новые поиски в библиотеке также не помогли. От последних владельцев не осталось совершенно ничего, что могло бы ей помочь и это весьма расстраивало девушку. Разговор с Биллом немного компенсировал неудачу с брауни. Сначала Уизли, конечно, прочитал им всё ту же лекцию о невозможности проникнуть в волшебный банк и выйти оттуда живым. Но, услышав, что это единственный путь к уничтожению Волдеморта, сдался. Теперь у Гермионы был, пожалуй, самый полный список чар и ловушек, которые были распиханы по всему Гринготсу, словно пасхальные яйца в саду. Самый большой вопрос у неё вызвал дракон. Когда девушка услышала, что глубоко под землёй томится живое существо, которое дрессируют самыми жестокими методами, у неё пропали слова от возмущения. Билл, кажется, тоже был смущён, рассказывая ей это, особенно когда Флёр, его жена, возмущённо назвала гоблинов варварами. И Гермиона была с ней искренне согласна. И даже её утреннее возмущение негативным отношением волшебников к гоблинам поулеглось. В замке теперь было многолюдно. Десятки волшебников, которых удалось спасти от рейдов Пожирателей Смерти, жили под одной крышей. Гермиона видела знакомые лица: семьи гриффиндорцев, которые уже выпустились, волшебники, которых она мельком видела на Чемпионате мира по квиддичу, даже герои статей Ежедневного пророка. Среди последних, кстати, было немало мракоборцев. Огромное число волшебников после захвата Министерства и введения дискриминационных законов, ушли в подполье. Многие из мракоборцев происходили из смешанных семей, поэтому посчитали, что не стоит ждать, пока за ними придёт комиссия по учёту магловских выродков. Они предпочли исчезнуть. Благодаря Кингсли, почти все в итоге оказались в замке. И теперь армия Ордена насчитывала не менее двух десятков опытных бойцов. Они обучали тех, кто изъявил желание научиться защищаться. - Мы должны научить всех сражаться, - Тонкс, которая каждый день наведывалась в замок, с энтузиазмом взялась за обучение добровольцев. – Кто знает, сколько продлится война в этот раз? Слова Доры запали в душу Гермионе. Она часто наблюдала в окно, как Гарри тренируется со слизеринцами, но ей и в голову не приходило присоединиться к ним. На пятом курсе она была одной из лучших в Отряде Дамблдора. Однако, разве могут быть достойными соперниками школьники или манекены? Когда они с Гарри вернулись в коттедж, Гермиона решила, что присоединится к следующей тренировке ребят. Нельзя полагаться только на мозги, иногда их может не хватить, чтобы выжить. - Чем это пахнет? – спросил Гарри, принюхиваясь. - Это карри, - неуверенно ответила Гермиона. Источник запаха они обнаружили в гостиной – на столике стояли картонные коробочки с индийской вязью. - О, вы вернулись, - поприветствовал их вскинутой вилкой Нотт. – Мы не дождались вас и сходили за едой. - Я бы на вашем месте не налегала на карри, - с сомнением произнесла Гермиона, изучая содержимое коробочек. - Почему это? – Забини с явным наслаждением поглощал кусочки свинины в явно остром соусе. - Приправы не перевариваются организмом, - наставительно произнесла Гермиона. - Что? – непонимающе вскинули брови парни. - Завтра узнаете, - хмыкнула девушка. – А где Пэнси и Дин? - Они не стали ужинать с нами и сбежали на свидание, - Тео удивлённо покачал головой. – Кто бы мог подумать! Наша Пэнси! И какой-то гриффиндорец! - Дин замечательный, - возразила Гермиона. - Да кто же спорит, - отмахнулся Нотт, насаживая на вилку маленький перчик. Глядя, как он исчезает во рту парня, Гермиона невольно вздрогнула. – Ох! Ну и острый же… - Как вы можете это есть, - хмыкнула Грейнджер. - Так вы не будете? – Забини обвёл рукой ещё не начатые коробочки. - Считай, мы были в гостях у Молли Уизли, - Гарри плюхнулся на диван, вытягивая ноги, - уйти от неё голодным, миссия из разряда невыполнимых. - Я не люблю острое, - отрицательно покачала головой Гермиона. – Пойду лучше соберу свои вещи, пока спальня свободна. Тео и Блейз переглянулись и принялись делить нетронутую еду. Гермиона же в два захода перенесла в спальню к Гарри свои вещи. Почему-то она была уверена, что в коттедже станет на одного человека больше. Ночь принесла с собой дождь. Сильные капли дождя громко барабанили по окнам, мешая заснуть и навевая сложные размышления. Сначала Гермиона пыталась думать о том, как попасть в Гринготс и выбраться оттуда с наименьшими потерями. Но совершенно незаметно для неё, мысли свернули в другом направлении. Она вспоминала появления Малфоя в коттедже, его поведение и разговоры. Пыталась найти ту точку, тот момент, когда из противного мальчишки, который только и умел, что бравировать своим отцом и связями семьи, Малфой превратился в немногословного парня с колким взглядом. Он больше не был чванливым, его губы чаще кривились в саркастической усмешке, нежели сжимались в пренебрежении. И даже речь его потеряла извечную противную тягучесть. И это, не говоря уже о том, как он изменился внешне! Школьные мантии умудрялись скрывать, что он уже не щуплый подросток с нескладным телом. Это объясняло, почему в туалете для девочек она постоянно слышала шепотки студенток, обсуждавших Малфоя, Гарри и других парней. В Хогвартсе Гермиона и не думала рассматривать слизеринца, Гарри или кого-то из парней в принципе. Но сейчас, позволяя мыслям перетекать от одного к другому, она не могла не отметить, что из всех знакомых ей представителей мужского пола её возраста, Малфой имеет самые привлекательные черты. Тео, будучи высоким, но очень изящным, не отличался широтой плеч или развитой мускулатурой. Пожалуй, он был схож с Гарри, но гриффиндорец за последний год приобрёл некий рельеф. Блейз, как и многие слизеринцы, уделял много внимания своей внешности и благодаря необычному сочетанию цвета кожи и глаз, обладал очень фактурной внешностью. Вообще, три слизеринца, находясь вместе, производили неизгладимое впечатление: аристократически бледный блондин с всегда аккуратной укладкой, взъерошенный брюнет с оливковой кожей и благородными чертами лица и идеально сложенный мулат с пронзительными серыми глазами. Да, будь они сейчас в Хогвартсе, разговоры в женских туалетах крутились бы вокруг этой троицы. И ещё парочки не менее красивых и популярных мальчиков. Мальчиков! Гермиона беззвучно хмыкнула. Длина щетины у этих «мальчиков» иногда пугала. Гарри, в моменты особенной тоски и апатии, легко мог зарасти почти бородой, что кожи под ней было не видать. При этом Малфоя она всегда видела только гладко выбритым. Наверное, для этого тоже есть какое-то заклинание. Гермиона со стоном перевернулась. Опять мысли вернулись к этому слизеринцу! Перед внутренним взором стояло его лицо с лёгкой усмешкой, а глубокий, пробирающий голос предлагал ей отказаться от поцелуя. Она ведь могла отказаться! Могла! Но столь наглый поступок Рона, распоряжение девушкой, будто вещью, пробудил в Гермионе то ослиное упрямство, которое обычно сдерживалось благоразумием. Глухо простонав в подушку, она принялась считать овец. Которые, почему-то, приобрели вид Малфоя на метле. Проносящийся раз за разом слизеринец, мерный звук дождя и счёт до бесконечности, наконец, убаюкали девушку. На следующий день Гермиона присоединилась к тренировкам слизеринцев и Гарри. Дин, изначально наблюдавший из окна столовой, не удержался и тоже влился в команду. Как и ожидала Гермиона, в более-менее серьёзной схватке она ничего не стоила. Гарри, а затем и Нотт с Забини, легко забросали её заклинаниями, половину из которых она не смогла отбить или блокировать. Прошедшие уроки не прошли для слизеринцев даром, с тех пор как они попросили девушку научить их новым заклинаниям, они явно выросли в мастерстве. - Бам! – возвестил Забини, припечатывая девушку очередным заклинанием. – И вы убиты, мисс Грейнджер. - Как великодушно, - проворчала Гермиона, поднимаясь с земли. – Чувствую себя абсолютно бесполезной. - Ты у нас мозги, Гермиона, - улыбнулся Гарри, наблюдавший за их поединком. – А мы – мускулы. - Толку от этих мозгов, - девушка не удержалась и всплеснула руками. – Мне не хватает информации! Мне нужно знать больше об этих Певереллах, но у меня ничего нет! Если бы можно было попасть в библиотеку Хогвартса! - Зачем тебе в Хогвартс, если ты можешь воспользоваться библиотекой Малфоев? – Блейз поигрывал волшебной палочкой, качая её на кончике указательного пальца. - Что? – гриффиндорка с подозрением уставилась на Забини. – Библиотека Малфоев? - Хм, - на лице Блейза проступило смущение. – Забудь. - Нет, стоп, - Гермиона подошла ближе. – Что там про библиотеку? - У Малфоя, пожалуй, одна из крупневших частных библиотек в Британии. Возможно, во всей Европе, - неохотно ответил Блейз. – Но это глупо, ты не сможешь туда попасть. - Это мы ещё посмотрим, - не спуская глаз со слизеринца, медленно проговорила Гермиона. Она вспомнила, что Рон когда-то говорил о том, что из дома Малфоев было вывезено немало очень тёмных книг. Зная, пусть и весьма условно, Люциуса Малфоя, можно было предположить, что это либо были копии, а оригиналы всё ещё в мэноре, либо это были ровно те книги, которые Малфой был готов пожертвовать, чтобы сохранить лицо. Если у него действительно такая большая библиотека, то покопаться в ней было бы неплохим подспорьем в её поисках. - Малфой спасибо не скажет, - Нотт тоже подошёл ближе. – Кроме того, Грейнджер, ты забыла, что в его доме живёт Ты-Знаешь-Кто? - Ну не круглые же сутки от там находится, - возразила девушка. Конечно, она понимала, что визит в мэнор — это опасно, но перспектива узнать больше о предмете своих поисков манила её. – В любом случае, стоит дождаться Малфоя, чтобы обсудить с ним вопрос. Следующие несколько дней слились в одно бесцветное пятно. Она просыпалась, листала свои книги и записи, пытаясь обнаружить то, что могла пропустить, занималась боевыми заклинаниями. Дин, как и предполагала Гермиона, переселился к ним и теперь коттедж ещё больше стал напоминать ей гостиную факультета. Одним хмурым утром Пэнси подошла к ней и тихо поблагодарила. Она не уточнила за что, но этого и не требовалось. Гермиона с удивлением наблюдала за преображением Паркинсон. Обычно сдержанная слизеринка сейчас едва ли не светилась. Всё чаще Гермиона думала о том, что если бы не Волдеморт, то, возможно, она никогда бы не узнала слизеринцев. Внешне чопорные, холодные и надменные, при ближайшем рассмотрении они оказались ровно такими же, как и гриффиндорцы. Верными своим друзьям, смелыми в принятии сложных решений, весёлыми и озорными в компании тех, кому доверяют. «Они словно другая сторона медали, на обороте которой мы». Если бы не приверженность чистоте крови… Впрочем, кто живёт рядом с хромым, научится хромать. Давление среды, в которой находишься, часто оказывается сильнее тебя самого. Даже Гермиона, живя уже семь лет вдали от родителей дантистов, до сих пор не позволяла себе лишние сладости, помня о вреде сахара для зубов. Гарри продолжил пропадать в замке Певереллов, активно участвуя в планировании операций против Волдеморта и Пожирателей Смерти. Малфой был не единственным информатором на той стороне, но, конечно, самым приближённым. Пожиратели по всей стране захватывали, как называл их Гарри, стратегические объекты: фермы по выращиванию магических трав и растений, аптеки, мануфактуры по производству заготовок для портключей и множество других небольших волшебных производств, которые могли хоть как-то помочь ему. Мракоборцы хотели начать отбивать их, чтобы лишить Пожирателей ресурсов. Гермиона видела, что процесс борьбы вдохнул в друга новую жизнь. Гарри теперь не сидел без дела, не размышлял по десятому кругу о крестражах. Он что-то делал, что позволяло ему не думать о своей бесполезности. И девушка завидовала ему, потому что ей такая роскошь была недоступна. И ежедневная практика в дуэлях помогала ей хоть немного снизить градус собственной никчёмности, который копился в ней изо дня в день. Это утро не отличалось от предыдущих пяти. Небо всё также хмурилось, размышляя, излиться дождём сейчас или подождать, пока на улице окажется больше людей. Обитатели коттеджа, одетые в тёплые свитеры и джемперы, скакали по подъездной площадке коттеджа, уворачиваясь от заклинаний друг друга. Они работали попарно, меняясь каждые несколько минут, чтобы соперники не успевали подстроиться под стиль друг друга. Гермиона обменивалась заклинаниями с Гарри, когда услышала знакомый низкий голос: - Поттер, ты так её жалеешь. В настоящем бою ни один Пожиратель не подарит такой роскоши, как время на обдумывание. Малфой стоял в дверях коттеджа, прислонившись к косяку и созерцал их с лёгким прищуром. - Я не жалею! – возмутился Гарри, моментально поворачиваясь к слизеринцу. - Тогда ты слишком медлителен, - пожал плечами Малфой. - Я не медлительный, - снова возразил Гарри. - Тебе показать, как это происходит? – вскинул бровь Драко. - Почему бы и нет, - буркнул Гарри. – Только не мне, а кому-то другому, мне надо перевести дух. - Грейнджер, окажешь мне честь? Гермиона невольно выпрямила спину, услышав этот вопрос. - К барьеру, Малфой. На губах слизеринца появилась лёгкая усмешка и он, достав палочку, встал напротив девушки. Едва Гермиона успела отметить, что он снова выглядит так, словно собрался на красную дорожку какой-нибудь магловской кинопремии, как ей в лицо полетел сноп зелёных искр. Она заблокировала заклинание и тут же выпустила ответный удар. За прошедшие дни Гермиона успела отлично освоить блокирование и отражение заклинаний. Но с одновременной защитой и нападением у неё были сложности. Малфой действовал быстро, стремительно. Если бы ей не приходилось сосредотачиваться на том, чтобы отбиваться от его натиска, она бы точно оценила то, какими выверенными и точными были движения слизеринца. Он не тратил лишнюю энергию на передвижения, но каждый взмах палочкой достигал своей цели, растекаясь изумрудными и лиловыми пятнами на щитах Гермионы. Она улучила момент, когда Малфой слегка поменял положение, чтобы продолжить бомбардировать её заклинаниями, и перешла в атаку. Теперь Драко защищался, блокируя, отражая или принимая на щит её удары. Они словно танцевали друг напротив друга, пытаясь подловить момент для решающего удара. Гермиона шаг за шагом приближалась к парню, стремясь попасть под его защиту, но каждый раз ему удавалось уклониться. Наконец, она увидела возможность, чтобы пробить его щит, сделала стремительный шаг вперёд, но Малфой ускользнул, словно приливная волна. Он сделал молниеносный рывок вперёд, исчезнув за спиной Гермионы. И она уже не успела повернуться – Малфой обхватил её сзади, сковав руки в захвате на груди и приставив кончик палочки к её подбородку. - Неплохо, Грейнджер, - горячее дыхание обожгло щёку, - но недостаточно. Гермиона часто и глубоко дышала, сердце колотилось как бешеное, а в душе творилась полная сумятица. Малфой прижимал её так крепко, что она чувствовала, как её грудь буквально легла на держащую её руку. Цепкие пальцы впились в рёбра, обжигая даже сквозь джемпер. - Это было круто, - захлопал Блейз. Малфой отстранился, опуская руки. Гермиона сделала несколько неуверенных шагов и обернулась. Слизеринец стоял неподвижно, на губах его играла полуулыбка. - Я далеко не лучший боец, в армии Тёмного Лорда есть куда более опытные и искусные дуэлянты, - он вложил палочку в кобуру, спрятанную под пиджаком. – Стоит помнить об этом. А также о том, что вряд ли к вам будет применимо снисхождение. - И тем не менее, это было впечатляюще, - Нотт тоже подошёл ближе, приветствуя друга. – Но мы здесь уже часа полтора мёрзнем, предлагаю переместиться в дом. Я утром был в одной чудной французской пекарне в Лиле и купил пирожных на всех. - Что, индийская кухня больше не в почёте? – со смешком спросила Гермиона. Побагровевший Тео ничего не ответил. Все, кроме Нотта и Забини захихикали. - Что бы это значило? – Малфой вопросительно склонил голову и приподнял бровь. - Это очень смешно, - не выдержала и расхохоталась Пэнси. – Эти два олуха накупили магловской еды. Очень острой еды. Как объяснила Гермиона, особенность её такова, что она острая как на входе, так и на выходе. Теперь хохотали все, даже Тео с Блейзом не смогли удержаться от улыбки. Губы Малфоя задрожали, он явно пытался сдержать широкую ухмылку. - И вот представь себе, уже вечер, мы спокойно сидим и занимаемся своими делами, как из ванной раздаётся крик, - Пэнси продолжила рассказ. – Мы, конечно, все подорвались, побежали с палочками наперевес… А там Забини просит напомнить ему формулу охлаждающих чар. Малфой не выдержал. Он смеялся так, как не смеялся уже очень и очень давно, возможно даже никогда. Он схватился за живот, не в силах стоять ровно. Остальные, глядя на него, тоже продолжили смеяться. Гермиона, сквозь слёзы от смеха, отметила, что смех у Малфоя очень приятный, даже расслабляющий. - Салазар всемогущий, - простонал Нотт, утирая слёзы. – Это было худшее, что случалось со мной в жизни! Забини-то уже отмучился тогда, а я знал, что мне это только предстоит! Смех грянул с новой силой. - Мерлин! – едва смог произнести Малфой. – Это слишком, у меня болят мышцы, о которых я даже не подозревал. Всё ещё хохочущая компания разместилась в гостиной. Поттер принёс большой чайник, а Нотт чашки для всех. - Какие новости? – спросил Забини, едва у всех в руках оказался чай. - Хреновые, - Малфой развалился в кресле, закинув ногу на колено. – Они начали… обучать маглорождённых детей и полукровок. Поскольку они не могут войти в поместье Паркинсонов, они начали использовать для этого поместье Ноттов. - Я не понимаю, как можно быть настолько больными ублюдками, - пробормотал Тео. Все молчали, обдумывая сказанное Драко. - Малфой, - решительно начала Гермиона, пристально глядя на слизеринца. – Одна птичка мне напела, что в твоём поместье есть очень крупная библиотека. - Надавать бы этой птичке по клюву, чтобы меньше раскрывала его, - буркнул в ответ Малфой. – Догадываюсь, к чему ты клонишь. И мой ответ – нет. Ты не попадёшь туда. - Но это может помочь мне! – воскликнула девушка. – Как ты не понимаешь? Мне нужна информация, чтобы мы могли победить! - Грейнджер, позволю себе напомнить, что у нас сейчас не самые приятные постояльцы, - голос Драко стал ниже. – И они, поверь, не будут в восторге, обнаружив тебя в поместье! - Во-первых, я не говорила, что хочу заявиться к тебе в поместье, - Гермиона решительно подалась вперёд, - во-вторых, книги можешь принести ты. В-третьих, вряд ли ночью твои постояльцы будут ходить по дому. - И какие же книги тебе нужны? – Малфой в излюбленной манере склонил голову набок, вопрошая. - Я… не знаю, - смутилась Гермиона. – Мне нужны книги по тёмным искусствам, книги, в которых я могу найти информацию по Певереллам. Ну и мало ли, какие ещё полезные издания есть в твоей библиотеке. - Их немало, - Малфой пригубил чай, одобрительно кивнув кружке. – Но, Грейнджер, я не смогу принести тебе книги. Даже если ты дашь мне полный список авторов. - Почему? – разочарованно протянула девушка. - Эти книги принадлежат моему отцу, как главе рода Малфоев. Стоит хотя бы одной странице покинуть пределы мэнора – ему станет об этом известно. Я не смогу объяснить, куда и зачем я унёс такое количество книг… определённой тематики. Поэтому, Грейнджер, ты не попадёшь в библиотеку Малфоев. - Но это важно! - Это опасно, настолько опасно, что я даже не могу предположить, что с тобой будет, когда тебя увидят. - Они не увидят! Я буду под мантией-невидимкой. - И она спасёт тебя от обнаружения заклинаниями? - Нет, но для того, чтобы додуматься до этого должны возникнуть подозрения! - Грейнджер, повторю, в моём доме обитает Тёмный Лорд! - И часто он навещает библиотеку? Гермиона и Драко продолжали обмениваться возражениями. Остальные наблюдали за их спором со слабым интересом. - Ладно! – в конце концов капитулировал Малфой. – Будет тебе библиотека, но только после того, как моя мать будет в безопасности. Не хочу думать о том, что случится с ней, если тебя поймают в мэноре. - Отлично, - быстро проговорила Гермиона, словно опасаясь, что Малфой передумает. – Тогда сразу после эвакуации Нарциссы. Малфой тяжело вздохнул и уткнулся в свою кружку с чаем, которая уже успела остыть. - Хотелось бы, чтобы говорливая птичка больше не раскрывала клюв без надобности, - сказал он в воздух. Блейз сделал вид, что его очень интересует пирожное перед ним. В следующие дни Гермиона готовилась. Она специально наведалась в магловский магазин, чтобы купить обувь, которая будет издавать меньше всего шума. Кроссовки и кеды слишком скрипели по начищенному мрамору и паркету. Поэтому, девушка подобрала себе балетки. Далее она училась ходить под мантией: она была длинной для девушки и полы одежды стелились по полу. Гриффиндорка поднимала лишнее, не хватало ещё наступить на ткань в темноте. В один из дней пришёл Рон. Смущаясь и отчаянно краснея, он попросил прощения за своё поведение под влиянием крестража и то, как он вынудил Гермиону поцеловать Малфоя. - Я ничего не могу с собой поделать, - смущённо говорил Уизли. – Когда я вижу этого хорька, у меня будто отключается внутренний тормоз. Шесть лет он доставлял нам одни неприятность, шесть лет изводил тебя оскорблениями. А Гарри сколько от него натерпелся! А теперь он якобы на нашей стороне… - Но он действительно на нашей стороне, - Гермиона была искренне рада, что Рон смог найти в себе силы извиниться. – Конечно, сложно забыть то, что было в Хогвартсе, но мы же уже не дети. Время детских каверз и обид прошло. - Этим летом он явно не детскую глупость совершил, - фыркнул Рон. - Рон, если бы угрожали твоей маме и отцу, Джинни, мне или Гарри… Что бы ты сделал? – Девушка пристально смотрела на друга. – Если бы от твоего гадкого и откровенно вредного поступка зависела жизнь твоей семьи и твоя собственная, как бы ты поступил? Особенно зная, что от твоего отказа не зависит ровным счётом ничего, этот поступок всё равно случится. - Я не знаю, - понуро опустил голову рыжий. – Я правда не знаю, Гермиона. - Будем надеяться, что никогда не узнаешь, Рон, - Гермиона грустно улыбнулась. – Не хотелось бы, чтобы тебе пришлось сталкиваться с таким выбором. Рон ушёл, а Гермиона снова присоединилась к слизеринцам и Дину на подъездной площадке. Каждый из них уже уверенно держал щиты и блокировал чужие заклинания, одновременно отправляя заклинания в ответ. Занятия стали занимать больше времени, потому что со слизеринцев сняли обязанность по закупке продуктов - теперь этим занимались отряды, сформированные в замке Певереллов. Это расстроило Блейза и Теодора, им нравилось наведываться в мир маглов и чувствовать свою причастность к важному делу. Пэнси легко отнеслась потому что, теперь у неё больше свободного времени, которое она может посвятить Дину. - Эй, есть тут кто? – раздался незнакомый голос из глубины коттеджа. Нотт и Забини, ближайшие ко входу, выставили перед собой палочки и быстро вошли в дом. Спустя несколько мгновений раздались явно радостные возгласы. Остальные тоже вошли внутрь и увидели, как статная блондинка с аристократическими чертами лица обнимает слизеринцев. - Миссис Малфой! – радостно воскликнула Пэнси, бросаясь к женщине. - Мисс Грейнджер, позвольте вас, - мракоборец, пришедший с Нарциссой, отозвал девушку в сторонку. – Джон Долиш, - представился мужчина. – За миссис Малфой прибудут чуть позднее. Ваш коттедж решили сделать перевалочной точкой. - Понятно, - Гермиона кивнула. Она собственноручно написала адрес коттеджа на нескольких кусках пергамента пару дней назад и передала их Гарри. - Тот, кто придёт за ней – он должен сказать кодовую фразу. «Чистота не в крови, чистота в намерениях», - Долиш смотрел куда-то поверх плеча Гермионы, где радостные слизеринцы провожали мать Малфоя в гостиную. – Мне пора. Я должен вернуться и помочь замести следы. Мракоборец кивнул, прощаясь, и трансгрессировал из коттеджа. Гермиона разгладила джемпер, заправила за ухо торчащие пряди волос и вошла в гостиную. Нарцисса Малфой сидела на кресле, которое обычно занимал её сын, в окружении слизеринцев. Для них она была матерью их друга, женщиной, которая всегда с удовольствием принимала гостей в своём доме. Гермиона же видела её всего пару раз в жизни и в каждую их встречу Нарцисса Малфой вела себя ровно так, как подобает члену семьи Малфоев. - Мисс Грейнджер, не бойтесь, я не кусаюсь, - услышала девушка мягкий голос, обращённый к ней. - Я не… не думаю, что вы кусаетесь, - неловко ответила Гермиона, приближаясь. - Наши предыдущие встречи были явно неудачными, - продолжила женщина. – Предлагаю начать сначала. Нарцисса встала с кресла и протянула руку Гермионе. - Здравствуйте, меня зовут Нарцисса Малфой. А вас? Гермиона в лёгком замешательстве уставилась на протянутую ладонь. А затем, вложила свою руку, слегка сжимая пальцы женщины. - Гермиона Грейнджер. Очень рада познакомиться с вами, миссис Малфой. - Нарцисса, - волшебница тепло улыбнулась. – Пожалуйста, зовите меня Нарциссой. - Хорошо, - смущённо улыбнулась в ответ Гермиона, - Нарцисса. Миссис Малфой удовлетворённо кивнула и изящно опустилась обратно в кресло. - Значит, вы живёте здесь, - она окинула взглядом гостиную. - Здесь неплохо, - Пэнси сидела рядом с Дином на диване, её рука лежала на колене парня. – Бывает скучно, зато безопасно. - Вам очень повезло найти дом, защищённый чарами Доверия, - Нарцисса продолжила изучать обстановку. - На самом деле, чары Доверия наложила Гермиона, - сказал Блейз. – И она обновила маглоотталкивающие чары и наложила ещё несколько защитных заклинаний. - Вот как? – взгляд Нарциссы вернулся к Гермионе. – Но вы же ещё должны учиться в Хогвартсе, как и Драко? - Да, - Гермиона слабо улыбнулась. Она никак не могла понять, искренне говорит Нарцисса или это попытки завуалированно оскорбить и унизить. - Потрясающе, - женщина сложила руки на коленях. – Вы невероятная волшебница, Гермиона. - Спасибо, - гриффиндорка чувствовала неловкость и мысленно молилась, чтобы слизеринцы переключили внимание Нарциссы на себя. И они словно услышали её немую мольбу и начали закидывать женщину вопросами, как прошло её «спасение». Как оказалось, всё прошло как по нотам. Едва она оказалась в Дырявом котле, как её схватил под руку Долиш. Он трансгрессировал с ней в какую-то пустую квартиру и попросил избавиться от всего, что могло бы помочь определить её местоположение. Нарцисса оставила в этой квартире обручальное кольцо с портключом, украшения и сумочку. Следом они совершили ещё несколько перемещений с помощью трансгрессии, а затем мракоборец дал ей кусок пергамента с адресом. И вот, она здесь. - Я теперь беспокоюсь, как бы Тёмный Лорд не наказал Драко, - Нарцисса прерывисто вздохнула. - За что его наказывать? – Тео удивлённо задрал брови. – Он же не сопровождал вас. - Это меньше всего волнует Тёмного Лорда, - грустно улыбнулась миссис Малфой. – Где-то неделю назад у Драко было задание. Он выполнил его, но… Не так, как хотелось ему. И он наказал моего сына. - Как? – не смогла удержаться от возгласа Гермиона, хотя и подозревала ответ. - Как и всегда, - помрачнела Нарцисса, - Круциатус. Хуже всего то, что наказанию подвергли и эту девочку, Миллисент. - Что? – ахнула Пэнси. – Миллисент?! - Да, они с Драко вместе выполняли задание. Гермиона сцепила руки в замок, надеясь, что никто не заметит, как она напряжена. Неделю назад Драко пытали Круциатусом! И после этого он пришёл сюда и не подал вида, что что-то произошло. Не обмолвился ни словом! Она знала о том, как на человека влияет Непростительное заклинание только со слов Гарри и по урокам Защиты от тёмных искусств на четвёртом курсе. Для неё это было самое страшное заклинание, потому что Гермиона боялась боли. Она не представляла, как можно вынести эти мучения. Особенно понимая, что чем сильнее волшебник, тем больше боли он может причинить. А если к тебе применяет Круциатус Волдеморт… Звук трансгрессии из холла заставил всех замолчать. Гермиона встала и быстро вышла в коридор. - О, - выдохнула она, увидев посетившую их волшебницу. – Здравствуйте. Андромеда Тонкс кивнула ей, улыбнувшись. Тёмные волосы женщины были убраны в высокую причёску, старомодная блузка с небольшим жабо и длинная юбка с высокой посадкой создавали образ величественный и одновременно утончённый. Нарцисса в комнате за спиной девушки была одета в том же ключе, но её облик дополняла дорогая лазурная мантия с серебристым шитьём. - Она уже здесь, - неизвестно зачем произнесла Гермиона и сделала приглашающий жест в сторону гостиной. - Полагаю, я должна сказать это: чистота не в крови, чистота в намерениях, - волшебница произнесла кодовую фразу с лёгкой улыбкой на губах. Едва Андромеда ступила в гостиную, повисла тишина. Гермиона, скользнув из-за спины миссис Тонкс, застыла у стены. Голубые глаза Нарциссы широко открылись, глядя на вошедшую волшебницу. Она медленно встала, не спуская взгляда с Андромеды. - Дромеда, - едва слышно прошептала Нарцисса прижимая левую руку к груди. - Нарцисса, - холодно ответила ей сестра. Миссис Малфой сделала неуверенный шаг на встречу Андромеде. Та не шелохнулась, продолжая сверлить сестру суровым взглядом. - Прости меня, - неожиданно произнесла Нарцисса. – Прости меня, что отвернулась от тебя. Что не была с тобой рядом, когда была тебе нужна. Прости, что столько лет верила в девиз нашей семьи. Прости меня, что не поддержала тебя. Прости меня за всю боль, которую причинила тебе. Мне понадобилось слишком много времени, чтобы понять – ты была права. Гермиона услышала, как рвано вздохнула Андромеда. Взгляд её тёмных глаз смягчился. - Я давно простила тебя, - глубокий голос миссис Тонкс дрогнул. И две сестры впервые за очень долгое время обнялись. - Я так по тебе скучала, - произнесла Нарцисса. По её бледной коже ровными струйками текли слёзы. - Не было и дня, чтобы я не вспоминала о тебе. - И я не забывала о тебе, - Андромеда прикрыла глаза, словно не хотела, чтобы присутствующие видели плескавшуюся в них боль. - Наверное, нам лучше оставить вас, - Пэнси первой встала, потянув за собой Дина. Тот был очень смущён развернувшейся сценой. - Ох, нет, не надо, - Нарцисса оторвалась от сестры и быстро стёрла слёзы. – Останьтесь. Слизеринцы обменялись неуверенными взглядами. - Правда, не стоит уходить, - Андромеда махнула рукой. Сёстры сели на маленький диван, взявшись за руки. - Пойду-ка сделаю чай, - пробормотал Дин, делая шаг в сторону двери. - Я с помогу, - тут же отозвалась Пэнси и они вышли из гостиной. Гермиона едва слышно вздохнула. - Как же ты смогла простить меня? – негромко спросила Нарцисса, сжимая руки сестры. - Я злилась на тебя, Беллу и родителей очень долго, - также тихо ответила ей миссис Тонкс, - пока однажды Тед не сказал мне одну вещь, которая полностью перевернула моё отношение к этому. Прощение – это не просто высшее проявление любви, это путь вперёд. Несмотря ни на что, я любила вас. Любила родителей. Но я смогла простить… всё. И мне действительно стало легче. - Тед очень мудрый человек, - улыбнулась Нарцисса. - Он у меня такой, - пухлые губы темноволосой волшебницы мечтательно изогнулись. - Значит, это у тебя я буду скрываться? – миссис Малфой поправила и без того идеальную причёску. - Магия крови, - кивнула Андромеда. В гостиную вернулись Пэнси и Дин, левитируя перед собой подносы с чашками и выпечку. - О, так мило с вашей стороны, - улыбнулась Нарцисса. Следующие полчаса прошли в вежливой беседе и обмене воспоминаниями. Нарцисса никак не показывала, что присутствие двух маглорождённых волшебников как-то её тревожит. Она была безупречно вежлива и учтива. Даже когда пришло время прощаться, она без колебаний обняла всех, в том числе Гермиону и Дина. Сёстры Блэк покинули коттедж, а Гермиона принялась размышлять над тем, что услышала. Мельком упомянутая магия крови интересовала Гермиону ещё с тех пор, как Гарри рассказал ей о том, как они с Дамблдором попали в зачарованную пещеру Волдеморта. Этот раздел магии никогда не изучался в Хогвартсе и даже не упоминался в учебниках. Однако, именно эта магия спасла в своё время Гарри и даровала ему защиту на семнадцать лет. Вероятно, Андромеда планировала использовать что-то похожее. Мысленно Грейнджер уже составила список книг, которые хотела попробовать найти в библиотеке Малфоя. Она не сомневалась, что слизеринец не сможет избежать её визита в мэнор. Да, это опасно. Да, последствия могут быть. Но на кону стоит слишком много, она не может испугаться и отступиться. Она верила, что один из крестражей находится в сейфе Беллатрисы Лестрейндж. Последний из них должен быть в Хогвартсе. Замок был единственным местом, к которому Волдеморт испытывал по-настоящему тёплые чувства. Ни платформа 9 ¾, ни Косой переулок, ни Министерство не могли стать пристанищем для части души Волдеморта. А вот волшебный замок, где он стал настоящим волшебником, где он стал Волдемортом – идеальное место. Гермиона ждала, что Малфой явится почти сразу после того, как его мать окажется в безопасном месте. Однако даже спустя неделю он не появлялся. Гриффиндорка невольно вспоминала опасения Нарциссы о наказаниях, которым может подвергнуться Малфой. Слизеринцы тоже были неспокойны. Они не говорили об этом с Гермионой, но она видела, как они встревоженно переговариваются. Она и сама не раз говорила Гарри, что беспокоится о Малфое – слишком давно его не было и он не отвечал Блейзу на послания, отправленные по двустороннему пергаменту. Поттер в ответ пожимал плечами: - Это же Малфой, Гермиона. Уверен, он сможет выкрутиться из любой ситуации. Равнодушие друга раздражало её, но она не могла осуждать его за это. Даже установившийся ровный нейтралитет между Малфоем и Поттером не могли полностью стереть шесть предыдущих лет. Чтобы унять зудящую необходимость делать хоть что-то, она напросилась с Гарри и отрядом Ордена на одну из вылазок в стан Пожирателей. Гарри сопротивлялся долго и упорно, не желая подвергать подругу опасности, но упрямство Грейнджер победило. В один из вечеров почти в конце ноября он полчаса инструктировал Гермиону, рассказывая план нападения на мануфактуру, в которой заготавливали древесину для волшебных палочек и артефактов. Владелец этой мануфактуры оказался ярым сторонником Волдеморта и совершенно добровольно передал всё своё производство под нужны Пожирателей. В задание Ордена входило либо уничтожение всех запасов магической древесины, либо изъятие её. Второе, конечно, было предпочтительнее, но первый вариант предполагался основным. Они появились на окраине небольшой деревушки на несколько десятков домов, скрытые дезиллюминационными чарами. Пять мракоборцев, три добровольца из числа обитателей замка Певереллов, Гарри и Гермиона. Часы показывали третий час ночи, на пустынной улице стояла тишина, только пронзительный ноябрьский ветер иногда завывал в водостоках. Вся деревенька была занята Пожирателями. Маглов отсюда изгнали. - Стойте здесь, - прошептал один из мракоборцев, под чарами Гермиона не смогла узнать его. - На каждом доме здесь Воющие чары, надо снять их для начала. Пока несколько едва различимых фигур осторожно двигались в сторону голубого коттеджа с яркой терракотовой крышей, Гермиона огляделась. Стоящая тишина давила на уши, заставляя представлять засаду под каждым кустом и за каждым углом. На небе ярко горели звёзды, а луны было не видно – густые облака скрывали растущую луну. Девушка даже успела пожалеть, что напросилась в эту вылазку, такое напряжение нервов было слишком уж тяжёлым. Несмотря на то, что ни один год в Хогвартсе не проходил спокойно, это был первый раз, когда она добровольно решила ввязаться в неприятности. Возле двери коттеджа, который был их целью, резко вспыхнул и тут же погас синеватый огонёк заклинания. Гарри невесомо коснулся её плеча, и они пошли к дому. Внутри их ждала полная разруха – вся мебель была уничтожена до состояния щепы, а следов древесной мануфактуры не наблюдалось. Один из волшебников взмахнул палочкой и окна дома затемнились. - Я что-то не понял, - негромко произнёс один из мракоборцев с сильным валлийским акцентом, - а где дерево? - Мы не ошиблись домом? – нервно спросил Гарри. - Нет, - едва уловимое движение невидимой головой, — это ловушка. Нам целенаправленно слили дезинформацию. - Надо же, какой догадливый, - голос, в котором проскальзывали визгливые нотки, прорезал напряжённую паузу. – Фините! В воздухе пахнуло озоном. С них слетели маскирующие чары и Гермиона с ужасом поняла, что они окружены как минимум десятком Пожирателей. - Мерлин и Моргана, - визгливо продолжил Пожиратель, стоящий ближе всех к Гермионе. – Это же Поттер! Мракоборцы моментально взяли Гарри и Гермиону в кольцо, закрывая собой. Взгляд девушки перебегал с одной тёмной фигуры на другую. Внутри нарастала паника. Неизвестно, сколько ещё Пожирателей ждёт их за пределами дома в деревне. Сердце колотилось так быстро, что она чувствовала его удары где-то у горла. Она ещё раз мазнула взглядом по Пожирателям и замерла. Эта палочка, лаконичная, строгая с тёмным древком и чёрной рукоятью, палочка что целилась прямо ей в лицо. Гермиона знала её! Она подняла взгляд, вперив глаза в серебряную маску. Волшебник, скрытый под ней, ответил ей напряжённым взглядом серых глаз. - Предлагаю вам добровольно сдать палочки и, возможно, Тёмный Лорд подарит вам своё милосердие, - визгливый Пожиратель демонстративно прошёлся перед мракоборцами. Те ответили ему мрачными взглядами, а мракоборец-валлиец что-то негромко буркнул на своём языке. Гермиона не знала, как передать информацию Гарри. Её взгляд метался по помещению, пытаясь зацепиться хоть за что-то. Внезапно, она увидела россыпь жёлтых банных уток, которых обычно запускали детям во время купания. Решение созрело мгновенно. Девушка просунула руку между двумя сомкнутыми плечами мракоборцев и невербально произнесла заклинание сдавливания. Воздух наполнился разномастным кряканьем резиновых уток. Пожиратели вздрогнули и как по команде повернули головы в сторону источника звука. Мракоборцы тут же атаковали их. Над головой полетели разноцветные вспышки. - Это что за хрень, - прохрипел Гарри, швыряя оглушающие чары в одного из Пожирателей. Заклинание достигло цели, но в тот же момент в упавшего тёмного волшебника влетел синий луч. На полу под упавшим мужчиной моментально образовалась тёмная лужа. - Что ты творишь?! – взвизгнул ещё один Пожиратель. Он хаотично раскидывал заклинания из палочки в разные стороны, пытаясь попасть в высокую фигуру, облачённую в такую же мантию Пожирателя Смерти. Пожиратель, к которому был обращён этот вопрос, ловко уворачивался от многочисленных вспышек, периодически выкидывая атакующие чары, но в какой-то момент капюшон, наконец, слетел с его головы, явив миру безупречный платиновый блонд. - Ебать, - едва слышно выдавил Гарри, бросаясь на помощь Малфою. Гермиона тоже было последовала за другом, но на неё насели двое. Девушка умело отвела запущенные в неё заклинания и одним быстрым движением обездвижила обоих. Крепко связав волшебников Инкарцеро, она повернулась к полю битвы. Немалая часть Пожирателей уже была повержена. Гарри и Драко, спина к спине отбивались сразу от пятерых волшебников. Один из добровольцев, кажется, его зовут Осберт, распростёрся на полу. Гермиона не знала, жив ли он. Мракоборцы смогли перенести бой на улицу и за дверями слышались крики и звуки заклинаний. За спиной раздался торжествующий крик, девушка резко развернулась – как раз для того, чтобы кинуть под ноги двум Пожирателям заклинание, превратившее пол в скользкий лёд. Они не удержались и повалились на пол. - Я достал! – громкий голос взволнованно разнёсся по разгромленному дому. Сердце Гермионы замерло, когда она увидела поникшего Гарри, в неестественной позе упавшего на дощатый пол. Прямо напротив него стояли трое Пожирателей, кончик палочки одного из них дымился. Она бросилась к другу, стараясь прикрыть его собой, одновременно возводя щитовые чары. - Не ожидал от тебя предательства, Малфой, - хрипло произнёс один из волшебников. – Но Тёмный Лорд вознаградит меня, когда я приду не только с Поттером, но и с твоей головой. - Для начала, Толпин, попробуй снять её, - резко ответил Малфой, поднимая палочку и занимая позицию между Гермионой с Гарри и противниками. - А с удовольствием, - гоготнул тот, кого назвали Толпином и поднял палочку. Если бы не ситуация, наверное, Гермиона залюбовалась тем, как Малфой отбивается сразу от трёх волшебников. Его палочка порхала, словно быстрокрылая птица, выписывая восьмёрки, круги, делая резкие взмахи. Отвернувшись от боя, она быстро проверила пульс Гарри – сердце друга билось сильно, видимо, его просто оглушили. Периодически в выставленный ею щит влетали разноцветные вспышки. По лицу Драко начал стекать пот, бой явно затянулся и начал выматывать. Заклинания прилетали в щит Гермионы всё чаще, оставляя в нём едва заметные трещинки. Малфою определённо нужна была помощь. Гермиона сильно свела брови, высчитывая момент. Вдруг, слизеринец смог откинуть одного из Пожирателей и Гермиона моментально повернулась к другу: - Оживи! Гарри резко распахнул глаза, растерянно моргая. Девушка снова выставила щитовые чары, но теперь их граница была дальше – двое оставшихся Пожирателей злобно закричали, заметив, что щит Малфоя стал шире. Гарри ошалело потряс головой, подхватил свою палочку и одним точным движением запустил в правого от него волшебника огненную верёвку. Та легко обвила тело Пожирателя, прижимая руки к туловищу и заставляя выпустить палочку. Следом прилетело оглушающее заклинание, выпущенное Гермионой. Малфой остался один на один с волшебником, которого назвал Толпин. Неизвестно, сколько ещё могла продолжаться их дуэль, но на помощь подоспели мракоборцы, разобравшиеся со своими противниками. Ещё одно оглушающее заклятие в спину и Толпин с гневным выражением лица упал. - Он с нами! – вскрикнула Гермиона, когда в Малфоя упёрлись сразу четыре палочки. - Он свой! – вторил ей Гарри, шипя и ругаясь. Похоже, одно из заклинаний, попавших в него, отшибло ему внутренности. - Свой, говорите? – с сомнением произнёс мракоборец, которого звали Норман. Малфой опустил палочку и с каменным выражением лица повернулся к Гарри и Гермионе. - Какого хрена вы здесь делаете? – спросил он. – Вам, что, мало приключений на задницу, обязательно надо сунуться в самое пекло? - У нас была наводка, - хрипло ответил Гарри, с трудом поднимаясь на ноги. - Наводка, - фыркнул Малфой. – Уберите вы уже палочки, - бросил он мракоборцам. Гарри кивнул и махнул рукой. Всё ещё недоверчиво поглядывая на слизеринца, мракоборцы убрали оружие. - И что теперь? – Норман оглядел побоище. – Тащить их всех в штаб-квартиру? - Зачем они вам там? – Малфой в недоумении посмотрел на мужчину. – Убейте их всех. - Ма-малфой! – ахнула Гермиона. - Грейнджер, если ты думаешь, что они благородно взяли бы вас в плен и требовали бы выкуп, спешу тебя расстроить, - низкий голос Драко сочился сарказмом. – Поттера доставили бы Тёмному Лорду. А вот ты бы досталась Сивому. Гермиона в ужасе уставилась на слизеринца. - Он, знаешь ли, любит развлекаться перед тем, как убить свою жертву, - то, каким взглядом он сопроводил свои слова, не оставляло сомнений в природе «развлечений» оборотня. - Он дело говорит, - самый возрастной мракоборец, тот самый валлиец, оценивающе осмотрел Малфоя. – Но с тобой что делать? Будет странно, если ты останешься в живых. - Взорвите дом, - немного подумав, ответил Малфой. – Я останусь внутри, закроюсь щитовыми чарами. - Хорошо, - кивнул валлиец. – Кончайте всех тут и уходим отсюда. Проверьте что там с Осбертом. Мракоборцы молча кивнули и разошлись исполнять приказ. Гермиона с возрастающим ужасом смотрела, как волшебники методично перерезают горла бессознательным Пожирателям. Один из мужчин подошёл к лежащему у стенки добровольцу и проверил пульс, а затем похлопал его по щекам. Осберт резко подскочил на месте, но наткнулся на выставленную мракоборцем руку. Гермиона не слышала их разговора, но страх на лице парня постепенно сменялся облегчением. - Так нельзя, - прошептала девушка. – Они же… - Что они, Грейнджер? – Малфой смотрел на девушку с горькой полуулыбкой. – Они бы убили вас, будь у них такая возможность. Вообще не задумываясь. - Но… - она с надеждой посмотрела на Гарри, ожидая, что тот поддержит её. Но друг ответил ей взглядом, полным мрачной решимости. - Он прав, Гермиона, - Поттер вскинул подбородок. – Они враги. Это война. Вспомни, сколько хороших, добрых людей погибло. Просто потому что, так захотелось этим мразям. Я не хочу приводить их в наше убежище. И я точно не хочу оставлять им жизнь. Гермиона закусила нижнюю губу, из глаз рвались слёзы. Умом она понимала, что, пожалуй, Гарри и Драко правы. Они враги и их нельзя оставлять в живых. Но какая-то часть её была категорически против такого решения. - У нас всё готово, - мракоборец валлиец вернулся к ним. – Ты, оставайся здесь и закрывайся чарами. Мы уходим. Малфой кивнул, и поднял палочку. Вокруг него заискрился щит. Гермиона бросила на него последний взгляд. - Помни, ты ещё обещал мне библиотеку, - вдруг произнесла она. Малфой на секунду растерянно моргнул, а затем его губы дрогнули и растянулись в слабой улыбке.