Лакмус

      Вечерело. Компания успела перекочевать в небольшой парк неподалёку от кампуса — место, где было чуть меньше шума и других студентов. Земля ещё не успела остыть, но на улице уже чувствовалась осенняя прохлада. Фалинда рассыпалась в ироничных комментариях про преподавателей, Туилин с усталым лицом пинала веточку на дорожке, будто она была виновата во всех её бедах, а Гуах молча пил энергетик, будто вытягивая жизнь из банки. Ло сидел на лавке чуть в стороне от остальных. Он уже почти перестал слушать их болтовню — мысли всё чаще ускользали. Прокручивая у себя в голове воспоминания и пытаясь воспроизвести чувство тепла чужой ладони. Чтобы отвлечься, он залез в телефон — экран загорелся от нового сообщения. Пальцы замерли, а голоса друзей будто стали глуше. Эграсса…уже вернулся?       Его окутало волнение и странная радость — глупая, такая искренняя, будто у ребёнка. Но вместе с тем и тревога. Он не знал, в каком состоянии тот сейчас находится. Разговаривать с Эграсселем сейчас - ходить по хрупкому льду, и сделанный шаг, каким бы важным он ни был, не гарантировал, что лёд выдержит ещё один. — Эй, Ло, ты вообще с нами? — голос Туилин хлестнул по ушам. Она стояла рядом, нахмурившись. — Ты завис как древний ПК. Надеюсь, не заглючил окончательно? Программистов среди нас нет, если только не дергать твоего дружка из Хэнфорта или, Господи прости, Харриса. — Девушка хохотнула. — А? Да просто…— он встряхнул головой, поднимая глаза. — Сообщение пришло, задумался. — Все нормально? — обеспокоенно спросила она. — Да-да, не переживай. — отозвался тот, как бы в доказательство приподнимая уголки губ в улыбке. Недалеко стоявший Вальд раздражённо выдохнул. — Да че ты к нему пристала сегодня, не лезь, а? Туилин возмущённо выгнула брови. Завязался очередной спор, в котором Лололошка никак не участвовал. — Ну, как всегда. — выдохнула Фалинда. Ло уже ничего не слышал. Он смотрел в экран, перебирая в голове слова, которые мог бы сказать Эграссе. Ни одно не казалось подходящим. Он встал. — Я, наверное, пойду. Немного прогуляюсь. — Сбегаешь? — вскинул бровь Вальд, отвлекаясь от покрасневшей от злости Туилин. Лололошка кивнул. — Да, пожалуй.

***

      Ло не стал ничего объяснять остальным. Он махнул рукой друзьям на прощанье, развернулся и пошёл — через вымощенную плиткой аллею, мимо низких кустов, в сторону общежитий. Осенний ветер налетал порывами, срывая с деревьев начавшие желтеть листья. Они кружились у него под ногами, липли к подошвам, щёлкали, как тонкая бумага. Корпус общежитий располагался недалеко от главного здания университета. Целый жилой квартал, вытянутый вдоль внутренней дороги. Здесь было всё: и старые, облупленные здания, и новенькие, только недавно отремонтированные блоки с пластиковыми окнами и электронными ключами. Студенты между собой называли их просто — «гнёзда» и «аквариумы». «Аквариумы» — это элитные корпуса, светлые, с просторными комнатами и окнами в пол. Обычно туда заселяли отличников или тех, кто мог себе позволить доплатить. В «гнездах» — дешевле, теснее, зато всегда шумно и весело.       Лололошка остановился на перекрёстке между зданиями, натянул капюшон поплотнее. И только тут понял: он не знает, где живёт Эграссель. «Прекрасно», — мысленно выругался он. Мог бы, конечно, обойти все корпуса и попытаться выловить его случайно или поспрашивать у соседей, но шансы попасть в нужный были ничтожны. Зато он знал того, кто наверняка знает. Вздохнув, он достал телефон и открыл чат с Джоном. Ло: Ты не подскажешь, в каком корпусе и комнате живёт Эграссель? Ответ пришёл почти сразу — удивительно быстро. Джон: Ох, а я уж думал ты по мне соскучился. Аквариумы, третий корпус, четвёртый этаж, комната 399. Будь добр, через дверь и постучи, а не влезай в окна, как умеешь.       Ло закатил глаза, но уголок губ всё же дёрнулся. Было как-то дело, пробирался к Джону в комнату через окна. Но, это было всего два раза, правда. Он коротко поблагодарил, убрал телефон в карман и зашагал к нужному зданию, чувствуя, как внутри нарастает лёгкое напряжение. Лололошка не знал, что скажет. Не знал, как его встретят. Но, по крайней мере, теперь знал куда идти.

***

      Третий корпус стоял чуть в стороне, полускрытый в тени раскидистых клёнов. Осень здесь чувствовалась особенно — опавшие листья скапливались у крыльца, ветер гонял их туда-сюда, оставляя в воздухе запах сырости и чего-то медленно угасающего. Ло поднялся по скрипучим ступеням, задержался перед стеклянной дверью и вошёл в холл. Внутри было на удивление тихо: только где-то вдалеке щёлкала стиралка, и шептались две студентки у постоматов. — Молодой человек, что-то потеряли? Не помню вашего лица среди жильцов. — Послышался скрипучий голос комендантши. Женщина грузно облокатилась на стойку, прокручивая на пальце связку ключей. Её, поседевшие в некоторых местах волосы, выбивались из пучка, из-за чего некоторые пряди спадали на глаза. — Я тут…— Лололошка пытался придумать хитрость, чтобы пройти дальше этого цербера. — По поручению из медпункта. Сюда должен был недавно вернуться парень, Эграссель, у него ещё волосы такие длинные светлые. Медсестра сказала мне, убедиться, что он добрался и хорошо себя чувствует. Женщина на секунду уперлась взглядом на лежащую на стойке тетрадку, бормотав себе под нос «Эграссель, Эграссель, Эграссель». Затем, перевела внимательный взгляд на парня. — Да, есть такой. Проходи. Но чтобы без всякой ерунды мне! — Спасибо! Конечно-конечно. Раздался пищащий звук — турникет пропускал гостя внутрь. Лололошка поблагодарил хмурую женщину и пробежался глазами по помещению. Он нашёл лифт и направился к нему. Но, дождавшись его, вдруг передумал. Пошёл пешком — не то чтобы хотел, просто ноги несли сами. Хотя, наверное, он просто пытался оттянуть момент. На четвёртом этаже коридор оказался узким, с тёплым светом ламп под потолком. Воздух пах порошком и слегка — едой. Он замедлил шаг, ловя глазами таблички на дверях. 399.       Он остановился перед нужной дверью. Постоял. Слишком долго. Потом выдохнул — и постучал. Никакой реакции. Он снова постучал, чуть громче, и только тогда за дверью что-то зашевелилось: лёгкий скрип пола, движение. Дверь приоткрылась. Эграссель выглядел всё ещё бледным, хотя уже не таким измученным, как в палате. На нём была простая футболка и спортивные шорты до колен, волосы чуть растрёпаны. Он прищурился, как будто от неожиданного света. — Ло? — голос хриплый, удивлённый. — Привет, — тихо, неуверенно. — Я… Лололошка замялся. Все фразы, что сочинял по дороге, разлетелись. — Хотел… убедиться, что ты нормально добрался. Эграссель моргнул, словно не до конца верил в происходящее. — Я…да, всё хорошо. — Он отступил на шаг, чуть приоткрывая дверь шире. — Хочешь зайти? Нежданный гость молча кивнул. И переступил порог.       Лололошка прошёл внутрь несмело, остановился у стола. Комната, на удивление была небольшая, как обычно бывает в «аквариумах», но аккуратная. У окна — письменный стол с разложенными тетрадями и чашкой, в которой, судя по всему, уже остыл чай. Кровать заправлена, у изножья лежал знакомый кардиган. Лололошка мельком глянул на полки — там стояли книги, несколько рамок с фотографиями. Он не стал всматриваться. Просто повернулся к Эграсселю. Тот закрыл дверь и остался стоять рядом, не зная, что сказать. Молчание было густым, но…не таким тяжёлым, как прежде. Скорее — хрупким. — Я не ожидал, — наконец вымолвил Эграссель, сев на край кровати. — Что ты придёшь. Точнее…что найдёшь меня. — Я тоже не ожидал. Что приду, — признался Ло, опускаясь на стоящий около письменного стола стул. Эграссель слегка кивнул, будто принимая этот ответ без вопросов. На какое-то время они оба снова замолчали. Лололошка смотрел на него — всё ещё уставшего, бледноватого, с чуть опущенными плечами — и чувствовал, как что-то внутри у него сжимается и одновременно расправляется. — Как ты? — наконец спросил он. — Только честно. — Лучше, — ответил Эграссель, слегка натянуто улыбнувшись. — Спасибо. Лололошка опустил глаза, сжав руки на коленях. — Я не знал, как с тобой заговорить. Эграссель чуть опустил голову, с грустной усмешкой. — Я тоже. — Прости, — тихо, с какой-то боязнью. — За то как я…что избегал. Эграссель приподнял бровь. Его взгляд был не осуждающим, но усталым. — Мне казалось, что ты имеешь право.       Воздух между ними стал почти осязаемым. Эграссель моргнул, сглотнув. Лололошка просто смотрел на него. Потом встал. Подошёл ближе. И, не дожидаясь разрешения, аккуратно присел рядом на кровать. Он опустил взгляд на ладони, чуть напряжённо сцепленные между коленей. Его пальцы подрагивали, будто в них всё ещё жила та детская тревога — когда не знаешь, чего ждёшь, но точно знаешь, что ждать страшно. Эграссель, сидящий рядом, тоже не находил себе места. «Он изменился». Очевидная мысль проскользнула в голове. Он украдкой скользнул взглядом по Эграсселю. Лицо — уже не то наивное детское лицо, что осталось в памяти. Черты стали чётче, резче. Скулы прорисовались, подбородок стал угловатей. Даже глаза — те же, и всё же нет. Эграссель — взрослый. Лололошка поймал себя на том, что смотрит чуть дольше, чем следовало бы. Быстро отвёл глаза. Не пялиться. Это всё просто… неожиданно. Вот и всё.       Эграссель тоже краем глаза наблюдал за ним. И сам не мог не отметить, как сильно вырос Лололошка — широкие плечи, чуть удлинённая шея, густые волосы, всё в том же беспорядке. Пальцы так и просились зарыться, как когда-то в детстве, поправить непослушные вьюны. Он был таким знакомым и чужим одновременно. В этом новом Ло что-то всё ещё отзывалось детской памятью — как будто в каждом жёстком взгляде пряталась знакомая мягкость, просто чуть глубже. Они оба стали взрослее. Суровее. Сдержаннее. — Забавно, — вдруг тихо сказал Эграссель, будто просто чтобы разорвать молчание. — Я, кажется, до сих пор не верю, что ты здесь. Лололошка слабо усмехнулся: — Сам до конца не понял, как это вышло. Они оба снова замолчали. Тишина между ними была заполнена воспоминаниями, которые каждый из них прокручивал настолько часто, что теперь было сложно видеть друг друга настолько другими. Эграссель вдруг посмотрел прямо на Ло. — Спасибо… что навещал в медпункте. — Это было не сложно. Просто, не мог не прийти. Эграссель кивнул. Хотел сказать что-то важное — о том, как часто вспоминал Лололошку, как держал в памяти его образ, как боялся, что не узнает, если увидит снова. — Ты…эм, как день? — спросил он вместо этого. — Неплохо, — Ответ казался слишком резким, надо разбавить, по крайней мере, так думалось Лололошке. — После того, как пришёл с медпункта, Валь…друг вытащил меня прогуляться. Потом я узнал, что тебя выписали. И…вот. Эграссель кивнул. Неловко сжал край пледа. Опять повисла тишина. Они оба поняли, как мало знают друг о друге теперь. И как много знали когда-то. — Знаешь, — наконец произнёс Ло, не поднимая глаз, — может, нам стоит… ну… попробовать познакомиться заново. С нуля? — С нуля…не слишком ли жестоко, Ло? — Эграссель по-грустному усмехнулся. — Может…с тем, что было, — добавил он. — С тем, что мы помним. Если ты позволишь. Лололошка слабо улыбнулся. — Начать сначала, но не совсем начала? — Начать сначала, но не совсем начала, — кивнул Эграссель. Он протянул руку, слегка коснувшись запястья Ло и расцвел в неловкой улыбке. — Привет. Меня зовут Эграссель. Я обожаю мятный чай, всё еще засыпаю, уткнувшись в книги, и ужасно скучал по тебе всё это время. Ло рассмеялся — легко, почти по-детски. И тоже протянул руку. — Привет. Я Лололошка. Я всё ещё люблю шоколад, курочек, таскаю конфеты в кармане, и…я тоже скучал. Очень.       В комнате раздался легкий смех. Это было так нелепо, но так нужно им обоим. Они ещё несколько мгновений держали друг друга за руки — неловко, но крепко. Тепло ладоней успокаивало, возвращало в то безмятежное «тогда», где всё было проще. Ло чуть улыбнулся, но взгляд его был серьёзным, он аккуратно убрал свою руку от запястья Эграссы. — Всё изменилось, да? Эграссель кивнул. — Да… Он на мгновение замолчал, затем откинулся назад, его золотистые волосы немного раскидались по заправленной постели. — Я думал, что потерял тебя навсегда. Что…даже если встретимся, ты не захочешь говорить. Да и вообще не захочешь знать меня. Мы же так близко дружили и потом я просто исчез…боюсь представить сколько проклятий в мою сторону с тех пор было отправлено. — Попытался разбавить разговор шуткой. Лололошка не сразу ответил. Он тоже откинулся назад, устроившись рядом, так что их макушки почти соприкоснулись. — Я и сам не знал, чего хочу. Думал, если не увижу тебя больше никогда, то и не буду думать. Но, как оказалось, это так не работает, да? Эграссель усмехнулся. Едва заметно. — Нет. Не работает.       На мгновение они оба снова замолчали. Ветер снаружи шевелил ветви, и от этого на стене мерцали мягкие тени. Осень за окном казалась особенно тёплой в контрасте с их тишиной. — Ты остался таким же, — вдруг сказал Эграссель. — В чём-то. Упрямый, например. Лололошка машинально посмотрел вниз — и точно, его пальцы уже минуту крутили край рукава. — А ты… — начал он, но замялся, усмехнувшись. — Ты стал выше меня! И — я не знаю — сдержанней, может. Хах, вспоминается момент, когда мы спорили, что я буду выше тебя, когда мы вырастим. Черт, ты хоть и не на сильно, но всё же обогнал. — Лололошка усмехнулся с фальшивой обидой в голосе. Эграссель рассмеялся — мягко, чуть устало, но искренне. — Это было давно. — Это было будто вчера, — тихо ответил Ло. — И сто лет назад одновременно. Он повернулся к Эграсселю, чуть ближе. Лицо друга было совсем рядом. — Мне нужно время, — сказал он почти шепотом. — Чтобы снова привыкнуть к тебе. Эграссель кивнул. — Мне тоже.       Они лежали так ещё некоторое время, молча, в этот раз наслаждаясь тишиной и тихим дыханием друг друга. За окном ветер усилился. Одинокий кленовый лист прилип к стеклу и задрожал, прежде чем сорваться и исчезнуть из виду. Эграссель тихо встал с кровати и подошёл к окну, едва коснувшись пальцами подоконника, и замер, глядя в темноту. Фонари бросали на асфальт мягкое, размытое золото, и в этот раз осень дышала из-за стекла прохладой и каким-то щемящим спокойствием. Лололошка, усевшись на кровати, молча следил за ним. Тот казался частью этого тёплого, тихого интерьера. В нём сейчас было нечто ускользающее, лёгкое, и оттого такое притягательное. Ло снова уловил себя на том, что смотрит слишком долго. — Ты ведь… не специально сюда поступил? — тихо спросил он, нарушая хрупкую тишину. Эграссель повернулся, опираясь плечом о стену у окна. — Нет, не специально. Это… просто совпадение. Или судьба, если верить в такие штуки. — А ты веришь? — Иногда, — произнёс он, глядя прямо в глаза Ло. Сердце дрогнуло, будто кто-то провёл пальцем по натянутой струне. Лололошка отвёл взгляд, но не мог не улыбнуться — едва, краем губ. Эграссель вернулся и снова сел рядом. Ближе, чем раньше. Почти касаясь бедром. Их плечи не соприкасались, но между ними уже не было прежнего напряжения. Только тонкое, будто наэлектризованное пространство. Тепло. — И как ты тут? — спросил Ло, голос его прозвучал немного тише, чем он ожидал. — Как город? Эграссель на секунду задумался, потом пожал плечами. — В город я не выбирался, так что…знаком только с универом и близлежащими районами. А люди другие. Эграссель и посмотрел на него с какой-то особенной внимательностью. В его взгляде было что-то тёплое, любопытное, немного острое. Как будто он изучал, вглядывался в лицо, в его линии, шрам на щеке, чтобы снова выучить наизусть. Лололошка почувствовал, как по спине медленно пробежал холодок. Не тревожный — волнующий. Он опустил глаза, выдохнул через нос и чуть улыбнулся. — Всё равно не верится, что ты здесь. Что мы… вот так. — Что — вот так? — Эграссель чуть склонил голову. — Что сидим рядом, разговариваем. После всего. Я ведь на самом деле достаточно долго злился. Эграссель снова посмотрел на него с сожалением. Он молчал. Глаза Лололошки были чуть темнее в полумраке, зрачки расширены. — Я тоже не до конца верю. Эграссель всё ещё смотрел на него внимательно-внимательно, и Лололошке вдруг захотел остаться. Ещё на чуть-чуть, а может и не на чуть-чуть. Просто чтобы побыть рядом, послушать этот голос, ощутить, как ровно и спокойно тянется время. Но телефон в кармане завибрировал. Лололошка вздрогнул, достал его и глянул на экран, сдерживая накатившее раздражение. Вальд (должен сотку): Если ты живой, будь добр, доберись до комнаты. У тебя минута. Потом я тебя лично закопаю, Ло. Он коротко вздохнул, сунул телефон обратно. — Прости, — сказал Лололошка, вставая. — Мне пора. Сосед слегка агрессивен, если я не предупреждаю, что задерживаюсь. А я, как обычно, не предупредил. Эграссель тоже встал, проводив его взглядом. — Конечно. Понимаю. — Он чуть улыбнулся, сдержанно. — Я очень рад, что ты пришёл. Ло остановился у двери, обернулся. Глаза их снова встретились. — Может… как-нибудь прогуляемся? После пар или…просто так. Если ты не против. Эграссель чуть приподнял бровь, затем кивнул. — Было бы здорово. — Отлично. Тогда… — он на секунду замялся, будто хотел сказать что-то ещё, но передумал. — До скорого? — До скорого, Ло. Лололошка ушёл, стараясь не хлопнуть дверью. Эграссель ещё некоторое время сидел неподвижно, глядя ему вслед, будто надеялся, что Ло сейчас вернётся скажет, что пошутил, что всё отменяется, и можно остаться ещё на минуту. Но за дверью была тишина. Он медленно выдохнул, плюхнулся всем телом на кровать. Провёл ладонью по простыне, где только что сидел Ло. Тепло уже почти рассеялось. Эграссель раскинул руки в стороны, глядя в потолок. Было немного тревожно.