Реквием по душе

***

— Так чего хотела бы ты? Крис открыла глаза, осознавая, что она находится точно не у себя дома. Хотя в принципе, девушку это и не удивляло. Оглядевшись получше, она поняла, что это квартира Киры. Она бывала здесь часто. Из-за родителей, из-за окружения. Захарова всегда пряталась от своих проблем у подруги. Но сейчас голова болела по-особенному, не так, как после алкоголя. Девушка приподнялась на небольшом диванчике и увидела рядом с собой телефон, воду, какие-то таблетки. Заботливая, хули. Крис закинула таблетки в рот, запив их почти полной бутылкой воды и взяла телефон, быстро набирая Киру. — Ого, доброе утро, точнее, обед. — сказала Медведева, будто издеваясь. — Ага. — протянула Кристина, уставившись куда-то в стену. Интересно, зачем она позвонила, если не знает, что говорить. Скорее, отметиться, что жива, здорова, хотя насчёт второго - сомнительно. — Помнишь вчера? — Кира уже была на работе. По крайней мере, в трубке играла музыка и слышались звуки бутылок, которые, кажется, переставляли с немыслимой скоростью. — Относительно. Помню, что кому-то набила морду, что приставал. — Захарова откинулась назад, понимая, что попытки встать кончаться фатально. — А после? Наркоту помнишь? — Крис пробила мелкая дрожь от слова "наркота". К сожалению, она вспомнила, что её успели накачать. Вспомнила и про страх ломки. — Блять... Блять. Блять. — повторила девушка, пока в голове пролетали моменты, когда её откачивали Кира и Вилка. — Да, дорогая, ты, конечно, встряла... — сказал хриплый голос на той стороне трубке, искренне сожалея. Медведева не хуже подруги понимала, что есть риск того, что Крис начнёт ломать, против же её воли. Ведь она не хотела употреблять. Так, блять, получилось. — Ты, главное, побольше воды пей, чтобы эта дрянь вышла побыстрее. — Ахуительно... — прошипела Захарова, ударив подушку дивана со всей силы. И почему её преследует эта хуйня? Возможно, проще было бы уже сторчаться где-то. — А ещё что-то помнишь? — Кира будто пыталась узнать о чем-то конкретном. — Помню, как блевала сто раз. Как Вилка что-то бормотала под руку. Как на скамейке лежала. — Крис говорила правду. Она совершенно не помнила ничего о какой-то девушке, с которой разговаривала полночи. Даже если её не было рядом. — Как в машину меня запихали, если тебе от этого легче. — Понятно. — протянула Медведева, как показалось Захаровой, очень довольно, — Ладно, отдыхай. Кира сбросила и телефон тут же полетел куда-то. Кристина злилась. Очень сильно злилась. И боялась. Отвратительно. Как будто ждать свою же казнь. Захарова полежала минут пятнадцать на диване, после чего решила, что ей лучше не станет, если она будет без дела валяться в квартире Киры. Девушка быстро собралась (хотя ей нужно было взять лишь телефон и толстовку), после чего покинула дом подруги.

***

— От вражды избавить мир. Лиза сделала вдох-выдох и перевернула табличку с надписью "открыто". Как давно она этого не делала. Ей было страшно. Андрющенко прошла за стойку и села, нервно ожидая гостей. Точнее, она точно не хотела их видеть и ждать. Лиза сто раз перепроверила помол, осмотрела кофейню на наличие всех ингредиентов, протерла столики и бар. Отличные советы у Виолетты. Теперь все тревожные мысли по поводу судьбы и отношений сменились на тревожные мысли по поводу работы. Но, на удивление, всё шло даже неплохо. Капучино, флэт уайт, латте, раф, американо... Все выходило быстро и вкусно. Лишь одно не получалось у Лизы, как прежде. Спокойно заводить разговор с клиентами. Раньше она могла часами разговаривать с гостями и не переживать об этом. Сегодня девушка говорила лишь сухой скрипт и ничего более. Даже если её пытались разговорить, Лиза не отвечала чем-то, кроме "да", "нет" или "не знаю". Боялась она людей. Так прошла половина дня. Лиза и правда, как и думала, вела себя лишь как "кофемашина", а не бариста. Не могла выжать из себя доброжелательность и открытость, как раньше. Колокольчик на двери зазвонил и Андрющенко подняла голову. Перед ней стояла Виолетта, которая гордо подошла к бару. — Ну как, Лизок? — Малышенко облокотилась на стойку, улыбаясь Лизе, — Нравится работать? — Ну, не так плохо, как я себе представляла. — Андрющенко пожала плечами, расслабляясь хоть на секунду за этот бесконечный день. Слава богу, сейчас никого не было и Лиза могла спокойно поговорить с Вилкой. — Не благодари свою дорогую и любимую подругу. — Виолетта засмеялась. — Так уж и быть, не буду. — Лиза улыбнулась, слегка показывая брекеты. — Ой, иди в пизду. — Малышенко закатила глаза, делая вид, что обижена, — Сделай мне какой-нибудь кофе? — Для вас всё лучшее по самым высоким ценам. — издевательски протянула Андрющенко и начала делать кофе. В тот момент, когда Лиза молола зерно в кофейню зашла девушка. Вилка, увидев гостью, сразу подошла к ней. Андрющенко не слышала, о чем они говорят из-за шума кофемолки. Лишь когда загрузила холдер с таблеткой в кофемашину, она подошла к бару. — Лиза, это Крис. Крис, это Лиза. — Виолетта довольно кивнула и также быстро протараторила, будто пытаясь поскорее оттащить незнакомку от бара. — Сделай ей, пожалуйста, большой американо. С молоком. Лиза даже ничего не успела сказать, как Малышенко увела девушку вглубь кофейни. Не то, чтобы Андрющенко и хотела разговаривать с кем-то. Поэтому лишь сложила деньги, которые небрежно бросила Крис, в кассу и пошла готовить теперь уже два напитка. — Как себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила Виолетта. — Как будто меня камаз переебал. — Кристина раздражённо выдохнула. Не думала, что встретит сегодня Вилку. — Пиздец какой... — Малышенко сжала губы, растерянно оглядывая Захарову, — Ну, выглядишь ты, кстати, также. Крис глянула на себя, понимая, что на её одежде есть и остатки вчерашнего "веселья" с Кирой и Вилкой, и капельки, возможно, крови с того уебана. Да, выглядит будто ангел с небес, ничего не сказать. — Ой, помолчи. — Кристина попыталась что-то оттереть, но безуспешно. — Надеюсь, что тебя не застигнет... — Виолетта сжала губы, не делая произносить слово "ломка". Видела же, как это проходит у Киры, видела и Крис в этом состоянии. — Не каркай. Сама, блять, знаю... — Захарова нахмурилась, — не дай бог. Я нахуй не переживу. В прошлый раз Кристина была в отвратительном состоянии три месяца. Три месяца злоебучего ада, в котором нет котлов, огня и дьяволов. Лишь ты, твои мысли и физическая боль по всему телу. — Кофе готово... — сказала тихо Малышенко, проходя мимо Крис к стойке. Захарова поплелась за ней, кинув небрежный взгляд на девушку за стойкой. — Благодарю. — грубо кинула Кристина, забирая стакан и покидая кофейню, даже не попрощавшись с Вилкой. — Хорошего... дня. — дверь захлопнулась прежде, чем Лиза успела хотя бы одну строчку сказать из этого злоебучего скрипта, — Это кто был? — Это подруга Киры и моя... — Виолетта взяла стакан, потупив взгляд на крышку, — Хорошая знакомая. — Понятно... А что это с ней? Выглядит так, как будто вторую мировую прошла... — Андрющенко сжала губы, смотря на смешанные чувства Вилки. — Ну, у неё не из простых сегодня ночь была. — Малышенко нахмурилась, — Ты могла её слышать, когда звонила. — А... Это та, которая просила пиздеть побольше? — Лиза слегка усмехнулась. — Типо того. Ей, короче, наркоты подсыпали. Вот всякую чушь и несла. Не обращай внимания. — Виолетта поднесла стакан к губам и сделала глоток кофе, — Очень вкусно. — Подсыпали наркотик? — Андрющенко шокировано посмотрела на девушку, — И как она? — Живая, как видишь. Но если настанет ломка... — Вилка очень сожалеюще помотала головой, — Поверь, будет очень тяжело. Лиза лишь стояла в растерянности. Она никогда не пробовала алкоголь или сигареты. Что уж говорить о наркотиках? А тут ей говорят про ломку... — Привет. — дверь открылась и зашла очень милая девушка, приятно улыбаясь. "Совсем не в тему" - подумала Андрющенко, — Я твоя сменщица. — А, да... Сейчас. — Лиза быстро пересчитала кассу, закрыла смену и прибралась на баре. Виолетта лишь покорно ждала подругу, медленно уничтожая свой кофе. Девушки вышли из кофейни и медленно побрели в сторону дома Андрющенко. Впервые за долгое время Малышенко была очень молчалива, что немного напрягало Лизу. Хотелось оживить девушку, как она это делала обычно... — Знаешь, ко мне сегодня пришёл один парень...

***

— И чего хотел бы я сам? Кристина вылетела из кофейни, потому что не могла больше находиться в компании Вилки. Было и стыдно, и раздражалась Крис. Тяжело. Захарова сделала большой глоток кофе, обжигая себе рот. Напиток очень приятно успокоил раздражение. Крис привыкла от похмелья спасаться именно им. Девушка быстро пришла к своему дома. Даже слишком быстро. Кристина зашла в квартиру, ожидая услышать очередные упрёки и вопросы о её месторасположении все эти ночи. Но на удивление в квартире было пусто. Оно и к лучшему. Захарова быстро разделась и пошла в душ. Хотелось смыть с себя весь прошлый день и грязь. Но в итоге Крис стояла минут двадцать, глядя на свой трясущиеся под струёй воды руки и проклиная в который раз эту жизнь. Её размышления прервал громкий хлопок входной двери. Блять. Кристина быстро сполоснулась, переоделась в чистую одежду и вышла из ванной комнаты, оглядывая прихожую. Вернулись оба. — Где была? — в нос ударил жуткий запах перегара. Опять нажрался, сволочь... — У Киры. — кротко ответила Кристина, желая поскорее пройти в свою комнату. — А тебе, сука, разрешали? Или ты опять решила сколоться, солевая мразь? — голос становился громче и противнее. — Отъебись, умоляю. — слова ранили хуже ножа. — Ты меня ещё и затыкать будешь, шмара драная? — мужчина схватил Крис за руку, разворачивая к себе. Где-то рядом охала и лепетала мама, — Ты, блять, место своё попутала. Ахуела она, видишь, мать? Кристина попыталась вырваться, но безуспешно. Держали намертво. — Ты, блять, никому нахуй в жизни не нужна. Ты мусор с ебаной помойки. — кричал тот, кого Захарова предпочитала не называть отцом, — Иди, спейся в канаве и умри. Толчок. Кристина влетает в дверь, чувствуя, как боль разливается по руке. Мужчина переключается на бутылку и мать, которая пытается его успокоить. Говорила же сто раз, не лезь под руку пьяному человеку... Крис с сожалением смотрит на маму и решается покинуть дом. Все лучше, чем ждать, пока тебя изобьют в очередной раз. Захарова выходит из подъезда, пиная со всей силы стоящую рядом мусорку. Внутри вновь комок злости, желание напиться и исчезнуть. Сука. Кристина уходит куда-то подальше от дома, надеясь, что ночью по её возвращению всё затихнет дома.

***

— Может быть, конца мира? Лиза и Вилка, как обычно, сидят на кровати Андрющенко, бессмысленно пялясь в экран ноутбука. Кажется, они смотрели какой-то сериал, который включила Малышенко. Лизу стало немного пугать то, насколько часто начала оставаться у неё Виолетта. Девушка будто сбегала от своих проблем, прячась в холодной и тёмной квартире Андрющенко. Ну хоть так тут появлялись признаки тепла... Они познакомились, кажется, года три назад. Когда соулмейтов не было ни у Малышенко, ни у Андрющенко. Вилка была очень светлым человеком для Лизы. Она как будто никогда не грустила, у неё никогда не было проблем, лишь абсолютно лёгкий подход к жизни. Виолетта жила моментом, а он всегда был ей подвластен. До момента, пока она не встретила Киру. В этот момент Малышенко пропала для Лизы. Ни звонков, ни сообщений, ни встреч. Абсолютно ничего. Она будто исчезла из жизни Андрющенко. И это пугало. Лиза искала её очень долгое время. И нашла. Впервые девушка была в настолько грустном состоянии. Ни привычного огонька в глаза, ни яркой улыбки. Ничего. Просто пустая оболочка. Она отдавала все силы на то, чтобы спасти Киру от всего, что калечило и губило. Но тогда Медведевой было похуй. И это "похуй" убивало в Виолетте всё. Такой уж она эмпатичный человек. Но Малышенко не хотела всё это переносить на Лизу, думала, что справиться сама. Все истерики, ссоры, слёзы, смешанные с проявлениями любви, заботы и привязанности. Всё это Виолетта хранила в себе, лишь бы не показывать свою слабость. Но Лиза увидела. Лиза помогла Виолетте не сдаться. А Виолетта Кире. Такой уж круговорот. К сожалению, Лиза знала Киру лишь на словах, но она бы высказала ей пару ласковых за отношение к своей подруге. За то, что ей пришлось вытаскивать Вилку из последствий американских горок и вновь зажигать в ней огонёк. Вытащить из неё навязчивое "я какая-то не такая" и заменить на "я такая, какая я есть". Забавно. Сейчас они ровно в зеркальной ситуации. И уже Лиза в качестве пустой оболочки. А Виолетта - её спасение в этом жутком страшном мире. И именно то, что Малышенко сбегает не от неё, а к ней Андрющенко льстило. Но и пугало. Кто знает, что скрывается вновь за звездочкой в глаза Вилки... — Лиза... Лиза. — Малышенко потыкала Андрющенко в руку, вырывая из своих мыслей, — Ты опять где-то в прострации? — А? Да, ты что-то говорила? — Лиза неловко посмотрела на подругу. — Я говорю, что серия закончилась. Мы будем новую начинать? — Вилка понимала, что уже нет настроя на просмотр. — Наверное нет. Я устала. — честно сказала Андрющенко. — Окей. — Виолетта отставила ноутбук в сторону, глядя на часы, — Ого, что-то мы прям поздно. Я потопаю, наверное. — Угу. — Лиза встала, чтобы проводить девушку. Она легонько обняла её на прощание, — У тебя всё хорошо? — Да, естественно. — Малышенко легко улыбнулась и вышла из квартиры, помахав рукой. Дверь закрылась перед лицом Лизы и та грустно вздохнула. Что-то явно происходит...

***

— Но чего хотела бы ты? Кристина шла по пустой улице, надеясь, что Кира будет в баре. Почему-то сегодня хотелось именно провести вечер с этой девушкой. Рядом с Медведевой чувствовалось спокойствие. Но не для всех. Кристина понимала, что она, скорее, исключение, которое смогло протиснуться в круг близких людей Киры. Для всех остальных Медведева была закрытой и холодной. Даже пугающей. У неё была особая харизма, которой она могла прибить к полу и не отпускать, пока человек не задохнется. Захаровой всегда было искренне жаль того человека, который оказался бы судьбой Киры. Она видела столько минусов в своей подруге. Но что говорить, будто у самой меньше... Кира была абьюзером. Определённо. Она любила, чтобы всё было под её контролем и ничто не контролировало её. Она любила знать всё вокруг, но чтобы никто не знал ничего о ней. Такой уж она человек. И этой невезучей оказалась Виолетта. Кристине не то чтобы сильно симпатизировала Вилка. Хорошая девушка, но слишком наивная и светлая для мировоззрения Захаровой. Слишком слабая, чтобы быть с Кирой. Но иногда её свет и присутствие были очень важны... Кристина видела это, когда что-то в Кире начало меняться. Тогда Крис была в шоке. Неужели сквозь эту ледяную стену возможно пробиться? Ещё больше восхищения начала вызывать Малышенко после того, как Медведева перестала употреблять. Вот тут реально Крис её зауважала. Даже обратилась к ней за помощью, чтобы бросить самой. Но лучшими подругами с Виолеттой ей не стать. Точно нет. Не человек Захаровой абсолютно. Поэтому остановились на хороших знакомых. А Кира точно была человеком Кристины. Другого ей не надо. Медведева всегда знает слабости Крис и помогает ей их пережить. По своему, конечно, но помогает. Знает, как осадить её гнев. Знает, как предотвратить катастрофы вокруг Захаровой. Кристина медленно дошла до знакомого бара, заходя внутрь. К сожалению, Киры на рабочем месте не оказалось. Грустно. Поэтому Крис лишь прогулялась по душному помещению, выходя обратно. — Твою мать... — выругалась Захарова, закуривая сигарету.

***

— Чтобы ты мог дальше жить. Лиза посидела дома около получаса. Впервые за долгое время ей было душно и неприятно находиться в своём родном помещении. Буквально пару дней назад ей было достаточно этих четырёх стен, а весь остальной мир её вовсе не волновал. Андрющенко открыла окно, впуская прохладный свежий воздух в комнату. Не помогло. Стены будто давили на девушку, вынуждая покинуть их. Лиза взяла с собой кожанку и вышла из квартиры. Стало легче дышать. Девушка пошла в сторону центра, прогуливаясь мимо ярких вывесок баров и магазинов, ларьков и кафешек. Все они были забиты людьми, которые куда-то спешили. По мнению Лизы, все спешили жить свою жизнь, не останавливаясь на мелочах. Странные люди... Андрющенко встала около дороги, осматривая улицу. Прямо напротив неё стояла пара, которая, кажется, только нашла друг друга. Ах, да. Соулмейты. Лиза смотрела, как парень и девушка рассматривают свои запястья так, как будто видят их в первый раз. После этого они обнимаются, радостно что-то лепеча себе под нос. Какие же люди могут быть глупыми, будучи ведомы лишь чем-то свыше. Андрющенко пнула забор и пошла дальше. Прочь от всей этой любовной дряни. — Блять... — Лиза услышала где-то в стороне от себя болезненный хрип. Она обернулась, рассчитывая, что сейчас пойдёт дальше, но в глазах стоял знакомый силуэт. Перед ней сидела девушка, обняв себя за колени и очень тяжело дыша. Даже шипя, будто от адской боли. В ней Лизу узнала ту самую Крис, что сегодня болтала с Виолеттой у неё в кофейне. Андрющенко, было, хотела пройти мимо, но что-то её остановило. Она ещё раз осмотрела незнакомку. Девушка смотрела в пустоту едва открытыми глазами. Она будто вот-вот и потеряет сознание. — Ты... в порядке? — Лиза аккуратно подошла к Кристине, опуская на корточки. Кристина чувствовала отвратительную боль в теле, тошноту и озноб. Сука, ломка... Она ненавидела это чувство. Терпеть не могла. Никогда не хотела больше испытывать вновь. Это не ломка, это просто безысходность. — Тебе помочь? — Андрющенко попыталась заглянуть в глаза Захаровой. — Сука... Опять... ты. — прошипела Кристина. В глазах очень сильно плыло от боли, так что она не видела лица девушки. А если бы и видела, подумала, что уже окончательно бредит. Но голос сквозь громкое сердцебиение в ушах, к сожалению, слышала отчётливо. Лиза лишь непонимающе посмотрела на Крис и аккуратно поднесла свою руку к её лбу, убирая светлые длинные волосы. — Ты вся горишь... — Андрющенко медленно начала осознавать, что происходит. Это, кажется, ломка? А Кристина замерла. От прикосновения девушки ко лбу боль как будто отступила на второй план, а по телу разлилось сладко-теплое чувство. Но это продлилось недолго. Незнакомка (или же галлюцинация) убрала руку, и боль ударила с новой силой, выбивая из Захаровой последний дух. — Ты... — прошипела Крис сквозь зубы, неспособная разглядеть хоть малейшие черты девушки, кроме расплывчатого силуэта. — Ты... рядом? Лиза сжала губы, растерянно глядя на девушку. — Рядом? — Андрющенко судорожно выдохнула, — Да... я рядом. Лиза не понимала, что говорит Кристина. И не поняла бы. Всё-таки она не чувствует связь. Крис потеряла все свои силы и начала терять сознание. Слишком истощен был организм для ломки. Она толком и не ела, и не спала. А ломка нагрянула неожиданно. Как обычно. — Эй-эй... — Андрющенко подхватила Захарову, не давая ей упасть на асфальт головой, — Блять. Девушка почувствовала, насколько Крис была горячая и насколько сильно дрожала. Но при этом её дрожь будто начала утихать, как только Лиза её подхватила. И это уже и Андрющенко бредить начала? Лиза достала из кармана телефон и набрала Вилку. Всё-таки, Андрющенко никогда не проходила через это, а у Виолетты был какой-никакой опыт...

***

— И чего хотел бы я сам? Виолетта медленно подходила к их общей квартире с Кирой. Сегодня они должны были ночевать вместе, так как Медведева не работает сегодня. Малышенко открыла дверь, заглядывая внутрь, после чего спокойно вошла. Вилка будто по атмосфере в квартире пыталась понять, в каком настроении пришла Кира. — Где была? — Медведева вышла из спальни, немного помятая, но в целом, как и раньше заставляла сердце Виолетты трепетать. — У Лизы сидела. Мы с ней сериал смотрели. — ответила Виолетта, снимая с себя кроссовки и сумку. — По ощущениям, ты всегда у Лизы сидишь. — Кира скептично нахмурилась, — Ты уверена, что не врешь мне? — Куда я денусь ещё... — от тона Медведевой у Вилки пробежали мурашки по спине. Она виновато опустила голову, боясь, что сейчас Кира начнёт кричать что-то о неверности или подобные вещи, которые Малышенко слышала и не раз. — Может тебя дома запереть... — Кира медленно подошла к Виолетте, положив руки ей на щеки и поднимая лицо к себе. Малышенко смотрела на неё покорным взглядом, от которого сердце Медведевой слегка ёкнуло. Кира не могла понять, почему она так относится к людям. Она прекрасно осознавала, что её Виолетта не вещь и она не может запереть её и пользоваться, когда захочет. — Прости. Я снова говорю не то... — Кира сжала зубы, отводя взгляд с беспомощного лица Вилки. Кира ненавидела себя за то, что она слабая перед этой маленькой девушкой. Она никогда не давала слабину. Ни перед кем. Но как только в её жизни появилось это татуированное недоразумение, Медведева оттаяла. — Ничего. Я правда была у Лизы. — Виолетта аккуратно взяла ладони Киры со своего лица, обращая её взгляд на себя, и грустно улыбнулась, — Кир, я судьбой связана с тобой. А Кира знает. Но боится потерять. Боится больше не почувствовать родное тепло. Не увидеть знакомое лицо, которое раньше видела в своих снах и галлюцинациях от наркотика. Банально? Да. Но каково же было удивление, когда она увидела знакомое лицо не во время трипа, а во время того, как она шла домой с работы. — Я тебя люблю. — мурлычет Виолетта, зная, что снова не услышит этого в ответ. Оставляет невесомый поцелуй на щеке и идёт в спальню. А Кира сжимает губы от того, насколько ей приятно и тяжело одновременно. Вдруг в пустой квартире раздаётся трезвон. Малышенко смотрит на телефон и видит знакомое "Лизок". — Да, Лиз? — отвечает с расслабленной улыбкой, — Чего? Сейчас приедем. Виолетта подрывается и подходит к Кире. — Там у Крис ломка.

***

— Изменить ушедший день? Лиза сидит с девушкой на руках, пытаясь холодными ладонями остудить ей лоб и запястья. Выходит, мягко говоря, не очень. Крис иногда открывает глаза, в бреде выдаёт что-то о тепле и вновь проваливается в небытие. Андрющенко слушает и думает, как она в это оказалась ввязана. Мимо проходя люди, будто не обращая внимания на двух девушек. Лиза сидит и понимает, что если ты почувствуешь себя плохо, то тебе никто не поможет. Какие же люди сволочи. Виолетта и Кира приезжают довольно быстро. Они сразу подлетают к Крис, осматривая её. — Давно отрубилась? — спрашивает блондинка, которая по-видимому и есть Медведева, о которой у Лизы уже сложилось неоднозначное мнение. — Она то теряет сознание, то просыпается. — сказала Андрющенко, надеясь поскорее передать девушку из рук в руки и уйти, — И так по кругу. — Кристина... Кристина, ты слышишь? — Виолетта аккуратно бьёт по щекам Захарову, пытаясь привести ту в чувства. Лиза отпускает запястья девушки, готовясь передать её в руки "профессионалов" в этом деле, но Кристина резко сжимает руку Андрющенко, надеясь ещё подольше почувствовать тепло. Чувство, которое все называют "Эйфория". Которое не чувствует Лиза. Которое на утро не вспомнит Захарова. — Твою мать... — Андрющенко вздыхает, пытаясь успокоить девушку. За всем этим наблюдает Кира, теперь удостоверяясь точно, что Кристина и Лиза - соулмейты. Только не понимает, почему Андрющенко быстрее мечтает сбежать? Виолетта аккуратно льёт воду на шею Захаровой, пока её придерживают Лиза и Кира. Так, медленно, но верно приводят девушку в состояние, близкое к сознательному. — Мне нужно идти. — говорит Лиза, глядя на Малышенко и Медведеву. Понимает, что лучше своим присутствием уж точно не сделает. Если не наоборот. Виолетта понимающе кивает и отпускает подругу, продолжая заботиться о Кристине. Кира же тормозит Андрющенко, спрашивая у неё номер телефона. Так, на всякий. Лиза сомневается сильно, но даёт контакт. Андрющенко отходит от места происшествия, а у самой трясутся руки. Не каждый день увидишь человека в таком состоянии. Не стоило ей выходить сегодня из дома больше. Ой, как не стоило...