Часть 6
25 мая 2025 г., 06:40
Скрип открывающейся двери заставил Элианту разлепить веки.
Ух, как много света!
Солнце уже забралось в комнату, насыщая пространство уютным сиянием. Девушка приподнялась на локтях и сонными глазами отыскала источник шума.
Эймонд стоял у прохода в комнату, практически обнаженный, только полотенце, висевшее на бедрах, чуточку спасало ситуацию. И влажные волосы, сообщавшие о недавнем душе, а не о любви к нудизму.
— Извини, я разбудил тебя, — проговорил он, выхватив из шкафа первую попавшуюся вещь. Благо, гардероб однообразный, а все нестандартное заперто в комоде, иначе пришлось бы делать вид, что он обожает ходить по дому в костюме графа Дракулы.
Ответить Беркли не смогла, поскольку весь потенциал не до конца пробужденного мозга уходил на анализ увиденного. А увиденное потрясало. Эймонд в лучах утреннего солнца походил на сошедшего с небес Аполлона… Девушка не могла оторвать взор от его подтянутого, крепкого тела, едва удерживая рот закрытым. Так должно быть чувствовали себя смертные, впервые встретившие божество. Просто преступление прятать подобное под объемными футболками!
Наконец, столкнувшись с насмешливым взглядом парня, Лиа очнулась и, жутко покраснев, поспешила отвернуться.
— Прости, я… Эммм, еще толком не проснулась, — пролепетала она, усиленно стараясь сделать свое лицо менее алым.
— Ничего. После совместно проведенной ночи, девушки обычно так на меня и смотрят, — усмехнулся Эймонд, явно получая удовольствие от ее реакции.
Однако наслаждаться девичьим смущением вышло недолго.
— Дурак! — воскликнула она и бросила в друга подушку.
К сожалению, снаряд пролетел мимо, вызвав очередную порцию смешков.
— Я пойду приготовлю нам завтрак, — сообщил Эймонд, прекратив дурачиться. — А ты, если хочешь, можешь принять душ. Полотенце на полке.
Элианта кивнула и, как только за парнем закрылась дверь, бросилась в ванную.
— Боже, я — чудовище! — ужаснулась она, всматриваясь в свое отражение, больше походящее на увиденное в комнате смеха, вот только зеркало-то ни разу не кривое! Волосы выглядели взъерошенными, словно ночью кому-то приспичило подмести ими двор; многострадальная тушь, которая героически справилась с потоком слез, теперь обсыпалась, делая ее похожей на енота; губы обсушились, видимо кусать их, когда забываешь дома смягчающий бальзам — не лучшая идея. Да и лицо в целом… Остается надеяться, что вода здесь живительная, и после душа ей не захочется надеть на голову мешок.
*
Эймонд выпекал блинчики, а затем наполнял их сливочным кремом. Получалось неплохо и, в общем-то, вкусно, а главное отвлекало от мыслей, взбунтовавшихся в голове, как только в ванной зашумела вода. Он усиленно боролся с разыгравшимся воображением, но, похоже, фантазия его получила, как минимум, второй дан по карате, потому что с легкостью раскидывало в стороны любые здравые убеждения. Сложно сосредоточиться, когда перед глазами мелькают красочные сцены того, как струйки воды плавно стекают по обнаженному телу Элианты, как пушистая пена покрывает гладкую кожу, а нежные ручки медленно распределяют ее, уделяя особое внимание манящей груди и сладкому местечку между шелковистых бедер… — Черт! — выругался он, когда до носа дошел запах горелого теста. Все-таки журчание воды вовсе не является успокаивающим звуком, чтобы ни писали авторы сомнительных статей. Выдохнув, парень включил музыку, стараясь вслушиваться в текст, а не отвлекаться на происходящее в другой комнате. Однако исполнитель, певший о страданиях неразделенной любви, не сделал ситуацию лучше. Мозг, не получивший необходимой дозы отдыха, зато перебравший впечатлений, отказывался нормально функционировать. А что поделать? Сложно уснуть, когда девушка, от которой ты без ума, буквально лежит на тебе, прижимаясь так крепко, что чувствуется каждая частичка ее великолепного тела. А восхитительный запах, заставляющий вновь и вновь зарываться носом в пушистые волосы? Он чувствовал себя котом, которому бросили кошачью мяту. Так упоительно! Он с радостью проводил бы все ночи, обнимая ее, слушая тихое сопение, вдыхая цветочный аромат, даже если бы пришлось прожить в два раза меньше, благодаря вечному недосыпу. Подобным размышлениям потворствовала не только жажда обладания, которая навязчиво пульсировала в тесных джинсах, но и желание быть рядом, ощущать ее прикосновения, ее тепло, ее присутствие в миллиметрах от себя… — Как вкусно пахнет! — Элианта появилась в дверях, переключив внимание с воображаемой подруги на настоящую, одетую в мужскую безразмерную толстовку. — Я одолжила твою вещь, не против? Не хочется снова влезать в платье. — Без проблем, — ответил парень, невольно залюбовавшись ее смущенной улыбкой, а затем и стройными ножками, выглядывающими из-под объемной одежды. — Проходи, завтрак почти готов. — Когда ты научился? — удивилась девушка, выхватывая аппетитную трубочку прямо из рук Эймонда. — Эй! Тут же в тарелке их целый десяток! — возмутился он. — Извини, просто я привыкла отбирать у тебя шоколадки, так работает мышечная память. Это наука! — Ну, ну. — Вот же…!!! Я забыла позвонить маме! — спохватилась она. В голове тут же возникли образы перепуганных членов семьи и целой колонны полицейских машин, которые немедля окружат их дом, внемля истерическим воплями паникующей матери. — Не беспокойся, вчера я с ней связался и даже уговорил отпустить тебя на выходные. Так что нас ждет насыщенный уикенд. Вздох облегчения и последующие слова благодарности перекрыли мысли о подозрительной доверчивости матушки. Да уж, будь на дворе Средневековье, или хотя бы XIX век, то подобная оплошность со стороны Эймонда вполне могла служить поводом для того, чтобы окрутить беднягу без каких-либо шансов на отступление. — И что же мы будем делать? — Что пожелаешь.*
Элианта пожелала посетить всевозможные музеи, доступные в пределах Оксфордшира, и только к вечеру, проявив милосердие, предложила отправиться домой и отблагодарить друга свежеиспеченным арахисовым печеньем. Такой вид благодарности показался Эймонду воодушевляющим, поэтому он вызвался помочь девушке на всех этапах ее кулинарного пути. — Ты всегда так готовишь? Всё в муке, даже твой нос! — засмеялся Таргариен, когда сформированные кружочки отправились в духовку. Кухня постепенно наполнялась ароматом выпечки, и Лиа в зеленом фартуке и мукой в волосах смотрелась здесь так уютно, по-домашнему, что огонек в груди волнительно затрепетал. — Конечно! Это часть ритуала, без которого печеньки не будут вкусными! — заявила она, пытаясь оттереть свой нос. — Поверю на слово, — улыбнулся парень, а затем шагнул ближе, касаясь ладонью ее щеки. Теплые пальцы ласково поглаживали кожу, убирая остатки муки, и, хотя в подобном уже не было необходимости, отступать он не спешил. — Ты очень красива, — прошептал он тихо. — Нужно быть слепым, чтобы не видеть этого. Элианта почувствовала, как сбивается дыхание. То, как он смотрел на нее, как нежно касался, вызывало невольный приступ тахикардии. Она уже готовилась поддаться вперед, ведомая мощнейшим, головокружительным притяжением, когда раздался звук таймера и Эймонд отстранился, принявшись доставать печенье. — Кажется, ритуал сработал, — сообщил он. — Выглядит превосходно. — А ты как думал? Нужно записать в книгу рецептов! — непринужденный смех едва ли мог скрыть тотальное непонимание происходящего. И все же Элианта искренне надеялась, что ее замешательство и явное помутнение рассудка осталось незамеченным. Она действительно чуть не поцеловала лучшего друга? А был ли повод? Или…или ей померещилось…? Но у него ведь есть девушка! Всего два дня назад в сети появилось свежее фото, где Кира снова отыгрывала роль приставучего осьминога. И Фрэнк… Что же с ней творится? Все так запутано! Она тихонько вздохнула. Для разбора клубка, сплетенного из противоречивых чувств, не нашлось ни времени, ни моральных ресурсов, а после того, как Эймонд принялся забавно дуть на дымящуюся печеньку, желая незамедлительно оценить ее вкус, думать и вовсе расхотелось, хотелось шутить и наслаждаться моментом.*
Прекрасный вечер закончился просмотром старой комедии. Приключения Мистера Бина выглядели уморительными, но вместо того, чтобы смеяться над неловкими ситуациями, она сосредоточилась на том, чтобы не обращать внимания на слишком приятные ощущения, волнами омывавшие ее тело. Тепло Эймонда позади, легкое скольжение его пальцев по коже, когда они лежали на диване, усиленно делая вид, что все еще следят за перипетиями сюжета. Элианта чувствовала жар, казалось, объемная футболка, больше похожая на платье, превратилась в сотню одеял. Пытаясь вернуть привычный комфорт, девушка поерзала, прижавшись к Эймонду еще сильнее. Шумный выдох у самого уха, когда мягкое место уперлось во что-то твердое (наверняка это был телефон или пульт) заставил кожу покрыться мурашками. — Нам пора идти спать, — произнес Эймонд чуть хриплым голосом, уткнувшись носом в каштановые волосы. — Тебе стоит воспользоваться гостевой комнатой. — Да, я как раз собиралась… — девушка сползла с дивана, пряча порозовевшее лицо за волнистыми прядями. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — ответил Таргариен, понимая, однако, что спокойствия ему сегодня не видать.
