Мольба падшего ёкая

      Микаса метнулась в сторону, и рой смертоносных ножей с глухим треском вонзился в старую, потёртую икону. В ту же секунду острая, обжигающая боль пронзила правую ногу о́ни, заставив вскрикнуть и упасть на грязный пол заброшенного святилища. Два острых сюрикэна, словно ядовитые жала скорпиона, глубоко вонзились в безупречно белую кожу, оставляя багровые следы, из которых начинала сочиться кровь.       – Не стой! Беги! – скомандовал Леви, описывая круги катаной в очередном отражении атаки. – Чёртовы ниндзя! – выругался он, уклоняясь от лезвия, пролетевшего в опасной близости от его головы.       Микаса отчаянно попыталась подняться, но она снова упала, корчась от боли. Из тени, словно призрак, возникла фигура в черном, и в руке неизвестного зловеще блеснула катана, словно предвестник смерти. Отчаяние вспыхнуло в глазах о́ни, но она не собиралась сдаваться. Микаса зачерпнула в ладонь горсть пыли и пепла, покрывавших пол, и метнула серое облако в лицо нападавшего. Ниндзя закрыл глаза руками. Воспользовавшись замешательством врага, Микаса, превозмогая боль, вырвала сюрикэны из своей ноги. О́ни знала, что шанс попасть в цель с первого раза ничтожно мал, но она не могла больше медлить. Лёгкий взмах руки и через мгновение звёздочка оказалась меж глаз ниндзя. Дикий, полный агонии вопль разорвал тишину, эхом прокатившись по заброшенному храму, словно погребальный звон. Этот крик привлек внимание других ниндзя, и о́ни оказалась в плотном кольце врагов, готовых растерзать её.       Спины головорезов были рассечены клинком Леви. Его ко всему безразличное, лицо, теперь было совершенно иным. Внезапное нападение выбило его из колеи.       – Дьявол бы тебя побрал! Что ты творишь?! – мальчишка схватил Микасу под локоть и потянул её за собой.       Центральный вход был оккупирован дюжиной ниндзя, которые уже были готовы напасть. Аккерману пришлось круто развернуться и направиться в противоположную сторону.       – Здесь есть запасной выход через подвал. Бежим туда.       Они спустились по лестнице в кромешную темноту, где не было ни единого источника света.       – Где же он? Я помню, что он был где-то…– неразборчиво шептал Леви, пока искал выход. – Вот он! – победоносно воскликнул Аккерман.       Мальчишка, поднявшись по ящикам с гнилыми продуктами, которые мерзостно пахли, принялся толкать дверцы, находившиеся на уровне потолка.       – Они завалили этот выход! – всё ещё пытаясь выбраться наружу, прорычал Леви.       С лестницы доносился град из шагов.       – Нас загнали в ловушку намеренно. Грёбаные синовцы! – последний раз пихнув дверь, процедил сквозь зубы Аккерман.       – Они здесь не причём! Судзимэ заплатил ниндзя за твоё убийство. Я весь день пыталась тебе об этом сказать! – вопила о́ни, сжимая кулаки.       – Что? – растерянно и недоумённо спросил мальчишка.       В подвале чувствовалось присутствие людей, но тьма мешала взглянуть в глаза противнику. Микаса нащупала что-то металлическое под своей ладонью, нечто похожее на массивный тесак для мяса.       "А что если... Это может сработать!"       О́ни со всей силы чиркнула огромным ножом по каменной стене. Тут же посыпались искры, которые на несколько секунд осветили крохотное помещение. Это действие помогло Аккерману определить, где находится враг. После того как Микаса несколько раз повторила этот трюк, Леви удалось обезоружить ниндзя и сбежать вместе с Микасой из западни, пробившись к главному входу. У массивных дверей всё ещё стояло несколько человек в чёрном, но Аккерман хладнокровно расправился с каждым.       Уличная свежесть и прохлада коснулись лица ёкая. Лёгкие будто раскрылись, можно было дышать полной грудью. Микаса и Леви бежали из храма так быстро, как только им хватало сил. Он сжимал её руку до боли, словно боялся того, что кисть в самый неподходящий момент выскользнет. За ними всё ещё был хвост из стрел и ножей. Казалось, ещё немного и их догонят острые катаны ниндзя. Склон горы был близок, бежать по нему было слишком рискованно.       – Держись! – приказал Аккерман, дёрнув Микасу за руку.       – Что ты задумал?!       Они катились к самому подножию. Спину раздирали острые камни, иссохшиеся ветви кустов царапали лицо и норовили выколоть глаза. По итогу, Микаса и Леви приземлились в мелководье озера. Маленькая о́ни была полностью обессилена, ей не удавалось встать, она потеряла слишком много крови.       – Вставай, идиотка. Нас всё ещё ищут, мы не отобьёмся, мой клинок стал тупее тебя! – прорычал Леви, поднимая о́ни на ноги.       Мальчишка закинул правую руку Микасы на свои плечи и они побрели к каменистой пещере, которая тщательно скрывалась листвой кустарников диких ягод. Человек аккуратно переместил о́ни на землю, а сам сполз по стене, держась за голову.       – И что теперь? Мы будем здесь сидеть до самого утра? – спросила Микаса, глядя на плачевное состояние своей ноги, из которой сочилась тёмная кровь.       – А у тебя есть ещё предложения? Свалилась на мою голову, – прошипел Леви, всматриваясь в тьму.       – Я свалилась?! Ты мог прирезать меня ещё в том переулке. Что тебе мешало? Наигранное благородство? – повысила голос девчонка.       – Заткнись, – безэмоционально, но с читаемой грубостью отрезал Аккерман.       Мальчишка встал и стал отжимать подол кимоно. Он приподнял его за края, но тут же встретился взглядом с Микасой.       – Отвернись, – произнёс Леви, нахмурив брови.       О́ни фыркнула и отвернулась, язвительно бросив на последок:       – Можно подумать, там есть на что смотреть.       – Какая ты противная, – произнёс Леви, снимая кимоно.       Сзади послышался звук рвущейся ткани. Микаса насторожилась.       – Дай посмотреть, – тихо сказал мальчишка, аккуратно осматривая раны маленькой о́ни.       Он начал перевязывать ногу куском рукава своего кимоно. Ткань была жёсткой и грубой, больно царапающей открытую рану.       – Туго! – завопила Микаса и ударила Леви по рукам.       Мальчишка нарочно затянул ещё сильнее.       О́ни быстро замотала головой, с её мокрых волос во все стороны полетели капли воды, которые попали и на Аккермана.       – Да что с тобой не так?!       Микаса забилась в самую глубь пещеры и начала рычать, как озлобленная бродячая кошка. Аккерман лишь сделал глубокий вдох.       – Слушай сюда, монстр, я просто...       Его перебила о́ни:       – Я Микаса... – с нескрываемой обидой буркнула та, ещё сильнее вжавшись в угол и пряча своё лицо за волосами.       – Микаса, дай мне перевязать твою ногу и я больше к тебе не притронусь.       О́ни ещё напоминала свернувшегося колючего ежа, но всё же позволила Леви помочь ей.       Закончив с перевязкой, Аккерман встал и подошёл к выходу из пещеры.       – Следует осмотреться. Хочу убедиться в том, что поблизости нет ниндзя, – сказав это, он скрылся в темноте.       Ночь. Шум волн от голубого озера и песни ночной птицы ласкали слух, создавая мелодию, проникающую в самую душу. Постоянные шорохи листвы, как будто обеспокоенно шептали предупреждения, сопровождая звуки сумрака, что бродил вокруг пещеры, готовый вцепиться в плоть в любую секунду, как только о́ни потеряет бдительность. Холод каменистых стен проникал под сердце, заставляя его сжиматься, словно предчувствуя незримую опасность. Лунный свет осыпал острые края скал, создавая завораживающую игру теней, а воздух был насыщен терпким запахом влажной земли и прелой древесины. Каждый миг был пропитан напряжением, скрывающим в себе неведомую угрозу. Граница между реальностью и фантазией размывалась, заманивая в объятия неизведанного.       – Можешь выходить, здесь никого нет, – послышалось снаружи.       Микаса приподнялась, держась за стену пещеры, и приблизилась к выходу. Леви сел у берега озера, о́ни присела рядом. Несколько минут они сидели в тишине, прислушиваясь к ночному пению цикад и глядя на полную луну. О́ни первая нарушила тишину:       – Помнишь, я как-то спрашивала у тебя...       Леви вопросительно вскинул брови.       – Зачем я тебе?       Леви хмыкнул и помолчал с секунду, подбирая слова.        – Ты сильная, – наконец сказал он. – Сильнее, чем кто-либо, кого я встречал. Ты остаёшься уверенной и смелой, даже когда оказываешься на волоске от смерти. Армии нужны такие, как ты.       – Посчитал, что я полезна, но в тот же день хотел убить меня.       – Маленькая демонстрация перед генералом. У меня не было цели забирать твою жизнь. Мне просто хотелось доказать ей, что у тебя есть способность владения катаной. Признаю, в какой-то момент я увлёкся, но ты всё же впечатлила Ханджи Зоэ. Только она могла убедить императора в том, что ты смогла бы нам помочь.       Мальчишка говорил уверенно, но в его образе всё равно оставалась какая-то недоговорённость.       – Люди ненавидят ёкаев без какой-либо чёткой причины. Я принесу проблемы одним лишь своим присутствием.       – Без причины? Ты вообще о войне слышала?       Микаса в недоумении склонила голову. Леви выдохнул.       – Между крупными островами континента уже долгое время ведётся война за территории и за некоторые земли, на которых живут ёкаи. Новые острова были обнаружены нашими исследователями. Как оказалось, найденные территории были богаты ресурсами и драгоценностями, но про это прознали и другие правители. Остров Марион прибегнул к помощи ёкаев, заключив между ними сделку: они должны сражаться на их стороне, а остров гарантирует им защиту. Монстры стали предателями, поэтому многие стремятся от них избавиться, подозревая, что те могут быть шпионами или наёмными убийцами.       – Впервые слышу.       Леви отвернулся и посмотрел на противоположный берег озера. Он выглядел задумчивым.       – Как я и думал.       Микаса начала ковырять бинт на своих ладонях.       – У тебя наверное остались шрамы.       О́ни пожала плечами и начала снимать повязки. На руках не было ни царапины.       – Что? Как это возможно? За такое короткое время раны не могли так быстро затянуться!       – Не знаю, разные царапины недолго заживают на мне, шрамов у меня тоже никогда не было. У тебя разве не так?       – Не знал, что о́ни свойственна такая быстрая регенерация.       – На счёт регенерации… Отец всегда говорил мне беречь рога, возможно, они как-то связаны с быстрым заживлением ран.       – Я не ожидал, что ты руки подставишь.       – У меня у самой это вышло неумышленно.       – В твоей рогатой черепушке вообще-то должно быть то, что отвечает за мыслительные процессы.       Он щёлкнул указательным пальцем по рогу Микасы. Та сразу же надула губы и отвернулась. Выждав время, пока Леви отвернётся, о́ни зачерпнула в ладони немного воды.       – Леви, взгляни.       Ни о чём неподозревающий мальчишка обернулся и ему в лицо полетели брызги.       Леви принялся вытирать лицо об целый рукав кимоно, что-то неразборчиво ворча. Микаса негромко хихикнула.       – Ну всё, пощады не жди, – Леви поднялся и начал, как грозовая туча, надвигаться в сторону о́ни.       Микаса вскочила на ноги и побежала вдоль берега. Аккерман побежал следом за ёкаем. Мальчишке не пришлось долго гоняться за хромой девчонкой, он начал тянуть её за руки в сторону озера. Микаса упиралась и визжала, моля человека одуматься и перестать ребячиться. Леви уже хотел толкнуть маленькую о́ни в водную гладь, но та успела ухватиться за кимоно Аккермана и они вместе сели в холодное озеро. Мальчишка несколько раз выругался, а Микаса не переставала смеяться, глядя на то, как всегда серьёзный капитан Леви Аккерман барахтается в озере пытаясь встать на ноги. Её смех разносился в тишине, звучал как музыка, нежно и весело, будто заколдованный хор, который мог бы пробудить даже самые далёкие звёзды. Леви не смог сдержать улыбки.       Так по-детски глупо, но весело. Леви и Микаса ещё долго плескались в озере, ярко вспыхивая каплями воды, словно сверкая светом драгоценных камней, что рассыпались по поверхности. Когда силы иссякли, они с довольными вздохами упали в мелководье, погружаясь в отражение ночного неба, которое точно напоминало бескрайнее одеяло, усеянное искрящимися звёздами. В тот миг всё на свете казалось возможным, а мечты — легкими, как дыхание. Ночь становилась их союзником, а звёзды были свидетелями беззаботного момента.       

***

      Микаса открыла глаза. Всё та же пещера, мягкий утренний голубоватый свет и влажность, нависшая в воздухе. На плече ёкая мирно спал Леви, тихо посапывая. Он напоминал кота, уснувшего на коленях хозяина, которого так не хочется будить, но дела не могут подождать и требуют скорейшего их завершения. Микаса аккуратно толкнула Аккермана в бок.       – Эй, просыпайся. Мы не можем здесь быть всё утро.       Леви медленно поднялся и потёр глаза, хрипло произнеся:       – Ты права, нужно выдвигаться.       Мальчишка зевнул и покинул пещеру, о́ни последовала за ним. Они обошли гору и направились в сторону дворца, там толпилось множество людей, все что-то бурно обсуждали, ото всюду веяло волнением и напряжением. В центре стоял Судзимэ и театрально размахивая руками что-то объявлял. Леви спрятался за оградой и жестом показал Микасе, чтобы та вела себя тихо.       – Говорю же вам, капитан мёртв. Я своими собственными глазами видел, как Эрвин Смит пронзил его стрелой и выбросил тело в озеро Кагами Нума, а противный ёкай сбежал.       – Это ложь. Мы прибыли сюда ради заключения мира! – вышел из толпы капитан острова Сина, тыча пальцем в Судзимэ.       – Ложь? Ваши ладони запятнаны кровью нашего лучшего самурая. Отрицать то, что вы виновны в содеянном — высшая степень наглости и лицемерия. Все показания против вас.       Толпа вновь разразилась гомоном и возмущениями.        – Прикуси свой лукавый язык, Судзимэ. Ты пытался убить меня чужими руками, – Леви вышел из укрытия и нарочито громко обратился к самураю.       На лице Судзимэ читались ужас и недопонимание. Тот стал заметно нервничать. Пот стекал с его лба, словно бы его окатили водой с огромного ведра. Его глаза бегали, будто бы не зная за что им уцепиться.       – К-Капитан! Это настоящее ч-чудо, что вы живы! – тараторил и заикался мужчина, оглядываясь по сторонам.       – Леви! – послышался женский голос из толпы.       На встречу Аккерману вышла Ханджи. Она упала на колени и заключила мальчишку в крепкие объятия.       – Я обыскалась тебя! Все думали, что ты погиб! Где тебя носило?! – причитала Зое.       Её взгляд говорил обо всём. Она по-настоящему переживала за Леви. В ней бушевали страх и облегчение. Ханджи напоминала мать, которая едва не потеряла родного сына.       Было видно, что на душе Аккермана скребли кошки. Он явно не хотел заставлять женщину волноваться. Но как только мальчишка взглянул на Судзимэ, его переполнила ярость. Леви отстранился от Ханджи и уверенно пошагал в сторону самурая.       – В твоём идеальном плане был прокол. Ты недооценил свидетеля.       Микаса вышла из-за ограды. Выражение лица мужчины тут же переменилось. Оно стало злым, глаза налились кровью.       – Назойливое насекомое, вечно ты путаешься под ногами! – надрываясь, кричал Судзиме, обнажая катану.       Человек с молниеносной скоростью бросился к Микасе. Он уже был готов нанести удар, но Леви вовремя его отразил, подставив собственный клинок.       – Именно ты подослал наёмников. Тебе была нужна моя смерть.       От стальных лезвий посыпались искры. Судзимэ безвольно опустил катану. Он упал на колени сначала посмотря в глаза мальчишки, а потом подняв голову и взглянув на небо. Сгущались серые тучи, на лицо человека упало несколько дождевых капель. Он улыбнулся и еле слышно произнёс:       – Я убью тебя, Аккерман.       Его глаза горели сумасшествием. К Судзимэ подошла охрана и взяла того за руки, уводя подальше от Леви. Мелкий, моросящий дождик стал превращаться в серьёзный ливень. Мужчина продолжал кричать, прожигая мальчишку взглядом:       – Я убью тебя! Я убью тебя! Слышишь?! Я убью тебя, Аккерман!       Леви ничего не оставалось, кроме как укоризненно смотреть вслед отдаляющемуся Судзимэ. ______________________________ https://t.me/fanfikkker 👈 в ТГК главы выходят быстрее и можно больше узнать об авторе