Hallownest Tales (Сказания Халлоунеста)

      Пока Холлоу направлялся в книжный магазин, чтобы помочь, внутри дела обстояли всё хуже и хуже. Несмотря на печально известные способности бабочки, гибрида и богомола, они начали проигрывать из-за огромного количества врагов и их повышенной сопротивляемости, вызванной использованием брони. Хотя им удалось сразить многих, но усталость и накопившиеся раны довели их до предела возможностей.       «Джем, мне кажется, ситуация немного вышла из-под контроля», — сказал Мик своей напарнице.       «Если мы выберемся отсюда живыми», — сказала бабочка, — «Я обязательно попрошу выходной и проведу день в доме удовольствий. Хотя дела идут не очень хорошо. Не думаю, что смогу осуществить это желание»       «Не сдавайтесь!», - крикнула Шарпи, - «Мы должны продолжать сражаться! Если нам суждено умереть, пусть это будет с честью!»       «Богомолы такие крутые», - сказал Мик с горящими глазами.       «Определённо, я не так представляла себе последний день своей жизни», —       пожаловалась Джем.       Зигена оглянулась на губернатора и Бретту, которые обнимались, дрожа от страха. Бедная жучиха, конечно, была очень напугана, но, скорее всего, всё закончится хорошо, никто не захочет её убивать, чего нельзя сказать об археогнате. Джем грустно вздохнула. Губернатор был хорошим жуком, он просто хотел лучшего для города, и отчасти поэтому она была так ему предана, хотя и подчинялась ему якобы только ради денег. Будет несправедливо, если ему придется умереть из-за жадности глупцов.       Она беззвучно помолилась всем богам, которые были свободны, чтобы они откликнулись на её просьбу, и приготовилась атаковать. Несмотря на обстоятельства и печаль, она всегда была готова умереть, ведь она выбрала профессию наёмницы.       Мик все-таки рухнул от многочисленных ранений. Шарпи всё ещё сражалась, но у неё почти не осталось сил. Бабочка была готова к последней атаке, во время которой она собиралась выпустить яд, который находился в её крыльях, — характерная способность бабочек-зиген. Если ей суждено умереть, она заберёт с собой как можно больше жизней. Она не умрёт в одиночестве.       Она расправила крылья и поднялась с пола, готовая к своей последней атаке. Множество врагов в доспехах вступили в бой с богомолом, которая вот-вот должна была пасть. Пять насекомых вонзили в нее свои когти, и бедняжка больше не могла стоять. Джем закрыла глаза, готовясь к смерти, но прежде чем всё закончилось, произошло нечто странное.       Послышался грохот, приглушённые крики и возглас удивления. Затем она открыла глаза и увидела картину, которая была одновременно удивительной и нелепой.       У её ног лежали пять насекомых, которые чуть не убили их, но сейчас они были без сознания. Богомол тяжело дышала, а перед ней стояло двое детей, которые оглядывались по сторонам, словно что-то или кого-то искали.       «Чт... Что...», - богомол ошеломлённо уставилась на Холлоу. То, чему она стал свидетелем, было практически невозможно, -«Как... Как ты это сделал?»       «Мама сильная!», — с гордостью сказала Верм.       «Мама? Но если он выглядит как мальчик, то не может быть мамой...»       Холлоу закатил глаза, уже уставший от одного и того же вопроса. Он оглядел помещение и заметил множество жуков, которые смотрели на него со страхом и подозрением. Все были так же недоверчивы, как и богомол, ведь он был ребёнком. Неужели этот ребёнок спас их? Как он это сделал? Неужели этот маленький мальчик — рыцарь? Живая легенда? Кто-нибудь из великих пяти?       Внезапно Бретта, кажется, узнала его.       «Холлоу? Что ты здесь делаешь? Хорнет с тобой?»       «Этот малыш — знакомый Хорнет?», — спросила Шарпи.       «Это её брат»       «Её брат?»       Судя по всему, боевые навыки передались ему от семьи, и мальчик оказался достойным братом красного зверя. Однако всё было не так просто, потому что жуки начали просыпаться. Холлоу был начеку и готов к бою. Все в комнате были поражены тем, что ребёнок собирается сражаться с такими могущественными врагами, и с восхищением наблюдали за происходящим. Особенно Гримм, который не смог сдержать зловещего смеха при виде этой сцены.       Тем временем снаружи Хорнет расхаживала взад-вперёд, пытаясь придумать, что делать. Её мучила совесть из-за того, что она не пошла спасать Бретту, но страх перед Гриммом не давал ей войти. Если бы этой проклятой летучей мыши там не было, она бы наверняка всё уладила. Она бы разогнала плохих парней, и всё было бы хорошо... Ну, может, она и преувеличивала, но она была уверена в себе и считала, что способна всё решить.       Дождь, льющейся ей на голову, тоже не помогал ей собраться с мыслями и найти решение проблемы. Тем не менее она изо всех сил старалась придумать какой-нибудь план, но в голову ничего не приходило. Возможно, единственным решением для неё было вступить в бой и попытаться преодолеть свой страх перед летучей мышью. Если бы она привыкла к Верм, то, возможно, смогла бы хоть как-то совладать с Гриммом. Хотя это было бы непросто, зверь был огромным и устрашающим, а также сильным и опасным. Хуже всего было то, что ему, казалось, нравилось мучить её. Она с сожалением вздохнула: ничего не поделаешь.       Внезапно она почувствовала чью-то руку на своём плече. Она сильно нервничала и отреагировала рефлекторно, выхватив иглу и попытавшись уколоть того, кто к ней прикоснулся. Незнакомец увернулся от удара, отпрыгнув назад. На этот раз Хорнет присмотрелась к нему и поняла, что он ей знаком, хотя она и не могла вспомнить, где его видела.       «Ха! Мы снова встретились, красный зверь», — сказал Стинг, кузнечик, который жаждал отомстить Хорнет за все унижения, которым та его подвергала.       «А ты кто такой?», — раздражённо спросила девушка.       «Ты всё ещё не можешь меня запомнить? Что ж, на этот раз не забудь моё имя. Я — Стинг, могущественный воин, сильнейший из всех в Халлоунесте, существо такой силы, что даже легендарные пять великих рыцарей...»       «Это ты тот парень, который в баре проспорил мне сэндвич с бальдром!»       «Ты помнишь меня только из-за этого чёртова сэндвича?»       «Да... Мне жалко, что я не смогла его съесть, но возникла непредвиденная ситуация, и мне пришлось уйти из бара. Ты пришёл, чтобы угостить меня?»       Похоже, у Хорнет был особый талант выводить Стинга из себя. Он в ярости выхватил свой гвоздь.       «Мерзавка! Я убью тебя! Я раздавлю тебя так, чтоб ты никогда не забыла, кто я такой!»       «Прости, но сейчас у меня нет времени, я занята важным делом и не могу тебе помочь. Может быть, в другой день я смогу надрать тебе задницу»       «Ты...»       И прежде чем Стинг успел что-то сделать, его раздавил жук-голиаф, который появился откуда ни возьмись и врезался в здание. Хорошо, что постройки в Городе Слёз были самыми прочными в мире и выдержали удар. Хорнет осмотрела потерявшее сознание насекомое и поняла, что это один из тех жуков, которые преследовали Тобу, чтобы вернуть украденный сосуд с душой. Это означало, что она должна быть где-то поблизости.       «Привет, милая! Ты по мне скучала?», - ткач появился у неё за спиной, подтвердив её подозрения.       «Тобу! Ты всё ещё не избавилась от этой штуки?»       «Но это же моё. Зачем мне это выбрасывать?»       «Это не твоё! Ты украла это! Воровать нельзя! Пойми это! Верни бутылку владельцам!»       «Нет! Это моё», — в этот момент они услышали нарастающий шум. На них неслась целая толпа жуков-голиафов, готовых их раздавить, - «О боже, думаю, нам пора валить отсюда»       Но прежде чем паучиха успела что-то предпринять, Хорнет набросилась на неё и начала бороться, чтобы взять банку.       «Хорнет, отпусти меня!», — закричала Тобу, - «Не забирай мой сувенир! Он мой!»       «Это не твоё! Я собираюсь дать тебе по заслугам. Хватит воровать!»       Жуки зашумели ещё громче.       «Хорнет! Жуки идут!»       «Хорошо! Они придут и заберут нас. Я хочу посмотреть, заплатишь ли ты за все свои злодеяния раз и навсегда»       Насекомые не остановились.       «Они не остановятся! Мы должны уйти, пока они нас не раздавили!»       «Тебе меня не обмануть, Тобу. Я знаю, что это очередная твоя уловка, чтобы сбежать»       «На этот раз я не шучу! Мы должны убраться как можно быстрее!»       В книжном магазине снова начались проблемы. Холлоу удалось расправиться с большим количеством насекомых, хотя, в отличие от двух наёмников и Шарпи, он старался не убивать их, а просто вырубать. Он решил последовать примеру Хорнет и не убивать насекомых, если только не собирался их съесть. Это требовало больше усилий, но он всё же справился.       Именно тогда перед ними встала самая серьёзная проблема. Устав от того, что его подчинённые гибнут один за другим, лидер террористической группировки явился в книжный магазин. Насекомым оказалась самка стрекозы, которая казалась невероятно сильной.       «Найра!», — крикнул губернатор из своего укрытия рядом с Бреттой.       «Джум», — насекомое посмотрело на него с презрением, — «Слабый, жалкий и трусливый жук, прячущийся за своими телохранителями. Такие, как ты, не имеют права править Холлоунестом»       «Я не претендую на трон», - защищался маленький археогнат, - «Я занимаюсь административной работой только для того, чтобы Город Слез работал должным образом, это такая же работа, как и любая другая, у меня даже есть фиксированная зарплата ".       «Мне всё равно. Ты мешаешь мне взойти на трон, и поэтому ты должен погибнуть», - стрекоза посмотрела на сосуд сверху вниз, - «Убирайся отсюда, парень, это не твоя битва. Насколько я вижу, ты не имеешь к этому никакого отношения. Не лезь в чужие разборки». Я обещаю тебе, что мы не убьём никого, кроме этой мра- »       Холлоу на мгновение задумался над предложением: ущерб был минимальным, а жизнь археогнатов его не слишком интересовала. Кроме того, Хорнет постоянно жаловалась, что из-за него возникают проблемы, когда он помогает жукам, с которыми у него нет ничего общего. Возможно, в кои-то веки стоило бы проигнорировать всё и позволить событиям идти своим чередом.       "Пожалуйста, не оставляй меня, маленький рыцарь!", — умолял губернатор, - «Я хорошо заплачу тебе, если ты спасёшь мне жизнь!»       Это заинтересовало Холлоу. Если плата будет хорошей, они смогут достроить крышу дома и расплатиться с долгами. Затем он решительно встал в боевую стойку, готовый сражаться.       Атмосфера накалилась, стрекоза достала свой гвоздь, большой и острый, и даже простое прикосновение к нему казалось опасным. Холлоу застыл в ожидании её действий, богомол и бабочка молча наблюдали за происходящим, Мик, полумёртвый, тоже размышлял о прелюдии к битве и о том, как круто они оба выглядят. Невинные насекомые, прятавшиеся в книжном магазине, затаили дыхание в ожидании, а губернатор на своём месте дрожал от страха. Однако нежное рукопожатие Бретты каким-то образом успокоило его.       Он перевёл взгляд на жучиху, и она посмотрела на него с сочувствием.       «Всё будет хорошо», — ласково сказала она.       Археогнат лишь молча кивнул, надеясь, что девушка права.       Верм летала на безопасном расстоянии от Холлоу, держа в руках букет цветов, о котором Хорнет забыла. Она была так увлечена битвой, что даже не заметила присутствия своего отца. На самом деле никто не заметил летучую мышь, которая сидела в углу и пила чай со своим слугой.       «Захватывающе! Много напряжения, экшена, но... Можно было бы и поинтереснее», — сказала летучий мышь со зловещей улыбкой и отхлебнул чаю.       Гримм щёлкнул пальцами, и посреди поля боя вспыхнуло алое пламя, такое горячее и такое красное, что они невольно зажмурились. Затем, так же внезапно, как и появилось, пламя погасло, оставив после себя одного из последователей Гримма, следующего факелоносца.       Холлоу злобно посмотрел на это существо. Это было очень плохо. В этот момент он заметил, что Гримм сидит в углу, ест торт и злобно смотрит на него. Холлоу почувствовал, как в груди закипает ярость. Чёртова летучая мышь, как он мог так с ним поступить? Как он мог в такой момент натравить на него факелоносца? Как он мог прервать такой важный бой? Как он мог пить чай и даже не предложить ему кекс?       Насекомое в маске издало один из своих гротескных смешков и с удовольствием посмотрело на стрекозу, которая выглядела скорее растерянной, чем напуганной. Ха! Бедное создание. Скоро она познает настоящий ужас. Жук взмахнул факелом, собираясь выпустить смертоносное пламя, но в этот момент в дверь ворвалась толпа жуков-голиафов и раздавила его.       Да, это было очень неожиданно.       Жуки бежали, не глядя по сторонам, и остановились, только врезавшись в стену в задней части книжного магазина и образовав груду бессознательных тел. К счастью, за время своего бегства они не сбили никого, кроме жука в маске, так что ничего страшного не произошло.       Гримм смотрел на происходящее, не в силах поверить в то, что только что произошло. Без сомнения, это был неожиданный поворот сюжета. Он откусил печенье, чтобы прийти в себя.       Внезапно из-под горы жуков показалась Хорнет, полуживая и тяжело дышащая. В одной руке она несла Тобу, которая всё ещё была в бессознательном состоянии, но не выпускала сосуд с душой, а в другой — полностью поверженного культиста. Она бросила жука на пол, и он тут же загорелся.       Верм с раздражением наблюдала за происходящим. Ей не хотелось участвовать в ритуале, но папа был рядом, и она не хотела его злить. Она оставила букет цветов, который всё ещё был у неё, в Холлоу и подлетела к упавшему жуку, чтобы съесть его. Как и в прошлый раз, когда Гримм присутствовал при ритуале, он призвал огненную завесу, чтобы скрыть от зрителей неприятное зрелище, вызванное Верм. Таким образом, исчезновение жука выглядело как обычный магический трюк, призванный порадовать публику, хотя в той напряжённой ситуации, в которой они оказались, никому не было дела до какого-либо представления.       «Я вообще ничего не понимаю», — сказала зигена, подхватывая раненого Мика и крепко прижимая его к себе, - «Откуда взялась эта стая жуков и кто эта девушка в красном?»       «Хорнет!», — крикнула Бретта, бросаясь обнимать подругу. Она знала, насколько та сильна, и надеялась, что с ней она будет в безопасности.       «Я пришла... Я же говорила, что  приду», — сказал измученная воительница.       «Эй! Что за хрень тут творится?!», — закричала разъярённая стрекоза, - «Хватит отвлекаться! Ты, слабак-губернатор, сейчас умрёшь!»       Хорнет раздражённо посмотрела на насекомое. Краем глаза она заметила, что книжный магазин разгромлен, Шарпи ранена, а Бретта дрожит от страха. Во всём виноват эта идиотка. Чёрт, какой отвратительный день! И всё из-за сумасшедшей стрекозы!       Она услышала стоны и заметила, что Тобу постепенно приходит в себя после полученного удара. Затем она быстро схватила банку с душой и швырнула её в главаря террористов. Тобу рефлекторно вскочила, и тогда Хорнет закричала.       «Проснитесь! Там воровка! У неё кувшин! Остановите её, пока она не сбежала!»       «Что? — растерянно переспросил Найра.       Тогда жуки-голиафы взяли свои дубинки, встали и побежали туда, где была стрекоза. Они неспешно избили её своим оружием, а кувшин забрали из её рук. Позже, когда сокровище было возвращено, группа ушла, не забыв забрать «воровку», чтобы свершить над ней правосудие.       Холлоу в замешательстве наклонил голову, наблюдая за удаляющейся группой. Он тоже ничего не понимал, но обычно не задавал лишних вопросов. Он молча подошёл к сестре и обнял её, радуясь, что с ней всё в порядке.       «Да, Холлоу, не волнуйся, всё кончено», — сказала Хорнет, поглаживая мальчика по голове.       «О боже... Они действительно брат и сестра», — сказала Шарпи, вставая и с трудом подходя к Хорнет, - «Ух... Это так больно, ты даже не представляешь. Я хотела вызвать тебя на дуэль сегодня, но, думаю, не смогу этого вынести»       «Сейчас я не в расположении духа, чтобы ссориться, мне хватило эмоций, теперь я просто хочу расслабиться»       Но для Хорнет эмоции на этом не закончились. По её спине пробежал холодок, когда она почувствовала, что позади неё кто-то стоит. Это был высокий человек с характерным пугающим красным взглядом.       «Мы снова встретились, красная принцесса», — сказал Гримм со зловещей улыбкой.       От ужасающего крика Хорнет содрогнулись все вокруг, даже Тобу очнулась от обморока.       Именно в этот момент Стинг, который всё ещё был полон решимости сразиться с Хорнет, вошёл в книжный магазин в поисках красного зверя. Но прежде чем он успел что-то сказать, он почувствовал, как полукровка столкнулась с ним и упала на пол, плача и дрожа от страха.       «Красный зверь. Но что...»       «Он! Он!», — закричала Хорнет.       Сбитый с толку кузнечик посмотрел на группу насекомых, находившихся в комнате. Большинство из них были так же удивлены, как и он.       «Что ж, думаю, на сегодня хватит веселья», — рассмеялся Гримм и повернулся к Верм, - «Моя милая девочка. Гордость, которая переполняет меня, когда я созерцаю твою силу, уступает лишь моей привязанности к тебе. Ты ещё мала, но скоро алый огонь станет твоим слугой, и ты вознесёшься как королева», - затем он повернулся к своему слуге, - «Брамм, мы уходим. Не забудь вынести мусор, и я хочу, чтобы ты подготовил для меня ванну к моему приезду. Мне также нужны услуги Бакета, пожалуйста, свяжись и с ним тоже...», - и так далее. Длинный список просьб, которые только и делали, что перегружали старого жука.       Гримм вышел из магазина, даже не взглянув на кузнечика.       «Что не так с этой сумасшедшей девчонкой!»       «Судя по тому, что я вижу, у неё боязнь летучих мышей», — сказала Тобу, подходя ближе, - «Давай посмотрим. Милая, вставай»       Воровка осторожно и терпеливо помогла ей встать, а затем обняла, чтобы утешить.       «Дорогая... Тише, всё закончилось, эта уродливая летучая мышь с красными глазами исчезла. Тебе нечего бояться».       Постепенно Хорнет начала успокаиваться и перестала плакать, а потом и вовсе слегка икнула. Стинг смотрел на неё всё более раздражённым взглядом.       «Я не могу в это поверить! Знаменитый красный зверь, с которым я так хотел сразиться, оказался плаксивой девчонкой! Это невозможно!»       «Но... Но... Этот плакса... Два... Дважды надрала тебе задницу», — ответила Хорнет, всё ещё вытирая слёзы. Кузнечик яростно посмотрел на неё.       «Хватит! Я в бешенстве! Я не хочу больше ничего знать о воинах или наёмниках, и мне больше неинтересно быть самым сильным! Я возвращаюсь на ферму к родителям. Прощайте!»       Сказав это, насекомое улетело.       «Идиот!», — сказала ему Хорнет уже после того, как он отошёл достаточно далеко, чтобы не слышать её.       То, что последовало за этим, было вполне закономерно       Губернатор сказал, что позаботится о ремонте книжного магазина, а также о медицинских расходах пострадавших от нападения. Он также не забыл о своём обещании и выплатил Холлоу приличную сумму, на которую можно было наконец погасить долг за крышу.       Раздача автографов, очевидно, была отложена, но, к счастью, это не обернулось для Бретты негативной оглаской. Многие насекомые распространили новость о случившемся невероятном происшествии, которое вызвало большой интерес у публики, и многие пришли на встречу с автором только из-за этого.       Наконец-то у Хорнет выдалась минутка, чтобы спокойно поговорить с Бреттой и вручить ей купленный букет цветов. Она поблагодарила Верм за то, что она так тщательно его хранила. Бретта приняла подарок с огромной радостью и чуть ли не со слезами на глазах.       «Спасибо тебе, Хорнет», — сказала жук, — «Всего этого бы не было без твоей поддержки. Без тебя я бы никогда не осмелилась писать или делиться своими историями, а значит, не пережила бы всё это. Ты можешь поверить, что многие люди даже поблагодарили меня за то, что я написала свою историю? Я... Я очень счастлива, я никогда не думала, что люди смогут меня принять»       «У тебя очень хорошо выходит писать, Бретта. Было очевидно, что ты понравишься       людям»       «Спасибо», — сказала жучиха, слегка покраснев, - «Я... у меня тоже есть для тебя подарок», - жучиха достала из маленькой сумочки книгу, выпущенную ограниченным тиражом. Книга была подписана специально для Хорнет, - «Это тебе, я решила подарить её тебе, когда представится возможность».       «Спасибо», — радостно воскликнула Хорнет.       «А как же я?», — взволнованно спросила Тобу.       «Ничего для такой чёртовой воровки, как ты!» — сказала Хорнет, и её лицо тут же помрачнело.       «Эй, это несправедливо. Все хорошо закончилось благодаря мне и моей потрясающей армии жуков-голиафов»       «Они не были твоей армией! Они были твоими преследователями! И... Я больше не хочу всё это вспоминать. Мы просто вернёмся домой, хорошо? Чёрт... Эта паучиха просто невыносима»       Компания переместилась в Диртмаут, где, поболтав ещё немного, все попрощались и разошлись по домам. В ту ночь Хорнет была так измотана, что просто закрыла глаза и уснула, почти не двигаясь во сне.       На следующий день она, как обычно, приступила к своим повседневным делам. Однако вскоре она начала скучать по одному предмету, который получила всего накануне.       «Холлоу. Ты не видел книгу с автографом Бретты? Я не могу её найти»       И она никогда её не найдёт.       На небольшом плато в Воющих утёсах паучиха лежала и наслаждалась ветром, дующим ей в лицо. Обычно этого было достаточно, чтобы успокоить её и поднять ей настроение, но в этот раз этого было недостаточно, поэтому она попыталась выплеснуть своё раздражение в книге. Она засовывала лапки в каждую страницу и безжалостно рвала их, разрывая бумагу и навсегда портя книгу. Обрывки страниц уносило ветром, и они терялись в далёких землях, где их никогда не прочтут.       «Бретта замечательная, Бретта милая, Бретта очаровательная...», — бормотала Тобу себе под нос, - «Всё потому, что она прекрасно пишет, но бедную Тобу никто не любит. Всё потому, что она любит собирать то, что не принадлежит ей. Никто не благодарит её за то, что она утешает Бретту или приходит с армией жуков-спасителей. Неблагодарная принцесса, дочь распутного червяка...»       Она вырвала ещё три страницы и выбросила их на ветер. Она смотрела, как они плывут по воздуху, пока не скрылись из виду.       «Эх…», — вздохнула она, - «Мстить книге — это действительно глупо», - она ненадолго замолчала, глядя на разорванную страницу у себя между ног, а затем вырвала ещё одну, - «Какая разница! В любом случае любовные истории ещё глупее».