Hallownest Tales (Сказания Халлоунеста)

      Хорнет бежала по украшенным улицам Грязьмута в поисках своего отца. По словам сверчка, предполагаемый король Халлоунеста находился в коридоре жареного мяса. Он хорошо помнил, где это было, потому что именно там он купил еду.       Путь до места назначения не занял много времени. Как только она свернула за угол и вошла в зал, её обдало порывом ветра, и она мельком увидела призрака, который что-то причитал.       «Я не могу смотреть ему в глаза после того, что я с ним сделал».       Хорнет оглянулась туда, куда исчез призрак, но тот уже скрылся из виду, оказавшись вне досягаемости гвоздя снов.       Что могло так сильно его напугать? Теперь, преисполненная любопытством, она двинулась дальше по коридору и вскоре увидела «короля Хэллоунеста». Сомнений не было: почти ни один жук не мог сравниться с ним в росте, его длинные рога ясно указывали на благородное происхождение, а серебристо-шёлковый плащ, который был на нём, был уникален, потому что его соткала она.       «Биг!», — крикнула девушка.       «Хорнет...», — ответил вышеупомянутый хриплым шёпотом, едва слышным.       Насекомые, окружавшие его, расступились, пропуская её, но, хотя все восхищались этим огромным существом, никто не осмеливался заговорить с ним.       Теперь все перешёптывались, удивляясь присутствию красного зверя и тому, что она знала этого загадочного короля и разговаривала с ним так уверенно, что называла его по имени без почётных титулов. Однако никто ничего не говорил, и все сосредоточились на том, чтобы наблюдать за происходящим издалека.       «Что ты здесь делаешь, Биг? Разве тебе не следует... А!»       Как только Биг оказался рядом с ней, он нежно обнял её. Из-за разницы в размерах Хорнет выглядела как младенец. Девушке это совсем не понравилось.       «Отпусти меня, Биг! Я больше не ребёнок! Это смущает!»       Хорнет извивалась, пытаясь вырваться, но затем почувствовала лёгкое прикосновение к своим рогам, и это её успокоило. Она подняла голову и увидела одного из её братьев или сестёр, который сидел на плече у Бига и весело смотрел на неё.       «Вы... пришли вдвоём?»       В ответ юный сосуд указал за спину Бига. Хорнет опустила взгляд и увидела множество сосудов, которые смотрели на неё своими яркими глазами. Среди них она узнала Грина, который стал немного выше. Дети, стоявшие у ног старшего, были разного роста. Было заметно, что они находятся на разных стадиях роста.       «Сколько пришло с тобой?»       «Пятнадцать... »       «Я вижу... Их так много... Что они здесь делают?»       «Они слышали... о фейерверке... Они хотели его увидеть...», — ответил он шёпотом.       Хорнет внимательно посмотрела на своих братьев и сестёр. Кроме Грина, она не знала никого из них, хотя это было вполне объяснимо. Она сомневалась, что когда-нибудь сможет запомнить своих 10 528 братьев и сестёр. На самом деле она даже не была уверена, что они помнят друг друга. Скорее всего, нет, но им было всё равно, они знали друг друга как братья и сестры и относились друг к другу с теплотой. Этого было достаточно.       «Холлоу... Разве он... не с тобой?», — продолжал шептать великан.       «Нет, он... Теперь он, наверное, беспокоится обо мне. Меня якобы тошнит», — вздохнула она, - «Пойдём со мной, я отведу тебя к нему. Я уверена, он будет рад тебя видеть»       Поставив Хорнет на земле, чтобы она вела их, Биг с группой отправились по тропинке, которая вела к танцполу. Насекомые, мимо которых они проходили, наблюдали за ними, а некоторые даже кланялись, когда они приближались, что заставляло Хорнет нервничать.       В Глубинном Гнезде у королевы были очень близкие отношения с народом, хотя они и уважали её, и приветствовали каждый раз, когда она появлялась, но не испытывали к ней того болезненного почтения, которое было у подданных Бледного короля. Червю нравились величественные и грандиозные вещи. Херра была проще.       В любом случае, Бига, похоже, не беспокоило такое обращение, ему было всё равно, ведь он привык к этому с детства.       Через некоторое время они вышли на танцпол. Как только Биг ступил на площадку, музыканты замолчали, поражённые увиденным. Перед тем как музыка внезапно стихла, танцоры огляделись и, как и музыканты, тоже замолчали.       Сотни глаз были прикованы к этой группе. Немного напуганная Хорнет попятилась и инстинктивно спряталась за Бига. Одна из её сестёр подошла к ней и ободряюще взяла за руку. Девушка улыбнулась в ответ, но продолжала нервничать. Биг привлекал слишком много внимания. Что он собирался делать дальше?       Но великан разрешил ситуацию самым неожиданным и нелепым образом, какой только мог прийти ему в голову. Биг торжественно и властно поднял одну из своих рук в жесте, который ясно говорил: «Пусть вечеринка продолжается!» И под одобрительные возгласы жуков все продолжили веселиться. Даже музыканты, казалось, играли с большим энтузиазмом.       «Ух ты, думаю, из тебя получится отличный король», — сказала Хорнет, выходя из-за спины брата.       «Я... Я уже... Король...» — едва слышно прошептал Биг среди шумной толпы, - «Смотри...» Большой сосуд приоткрыл его плащ, обнажив часть чёрной кожи. Хорнет увидела любопытную эмблему, похожую на смесь клешни и короны, которая сияла чистейшим белым светом.       «Тавро короля?!», — глаза Хорнет расширились от удивления, - «Откуда оно у тебя? Разве не Холлоу является его носителем...»       «Он... Он отдал его мне... Он сказал... Что, раз я король... Я... Я должен его получить»       «О... Эта мысль настолько проста, что становится очаровательной», — сказала Хорнет, - «Но, думаю, в ней есть смысл. И это объясняет, почему все так легко тебе подчиняются»       В этот момент в толпе появился Холлоу и, как только увидел своих братьев и сестёр, радостно бросился их обнимать. Группа тепло приняла своего родственника. На самом деле, как только они увидели друг друга, они начали общаться тем странным способом, который был понятен только сосудам. На самом деле они «говорили» так быстро, что даже Хорнет с трудом их понимала.       После Холлоу маленькая летучая мышь подлетела к ним, немного удивлённая тем, что её «мамочка» внезапно оставила её одну. Увидев своего опекуна в окружении его братьев и сестёр, она очень удивилась. Сначала она обрадовалась тому, что у неё будет больше товарищей по игре, но вскоре потеряла интерес к группе, потому что её что-то отвлекло. Это гигантское существо внушительных размеров.       Верм недоверчиво прищурилась. Она тоже чувствовала ауру благородства и силы, которая окружала Бига, но её реакция на это сильно отличалась от реакции обычных насекомых.       Она тоже была потенциальной королевой, будущим высшим существом, и она не собиралась кланяться никому, даже этому светящемуся гиганту.       Малышка зарычала, бросая вызов Бигу, и легла на землю, расправив крылья, чтобы выглядеть ещё более устрашающе. Она также выпустила несколько огненных шаров, чтобы казаться ещё опаснее.       Но как только Верм бросила им вызов, перед ней возникли пять сосудов, выделяющиеся на фоне остальных, которые указали на неё своими гвоздями, явно защищая своего брата и короля.       «О боже... У тебя уже есть собственная королевская гвардия», — весело прокомментировала Хорнет.       «Они... Мои верные... Рыцари...»       То, что Хорнет сочла забавным, встревожило Холлоу. Её маленькая дочь была ещё слишком мала, чтобы бросать кому-то вызов, поэтому он поспешил взять её на руки и укутать в плащ, чтобы успокоить.       Верм всё ещё выглядела немного раздражённой, но забота опекуна немного успокоила её.       В этот момент появилась Тобу, которая, как и другие насекомые, при виде Бига выразила своё почтение. Поскольку она была так близко к нему, то предпочла поклониться и встала только тогда, когда Биг кивнул в ответ на её приветствие.       Всё ещё под впечатлением, паучиха молча подошла к Хорнет, не смея заговорить без разрешения великана.       «Тобу, расслабься, не нужно столько формальностей с Бигом. А где ты оставила Дэна? Он не с тобой»       «Он встретил на танцах другую жучиху и начал флиртовать с ней»       «О... Ух ты... А я думала, что Дэн  застенчивый парень»       «Ну, ему удалось покорить пчелиную матку, что-то у него, должно быть, и есть ...» Тобу и Хорнет мгновение смотрели друг на друга, прежде чем разразиться смехом. Братья помеси с любопытством посмотрели на них. Они не понимали, что в этом такого смешного.       «Ну, думаю, он уже не такой застенчивый, как при нашей первой встрече», — сказала Хорнет, переводя дыхание.       «...», — Холлоу потянул сестру за плащ, а затем указал на неё.       «Я избавила его от застенчивости?»       «...», — он продолжил жестикулировать.       «Что ж, возможно. Дэн всегда говорил, что я единственная, кто не защищала его, а относилась к нему как к равному. Думаю, это придало ему уверенности, в которой он нуждался»       Внезапно Тобу почувствовала, что кто-то наблюдает за ней, и, повернув голову, увидела одну из сестёр Хорнет, которая не сводила с неё глаз.       «Эй... Хорнет... Эта девочка...»       «Она одна из моих сестёр»       «Сестра?», - паук моргнул и огляделся, - «Все эти дети — твои братья и сёстры?»       «Все, даже тот высокий»       Тобу съёжилась на своём месте. Затем, вздохнув, она взяла себя в руки и посмотрела на маленькую девочку, которая подошла к ней и коснулась. Холлоу, изображая старшего брата, взял девочку за руку и отвёл её подальше от паука, а затем начал отчитывать её в своей обычной молчаливой манере. Девочка, которая выглядела немного непослушной, в свою очередь защищалась, отвечая жестами.       «Эй! Только не говори мне, что другие твои братья и сестры тоже не умеют говорить»       «Не совсем», - сказала Хорнет.       «Но... Может быть... Когда-нибудь они смогут...», - сказал Биг.       «Но каким же отвратительным был твой отец», — фыркнула Тобу, - «Если бы все дети, которых он собирался родить от своей жены, были немыми, ему не стоило бы заводить так много детей»       Биг угрожающе прищурился: он не собирался позволять кому-либо плохо отзываться о Черве. Тобу съёжилась, а Хорнет, видя, что ситуация может осложниться, вмешалась.       «Кхм... Обстоятельства, при которых родились мои братья и сёстры, были несколько необычными, и это довольно сложно объяснить. Лучше не будем об этом говорить. Да?»       Тобу молча кивнула, но Биг, похоже, всё ещё злился на неё. Тогда она попыталась втереться к нему в доверие и решила вести себя с малышами более дружелюбно.       «Привет, девочка, рада с тобой познакомиться... кажется, так. Как тебя зовут?"       «.....», - девочка, которая интересовалась Тобу, начала жестикулировать, называя своё имя.       «......», - Холлоу, очевидно, добавил несколько комментариев к речи своей сестры, но, конечно, Тобу ничего не поняла.       «Хорнет, пожалуйста ...»       «Девушку зовут Мила, и Холлоу сказал, что это он назвал её так»       «......», - Холлоу сделал еще несколько жестов.       «А? Ты назвал ее так в честь девушки, которая тебе понравилась? С каких это пор тебе кто-то нравится? И что с ней случилось?»       «......», - Холлоу свирепо посмотрел на Хорнет и провёл пальцем по шее.       «Ах... Я понимаю, извини, деликатный вопрос»       Верм больше следила за Бигом, чем за разговором остальных, но как только она услышала, что Холлоу кто-то нравится, она напряглась.       Он что, серьёзно? Её мама, её опекун, её партнёр. Неужели он думает о ком-то, кроме неё? Это привело её в ярость. Как он смеет? Он принадлежит ей, как и сказал её отец: хранитель ритуала должен всегда быть рядом с мастером. Как Брумм принадлежал своему отцу, так и Холлоу должен принадлежать ей, и в его сердце и мыслях не должно быть другого существа.       Желая наказать своего лакея за неверность, она бросилась на Холлоу и начала кусать его за рог. Ему не было больно, но ощущение того, что с него срывали маску, было неприятным.       Все запаниковали при мысли о том, что Холлоу может превратиться в тень на глазах у всех, поэтому пятеро малышей, которые подняли руку на Верм, сделали это снова. Когда ей пригрозили, она не испугалась и зарычала, вызвав появление в воздухе пары огненных шаров.       В этот момент Хорнет снова взяла ситуацию под контроль и схватила млекопитающее за шею. Затем она бросила на неё такой убийственный взгляд, что у Верм пропало всякое желание сопротивляться.       «Хватит!», — сухо бросила она.       И после этой эффективной отповеди ребёнок больше не беспокоил родителей. Однако в тот момент её поведение стало обречённым. Если бы они были более внимательны к ней, то смогли бы вовремя решить проблему и им не пришлось бы сталкиваться с такими серьёзными последствиями.       Вскоре они заметили, как мало времени осталось до полуночи, когда должно было начаться знаменитое шоу фейерверков. Как и говорили, его можно было увидеть в небе, так что не нужно было искать специальное место, чтобы хорошо его рассмотреть. Холлоу воспользовался возможностью и купил угощения для всех (на деньги своей сестры), а затем они пошли посидеть.       На окраине Грязьмута, скрытое от глаз смертных, бродило привидение, оплакивая и вспоминая славное прошлое, которое никогда не вернётся.       Как всё дошло до такого? Он всего лишь хотел, чтобы его королевство процветало, а люди продолжали восхвалять его как высшее существо. Что в этом было плохого? Насекомые были довольны им. Был прогресс, слава, легенды, наука — всё было идеально. Почему так не могло продолжаться и дальше?       Что ж, возможно, не всё в его наследии было идеальным. Он злоупотреблял властью, отбирая сады у мосскинов, чтобы отдать их своей королеве. Но та тоже не жаловалась! Она без особых сожалений присвоила себе это место, хотя, возможно, это был просто избыток энтузиазма от того, что после стольких лет жизни в пределах королевства у неё появилось такое прекрасное место.       Он печально вздохнул. Как он мог подумать, что принести в жертву своё потомство — хорошая идея? В тот момент он был в отчаянии, он ни о чём не думал, не принимал во внимание ничьё мнение, даже мнение своей милой Уайт, бедняжки... Несмотря на то, что корни естественным образом отделяются от своего потомства, ей было тяжело от того, что ей пришлось сделать. В тот момент он считал её слабой и сентиментальной... Теперь он очень сожалел об этом.       Но теперь ничего нельзя было сделать: он был мёртв, Уайт тоже, королевство погибло, и чувство вины терзало его сердце. Он никогда не простит себя и, вероятно, своих детей, особенно Бига.       Он не стыдился признавать, что Биг был его любимцем, и это было даже логично, учитывая, что он был единственным, с кем он жил, кого он добросовестно воспитывал и видел, как тот взрослеет. Вот почему ему было так жаль, что пришлось пожертвовать им. Но, как всегда, он повторял: «Любая жертва ради цели».       Он хотел бы набраться смелости, предстать перед Бигом, обнять его и попросить прощения.       «Что ж... Но что за несчастный человек появляется в этих глухих местах»       Бледный Король был начеку. Кто-то его видел! Это очень подозрительно, ведь он был мёртв. Никто не должен был его видеть, кроме мотыльков, из-за их особых способностей.       Почти со страхом он устремил взгляд туда, откуда доносился голос, и то, что он увидел, поразило его до глубины души: это была летучая мышь.       Возможно, это было связано с тем, что он принадлежал к тому же виду, что и Гримм, и был похож на него, но после первого впечатления различия стали более заметными.       Хотя существо было такого же роста, как и командир отряда, оно выглядело гораздо более потрепанным и старым. Его уши были слегка опущены, а глаза, вместо зловещего красного цвета алого пламени, имели более тёмный и мягкий оттенок.       В его позе было много гордости и элегантности, но и немного доброты. Зверь смотрел на призрака сочувственным взглядом, несмотря на свой смех, который в глазах короля выглядел несколько нелепо.       «Как...»       «Эти старые глаза видят больше, чем кажется», - сказала летучая мышь, все ещё улыбаясь.       «Летучая мышь!», - прошипел встревоженный король       Он боялся, что это чудовище нападёт на сотни жуков, пришедших на фестиваль, и устроит резню. Он уже собирался уйти, чтобы предупредить свою семью, когда чудовище остановило его.       «Прекрати, старик. Я не собираюсь никого есть», — сказал он довольно небрежным тоном, - «Эти кости уже давно не выдерживают охоты в таких условиях»       Король остановился и внимательно посмотрел на летучую мышь. Она действительно выглядела довольно дряхлой. Он сомневался, что она сможет нормально летать или что её когти смогут кого-то убить.       «Что ты здесь делаешь?», — сухо спросил король.       «Это моя работа. Мне платят за то, чтобы я развлекал, и я этим занимаюсь»       «Развлекал? Кого? Здесь никого нет»       «Это неправда, здесь много людей, но шоу, которое я предлагаю, лучше всего смотреть издалека.»       Внезапно старый червь удивлённо моргнул, что-то осознав.       «Фейерверк... Это твоих рук дело...»       «Именно так», — весело ответил старик, — «Я путешествую по разным королевствам, устраивая уникальное и незабываемое шоу, получаю плату и на эти деньги покупаю еду, которую больше не могу добывать сам»       Это заявление немного успокоило Червя: он не был опасен и больше не будет. Поэтому он решил воспользоваться возможностью и немного поболтать.       «Как ты можешь меня видеть?»       «Как?», — он задумчиво склонил голову набок, - «Как могу? Я даже не знаю. Это загадка!», — он слегка рассмеялся, увидев раздражённое лицо червя, - «Не то чтобы я не хотел тебе рассказывать, червь, мне не жалко поделиться своими секретами с мертвецом, которого никто не услышит, но даже я сам не знаю, почему вижу тебя»       «Как ты можешь не знать? Это врождённый навык или ты прибегнул к какой-то магии?»       «Я не знаю. У меня нет детских воспоминаний. Половина моей жизни — туманность. Я знаю только, что однажды я проснулся и не понимал, кто я, есть ли у меня семья, друзья, дом или что-то ещё. Я знал только, что меня зовут Грэм»       По какой-то причине эта история показалась королю знакомой, но он ничего не сказал. Грэм продолжал говорить.       «Помимо способности видеть мёртвых, у меня есть много других необъяснимых талантов, например...», - он щёлкнул пальцами, и на его ладони появилось алое пламя, - «Почему я могу создавать этот огонь? Понятия не имею, я просто знаю, что из-за этой способности меня отвергали во всех колониях летучих мышей, к которым я пытался присоединиться»       «О, мне очень жаль»       «Лучше ничего не говори, я знаю, что ты не жалеешь об этом», - сказала летучая мышь, всё ещё пребывая в хорошем настроении, - «Скорее всего, в глубине души ты считаешь, что я это заслужил. Конечно, я был ужасным чудовищем, наводившим ужас в прошлом, конечно, я злоупотреблял своей властью, конечно, я навязывал себя другим, конечно, я без всякой причины убивал тысячи невинных людей — вот что, должно быть, крутится у тебя в голове».       «...», - король молчал скорее для себя, чем для летучей мыши. Эти слова заставили его почувствовать себя ужасно, узнавая самого себя в этом описании.       «Но если я всё это делал... Я этого не помню. Хотя иногда, когда я прохожу мимо, многие смотрят на меня со страхом. Может быть, я был кем-то ужасным, я не знаю. Но я знаю, что сейчас я не плохой и не притворяюсь плохим. Знаешь? Я верю, что люди могут меняться как в лучшую, так и в худшую сторону. Возможно, ты совершил что-то ужасное, но если ты всем сердцем сожалеешь об этом и пытаешься искупить свою вину, то из всего этого выйдет что-то хорошее. Тебя не всегда будут прощать, но предполагается, что если ты начнёшь делать что-то хорошо, то будешь стремиться к самосовершенствованию, а не ждать признания. Верно? Так что, мистер призрак, почему бы вам не перестать мучить себя и не отправиться в следующую жизнь?       «А? Всё это...»       «Эта речь обращена к тебе, чтобы ты пришёл в себя и сделал то, что должен сделать. Пожалуйста, ты мёртв, и в твоём состоянии ты не сможешь решить проблемы мира. Я вижу, что ты о чём-то сожалеешь, но я не знаю почему. Я не знаю, что ты сделал, но этого достаточно. Тебе не стоит бродить здесь и сокрушаться...»       «Ммм... Я подумаю над вашим советом, большое вам спасибо», — перебил его король.       Червь не мог не раздражаться из-за того, что эта старая дряхлая летучая мышь читала ему нотации. Как он смеет? Он был Бледным Королём, самым... В одно мгновение он снова начал зазнаваться, и это вышло из-под контроля. У него не было причин, он был упрямым.       Ему потребуется ещё какое-то время, чтобы почувствовать себя готовым отправиться в иной мир. Но, по крайней мере, в тот момент он решил стать лучше и исправить то, что мог, из своих прошлых ошибок. Он был в долгу перед своим потомством.       «О, чёрт, как же поздно», — сказал Грэм, глядя на луну, - «Пора начинать представление» Летучая мышь почти вприпрыжку направилась к месту, где росли толстые стволы с заострёнными верхушками, под каждым из которых был фитиль.       «Извините, если я слишком много говорил», — сказал Грэм, и в одной из его рук вспыхнула искра, - «Большую часть времени я провожу в одиночестве, мало кто хочет со мной общаться, поэтому, когда у меня появляется возможность, я говорю, пока не закончатся слова»       «Чем ты занимаешься?» — спросил червь, заинтересовавшись загадочными коробками Грэма.       «Это? Это фейерверки. Эти патроны начинены порохом и солями металлов, и с помощью моей удивительной способности создавать огонь я их поджигаю», - он поднёс огонь к фитилю, и тот начал гореть, - «Затем они взрываются», - основание патрона взорвалось, подняв его на большую высоту, и раздался резкий грохот, - «И эти металлические соли высвобождаются в небе, вызывая цветные взрывы».       У короля была возможность полюбоваться ярко-красным огненным цветком, который распустился в небе и светился несколько секунд, прежде чем исчезнуть. За всю свою долгую жизнь он никогда не видел ничего подобного. Он потерял дар речи.       «У меня есть и другие цвета», — просипела летучая мышь, зажигая ещё два фитиля.       На этот раз взрыв был серебристым. Король не смог сдержать стон: серебристый и белый были его любимыми цветами.       «Это... Это прекрасно!», - восхищённо произнёс король, - «Как ты смог создать нечто столь чудесное? Что это за вещество — порох? Тебе стоит подумать о том, чтобы поделиться этим с другими... »       «Нет», - твёрдо сказал Грэм, поджигая ещё один фитиль и принимая серьёзный вид, -      «Рецепт пороха я узнал от высших богов, и даже они не знают, как правильно с ним обращаться. Порох позволяет создавать такие чудеса, как фейерверки, но он также является орудием смерти и разрушения. Эти небольшие контролируемые взрывы могут быть масштабными и смертоносными. Некоторые используют их для истребления. Я не хочу, чтобы мирный мир насекомых был запятнан этим зловещим изобретением. Я унесу секрет пороха в могилу, я уже решил это»       «Понятно...», - король, казалось, был несколько разочарован, - «Но если бы ты поделился этим секретом, многие бы тебя хвалили и восхищались тобой...»       «Неужели так важно, чтобы тебя почитали?», — проскрипела летучая мышь, снова улыбнувшись.       «Нет... Думаю, нет», — наконец сказал король, поразмыслив секунду.       Цветы, излучающие свет, озарили небо, к радости сотен насекомых в Грязьмуте. Это было чудесное зрелище, о котором говорили неделями, уникальный опыт, который они никогда не повторят. Посреди ночи, во время вечеринки и праздника, все остановились, чтобы посмотреть вверх и полюбоваться чудесами, которые разворачивались в небе.       В ту ночь Зот на несколько минут перестал рассказывать о своих вымышленных приключениях. Гримм смог восхититься кем-то, кроме себя. Брумм слегка улыбнулся под маской. Бретта оторвалась от подарков, которые принесли узнавшие её фанаты. Королева пчёл приостановила продажу напитков. Старейшина почувствовал себя на несколько лет моложе...       На прочной крыше дома семейство насекомых, как и все остальные насекомые, любовалось великим очарованием ночи. 16 малышей, король, принцесса и огненный демон. В тот момент их переполняли самые разные чувства, но превыше всего были радость и уверенность в том, что они находятся там, где должны быть, в окружении своих близких.       Однако один из них на мгновение погрустнел, вспомнив об отсутствии любимого человека.       «Квирелл, как бы я хотела, чтобы ты был здесь и увидел это. Где ты теперь...», — пробормотала Хорнет.       С момента фестиваля в Грязьмуте прошло уже несколько дней, и всё вернулось на круги своя. Поэтому Хорнет снова отправилась в ткацкую мастерскую, чтобы взять пару катушек для своих новых уроков ткачества. Как и в прошлый раз, Тобу сопровождала её.       «Поскольку на этот раз я беру две катушки, я выбрала несколько маленьких. Думаю, этого будет достаточно, чтобы сплести скатерть с узорами, верно?», — спросила Хорнет.       «О да, не волнуйся, тебе более чем достаточно изучить основы», — ответила паук, - «Тогда ты сможешь попробовать себя в других вещах, например в гобеленовом деле или в чём-то ещё».       «Отлично»       «Эй, Хорнет, не могла бы ты посчитать, сколько катушек у тебя осталось? В прошлый раз ты сказала, что сделаешь это»       Услышав это, Хорнет замерла на месте, а затем на мгновение заколебалась. Она не обернулась, чтобы посмотреть на неё, и просто сказала:       «Мы сделаем это в другой день», - сказав это, она поспешила выйти.       Тобу раздражённо фыркнула. Было очевидно, что Хорнет не хочет раскрывать правду. Она была уверена, что та что-то подозревает, но не хочет сталкиваться с проблемой лицом к лицу. Но она не могла заставить её, это было личное дело. Однако она не собиралась оставлять без внимания то, что там, чёрт возьми, происходит. Поэтому она подождала, пока Хорнет отойдёт достаточно далеко, чтобы её присутствие не было заметно, и заговорила вслух.       «Она ушла! Выбирайся! Я знаю, что ты здесь!»       Послышалось несколько шепотков и щелчков, и группа существ стала подбираться всё ближе и ближе к воровке, пока не оказалась прямо перед ней.       «О... Ты нас нашла», — сказал ткач со злорадной улыбкой.       «Да ладно, это было не так уж сложно. Ты правда там спрятался?»       «Ну, не думаю, что мы так уж плохо спрятались, — ответил другой паук, — «Принцесса нас так и не заметила»       «Не думаю. Хорнет очень проницательна. Наверное, она не хочет смотреть правде в глаза, может быть, ей даже больно от того, что вы сами к ней не выходите»       «О, как нам жаль», — сказал третий паук, — «Но как бы нам ни было больно, мы не можем встать перед ней, мы не можем признать её нашей королевой».       «Это потому, что она полукровка, верно?» — с некоторым сожалением в голосе сказала Тобу.       «Полукровка? О, конечно, нет, нам всё равно, что у неё смешанная кровь», — повторил первый паук, - «Здесь, в Халлоунесте, полукровок всегда принимали почти во все племена (кроме богомолов). Большая проблема была в том, что она не умела вязать»       «Ты не признаёшь её королевой, потому что она не умеет ткать?», — недоверчиво спросила Тобу.       «Эй, мы — племя ткачей, наш лидер должен уметь ткать»       «А почему ты её не научил?»       «Потому что, если бы мы это сделали, то не смогли бы устоять перед искушением принять её и служить ей, ведь она прирождённый лидер»       «Вы и правда непростые ребята»       «В любом случае, мы очень благодарны тебе за помощь, которую ты оказала принцессе. Теперь она на пути к тому, чтобы стать великой ткачихой. Поэтому мы просим тебя завершить обучение и дать ей достаточно знаний для проведения последнего ритуала ткачества»       «О. Значит, у вас тоже есть такая традиция?», — Тобу выглядела несколько удивлённой, - «Там, откуда я родом, последнее испытание для ткачихи — соткать гобелен и повесить его на главной стене своего дома. Чтобы её признали настоящей ткачихой, она должна пригласить всех соседей посмотреть на её работу»       «Да, именно так, это ритуал. Когда мы увидим гобелен, висящий на стене её дома в Далёком городе, мы представимся ей и будем служить ей как нашей новой королеве. А до тех пор, пожалуйста, позаботься о Хорнет. Хорошо?»       «Но...»       Прежде чем Тобу успела что-то повторить, пауки сбежали, оставив её в полном одиночестве.       Воровка печально опустила голову. Учить Хорнет уже было особо нечему, она быстро училась и была очень целеустремлённой. Девушка была в одном шаге от того, чтобы стать королевой, и она... Она была простой простолюдинкой, которой вскоре предстояло отправиться в последнее путешествие.