Тишина под кожей

Гарри встретил её не в министерском кабинете, а в пабе а самом конце Косого переулка. Она сама предложила, чтобы неофициально и без лишних глаз и он пришёл вовремя и без формы. Просто Гарри. — Звучит как начало революции, — сказал он, когда она закончила. Гермиона чуть улыбнулась. — Не революции, скорее сети или фундамента. Того, что не зависит от голосований. — Ты хочешь уйти? Она кивнула. — Из Министерства определенно да. Я больше не могу делать вид, что это работает. Хочу попробовать с другой стороны. Без бессмысленных судебных войн, без тонн пергамента, который никто не читает. Просто создать точку опоры. Что-то, что поможет тем, на кого всем наплевать. — И ты хочешь, чтобы я это поддержал? — Я хочу, чтобы ты понял. Ну и чтобы, если спросят, то не закрыл дверь. Гарри молчал и привычно мял салфетку в пальцах, как когда-то пергамент перед экзаменом. — Ты удивляешь меня, — тихо сказал он. — Я ждал, когда ты перестанешь воевать… но, судя по всему, тебе это просто нужно. — Я не смогу просто работать без смысла, без результата. Просто сидеть и смотреть, как всё, за что мы сражались, умирает под давлением министерской бюрократии. Он вздохнул. — Каждый шаг должен быть выверен. Ты понимаешь, что это может обернуться против тебя? — Я не собираюсь делать это одна. Официально это будет благотворительный фонд. Я уже пишу бывшим коллегам, знакомым. Есть те, кто помнит войну, как и те, кто ещё не разучился хотеть лучшего. А внутри я буду формировать сеть. — А деньги? — С пожертвований, с малого. Я просто хочу начать. Пусть это будет капля в море, но будет. Он откинулся на спинку стула и тихо усмехнулся. — Знаешь, мне кажется, это уже традиция. Помнишь ГАВНЭ на четвёртом курсе? Я всегда первый, кто вкладывается в твои идеи. В этот раз правда про собственному желанию. — Гарри... — Пусть будет официально. От меня, как от частного лица. И я хочу, чтобы ты начала с оборотней. Она приподняла брови. — Почему? — Потому что мой крёстник недавно пришёл домой в слезах. Кто-то сказал ему, что его отец был монстром. — Гарри смотрел мимо неё. — Я могу победить Волан-де-Морта, но не страхи и предрассудки, которые передаются по наследству. Она опустила взгляд. — Я начну с этого. Терапия, просвещение, поддержка семей. — Я с тобой. Он поднял кружку чая. — За твою борьбу. Даже если я немного в шоке от того, какую форму она приняла. Она легко стукнулась своей чашкой о его. — Я просто начала играть по другим правилам. Он чуть улыбнулся. — Главное, чтобы ты оставалась собой. Ни на что не намекаю, но… чувствую его влияние на тебя. Не говорю, что плохое, но просто замечаю. — Я остаюсь собой, только теперь не хочу быть пешкой.