Второй шанс

      Утро выдалось тихим, слишком тихим. Тёплый свет солнца пробивался сквозь занавески, мягко ложась на пол и стены, но в комнате всё ещё висел лёгкий холод прошедшей ночи.       Эграссель медленно открыл глаза и, задержав дыхание, почувствовал, что рядом никого нет. Лололошка уже ушёл. Нехотя потянувшись, он сел на постели, проведя рукой по смятой ткани, где ещё оставалось едва уловимое ощущение тепла.       Он знал, что Ло никогда не прощался громкими словами. Он просто действовал.       Встав с кровати, Эграссель медленно направился на кухню, и там, на столе, его ожидало небольшое блюдо, оставленное Ло. Еда была простой, но аккуратно приготовленной, с той внимательностью, которую Лололошка редко показывал внешне, но всегда проявлял в деталях.       Эграссель на мгновение замер, затем с лёгкой улыбкой провёл пальцами по краю тарелки. Этот жест был простым, но в нём было что-то важное.       Любовь. Забота.       Он медленно сел, наслаждаясь каждым кусочком, позволяя себе не спешить. Вкус был привычным, но в нём чувствовалось тепло, которое делало этот завтрак особенным.

***

      Позже, когда солнечный свет стал чуть ярче, Эграссель направился к Междумирке.       В глубоком гроте, на окраине его родного мира, куда, не обладая даром Искры, попасть было практически невозможно.       Охваченный золотым светом своей магии, Эграсса появился совсем рядом с великим существом. Она всё ещё была жива, существовала между реальностями и состояниями жизни и смерти, но теперь больше не отвечала. Её присутствие ощущалось иначе, будто часть её души замерла, оставив лишь оболочку вечного существа.       Эграссель не пытался получить ответ.       Он просто сел рядом, облокотившись на её массивное тело, чувствуя холод, исходящий от неё. Этот холод не был жестоким — скорее, он напоминал о её сущности, её бесконечном существовании, которое теперь казалось лишь тише, чем раньше. — Спасибо.       Слова прозвучали негромко, но они растворились в воздухе, словно отзываясь на нечто большее, чем просто тишина вокруг.       Благодарность за возможность всё исправить. За шанс изменить прошлое, не разрушая его.       Эграссель провёл ладонью по её поверхности, будто благодаря. Она больше не отвечала, да и никогда не ответит — такие манипуляции со временем и пространством расходуют много сил. Но её присутствие всё ещё давало ощущение, что она знает, помнит, понимает.       Её молчание не было пустым, оно просто было. — Не знаю, слышишь ли ты меня. Не знаю, воспринимаешь ли мои слова. Но знаешь... мне сейчас не так важно получить ответ.       Слова будто растворялись в воздухе, становились частью этой тишины, густой и мягкой, такой редкой в последние дни. Эграссель чуть прикрыл глаза, позволяя себе выдохнуть. — Я отправлюсь с Ло путешествовать по мирам. Будем искать… что-то большее, чем то, что мы знали раньше. Может, просто будем помогать несчастным, исправлять несправедливости. Может, когда-нибудь встретим нечто, что не нужно спасать, не нужно разрушать.       Он проводит пальцами по ткани одежды, чувствуя нервное напряжение в руках, но продолжает говорить. — Надеюсь, я не ошибся, поступив с отц… Тадмавриэлем так… Но лучше жалеть о сделанном, чем о не сделанном, да?              Нервный смешок срывается с его губ, короткий и резкий. — Сейчас мы планируем разобраться с Лукием, в конце концов, он же тоже тот ещё мерзавец, да?       Эграссель начинает теребить рукав своих одежд, взгляд его рассеянно блуждает по форме облаков. — Нервничаю и волнуюсь по поводу Первых... Надеюсь, они не будут задавать вопросов о моих решениях и каких-то переменах. Иначе та фигура накажет меня, да? Кажется, его зовут Смотрящий?       Его пальцы находят прядь волос, он медленно наматывает её на палец, словно пытаясь отвлечься, замедлить поток мыслей, остановить их хоть на секунду. — Ещё я очень рад снова видеть Ло. Ах, как же я его люблю! Он такой… Такой! Даже словами не передать! Мне так его не хватало!       На мгновение он улыбается, настоящей, искренней улыбкой.       Тишина вокруг него кажется почти уютной. — Давно надо было это сделать. Буду приходить ещё... Мне знакомо одиночество, поэтому хочу хоть немного скрасить твоё.       Он медленно проводит пальцами по холодной поверхности, словно завершая мысль, ощущая её, принимая её. — Просто хотел сказать тебе это. Просто… спасибо.       Она молчала.       Но Эграссель чувствовал, что она слушает.       И, пожалуй, этого было достаточно.