Лондон не слушает

Римус недовольно заворочался, сбивая рукой будильник с тумбочки. От этого он не перестал верещать, только отдалился и усложнил процесс выключения. Римус к этому привык. Как можно не привыкнуть, за столько лет?  Привык ступать на холодный— уже, слава богу, не мокрый— пол, сонно чистить зубы и заходить в пустую, одинокую кухню.  В ноги все еще отдавались следы вчерашнего потопа, ровно так же как и в голову, что разрывалась от боли и глупой, не греющей сердце, мысли— «Новый повод зайти к тебе завтра». Да больно оно ему надо, компания этого олуха. До него у него всё было еще хоть капельку, но хорошо, а теперь Римус остался босиком. Не буквально, конечно. Но без своих книг, он снова ощущал себя беспомощным мальчишкой, что рвано глотал слезы перед разорванной тетрадкой с стихами. В голове раздался звон, когда в дверь кто-то застучал. Чересчур громко для семи утра и расшатанной нервной системы Римуса.  Он встал, недовольно поморщившись, и босыми ногами пошаркал к входной двери.  Открыв дверь он чуть не ударил ей в сонного Сириуса с двумя кружками кофе в руках— одна с молоком, другая чистая— и упаковкой зефира в зубах. Он улыбался, стоя в широких домашних штанах, растянутой футболке с Queen и небрежным пучком, заколотым азиатской палочкой для еды, руки и шея были изрисованы татуировками. И на секунду Римус засмотрелся на небольшого дракона на шее Сириуса.  — Bonjour,— сонно пробормотал он, без спроса протискиваясь мимо Римуса в квартиру,— как и просил— чистый кофе. Никакого молока, сахара и малейшего намека на радость и светлое будущее.  Римус тихо закрыл дверь. Прошёл на кухню, где уже дымилась кружка, а Сириус что-то напевал себе под нос. Внутри что-то дрогнуло, но он не позволил себе улыбнуться. Только сел напротив. — Я не думал, что ты придёшь,— Римус словил чашку, которую Сириус подтолкнул к нему, так что та проскользила прямо ему в руки.  Сириус пожал плечами, разрывая упаковку с зефиром.  — Я всегда держу слово,— он откусил кусок зефира и улыбнулся, умиротворенно прикрывая глаза и постукивая пальцами по столу. Римус отпил кофе, чуть поморщился — горячий, аж непривычно. Ему не хотелось спорить. Но и соглашаться тоже. В конце концов, он не знал этого человека. Разговаривал с ним второй раз в жизни.  — Знаешь, я всегда прихожу к нуждающимся,— Сириус усмехнулся и закинул ноги на соседний стул, наплевав на рамки приличия.— Не потому что герой. Просто дурак. Но стабильный дурак, прошу заметить,— заключил он делая глоток кофе.  Римус фыркнул и тоже сделал глоток. Вообще-то, вкус ему не нравился. Так же как и вся его жизнь, впрочем. Но кофе всегда бодрил и отрезвлял с утра. Возвращало в унылую реальность.  Он взглянул на Сириуса. Усталый взгляд, всё ещё настороженный, но уже без прежней колкости, встретился с ярким, жизнерадостным, хоть и сонным.  Сириус подмигнул ему и похлопал себя по карманам домашних штанов, в поисках, видимо, пачки сигарет, которую в последствии вытянул.  Римус наблюдал за ним с непонятными чувствами. Смесью отторжения и непринятия, и внутреннего умиротворения, какого не было давно. Римус не мог отрицать, что его надоедливый сосед был красив. Невероятно, кстати.  Подтянутый, бледный и с аристократичными чертами лица. И вся эта красота бесила Римуса. Бесила так, что тот разглядывал его чуть ли не с открытым ртом, почти что пуская слюни. Одиночество плохо влияет на людей. — Черт…— Пробормотал Сириус с сигаретой в зубах,— у тебя спичек нет? Я кажется посеял свои где-то…— Он недовольно выдохнул.  Римус встал, молча уходя в коридор, чтобы взять коробку спичек из кармана пальто. Но когда достал, то обреченно выдохнул.  Мокрые. Такие же мокрые как и все остальное, что не успело высохнуть за ночь.  Он вернулся в кухню и кинул мокрый коробок на стол, недовольно хмурясь. Эти спички ему напомнили его самого— мокрые на столько, что даже если высушить— не загорятся.  — Промокли,— коротко кинул Римус и отвернулся к кухонным шкафчикам, что бы найти запасной коробок.  Сириус наклонился, поднял коробок, потряс его и кивнул, пару секунд рассматривая его. Через секунду он издал смешок, второй, и вот он уже заливисто смеялся, откидываясь на стуле. Что такого смешного он нашел? Римус поджал губы. Он искренне надеялся, что Сириус смеялся ни с него. Ни с того что он взрослый человек, а до сих пор не может выговорить букву р.  Сириус смеялся легко, от души, будто и правда нашёл в этом мокром коробке нечто по-настоящему остроумное. И в какой-то момент Римус заметил, как этот смех стал распространяться по комнате, как утренний свет — сначала осторожно, робко, а потом уверенно, заполняя каждый уголок. Даже в нём самом он почувствовал лёгкий сдвиг — будто щёлкнул тумблер, и в сердце мелькнул слабый, почти неуловимый отблеск тепла. — Прости, — выдохнул наконец Сириус, вытирая глаза, — просто... ты и эти спички — одно лицо. Серьёзное, грустное, но если посмотреть чуть дольше — становится как-то по-доброму смешно. Ну, ты понял.  Римус нахмурился и недовольно закатил глаза.  — Я похож на клоуна?— Огрызнулся он и сел обратно за стол, нагло беря зефир который только что откусил Сириус.  — Нет. Нет, прости,— Сириус кивнул сам себе и затянулся, выдыхая дым прямо в лицо Римусу.  До невероятного наглый человек. Растянулся у Римуса на кухне как так и надо, курил, говорил с ним так, будто они знакомы как минимум пару лет и он бывает в этой квартире чаще чем в своей, будто не уничтожил вчера пол его жизни, будто он не бесит Римуса до побеления костяшек.  Римус выдохнул и разжал кулаки, которые все это время неосознанно сжимал. Наверное это было очень нагло, но он настолько устал от всего этого, что забрал сигарету прямо из зубов Сириуса, тоже делая затяжку.  Возможно не зная контекста это ситуация показалась бы ему сказкой. На завтрак— кофе с зефиром и сигаретой, вместо привычного стакана воды. Рядом не сквозняк и плесень на апельсине, а невероятно привлекательный и притягательный мужчина. Но если всматриваться в контекст— у Римуса сжималась челюсть. Всё это было бы до смешного красиво, если бы не было так абсурдно. Было бы идеально, если бы этот невероятно привлекательный и притягательный мужчина— не был его соседом Сириусом Хрен-его-знает-какая-фамилия. Его соседом, который шумит, ездит под окнами на мотоцикле. Который, черт возьми, вчера облил его водой. На улице и дома. Который затопил его единственное убежище, убил его книги, его бесценные романы, что существовали в одном экземпляре каждый.  — Та книга, что я вчера забрал,— сказал Сириус через какое-то время, будто читая мысли Римуса,— о чем она?  Римус вздохнул, снова делая глоток кофе. Казалось, наглость этого человека безгранична.  — Фэнтези об оборотнях,— Римус кивнул сам себе.  — Увлекаешься мифологией?— Спросил Сириус повторяя жест за ним и делая глоток.  — Да. С детства,— Римус пожал плечами и опустошил чашку. Он понимал свои истории. Ощущал их каждой клеточкой тела.  Он сливался с главными героями. Был чужим среди своих, никому не нужный. Он не желал углубляться в эту тему. Объяснять ему, незнакомцу, почему с детства он выбирал именно такие истории, почему в каждой из них находил кусочек себя, — нет, на это у него не было сил, да и времени тоже.  Сириус на мгновение задумался, качнувшись на стуле. Его лицо стало серьёзным, почти задумчивым. — Знаешь... — начал он медленно, перекатывая сигарету между пальцами, — в этом что-то есть. Быть оборотнем — это, наверное, чертовски больно. Но в то же время — чертовски круто. Всегда есть возможность порвать всех, кто тебя бесит. Римус выдохнул, улыбаясь уголками губ. Парень перед ним был идиотом.  — Наверное так оно и есть,— Римус последний раз обвел пальцем по краям уже пустой кружки и кидая взгляд на часы, встал из-за стола.— Что ж, спасибо за завтрак, но тебе пора. Я должен быть на работе через час.  — Почему ты не печатаешься?— Спросил Сириус, вместо того что бы начать уходить.  Римус застыл у раковины и сглотнув комок в горле, что появился за секунду, он закусил губу.  — Тебе пора,— выделяя каждое слово сказал он, практически рыча.  — Не закипай.— Сириус улыбнулся и поднял руки в примирительном жесте.— Тебя подвезти? Где ты работаешь?  — Дойду и сам. Спасибо,— Римус помыл чашку и поставил её перед Сириусом, дергая бровями вверх и намекая на то что ему пора уходить.  — Ты уверен, что хочешь идти пешком по такой погоде?— Сириус оглянулся в окно и тут же многозначительно поджал губы.  За окном как всегда была слякоть и мелкий дождь.  — Уж лучше, чем разбиться на мотоцикле.— Съязвил Римус. — Ну как знаешь,— сказал Сириус поднимаясь из-за стола, но чашки не забирая.— Я всегда рядом. Если все таки не захочешь мокнуть— постучи.— Сказал Сириус уже на пороге квартиры и в последний раз улыбнувшись, помахал на прощание и вышел. И Римус остался в квартире один. За Сириусом из его квартиры выскользнула даже та малая крупица тепла. Римус замер на мгновение, прислушиваясь к гулкой пустоте. Потом медленно подошёл к окну. За стеклом всё ещё моросил мелкий дождь и он уже представлял его последующий рабочий день. Полный идиотов, что решили почувствовать себя революционерами и умниками, купив «Белый шум» или очередную книгу Терри Пратчетта. Вокруг Римуса все были идиотами, конечно же. Именно поэтому ему никто не нужен. Потому что лучше быть одному, чем сосуществовать с идиотами.  Заключив эту мысль у себя в голове как цитату дня, Римус кинул последний взгляд на кухню, всё еще пахнущую сигаретами и кофе, и вздохнув пошел собираться на работу. День обещал быть не таким уж и плохим.