Лондон не слушает

— Хорошего дня,— Римус вымученно улыбнулся  очередному клиенту, но тут же померк, как только тот вышел за дверь.  После вспышки энергии во вторник он мрачнел все больше с каждым днем и уже к пятнице даже плесень на апельсине казалась живее чем он. Сириус не объявился даже за чашками, а Римус был слишком горд, чтобы занести самому. Тем более, ему то что? Сириус всего лишь очередная его проблема. Яблочная шкурка застрявшая в зубах.  Римус устало опёрся локтями на прилавок, уткнувшись лбом в скрещённые руки. Магазин был пуст— ближе к концу рабочего дня магазин превращался в пристанище зомби, где из живых была только Кейт и растение у кассы. Себя к живым существам магазина Римус не причислял.  За окном моросил дождь, лениво стекая по стеклам, стирая очертания улицы до размытого серого полотна и Римус даже позволил себе засмотреться на стекающие по окну капли и ни о чем не задумываться.  К черту его книги, они все равно не были нужны никому кроме него. Грязные и порочные— как однажды сказал ему отец когда случайно увидел. И Сириуса к черту, с этим своим зефиром и безмолвным обещанием прийти еще, которое Римус сам себе придумал и сам же и расстроился, от того что Сириус его не сдержал.  — Мистер Люпин. Римус дернулся от неожиданности и повернулся на Кейт, что уже стояла собранная идти домой.  — Сколько раз говорил— просто Римус,— он отошел от прилавка.  — Хорошо, Римус,— Кейт улыбнулась и заправила прядь волос за ухо. Где-то за спиной Римуса раздался колокольчик, оповещая, что в магазин кто то вошел, но он не повернулся, занятый тем что делал вид что ищет ключи, только что бы не встречаться с Кейт взглядами. Девушка перед ним кашлянула и снова заговорила. — У тебя есть планы на вечер? Я думала, может, если ты не занят, то сходим куда-нибудь? Все таки пятница и завтра выходные…— Кейт миловидно улыбнулась, но тут же дернулась, когда рядом с ней опустилась тяжелая рука с серебряным кольцом на безымянном пальце.  — Прости, милашка, сегодня он занят. Римус тут же повернулся на голос и застыл. Небольшая улыбка тут же тронула его губы, но он постарался её скрыть хмуря брови.  Сириус стоял всё в той же кожаной куртке и черных рваных джинсах. Волосы растрёпаны, на щеке свежая царапина — будто он опять—   Римус был уверен, что Сириус постоянно куда то влипает— влип в какую-то неприятность, но, судя по его довольной физиономии, это его ничуть не тревожило.  Кейт перевела взгляд с Римуса на Сириуса и обратно, пытаясь разобраться кто это.  — Мой сосед, Сириус,— кивнул Римус хватая пальто с вешалки.  Если честно, он был рад, что Сириус спас его от необходимости снова отказывать Кейт в совместном времяпровождении.  — Что ж, ладно. Значит как нибудь в следующий раз,— Кейт слабо улыбнулась и зарывшись в свой шарф поглубже, поспешно вышла из магазина.  Дверной колокольчик опять звякнул, оставляя их вдвоём. На несколько секунд повисла тишина, нарушаемая только шорохом дождя за окнами. — Ты всегда будешь так эффектно портить мне личную жизнь? — устало спросил Римус, наконец заставляя себя отвернуться и начать собираться.  — Да брось, я видел просьбу о помощи в твоем выражении лица. Она совсем тебе не нравится,— Сириус усмехнулся и положил голову на руку.— Так зачем сопротивляться мне?  Римус тихо вздохнул, застёгивая пальто, и мимоходом проверил — всё ли выключено в магазине. — Может, потому что я не привык, чтобы кто-то... — он замялся, подбирая слова, — решал за меня. — Это не решение, — лениво протянул Сириус, скрестив руки на груди. — Это спасение. Поверь, когда-нибудь ты ещё скажешь мне за это спасибо. — Сильно сомневаюсь, — пробурчал Римус, выключая свет. Сириус молча дождался, пока тот закончит, а потом, словно это было само собой разумеющимся, распахнул перед ним дверь. — Ну согласись, она даже не такая уж и привлекательная,— сказал Сириус, наблюдая за тем как Римус закрывает двери на ключ.— Миленькое личико, да и всё. А где грудь, где хоть какой то намек на страсть?!— Сириус взмахнул руками, будто был возмущен внешним видом Кейт и Римус закатил глаза.  — А тебе лишь бы было за что подержаться? Она девушка, Сириус. И она… Просто не в моем вкусе,— Римус уже хотел было идти в сторону дома, но Сириус схватил его за рукав, разворачивая совершенно в другой бок.  Римус скривился.  На парковке перед книжным стоял тот самый, ненавистный Римусу, мотоцикл. Черный, громоздкий и невероятно шумный.  — Я на этом не поеду,— Римус аж побледнел. Уже представлял как эта вся махина вместе с ним полетит в соседний дом, когда их занесет на повороте.  Сириус, напротив, улыбался так широко, что казалось, его переполняло невыразимое счастье. — Давай, не ломайся, — подмигнул он, подходя к мотоциклу и ловко снимая с руля второй шлем. — Сегодня вечером — только ты, я и ветер. О, и китайская еда, разумеется.  Римус смотрел на него в упор. Всё внутри него кричало "нет" — нет этим спонтанным поездкам, нет риску, нет очередным иллюзиям, что Сириус набивается к нему в друзья. Но тело будто жило отдельно, напоминая о тёплой чашке кофе, о мягком утреннем смехе, о зефире в дождливую кухню.  — Если мы разобьемся, я достану тебя и после смерти,— пригрозил Римус и осторожно взял шлем из рук Сириуса, с опаской поглядывая на Харлей.  — Замётано,— Сириус усмехнулся. Они сели — Римус крайне неуклюже, проклиная каждый момент жизни, который привёл его к этому решению. Сириус только молча хмыкнул, заводя мотоцикл, и двигатель заурчал, словно довольный зверь. — Держись крепче, Шекспир, — бросил он через плечо. И прежде чем Римус успел возразить, мотоцикл рванул вперёд. Римус вжался в Сириуса, руками хватаясь за его куртку до побеления пальцев. Он чувствовал будто вот вот потеряет сознание и вылетит куда то назад. Так еще и в очередной поворот Сириус влетел чуть не соскользнув с дороги и Римус был уверен, что на секунду все таки потерял сознание. Совершенно точно.  Они доехали чудом. Или по воле какой-то высшей силы, у которой к вечеру появилось хорошее настроение. Римус спрыгнул с мотоцикла, едва не потеряв равновесие. Ноги дрожали, как будто он прошёл марафон на каблуках. — Ты мог убить нас!— Тут же вспылил Римус чуть ли не кидая шлем в Сириуса.  Но тот в ответ только издал смешок.  — Но не убил же. Я профессионал, я, считай, родился в мотоциклетном шлеме,— Сириус расправил плечи и гордо вскинул подбородок, будто ему только что вручили медаль за отвагу. — Ты родился с отсутствием инстинкта самосохранения, — огрызнулся Римус, всё ещё пытаясь вернуть себе нормальное сердцебиение. — Зато у меня есть стиль, — весело подмигнул Сириус и пошёл вперёд, не дожидаясь Римуса. — И, между прочим, у тебя теперь тоже. Ты выглядел чертовски круто. Почти как я. Римус не знал, смеяться или закатить глаза, поэтому просто пошёл следом, сжав губы. Сириус не видел его. Перепуганного, в своем старом пальто и держащегося за его спину со всех сил. Он просто физически не был способен выглядеть хорошо, особенно на мотоцикле. Мотоцикл и Римус— вещи не совместимые, из разных вселенных. Он предпочитал автобусы или метро, на крайний случай машину, когда выдавалась такая возможность. Он предпочитал избегать рисков, а не самому идти им на встречу с такими горящими глазами, как это делал Сириус.  — Ты ешь острое?— Спросил Сириус открывая дверь в подъезд. — Да,— Нет. Римус не ел острое, но от чего-то почувствовал острую потребность соврать. От чего-то казалось что это выгородит его в глазах нового знакомого.  У Римуса кольнуло сердце. Он снова пытался угодить всем, даже если это будет себе в ущерб. Он сглотнул комок, который успел сформироваться в горле.  В то время Сириус уже открыл дверь в свою квартиру, на третьем этаже, безупречно точно попав в замок ключом с первого раза. Да, это удивляло Римуса. Тот никогда не попадал в замочную скважину с первого раза.  — Чувствуй себя как дома,— Сириус пропустил Римуса вперед, но он еле как двигал ногами.  Да это не квартира, а чертов музей! Обстановка внутри никак не складывалась в голове с бунтарским образом Сириуса.  В квартире не было особо чисто, но Римус мог точно сказать что мебель тут настолько дорогая, что за один шкаф в прихожей можно было выручить денег как за пол его квартиры. Всё сочеталось между собой, придавая квартире шарм и атмосферу аристократии девятнадцатого века. Темно-зеленые с синим обои, мебель из темного дуба, старинные, невероятной красоты, картины, роскошные люстры и ковры. Боже мой, и тут живет этот оболдуй?  Римус разулся и прошел в ванную за Сириусом, чтобы помыть руки. Со стены коридора на него  смотрели холодными глазами двое мужчин.  Он смотрел в ответ когда мыл руки.  — Не пугайся. Скоро я все тут переиначу,— Сириус пожал плечами тоже кидая взгляд на картину.  — Нет, нет, нет!— Тут же на автомате сказал Римус.— Как же так? Да тут… Это предмет искусства, а не квартира!— Вдохновленно выдохнул он.  — Да какое же это искусство,— Сириус на это рассмеялся и отряхнул руки от воды.— Всю эту мебель нужно спалить, вместе с картинами. А этот безвкусный зеленый убрать отовсюду.— Он скривился и пропустил Римуса на кухню.  Без сомнений, такие манеры выдавали в этом хаме безусловно воспитанного человека, что скрывался под этой маской из сарказма и быдловатости. И Римусу, признаться честно, это уже начинало нравится.  Кухня была обставлена как и вся квартира, во всех традициях богатеев. Но тут чувствовалась жизнь сильнее чем в коридоре. На столешнице стояло кучу чашек: грязных и нет, на столе радио и две коробки с китайской едой, уже холодные.  Несмотря на ремонт, тут всё дышало Сириусом. Этим бешеным человеком, которого он, кажется, начинал понимать — или хотя бы пытаться. Сириус молча поставил еду в микроволновку и наблюдая за этим, Римусу в голову наконец пришла мысль.  — Откуда ты узнал где я работаю?  На секунду повисла тишина, но после Сириус прокашлялся.  — Я не знал. Мне нужна была книга, но вместо книги, там был ты,— Сириус пожал плечами и распаковал свою еду,— а потом я просто решил, что книга подождет.  Римус сначала уперся взглядом в стол, не имея и малейшего представления почему эта фраза была такой теплой, но все таки переборов себя кивнул.  Сириус заговорил первым. Просто о какой то глупости. О том какая сегодня хорошая погода и том, что эта лапша ему действительно очень нравится. И Римусу и вправду нравилось слушать как он перескакивает с темы на тему, ни разу даже не запнувшись. Он говорил будто они знакомы сто лет. Будто это не он уничтожил Римусу работу которой он жил. И страшно было не это. Страшно было то, что Римус в это поверил. Поверил этим глазам и смеху, и улыбался в ответ. Сначала отвечал односложно, иногда кивал, не зная, как реагировать на эту лёгкость. Он был из тех, кто вечно думает прежде, чем сказать. Сириус же, напротив, будто говорил раньше, чем вообще подумал. И в этом был какой-то завораживающий контраст. Словно их несхожесть — это не барьер, а мост. И когда еда была доедена, а на столе остались только пустые коробки и деревянные палочки— Римус почувствовал себя в своей тарелке. Шутил в ответ, отвечал, рассказывал что то своё.  Наверное впервые со времен школы говорил с кем то с таким энтузиазмом.  — Ты разговариваешь так, будто в твоей жизни все идет по плану,— Римус усмехнулся. В его жизни все пошло на перекосяк именно из-за Сириуса, так почему ему так легко с ним? — Потому что у меня нет никакого плана,— Сириус скривился на секунду, будто укусил лимон, но тут же на лицо вернулась уже привычная заразительная улыбка,— Когда не строишь ожиданий— любое завтра становится приятной неожиданностью. Римус кивнул сам себе, закрепляя эту фразу у себя в голове. Он еще обязательно подумает о ней перед сном. Ведь для него, чётко вымеряющего каждый шаг, эта философия звучала как опасная свобода. Но если у свободы такие яркие голубые глаза, то он… То он сейчас же ударится головой о стол.  — Понимаешь, мой дорогой новый друг,— Сириус выудил из кармана сигареты, неспешно закуривая рядом лежащими спичками,— жизнь это река, а не линейка. Ты не идешь по ней ровно, течение несет тебя само по себе. Тебе лишь остается выбирать между её поворотами и держатся на плаву.  Римус задумался. Наверное так оно и было. Ничто и никогда не шло в его жизни гладко, как бы он не старался распланировать все от и до.  — Знаешь,— Римус кивнул наблюдая за сигаретным дымом,— это глупо, но я об этом не задумывался. Наверное ты прав. Ты интересный собеседник, Сириус.  — Нет,— Сириус улыбнулся мечтательно, не смотря на Римуса,— это ты интересный, хотя сам об этом и не подозреваешь. Ты умеешь слушать. С тобой хочется говорить и говорить.— Он перевел на него взгляд. Такой кошачий прищур, сверкая голубыми топазами из под густых ресниц.  Римус сглотнул и улыбнулся капельку нервно. Это был самый приятный комплемент что он слышал. Никто не любил с ним разговаривать, из-за его дефектов.  — Будешь чай?— Сириус затушил сигарету о пепельницу и встал. А Римус не мог оторвать от него глаз. Этот странный и шумный парень больше не вызывал такого отторжения.  Может все не так уж и плохо?  — Кофе. — И зефир,— подмигнул Сириус.  — И зефир.— Римус улыбнулся ему в ответ. И в этом было что-то особенно уютное — в том, как легко они вдруг стали говорить о простом. Как будто дождь за окном вымыл из обоих напряжение. И Римус вдруг испугался. Ему захотелось что бы так было всегда.