Парадокс выбора

Они договорились пойти гулять по Лондону — в торговый центр Brent Cross, если быть точным. План был простым: прогулка по городу, покупки и возможность пройтись среди людей вне волшебного круга. Уильям собрался быстро: лёгкая рубашка, шорты, кеды и ковбойская шляпа. Откуда он её достал навсегда останется тайной. Девушка же оделась более просто, решив пойти в зелёно-белом платье с изображением ветвей и листвы. Смотрелось оно на ней просто отпадно. Улица, по которой они неторопливо шли, болтая о том да о сём, сменила спокойную, сонную атмосферу на более плотный городской ритм. Магазины стали ближе друг к другу, витрины — более разнообразными, и движение увеличилось: автомобили, маршрутки, люди с пакетами, рюкзаками. Проходя мимо киоска с газетами, Уильям посмотрел на расписание автобусов и указал Лили нужную линию. Они забрались на второй этаж красного двухэтажного автобуса, а верхняя палуба дала им вид на улицу. Парень чувствует себя туристом, хах. Давно он не катался на этих легендарных бусиках, это уж точно. Сейчас будто в первый раз. По пути автобус несколько раз останавливался. Люди входили и выходили с продуктами, с пакетами из лавок, кто-то негромко переговаривался между собой. Звуки города — гудки, трафик, голос водителя, объявления остановок — складывались в обычный городской фон. Уильям следил за остановками и проверял направление на карте, которую держал в уме. Лили же активно вспоминала, в какие магазины хотела бы зайти, чтобы потом хвастануть перед сестрой парочкой новинок. Дорога вывела их на более широкую магистраль. Здесь тротуары были шире, появились многочисленные указатели на торговые центры и не только. Вскоре показался сам комплекс, в который пара и направлялась: большая современная постройка, фасады с крупными вывесками и парковка, где было много машин на любой вкус и цвет. У входа стояли таксисты и люди с тележками, тогда как поток пешеходов двигался медленно, но стабильно. Настоящий рай для шопоголиков и ад для экономных граждан. Подход к главному входу отличался от жилых улиц: появились рекламные щиты с названиями магазинов, витрины сменяли друг друга. Перед ними — площадь у входа, плитка ровная, несколько десятков скамеек по всей площади, не один автомат с напитками. Сам вход выглядел истинно по-королевски широким: автоматические двери, стеклянные панели, охрана в форменной одежде по краям от дверей. Народ шёл туда-сюда, кто-то с покупками уже в руках, кто-то вёл детей в колясках. Жизнь в этом месте била ключом. Они прошли через двери и сразу почувствовали изменения: толпа стала плотнее, внутри — свет и движение, энергичность торгового места. Витрины по бокам демонстрировали одежду, обувь, мелкую электронику в соседнем заведении. На потолке висели указатели с номерами секций и названиями сетевых магазинов. Пешеходы двигались по ровным проходам, а эскалатор у центральной лестницы поднимал потоки людей на второй уровень. Приятная музыка, приглушённая из-за количества народу, довершала картину контролируемого хаоса и ужаса для социофоба. Лили шла рядом, активно вертя головой почти что на все триста шестьдесят градусов: яркие вывески, современные книжные лавки с последними бестселлерами, маленькие кофейни и закусочные между всем этим. Она указывала на витрину и ещё раз повторяла, что обязательно зайдёт в магазин с редкими книгами (даже если они маггловские, это все ещё книги). Они держались рядом, но толком никуда не торопились. Их путь лежал к бичу будущих поколений — играм. Если быть точнее, то к игровым автоматам. Довольно забавно осознавать, что вся индустрия виртуальных развлечений только-только зарождается, учитывая то, во что это мутирует через лет пятьдесят-шестьдесят. Автоматы стояли рядами у стены, светились лампочками, из колонок доносилась ритмичная музыка — не громко, но достаточно, чтобы задавать ритм движению вокруг. Возле игр толпились люди разного возраста: кто-то бросал монеты в клешневые аппараты, кто-то жмурился за джойстиком, а толпа детишек вообще оккупировала один из аппаратов. Уильям привычно нашёл взглядом ассортимент: гонки, шутеры, пара пинбольных столов и уголок с автоматами, где пытались поймать мягкую игрушку клешнёй. Лили с первой минуты сориентировалась лучше: она подошла к автомату с гонками, постучала по стеклу, проверила положение кнопок и уже через секунду растянула улыбку. — Давай сначала гонки, — предложила она, не отрывая завороженного взгляда от экрана. — Я хочу посмотреть, как ты водишь. — Вызов принят, да узри же в таком случае красоту в поражении! — Со смешком бросил Моррисон, становясь к автомату. — Тогда готовься унижаться красиво, — весело фыркнув, чуть высокомерно бросила Лили и сунула монету в слот. Игра была довольно продвинутой — с одного экрана можно было управлять сразу двумя машинками. Уильям терпеливо подождал, пока она привыкнет к управлению, и затем начал гоняться всерьёз. Её подход был быстрым и игривым, и Лили корчила смешные рожицы, когда не успевала за поворотом, а он в это время комментировал каждый её провал, подначивая на шутливую перепалку. — Вот здесь тормози чуть раньше, — азартно сказал парень, который полностью погрузился в игру. — Ты даёшь слишком большой газ на выходе. Важно ведь не то, какая графика или функционал у игры, а то, с кем и насколько хорошо ты это время проводишь. — Ах да? — Лили повернулась к нему и поддразнила: — Может, ты мне покажешь, как это делается? — Покажу, только потом не плачь, бедняжка. — Пф-ф, ещё глянем, кто кого! На экране машинки соревновались в простом виде, но азарт поднимался сразу: соперничество за кубок из двоичного кода, или из чего там сделаны сейчас игры, не отпускало ни на миг. Лили обогнала его на последнем повороте и радостно вскрикнула. — Ха! — Она резко повернулась к нему и торжественно протянула кулак. — Победа за мной. — Ладно, — коротко усмехнулся парень, отбив кулачок. — Ты действительно неплохо водишь. — А ты не верил?! Теперь с тебя одно желание! — С совершенно невинным видом заявила рыжеволосая бестия, ехидно улыбнувшись. — Ха-а?! После порции мороженного, которое ушло в виде исполнения хотелки девушки, пара перешла к пинболу. Там игра шла уже на реакцию: метание шарика, ловля, удержание счёта. Лили вдавливала кнопки с азартом, а Уильям подбадривал её короткими репликами, иногда указывая на момент для того, чтобы она вытолкнула шарик. Эванс забавно дулась каждый раз, когда пропускала в свои ворота мяч, и с возмущением смотрела на парня, который не спешил поддаваться. После сессии загона шаров, она подтолкнула его локтем и потянула к уголку с автоматом-клешнёй. — Давай попробуем поймать игрушку, — уже смотря на приглянувшегося плюшевого медвежонка, предложила Лили. — Если я возьму мишку, то ты купишь мне столько мороженного, сколько захочу! — А если не возьмёшь? — Тогда… м-м-м, сюрприз! Монеты шли в автомат, рычаги крутились, клешня опускалась, и несколько раз подряд был полный провал. Лили лишь пожимала плечами, меняла позицию и вновь пыталась. На шестой попытке клешня захватила игрушку неуклюже, но надёжно. Когда наконец смогла её вытащить, то окрестности огласил победный крик, полный довольства и превосходства над жалкой железякой. — Видишь? — Сказала она, демонстрируя мягкое существо. — Так что готовь кошелёк, до-ро-гой, самое время отправляться в сладкий рай! — Ты умеешь всё, что угодно, — с тёплой улыбкой ответил Моррисон, взяв её за руку и поведя в ближайшую тематическую кафешку. — Так что я в тебе и не сомневался… до-ро-га-я! — По слогам закончив слово, шутливо приобнял он Лили за талию, подтянув чуть ближе нахохлившуюся как воробушек милашку. Дальнейший поход за мороженным ополовинил его бюджет на сегодняшний день. В прочем, это того полностью стоило, стоило только глянуть на счастливую улыбку Лили.

***

Четыре дня прошли легко и плотно одновременно. Уильям и Лили проводили их довольно просто, но не менее интересно: прогулки, магазины, книги и небольшие подколки друг над другом. Первый день они провели в книжных лавках и на лавочке в парке. Лили выбирала старые издания, щупала корешки и жёстко критиковала дегенератов-авторов. К сожалению, мода на воду в тексте активно набирает обороты, и ещё попробуй продраться через намеренно закрученные словесные обороты, попытавшись дорваться до сюжета… На второй день они решили исследовать рынок: барахолки со всяким интересным, магазины одежды, кондитерские и пара кафешек. Лили покупала горсть барбарисок и одновременно уговаривала Уильяма попробовать подозрительно выглядящее пирожное у одного из продавцов. Они сидели на ступеньках, ели и обсуждали, какие сувениры взять домой. Третий день ушёл на прогулку в городской части, практически в центре, где уличные музыканты играли у перекрёстка, а витрины раскрывали сезонные акции. Они заходили в маленькие кафе, смотрели на вывески и иногда просто шли без цели, позволяя ногам вести куда глаза глядят. Лили померяла шляпу в одной витрине и с издёвкой сказала, что теперь она станет местной светской дамой. Моррисон лишь оплатил эту шляпку, которую девушка весь оставшийся день наотрез отказалась снимать. Четвёртый день был посвящён прокрастинации. Пара лежала, скучала, болтала, няшилась, ленилась и просто прожигала время вдвоём. Вечером за столом Эвелин объявила, что уезжает на три дня: ежегодное собрание общества магозоологов во Франции, где будет большинство её именитых коллег. Джонатан же встал, подошёл к ним и, отведя Уильяма в сторону, заговорил тихо, почти шепотом: — Мама уедет на три дня, так что я сегодня и завтра буду ночевать на работе. Отец подмигнул так, что сразу становилось понятно, на что он намекает. Уильям невольно прикрыл глаза на мгновение, потому что манера поведения отца выглядела ребячески, но сам жест он оценил. Конечно, такое вмешательство довольно… смущающее, но такая помощь всё равно трогает. Ох уж эти свахи старшего поколения, чтоб их. После разговора он вернулся к Лили и они продолжили планировать ближайшие дни. Атмосфера осталась лёгкой: летняя погода, улыбки, привычные мелочи. Четыре дня складывались в последовательность картин — прогулки, чтение, совместная готовка, вечерние разговоры — и эта последовательность создала ощущение простого комфорта. Дом стал временной опорой: родители уходили на свои дела, а у них появлялась свобода распоряжаться временем друг с другом, не особо напрягаясь. Конечно, ничего особо толкового не происходило. Так, обычные свидания, совместное времяпровождение и отдых. В общем-то, эталонное лето, которое желательно было бы таким всегда в своей беззаботности.

***

Предложение пойти в кино было вполне логичным и, самое главное, интересным продолжением их отдыха от всего мира в компании друг друга. Новый фильм — «Звёздные войны» — стал тем событием, о котором говорили все, и ему не хотелось упускать момент: даже если он сам никогда не питал особого интереса к космическим историям, увидеть картину, которая сейчас рушит кассовые рекорды, было делом скорее гражданской необходимости и ради того, чтобы в будущем насмехаться над всеми сопляками, которые будут любить Далёкую-Далёкую в исполнении Диснея. После короткого описания от Уильяма про то, что примерно стоит ожидать, Лили буквально… понесло. Моргана, только не говорите ему, что девушка станет фанаткой «Звёздных Войн»! Ну пожалуйста… Вход в кинотеатр был буквально забит людьми. Свет над афишами отражался на стеклах, на стенах висели постеры, на которых крупно значились названия и яркие кадры. У кассы небольшая очередь, кто-то обсуждал трейлеры, кто-то спорил о сроках сеансов. Моррисон купил два билета, Лили смотрела на табло и предлагала места поближе к центру, но Уильям своим ораторским мастерством убедил занять последний ряд. Да и оттуда обзор лучше всего, потому что первые были уже выкуплены. Затем они прошли к буфету: огромная упаковка попкорна, два стакана с колой плюс ещё целая пачка чипсов. Если фильм не зайдёт, то хоть будет чем похрустеть. В зале люди уже садились. Свет приглушён, запах горячего попкорна распространился по рядам. Они нашли свои места — практически на краю, последний ряд. Лили устроилась, не торопясь, тогда как Уильям поставил пакет на подлокотник и лёгкой рукой коснулся её плеча, кивнув на закуски. Экран загорелся. Музыка в начале фильма была громкой и отчётливой, а звук заполнил зал целиком. Зрители притихли, следили за сюжетом. В нескольких местах зал вздрагивал от неожиданности, от динамики сцен. Он наблюдал реакцию Лили: глаза внимательно следят, не отрываясь, губы чуть сжаты, иногда она наклонялась ближе, когда происходило напряжение, а руки автоматически закидывали в себя топливо в виде попкорна. М-да… для этого времени впечатляет, но умудрённому на вкус парню не сильно зашло. Да и космос всё же, а как уже говорилось, он его почти что терпеть не может. Что в литературе, что в фильмах, за редким исключением. Когда началась космическая погоня и экран наполнился сплошным экшеном, в зале раздались отдельные восклицания. Он улыбнулся и шепнул на ухо девушке: — Не так плохо, как я думал. Нравится? — Да, — также тихо ответила Лили, не отрывая глаз от экрана. — Особенно когда корабли прыгают из одной системы в другую — вообще крутота! Её комментарий был быстрым, точным. Он кивнул, и они опять сосредоточились на экране. В каких-то моментах, когда на экране возникала опасность для героев, Лили невольно сжимала его руку. Парень не одёргивал её, наслаждаясь просмотром. Комментарии между ними были короткими и практичными — замечания о том, кто как ведёт себя в бою, пара фраз про визуальные эффекты, пара шуток о том, насколько хорошо сделаны сцены. Иногда они смеялись тихо, когда на экране появлялись нелепые или очевидные решения персонажей и юмор. В средине фильма, в момент особо напряжённой перестрелки, Лили прошептала прямо в ухо: — Ты бы справился с таким управлением, как у пилота? — Ну, опыта в пилотировании космических кораблей у меня ноль целых, ноль десятых. Предпочитаю держаться земли, знаешь ли. Эванс сдержанно фыркнула и посмотрела на него взглядом, мол, «серьёзно»? Когда на экране появлялся неожиданный поворот сюжета, в зале слышались фразы и возгласы от других зрителей. Он замечал, как Лили реагирует на детали: на мимику актёров, на резкие смены ракурсов, на то, как музыка поднимает напряжение. Поглощена просмотром на все сто десять процентов. В одном из спокойных моментов, когда действие притихло, Лили повернулась к нему и улыбнулась. Её взгляд был мягким, но без расточительных слов. Они обменялись парой лёгких фраз о том, какая сцена им больше всего понравилась и насколько Скайуокер красавчик. Ну да, конечно, чтоб этого Люка там Вейдер грохнул… Её рука легла на бедро парня, и Лили подалась чуть вперёд, во все глаза смотря на предательство Энакина, чуть ли не уронив челюсть на пол от восторга. Когда фильм подходил к концу, свет в зале оставался приглушённым, а титры начали скользить по экрану. Вокруг люди шевелились, обсуждали увиденное с таким восторгом, будто лично увидели второе пришествие Христа. Парень краем уха слышал фразы, разные оценки, восклицания о том, насколько эффектно сделано, и споры о сюжете. Выйти из той давки, не дав наступить себе на ноги, оказалось тем ещё испытанием, к слову. Дорога до ближайшего заведения с хорошей едой не заняла много времени, и вот они прошли под неоновой вывеской МакДональдса, светившейся в этот вечер красным светом. Внутри было людно: множество посетителей, кассиры, не сильно старше самого Уильяма, принимали заказы, запах жареного картофеля заполнил пространство. Они заняли столик у окна, с которого открывался вид на освещённую фонарями проезжую часть, поставили поднос с заказом, который им приготовили за каких-то пять минут: большая тарелка картошки фри, коробка с наггетсами, соусы и два стакана колы со льдом. Лили уже начала открывать пакет с хрустящей картошечкой. Кажется, аппетит их бездонен, ибо сам Моррисон, к примеру, не наелся даже после употребления большого числа попкорна и чипсов. — Ты представлял, что там будет так шумно? — Спросила Лили, цапнув себе пару наггетсов из коробки. — Ожидал, хоть и не настолько, — спокойно ответил Уильям, также под возмущённый взгляд девушки перехватив у неё из-под носа две штучки. — Народ ходит на фильм толпами, да и вышло всё лучше, чем я изначально думал. Она подала ему два кусочка картошки, он взял их и откусил, потом ворчливо уточнил: — Почему у тебя всегда кетчуп, а не майонез или тот же кетчунез? — Потому что я — консервативная дама в вопросах соусов, — отрезала она и снова засунула уголок картошки в соус. — И это не обсуждается. К тому же, майонез слишком жирный. — А попкорн, чипсы и всё это не жирное? — Поинтересовался Моррисон, чуть усмехнувшись. — Ладно. Тут всё вкуснятина, так что грех такое не съесть. Разговор переходил от одного эпизода к другому: кто был харизматичнее, кто оказался шаблонным, где сработали эффекты. Лили комментировала живо, активно жестикулируя и ничуть не пытаясь уменьшит накал эмоций. Рядом за соседним столиком шла беседа другой пары, но ребятам было плевать на посторонних. Лили наклонилась и потянула к себе ещё одну картошку, затем неожиданно сунула одну в рот Уильяму. — Ты ещё соглашаешься на второй кусок или отказываешься? — Я соглашаюсь, — ответил он жуя и взял кусочек, не отводя взгляда от её лица. — Но только если ты признаешь, что сцена с боем кораблей была самой динамичной. — Ха, да ни в жизнь! Разговор перекликался с небольшими подколками. Лили рассказывала о том, как в детстве пряталась в кинотеатре, чтобы съесть больше сладкого. Они обменивались короткими историями, не углубляясь, но время за беседой словно летело. Когда тарелки начали пустеть, Лили вздохнула и посмотрела на него. — Ну что, — сказала она. — День удался? — Да. Определённо точно да. — Тогда ещё одно мороженое? — Предложила она с хитрой ухмылкой. — Иди, бери, — шутливо закатив глаза, вяло помахал рукой в сторону кассы Уильям. У них тут и мороженное продают, во дела. — Я заплачу, сладкоежка ты моя… Она поцеловала его в щёку перед тем, как встать, и вернулась с мороженым, смеясь. МакДональдс выглядел уютно изнутри, но как только они вышли на улицу, дождь встретил их мощными потоками воды. Фонари размывали свет, отражаясь в мокром асфальте. Лужи мгновенно собирали отблески неоновой вывески, а редкие фары машин скользили по покрытию улицы, словно вырезая узкие полосы света в темноте. Люди вокруг спешили, пряча головы под капюшонами и зонтиками. Кто-то сжимал пакеты, кто-то шёл с друзьями под козырьками, чтобы не намокнуть. Уильям шагал рядом с Лили, держа её за руку, и они продвигались через мокрую парковку к тихой стороне улицы, где аппарировать было проще. — Сильно пошёл, — тихо заметила Лили, которой дождь благодаря трансфигурированному зонтику ни по чём. Использовать специальные чары, чтобы капли не касались их тел, в этом месте было бы опрометчиво. — Да. Надо быстрее, иначе промокнем полностью. Они оказались на свободном участке между машинами, и Уильям выбрал момент, чтобы аппарировать. Лили слегка зажмурилась, сжав его руку. Через мгновение они уже стояли у дома, в полной безопасности от дождя. Внутри дома было тепло и уютно, а также довольно тихо из-за отсутствия родителей. Лили сразу пошла в ванную, а Уильям направился в свою комнату, снимая промокшую одежду (всё-таки попал). В душе вода смывала остатки городской суеты с Уильяма, а Лили тем временем, оккупировав кровать парня завернувшись в тонкую пижаму и одеяло, думала о чем-то своём. После ванных процедур последовали закономерные обнимашки под пледом и самую малость неловкая атмосфера. Тёплое, спокойное молчание длилось несколько минут, прежде чем разговор ни о чём снова завязался. Время проходило незаметно. Они смеялись над нелепыми моментами, обсуждали, что могло быть иначе, какие сцены понравились больше и перемывали косточки персонажам по уже которому разу. Уильям откинулся на подушку, спокойно наблюдая за Лили, которая обняла его, будто плюшевую игрушку. Их плечи соприкоснулись, руки переплелись, и разговор продолжался мягко, без напряжения. — Не могу поверить, что всё это действительно сегодня было, — пробормотала она тихо, когда пальцы скользнули по его руке. — Слишком много впечатлений? — Если только самую малость… — на грани слышимости ответила Эванс. Лили слегка приподнялась, подвинувшись в упор. Её губы коснулись его щеки сначала робко, почти шутливо. Он лишь слегка повернул голову, не прерывая контакта, позволяя ей продолжить. — Ты же знаешь, что я могу быть настойчивой, — прошептала она, будто бы случайно забравшись рукой под футболку парня, отчего его будто электрический ток пронзил. — Я заметил, — сдержав вдох, также тихо ответил Моррисон. Её поцелуи стали чуть длиннее, мягче и увереннее. Уильям аккуратно положил руку ей на спину, подтянув ближе, но не торопясь, просто следуя течению момента. Лили отвечала, слегка играя с его волосами, дико смущаясь между поцелуями, но даже не думая останавливаться. — Уильям? — Немного взволнованно спросила девушка, чьё шумное дыхание он чувствовал на своей шее. — Да, Лили? — Практически эфемерно проведя пальцем по щеке Эванс, парень лишь любовался её глазами. — Я люблю тебя. — …Ты даже представить не можешь, насколько это взаимно. Я тоже тебя люблю, Лили. Уильям тихо, даже застенчиво улыбнулся, принял инициативу, аккуратно изменив угол, чтобы поцелуй стал глубже, но всё ещё таким же неторопливым, нежным. Лили обняла его сильнее, их руки нашли естественное положение, и всё, что было дальше, происходило плавно, без спешки. Ночь тянулась, и только спустя несколько часов всё затихло, руки расслабились, и они, всё ещё в обнимку, постепенно заснули под ритмичный перестук ливня по стеклу, укрывшись одеялом. Что Лили, что Уильям, никогда не будут жалеть о том, как всё случилось. На комоде сиротливо лежала скомканная одежда — тихое напоминание о прошедших мгновениях, которые теперь принадлежали только им двоим.