Система Охоты

Мы переночевали у Памелы и двинули с утра пораньше в часов восемь утра. Салон авто, раннее утро. Машина мчится по пустому шоссе. За рулём я, рядом — Бобби, что угрюмо глядит в окно. Минуту — тишина. Потом: Бобби спокойно: — А ты чего добиваешься с Джоди? Чтобы она оставалась со своими страхами и демонами в своей комнате одна? Стиснув руль ответил. — Я не бросил её, я просто дал ей время успокоиться и подумать. Просто… не знаю, как быть с ней теперь. Она даже смотреть на меня не хочет. — Ага. И правильно делает — ответил Бобби поправив кепку.- Девчонка думает, ты её спас. А оказалось, ты просто вырвал из лап одного демона, чтобы ей попасть в другие. — Не надо. Я старался, я спас её. И пытался помочь, я предлагал ей остаться рядом с ней или поехать вместе. — Да? И ты считаешь тем что изгнал из неё демона это спасение? Ты исправил лишь часть того, что случилось частичнр по твоей вине. Но разве этого достаточно — после того, как переспал с ней и бросил наедине со страхом? Я молчал. Бобби продолжает уже тише и серьёзнее: — Она не охотник. Не обязана всё это переваривать. А ты — обязан был понять, что после такой встряски её нельзя оставлять одну. По человечески. — Она… не… захотела… ехать. — сказал глухо Эрик Бобби: — Хватит уже оправдываться! А ты настоял? Ты хоть объяснил ей, что остаться наедине этим знанием — хуже, чем попасть в лапы собственных демонов? Тем более когда один из них ещё где-то рядом, живой и реальный? Мне не было что ответить. Бобби тяжело выдыхает и говорит. — У меня есть еще две спальни. Одну уберём. Пусть живёт. Под моим присмотром. Спокойно, тихо, безопасно. Я буду рядом, если с тобой не сможет жить она, поживешь в своем доме пока. Нужно дать ей крепкое плечо, просто чтобы Джоди не угасла. — Думаешь, она согласится? — Сначала попробуешь поговорить с ней по-человечески. Если не согласится — предупреди: либо сама поедет, либо ты закинешь её на плечо и увезёшь силой. пауза — А если будет совсем упираться — скажи, что приеду сам. И если уж мне придётся её тащить, то влетит ей по полной — от моего ремня, со всей души. Так и передай. Сейчас довозишь меня до дома и сразу марш за ней. Киваю. Машина несётся по шоссе. Слова остаются висеть в воздухе. —— Дом Джоди. Утро. Солнце уже давно поднялось над линией деревьев, бросая косые лучи на поросший травой двор. Дом Джоди выглядел тихим и пустым. Я вышел из машины, хлопнул дверцей и направился ко входу. Постоял перед дверью пару секунд — потом постучал. Секунду — тишина. Потом ещё — звонок. Ещё стук. Изнутри раздался усталый, хриплый голос: — Уходите. Я никого не звала, и видеться никого не хочу. — Джоди, это я. Я за тобой приехал, собирайся. У Бобби есть свободная комната. Он всё обустроит. Ты не будешь одна. Там безопасно. — Мне не нужна ваша жалость! — Это не жалость. Просто мы не готовы стоять в стороне и смотреть, как ты себя уничтожаешь. Снова тишина. Только слабый скрип половиц внутри. Подождав пару секунд, отступил на шаг и одним мощным ударом ноги выбил дверь. Она с грохотом распахнулась внутрь. В гостиной, чуть вздрогнув, появилась Джоди — босая, в мятой футболке, волосы спутаны. Лицо уставшее, под глазами — глубокие круги. Пустой взгляд. В её руке — чашка с чаем, которую она едва не выронила. — Ты… с ума сошёл? Шагнув внутрь в голосе не было гнева, только твёрдость: — Я тебя не брошу. Даже если ты меня ненавидишь. Ты выглядишь так, будто не спала вообще. Ты находишься сейчас в яме, Джоди. И не выберешься одна. Она сжала челюсть: — Мне лучше одной. Я справлюсь. — Не справишься. Это не та боль, что пройдёт. Не та тьма, от которой можно отмахнуться. У Бобби две свободные спальни. Он предложил. Это не “поживи со мной”. Это “живи рядом с людьми, которые знают, через что ты прошла, и не оставят”. — Я… я не хочу. — прошептала она, но голос сорвался. — Мне страшно. — Я знаю. И именно поэтому ты едешь с нами. Добром или — Эрик махнул рукой в сторону сломанной двери — вот так. Пять минут на сборы. После сам закину тебя в машину. Она стояла, опустив глаза. Плечи дрожали. В груди что-то болезненно сжалось. — Джоди… Пожалуйста. Она вскинула глаза — и впервые за всё утро в них мелькнула не злость, не отчаяние, а что-то почти живое. Внутренняя борьба. Потом резко развернулась и ушла в спальню. Во дворе. Несколько минут спустя. Джоди вышла с рюкзаком, затянув волосы в торопливый хвост. Закрыла сумку, подошла к машине. Сделала глубокий вдох — и села на пассажирское сиденье. И тут с шоссе свернула полицейская машина. Из неё вышли двое помощников шерифа. — Мисс Родс? Срочное дело. Поступило сообщение о пожаре на старом химзаводе. Мы не можем связаться с шерифом Карсоном. Его служебная машина обнаружена у возле завода. Телефон не отвечает. Джоди, не вставая с сиденья, замерла. На секунду глаза снова стали стеклянными. Потом она глубоко вдохнула и повернулась к полицейским с лёгкой, фальшиво-спокойной улыбкой: — Что ж. Спасибо, что сообщили. Ещё кое-что: в мой дом вломился неизвестный мужчина, выломал дверь, а после убежал. Эрик резко повернул к ней голову и прошипел. — Что ты творишь?.. — Просто оформляю взлом с проникновением. — ответила мне. — Я собираюсь пожить у друзей. Запишите адрес: Бобби Сингер, доме, расположенном на территории авторазборки Singer Salvage Yard к западу от Су-Фолс. Один из помощников достал блокнот. — Понял. А заявление подадите? — Обязательно. Заеду в офис по дороге. Пусть всё будет официально. Она захлопнула дверцу машины. И только Эрик, мельком глянув в её глаза, заметил там тень улыбки. Машина тронулась. Джоди сидит, уставившись в окно. Лицо закрытое, губы плотно сжаты. Эрик ведёт машину молча, но взгляд то и дело соскальзывает в её сторону. — Ты что творишь? — наконец нарушаю молчание, не оборачиваясь. — Думаешь, я просто так оставлю сломанную дверь? Но не волнуйся, про тебя ни слова. Скажу, вломился незнакомец в маске столкнулся со мной и сбежал. Меня нужно завезти в участок. Вечером, после всех дел, приеду к вам. Только без нянек, ясно? Ты же не собираешься сопровождать меня даже в туалете? Молча вытащил из внутреннего кармана амулет, протягивает ей. — Держи. Это амулет от одержимости. Бобби нашел рецепт изготовления, а Памела купили последний недостающий компонент. — Памела? — Джоди поворачивает голову. — Это кто такая? — Подруга Бобби, — отвечает Эрик без выражения. Она прищуривается. — Подруга, да? А ты случайно уже не подбивал к ней клинья? Эрик моргает, чуть поворачивает голову. — Что? — Что слышал. Даже суток не прошло. Вчера я ещё с демоном внутри, а сегодня — ты уже с новой. У вас с ней что-то было? Стискиваю руль. — А если было? — Что? — возмущённо. — То тебе-то какое дело? — резко бросает Эрик. — Ты ведь смотреть на меня не можешь. И я вызываю у тебя отвращение, так? Джоди дёргается. — Я не это… — Не что? — перевожу взгляд на дорогу, но голос срывается. — Просто скажи. Лучше правда, чем то, как ты со мной разговариваешь. Она отводит взгляд. Молчит. Эрик, уже тише: — А мне показалось… или в голосе твоём была щепотка ревности? — Что?! — оборачивается. — Ты с ума сошёл? — Может, и так, — пожимает плечами он. — А может, просто показалось. Она замолкает. Смотрит в окно, плотно сжав губы. Джоди молчит, смотрит на амулет в руке. Переворачивает его, пальцем проводит по узору. Несколько секунд напряжённой тишины, и вдруг — голос становится тише, мягче: — Спасибо… за амулет. Она не поднимает глаз. — И за то, что забрал меня оттуда. Из этого… ужаса. Эрик смотрит на неё коротко, сдержанно кивает. — Ты не должна оставаться одна. — Знаю, — выдыхает она. — Но тогда… тогда я просто не могла думать. Даже дышать было трудно. Всё рухнуло. Машина плавно останавливается у участка. Джоди смотрит вперёд, потом на Эрика. — Я приду вечером. Сама. Ты мне ведь веришь? — Да, — тихо отвечаю. Она открывает дверь, но прежде чем выйти, оборачивается: — Тебя точно не сопроводить хотя бы на сегодня? Она усмехается криво: — В участке? Только если хочешь, получить заявление на преследование. Джоди усмехается в ответ, почти по-настоящему. Уже снаружи, наклоняется к окну: — До вечера, Эрик. И, не дожидаясь ответа, разворачивается и уходит. Я остановился у края улицы, но уезжать передумал. Припарковал «Супру» в тени деревьев и остался ждать. Лишь когда фары полицейской машины окончательно скрылись за поворотом, завёл мотор и поехал за ними следом. ⸻ Пепелище брошенного завода. На месте бывшего завода — только обугленные балки, перекошенные железные опоры и запах гари. Всё ещё тёплая земля. Джоди отошла вглубь, говорила с кем-то по рации, осматривала окрестности, потом пошла вдоль забора — явно искала следы. Эрик, скрываясь за тенями, шёл следом, стараясь не шуметь. Когда она скрылась за поворотом, он свернул в бок, обогнул провалившуюся стену и оказался на заднем дворе завода. И там — почувствовал это. Мороз по спине, еле слышный шепот, холод во внутренностях. Он замер. Повернулся медленно. Призрак бомжа мужчина в изодранной куртке, с глубокими впалыми глазами, как будто изнутри его уже вытянули все силы. Я сосредоточился — и активировал Медиум. Призрак чуть дрогнул, словно ожил. — Ты… ты меня видишь, понимаешь? — Вижу, — коротко кивнул. — Говори. Что ты здесь произошло? Призрак пошатнулся. Голос его был хриплым, еле слышным, как будто он говорил сквозь вату. — Я… жил в лесу. Не далеко отсюда. В землянке. Никому не мешал. Люди меня гнали, но я знал, как выжить. Он закрыл лицо дрожащими руками. — И вот ночью… я увидел его. Под светом луны. Он появился среди деревьев — высокая, нереально худощавая фигура, затянутая в чёрный костюм. Его лицо — безликое, гладкое, как маска, без глаз, без рта, без эмоций. Он словно вырезан из самого мрака. Его руки — ненормально длинные, иногда распадались на щупальца, шевелящиеся, как тени. — Что? — спросил я, сердце застучало быстрее. — Не знаю. Оно… оно было как человек, но не человек. За руку он держал ребёнка. Мальчик был будто бы под гипнозом. А потом… на пустом лице вырос рот. Огромный, до самых ушей. И зубы — длинные, острые, как иглы. Он проглотил мальчика целиком. Без звука. Словно просто вздохнул. — А потом он… увидел меня. Я не знаю, чем он смотрел, но я почувствовал это. Он был у меня за спиной, в отражении лужи, в тени дерева. Я всегда чувствовал его. Он был на краю взгляда, понимаешь? На самой периферии. — И ты убежал? Призрак сгорбился, будто под тяжестью воспоминания. Его прозрачные пальцы сжались в узел, и он глухо выдохнул: — Убежал? Я попробовал. Он закашлялся, словно и в смерти в нём осталась сажа, хрипел: — Я бежал без оглядки. Через кусты, по болоту, ломал себе ноги о корни. Не смел повернуть голову. Я знал, что он где-то позади, вот-вот схватит. Но не схватил. Он просто… исчез. На какое-то время. Призрак вздрогнул. — Я забился сюда, в завод. Это место было моим. Сухим, укромным. Там, в подвале, было тепло от труб, я прятался между бочками и мотками кабеля. И ждал, пока страх утихнет. Он замолчал, на мгновение погрузился в болезненное оцепенение. Затем продолжил, тише: Я прятался на заводе, спал в старом ангаре, ел отбросы, пил всё, что не разъедало горло. А потом пришёл он. Карсон. С фонариком. С голосом, будто из телевизора — вежливым, пустым. Он говорил, как будто заботится: «Ты на частной территории… Пошли, выпишу тебе нарушение». Потому что знал, что я не доживу. Щёлкнули наручники — холодные. Я пытался объяснить, бормотал: “Оно съело мальчика… Оно за мной… Беги, умоляю…” Он смотрел, как на сумасшедшего. И всё равно вёл меня. В глубь завода. Мы прошли мимо ржавых баков, мимо проржавевших дверей и провисших труб. А потом… мы дошли до места. Пол был зачищен — как будто его подмели. И по центру стоял кубок. Тёмный, металлический. На нём — символы. От них веяло злом. Он положил фонарь, стянул перчатки. И сказал… “Это не займёт много времени. Тебе уже должно быть всё равно.” Он достал нож. Короткий, тонкий, как змея. Я закричал — или подумал, что кричу. Всё произошло так быстро. Лезвие скользнуло по горлу, и я… я почувствовал, как уходит воздух. Как хлынула кровь. Всё стало тёплым, липким, и будто вдруг мир замедлился. Он подставил кубок, собрал мою кровь… И начал говорить. Не со мной — с кем-то другим. С кем-то, кто был внутри этого кубка. Сам разговор я уже не слышал. Когда я стал призраком, я увидел, как шериф облил бензином всё вокруг — и включая самого себя. Он бросил зажигалку… и в тот же миг из его рта вырвался чёрный дым. Сам же Шериф сгорел заживо, корчась в агонии. Я сплюнул. Нам не хватало демона — а теперь где-то в лесу бродит монстр, ворующий и пожирающий детей. Нужно срочно поговорить с Бобби. Я успокоил призрака, сказал, что я охотник на монстров, и мы найдём это существо и уничтожим. Не успел договорить, как на его лице проступило умиротворение. Он распался в белый дым и растворился, уносясь вверх. На мгновение наступила тишина. Только ветер гулял сквозь выжженные балки, посвистывая в проржавевших трубах, как будто сам завод помнил произошедшее и скорбел. Выдохнул, чувствуя, как после диалога с призраком в груди остаётся тошнотворная тяжесть. Словно на него капнула частичка того ужаса, что увидел он за последние два дня. Я проследил издалека, как Джоди завела машину, накинула очки и выехала со двора завода. Свет фар исчез за углом, словно её и не было. Она в участке. С оружием. Со связью. Она в безопастности. Я сел в машину. Нужно поговорить с Бобби. На спидометре стрелка резко поползла вверх. —— Мрак уже окутал Су-Фолс, и город утопал в тени, когда Бобби и я вернулись домой. Лес, где мы только что обыскивали окрестности, не дал никаких следов. Мальчик просто шел и растворился, а это подтверждают слова призрака. Никто ничего не видел. Но что-то все-таки было не так — по крайней мере, не мог избавиться от ощущения, что мы что-то упустили. — Давай проверим местные новости, — предложил Бобби, бросив взгляд на меня. — Может, здесь что-то писали о пропавших детях. Кто-то из местных мог знать, что происходило. Кивнул, и мы вместе с Бобби принялись вынимать старые газеты из ящика, положенного рядом. Он знал, что местные издания часто публикуют информацию о пропажах, даже если это не приводит к большим расследованиям. — Если будем искать по датам, — сказал Бобби, открывая первую газету, — скорее всего, сможем найти что-то, что укажет на связь. Газета была за неделю до текущего дня. Бобби просматривал страницы с быстрым взглядом, пока не остановился на небольшой заметке. “Пропал мальчик, 8 лет. Пропал в районе Лонг-Лейк. Последний раз видели, когда играл рядом с озером.” — Вот, смотри, — сказал Бобби, указывая на статью. — Это как раз рядом с тем лесом, где мы искали. Эрик задумался. Это не было обычным исчезновением. Обычно исчезновения происходят по разным причинам, но это явно не было случайностью. — Ты думаешь, это связано? — спросил Эрик. — Вероятно. Но мне нужно больше информации, чтобы понять. Листай дальше. Эрик перелистал страницы и вскоре нашел другую статью. “Пропал еще один мальчик. Возраст 7 лет. Пропал в районе озера Шелдона. Последний раз был замечен рядом с пляжем, в тот же вечер, когда начался сильный дождь.” — Уже второй ребенок, пропавший в окрестностях озер, — пробормотал Эрик. — Такое не может быть случайностью. — Согласен. Эти пропажи могут быть связаны, — ответил Бобби. — Нам нужно узнать больше. Я попробую поговорить с местными. Возможно, кто-то видел или слышал что-то подозрительное. Я снова взглянул на газету. Все это не было просто совпадением, хотя никто еще не мог точно сказать, что стояло за исчезновением детей. Но что-то происходило в этом районе, и мы собирались выяснить, что именно. Я отложил газету, уставившись в одну точку. Мысли перескакивали, как иголка на испорченной пластинке. — Джоди еще не приехала, — пробормотал я, скорее себе, чем Бобби. — Она же должна была заехать в участок… Бобби поднял взгляд. — Ты уверен? — Да. Я проследил, чтобы она уехала с завода. А дальше… не знаю. Я потянулся к телефону, стоящему у раковины, и набрал номер полицейского участка Су-Фолса. Гудки тянулись слишком долго, как будто кто-то тянул время намеренно. — Участок Су-Фолса, слушаю, — отозвался усталый женский голос. — Мне нужна Джоди Родс. Срочно. — Минуту. А кто спрашивает? — Передайте ей что Эрик Смит. Я прижал трубку к уху и подошел к окну, вглядываясь в темноту. Где ты, Джоди? Щелчок. Голос сменился. Узнала меня сразу. — Эрик? — Что случилось? Ты должна была быть уже дома. Она вздохнула. Сухо, будто только что выбралась из под завала. — Прости, всё завертелось. Сегодня днём на сгоревшем заводе нашли два тела. Один из них, возможно… — короткая пауза. — Возможно, это наш шериф. Второй пока не опознан. Оба сгорели сильно. — Ты в порядке? — Да. Но я по уши в бумажной работе. Как замшерифа, приходится всё тянуть. Я останусь ночевать в офисе, у меня тут койка. И просто… так проще. — Ладно, — выдохнул я. — Тогда будь на связи, хорошо? — Обещаю. Щелчок. Линия оборвалась, оставив в трубке пустоту.