Система Охоты

Когда Памела сказала, что видела Слендермена, я сначала подумал — шутка. Нервы, усталость, воображение. Но её глаза — нет, они не врали. В них был страх, настоящий. Мы читали о нём. О тульпе. О проклятии, рожденном коллективным воображением. И если верить всем тем свидетельствам и статьям с сайта — он неуязвим. Пока все верят в его неуязвимость. Пока я ломал голову над тем, как его уничтожить, он сделал первый шаг. Памела вдруг пошатнулась. Пошла в темноту, как будто в трансе, словно кто-то марионеткой управлял её шагами. Я не знал, что делать. Подскочил. Пощёчина — звонкая, резкая. Она очнулась. — Что ты творишь? — выдохнула. — Зачем ударил? Пришлось объяснять, на ходу, торопливо. Мы должны выбраться. Срочно. В людное, светлое место. Аэропорт. Только там мы будем в безопасности. И я уже собирался вывести её к машине — как из тьмы вырвалось щупальце. Тёмное, как дым. Хищное. Оно обвилось вокруг её талии и подняло её — легко, как куклу — на высоту второго этажа. Я выхватил ножи из внутренних карманов, метнул их в сторону твари, и, сосредоточившись, изогнул телекинезом словно миксер в бешеном режиме. Щупальце дёрнулось. Памела сорвалась вниз с визгом — и упала прямо мне в руки. Я удержал её, почти чудом, используя всю силу. Существо отступило. Растворилось в дыму, но прежде чем исчезнуть окончательно, я увидел его лицо — или то, что должно было быть лицом. Пустота. Безликость. Беззвучный упрёк миру, что создал его. — Чёрт, Памела. Он отступил. Временно. Быстро! Уходим! Я втолкнул её в машину, сам перемахнул через капот, запрыгнул за руль. Завёл двигатель. Но… Он стоял у дерева. Наблюдал. Поднял ближайший камень телекинезом и швырнул — он, как всегда, исчез раньше удара. Как иллюзия. Мы ехали. В сторону аэропорта. Памела дрожала, сжавшись, всхлипывала без звука. Она не пришла в себя. Её трясло. Я дал ей тишину. Покой. Только вёл машину. И краем глаза — видел его. То у обочины, то в зеркале заднего вида. Он не отставал. Не приближался, но не исчезал. Просто был. Везде. Вовсюду. Словно шел за машиной по обочине, не торопясь. Словно давал намек что от него не убежать. В салоне пахло резиной, холодным потом и страхом. Памела не говорила ни слова. Сидела, обняв себя за плечи, мелко дрожала. Веки опущены. Но я знал — что она чувствует. Он рядом. Мы оба чувствуем психологическое давление. Шоссе вытягивалось под колёсами, словно бесконечная лента — мокрая, отражающая небо, в котором давно потухли звёзды. Машина двигалась почти бесшумно, и даже мотор звучал приглушённо, будто боялся нарушить хрупкое равновесие этой ночи. Памела смотрела в окно, ладонью подперев подбородок. Несколько минут царила тишина — не неловкая, но напряжённая, натянутая, как струна перед аккордом. Затем она заговорила, не оборачиваясь: — Спасибо… — тихо, почти шёпотом. — За всё. Эрик кивнул, не отрывая взгляда от дороги. Ответил не сразу — только спустя пару мгновений, будто слова нужно было поймать где-то глубже, чем обычно: — Прости, если… сделал тебе больно. Или испугал. — Не за что извиняться, — она повернулась ко мне. — Ты спас мне жизнь. И я… просто хотела, чтобы ты знал. Я это не забуду. Я ехал на автопилоте. Мозг работал в спешке — крутил варианты, схемы, магические ритуалы, теории из книг. — Осталось немного, — пробормотал я, будто себе. А может, ей. Чтобы не молчать совсем. Наконец — свечение терминала. Огромная бетонная махина, с голубовато-жёлтым светом над входом. Аэропорт. Место, где светло. Где люди. Оглянулись, а тульпа исчезла. Памела вскинула голову, как будто интуитивно поняла. Смотрела на меня в упор, глаза покрасневшие, но ясные. Она всё ещё тряслась. Я вышел, открыл её дверь. — Пойдём. Здесь он не сможет к нам подступиться. Она кивнула. Молча. Мы вошли внутрь. И с первым шагом по стерильному кафельному полу, среди чемоданов, голосов, гудения диспетчеров и запаха кофе — я почувствовал, как паника временно отступает. Здание аэропорта встретило нас сухим, искусственным теплом и приглушённой суетой. Под ногами — отполированный кафель, светящийся белизной. В воздухе — запах кофе, духи. Всё казалось обыденным, нормальным. Настолько, что реальность ломалась в голове: пару минут назад нас чуть не утянуло во тьму. А теперь — тут, очередь в Starbucks, ребёнок плачет из-за сломанного игрушечного динозавра, из громкоговорителя объявляют рейс на Миннеаполис. Но даже здесь я не расслаблялся. Он мог вновь загипнотизировать Памелу. Я усадил Памелу на пластиковое кресло у стены. Она молчала, обняв себя за колени, щеки побледнели. Я присел рядом. — Здесь безопасно, временно — сказал. Она кивнула. Я повёл Памелу в сторону — к стойке регистрации. Дежурная женщина — с короткой химией и толстыми очками на цепочке — сначала посмотрела настороженно, но, увидев Памелу, побледневшую и еле стоявшую на ногах, быстро кивнула: — Вам помочь? — Телефон, — сказал я. — Мне нужно срочно позвонить. Она показала на дверцу сбоку: служебная стойка, где стоял стационарный аппарат. Я набрал номер Бобби по памяти. Гудки. Один… второй… третий… Наконец, знакомый голос. — Кто это? Что нужно? — Это Эрик. Мы видели его, Бобби. Он здесь. Он охотится на нас с Памелой. Слендер. Пауза. — Ты уверен? Тяжёлый, с хрипотцой. — Он схватил Памелу. Прямо передо мной. Поднял до второго этажа. Я еле вырвал её из его щупалец. — Чёрт. Где ты? — Аэропорт, Де-Мойн. Здесь светло, людно. Он не проявляется — но я знаю, он рядом. Нас преследовал. До самой парковки. — Что ты собираешься делать? — Первоначально добраться до лучшего программиста что есть в округе. Скопировать его профессий. Всё что может помочь найти создателя сайта или хотя бы получить к нему доступ. После переписать сайт добавить условие как его можно уничтожить. После снести сайт. — План довольно хорош, — пробормотал Бобби. — Сейчас соберу всю информацию по программистам в округе, ещё спрошу  у Джоди. Уточни номер телефона я сейчас перезвоню. Я резко обернулся, глядя на стойку регистрации. Женщина в очках всё ещё сидела на месте, перелистывая какую-то брошюру. Я вернулся к ней быстрым шагом. — Простите, — начал я, — мне нужен номер телефона аэропорта. Чтобы мне могли перезвонить. Она отложила буклет, посмотрела на меня с лёгким раздражением, но затем, всё же, открыла тонкий справочник на столе. — Главный номер: (515) 256-5050. Если вам нужно, чтобы звонок прошёл прямо на этот аппарат, скажите им набрать добавочный 117. Я повторил про себя: пять-пятнадцать, два пять шесть, пять ноль пять ноль. Добавочный — сто семнадцать. Вернулся к трубке, поднял её. Гудок всё ещё шел. — Бобби, слышишь? Номер: (515) 256-5050, добавочный 117. Это стойка регистрации. Я буду рядом. — Принято. Не уходите далеко, может, найду что-то быстро. И, Эрик… будь настороже. Такие штуки не дают второй попытки. — Я знаю. Щелчок. Гудок исчез. Я повесил трубку и глубоко выдохнул. Повернувшись, увидел, как Памела всё ещё сидит у окна — под светом белых люминесцентных ламп. Её лицо побледнело, но взгляд стал чуть осмысленнее. Она наблюдала за людьми, за их движениями. Я сел рядом. — Он перезвонит. Будем ждать здесь. Надеюсь, мы найдём его — того, кто запустил этот сайт. В зале ожидания было чисто и слишком тихо. Свет от ламп отражался от кафельного пола, холодного и гладкого, как больничная плитка. Стены — свежевыкрашенные, светло-серые, будто стерильные — не давали глазу зацепиться. Ни картин, ни часов, только гладкая поверхность и ощущение, что время остановилось. Телефон зазвонил снова. Я схватил трубку, сердце подскочило — как будто сам звонок мог быть последним связующим звеном с нормальностью. — Это я, — голос Бобби был напряжённым. — Нашёл кое-что. Я выпрямился. Памела обернулась, настороженная. — В двух часах езды отсюда. Городишко Редфилд. Там живёт один парень — Тревис Лонг. Говорят,он лучший. Работает на себя, чинит компьютеры, пишет коды на любом языке, что ты назовёшь. Если кто и сможет пролезть в код сайта и вытащить его создателя на свет — это он. — Адрес? — я уже потянулся к клочку бумаги. — Да, записывай: Редфилд, Айова, 9-я улица, дом 314. Это в самом конце улицы, почти за чертой города. У него трейлер, антенны на крыше и вечно дымит из гаража — не промахнёшься. Я быстро нацарапал цифры. Подчеркнул. Повторил про себя трижды. — Думаешь, он поможет? — Поможет — если правильно попросить. Или заплатить. Но сперва доберитесь до него. И не ночью. Езжайте утром, когда солнце встанет. Сейчас — ни шагу в темноту. Я взглянул на лампы под потолком. Они дрожали, но не гасли. Свет всё ещё был с нами. — Понял, Бобби. Спасибо. — Держись, парень. Вы оба. Я буду ждать вестей. Связь прервалась. Я вернулся к Памеле. Она смотрела на меня, будто почувствовала, что разговор важен. — Нашёлся кое-кто. Программист. Говорят, лучший в штате. Утром поедем к нему. Она кивнула, медленно. Я впервые заметил у неё в глазах не просто страх — но решимость. Словно не только я хотел положить конец кошмару. Мы остались ждать рассвета. Под жужжание светильников, под гудки объявлений и запах искусственного кофе, среди лиц, которым никогда не узнать, кто сегодня ночью сидит в углу терминала и смотрит в темноту. Мы остались ждать рассвета. Под жужжание светильников, под гудки объявлений и запах искусственного кофе, среди лиц, которым никогда не узнать, кто сегодня ночью сидит в углу терминала и смотрит в темноту. Часы шли медленно. Пассажиры расходились. Где-то начинались ночные уборки — слышался плеск воды и скрежет щётки по плитке. Кто-то спал, раскинувшись на креслах, кто-то листал журнал под слабым светом лампы. Я дремал у стены, держал Памелу за руку, как будто это могло защитить её от новой атаки. Она то проваливалась в неглубокий, тревожный сон, то просыпалась, ища глазами его — безликого. Но он не появлялся. Ночь прошла без нападений. Без щупалец. Без гипноза. Лишь тревога. В шесть утра я поднялся, пошёл за двумя стаканами кофе к автомату.  — Пей, — сказал, протягивая ей тёплый стакан. — Горький, то что нужно после бессонной ночи. Памела слабо кивнула, отпила, сморщилась. Но руки больше не дрожали. Наступал утро — и с ним появлялась слабая надежда, что Слендер не выходит под солнце, будто его власть и сила кончается с ночью. — Пора ехать, — сказал я. — Лучше быть у него до полудня. Мы вышли из терминала — ветер был прохладным, но уже не казался смертельным. Парковка всё ещё казалась слишком открытой, слишком уязвимой, но я больше не видел его в зеркалах. Только машины. Дорога до Редфилда заняла два с половиной часа. Мы почти не говорили. Я сосредоточился на трассе. Памела сидела молча, уставившись в окно. Иногда она водила пальцем по запотевшему стеклу, выводя пентаграмму — словно пыталась поймать мысли, что не давались. Чем ближе мы были к цели, тем напряжённее становилось ожидание. Я не знал, кто нас ждёт. Городишко встретил нас молчанием. Небольшие дома, флажки на почтовых ящиках, заправка с облупленным козырьком и старичок в оранжевом жилете, подметающий тротуар, как будто время здесь остановилось лет двадцать назад. 314-я дверь на 9-й улице стояла в самом конце. Трейлер был точно таким, как описал Бобби: спутниковые антенны на крыше, дым из пристроенного гаража, двор завален всяким железом — от старых Эпплов до развороченных мониторов. Я заглушил двигатель. Памела вздохнула. — Готова? — спросил я. — Нет. Но поехали, — ответила она, и в голосе была та самая решимость, что я заметил ночью. Я вышел первым, постучал. Дверь не открылась сразу. Прошла минута. Потом в замке щёлкнуло. Он был худой, с всклокоченными тёмными волосами, в рубашке с Годзиллой и в очках в толстой оправе. Глаза — насторожённые, как у человека, которого слишком часто втягивали в чужие проблемы. — Тревис Лонг? — спросил я. — Зависит от того, зачем спрашиваешь, — голос из-за двери был ленивым, но настороженным. Дверь открылась. — Нам нужно твоё умение. Это… касается сайта slendermen.com. Это дело жизни и смерти — Эрик замолчал, не зная, насколько правду стоит говорить человеку, который прячется за замками. Тревис хмыкнул. — У меня горит работа. Ребята, ищите кого-то другого. Щелчок — засов. Дверь захлопнулась окончательно. Эрик стоял, глядя на неё несколько долгих секунд, будто пытался прожечь взглядом. — Ну и что теперь? — спросила Памела, кутаясь в куртку. Ветер тянул с холмов — сухой, терпкий, с запахом пыли и бензина. — Теперь?.. — Эрик взглянул на солнце. Был уже обед — Времени нет. Он может появиться в любой момент. Или кто-то другой. Мы не можем ждать. — Эрик… что ты задумал? — Поговорим в машине. Мы отошли к машине, сели. Несколько минут прошло в молчании. Эрик смотрел в зеркало заднего вида. Убедился, что улица пуста. Потом выдохнул и сказал: — Мне нужно, чтобы ты осталась здесь. Он не поймёт сразу, если я войду тихо. А если поймёт — я справлюсь. У нас нет другого шанса. Его знания могут спасти жизни. Памела хотела возразить, но сдержалась. Только кивнула. Эрик исчез за углом. Трейлер окружали сухие сорняки, завязшие в рыжей глине. Сзади, у обшарпанной стены, было окно. Решётки не было. Эрик подтянулся, прижался к стеклу. Тревис сидел за столом, в наушниках. Что-то печатал быстро, словно играл на клавишах. Эрик двинулся дальше, к задней двери. Замка не было — просто прижата внутренняя защёлка. Щёлк — телекинез, и она сдалась. Открылась со скрипом. Внутри пахло пластиком, жареным сыром и пылью. Свет от мониторов пульсировал голубым. Тревис даже не обернулся, пока Эрик не оказался за его спиной. Удар был точный — шокер, в шею. Программист затрясся, дёрнулся и осел на клавиатуру. — Извини, — пробормотал Эрик. — Некогда объяснять. Я усадил Тревиса на пол, подложил под голову куртку. Приложил к нему руку.  [Персонаж: Тревис Лонг Пол: Мужской Возраст: 35 лет Профессия: Программист, специалист по кибербезопасности Статус: холост, недосып Способности: отсутствуют  Умения: Программирование (Ур. 10)Взлом (Ур. 9)Кибербезопасность (Ур. 7)Анализ данных (Ур. 6)Скрытие цифровых следов (Ур. 5)Ремонт ПК (Ур. 5)Администрирование (Ур. 4)Самооборона (Ур. 2)Вождение авто (Ур. 2)Кулинария (Ур. 1) Я мысленно активировал копирование. [Копирование навыка “Программирование (Ур. 10)” начато. Время до завершения: 00:18:00] Через 8 минут после начала Памела вошла тихо, закрыв дверь за собой. — Что случилось? — спросил я, не отрывая взгляда от экрана. [Оставшееся время: 00:09:57] Памела глубоко вздохнула, голос её дрожал: — Мне предвиделся Слендер… Он был здесь, совсем рядом. Я почувствовала его присутствие. [Оставшееся время: 00:09:00] Я бросил на неё быстрый, сосредоточенный взгляд и кивнул, не показывая ни страха, ни сомнений. — Ты что с ним сделал? — спросила она, тревожно глядя на меня. — Я просто вырубил Тревиса, — ответил я. — Сейчас копирую у него навыки программирования и взлома. В общей сложности это займёт около тридцати четырёх минут — сначала программирование, потом взлом. — Я… просто молча рядом тут посижу, — тихо сказала она и опустилась на край потрёпанного дивана. Через какое время высветилось уведомление. [Копирование завершено.] Как только завершилось копирование первого навыка, я почувствовал, как внутри системы что-то встало на место — и сразу же запустил следующий процесс. Нельзя было терять ни секунды. Я мысленно активировал копирование. [Копирование навыка “Взлом (Ур. 9)” начато. Время до завершения: 00:16:00] Внутри вновь щёлкнуло, словно включился новый механизм. Не больно, но ощутимо — будто что-то начало вращаться в глубине сознания, загружаясь в систему. Где-то в висках стало пульсировать, словно кто-то прокладывал новые нейронные маршруты. Было неприятно, но терпимо. [Оставшееся время: 00:15:45] Памела сидела тихо, стараясь не мешать. Её взгляд всё ещё был прикован к Тревису. Я чувствовал, как она хочет задать вопросы, но сдерживается — понимала, что сейчас не время. Суть этих копирований в систему была странной: знания не всплывали в голове, как после лекции или книги. Я не “знал”, как взламывать. Но знал, что если обращусь к системе — тело само подскажет, что делать. Навык словно встроился в системную память, хотя и не был моим. [Оставшееся время: 00:13:50] Мир слегка дрожал. На уровне подсознания я ощущал, как система копирует опыт Тревиса — его логику, обходы, интуитивные решения. Всё это сжималось и превращалось в умение, готовое к применению, но не к осмыслению. — Тебе… не стыдно так делать? — вдруг прошептала Памела. Я покосился на неё. — Стыдно было бы ничего не делать, — ответил, глядя в синеву экрана. [Оставшееся время: 00:12:00] За окном потрескивали ветки, ветер шуршал в сухой траве. Внутри трейлера было тихо — только приглушённое гудение мониторов и редкие звуки дыхания — моего и Памелы. Она сидела на диване, обхватив колени, будто старалась стать меньше. Я знал — что она сильнее, чем кажется. Но сейчас её словно тянуло вниз: усталость, страх, предчувствие… или всё сразу. Давление тульпы на неё ощущалось сильнее всего. [Оставшееся время: 00:10:00] — С ним точно всё будет в порядке? — спросила она, не отрывая взгляда от Тревиса. — Да. Он жив. Просто вырублен. Не больно. Пауза. — Я умею делать это быстро. Она кивнула. Тихо. Почти незаметно. [Оставшееся время: 00:09:20] Система работала без сбоев. Я чувствовал, как она встраивает новую способность, как пишет в меня саму суть процесса — не учебник, не лекцию, а нечто ближе к инстинкту. Как ловить мышь, если ты — кошка. Как открыть замок, если ты — тень. Это не знание. Это — умение. [Оставшееся время: 00:07:40] — Как… ты это вообще понял, что можешь копировать? — спросила Памела. — Сложно объяснить. Просто… почувствовал. Как будто во мне что-то проснулось. Я ощущал присутствие Слендермена, не видел его, но его взгляд был внутри. [Оставшееся время: 00:06:00] Я взглянул на Тревиса. Его лицо было спокойно, почти отстранённо. Он даже не знал, что прямо сейчас часть его опыта, его годы учебы и работы — не крадётся, а переписывается. Как резервная копия — только в меня. В глубине души я знал — это не совсем не правильно ударить шокером человека и насильно скопировать навыки. Но если бы у меня был выбор, я бы всё равно сделал то же самое. Мы в опасности. Я не могу позволить себе деликатность. [Оставшееся время: 00:04:00] Впереди был путь, к которому я не был готов. Но система — была. Я чувствовал, как навык уже почти скопирован. Как пальцы чуть подрагивают, ожидая клавиатуру. [Оставшееся время: 00:02:00] Памела положила руку на моё плечо. Лёгкое касание. — Ты… изменился, Эрик. — Возможно, — сказал я, не оборачиваясь. — Но выбора не было. [Копирование завершено.] Внутри словно что-то встало на место. Щелчок. Готово. [Получен навык: Взлом (Ур. 9)]