Нулевые отношения

V

Футболка брата

      Стоит ли говорить, что остаток дня Вайз провёл в самом скверном расположении духа? Однако он ничуть не убивался за красоткой, что над ним так подшутила. Скорее он корил себя за то, что так легко повёлся на её уловку. Всё это угнетало его и Вайз был ещё более неразговорчив, чем обычно.       Наблюдая за братом, Белль догадывалась, что происходило в его душе, и ей было его искренне жаль. Она даже перестала филонить и остаток домашних обязанностей выполнила безукоризненно.       Последним хлопотным делом оставалась стирка. Белль взяла эту обязанность на себя. Видя инициативность сестры, Вайз сильно удивился, но возражать не стал. Зайдя в уборную, Белль начала перебирать бельевую корзину: что отправить в химчистку, а что будет достаточно просто закинуть в стиралку.       «Хм… — достав из корзины футболку брата, Белль принюхалась к ней, — почти чистая… Если подумать, Вайз такой чистюля. Среди парней это редкость. Почему он вообще бросил эту футболку в корзину? Она же почти не пахнет»       Белль не заметила, как увлеклась. Прижимаясь лицом к футболке, она втягивала носом её аромат и испускала трепетные вздохи. Внутри вдруг стало так тепло и приятно, а в гортани возникло лёгкое удушье, кружившее ей голову.       «Нет… она всё же пахнет. Пахнет Вайзом»       Дверь уборной тихо скрипнула. В образовавшемся зазоре появилась лицевая панель Эоса. Банбу посмотрел на Белль, а она посмотрела на него. Пару секунд они провели в неловкой тишине. Щёки Белль подёрнулись румянцем. Она устыдилась, как будто её застали за чем-то неприличным (впрочем, так и есть).       — Эос, не смотри на меня так! Ты в последнее время как-то подозрительно меня преследуешь.       — Эн-не-не…       — Что ты такое говоришь? Не выдумывай.       — Эн-на! Эн.       — Ещё одно такое выражение и я извлеку из тебя речевой модуль! — между бровей Белль возникла строгая морщинка.       Всё также подозрительно щурясь, Эос медленно закрыл дверь и ушёл.       — Эн-на-на…       — Я всё слышу!       Рассортировав грязную одежду, Белль наконец принюхалась к себе и, к своему стыду признала, что её футболка куда грязнее, чем всё, что Вайз сгрузил в корзину. Сняв футболку, она закинула её в стиралку. Но не ходить же с голой грудью?       Думая, что надеть, Белль продолжала держать в руке футболку Вайза.       «Ну нет… — после мимолётной мысли, Белль почувствовала, как осеклась и засмущалась. — Хотя… мне же нечего надеть»       Пересилив возникшее внутри моральное сопротивление, Белль-таки надела футболку брата.       «Не возникнет же каверна Шестой улице, если я немного в ней похожу, правильно? К тому же она не настолько грязная»       Однако стоило ей всего чуть-чуть в ней походить, как Белль почувствовала, что её окружает лёгкий ореол аромата. Вернее, это был не столько запах, сколько ощущение — такое тёплое и слегка удушливое. Она носит футболку Вайза!       «Но что в этом такого особенного?» — раз за разом думала Белль. И всё же было в этом что-то такое, что не подвластно описанию.       Запихнув грязное бельё в спортивную сумку, Белль вышла через парковку и направилась в химчистку. То ли это было самовнушение, то ли на самом деле, но она продолжала физически ощущать футболку Вайза. Мысли об этом не покидали её. Футболка ощущалась тактильно и с каждым шагом Белль чувствовала, как соски трутся о слегка шероховатую ткань.       «Блин, это так… странно… Как Вайз может комфортно это носить?»       Белль почувствовала, как у неё возбуждаются соски и это показалось ей таким неправильным. Можно ли считать, что её возбудила одежда брата?       К счастью, химчистка была совсем рядом, но грудь Белль к этому моменту уже сильно возбудилась. Её соски отвердели и чуть вытянулись, выступая через футболку.       «Блин, блин, блин! Главное, чтоб меня в таком виде никто не увидел!»       У таких мыслей есть неприятная особенность воплощаться в реальность, поэтому, как только Белль загрузила одежду в стиралку, выставила время и температуру, за её спиной вдруг послышался знакомый женский голос:       — Надо же, директор! Вот уж не думала тебя тут увидеть.       Дёрнув от испуга плечами, Белль робко приосанилась, сердце быстро-быстро застучало в груди.       — Н-Николь? Что ты тут делаешь?       — Что за вопросы? Разве у нас запрещено ходить по химчисткам? — Николь по обыкновению казалась сверх позитивной.       — Просто непривычно видеть тебя в таком месте.       — Обижаешь, директор! Хочешь сказать, что у Хитрых зайцев даже на химчистку денни не хватает?       — Я это не говорила… Ты сама всё подтвердила.       Осознав, что загнала саму себя в неловкое положение, Николь осеклась и засмущалась.       — Ну ты меня, прям, как обычно, насквозь видишь, директор…       — Ещё бы… Что ты делаешь? Ты воруешь капсулы для стирки?       — Тщ! Тих-ты! Не пали контору! — Николь пугливо обернулась, проверив не смотрит ли кто. — А лучше прикрой меня.       — Эй! Не собираюсь я быть твоей сообщницей!       — Ну и предательница же ты, директор.       Николь проворно распихивала цветастые капсулы для стирки по карманам, не забывая о самом главном кармане — ложбинке между грудей.       «Удобно…» — подумала Белль, глядя на пышные формы Николь с невольной женской завистью. Она и забыла о сосках, неприлично выпирающих сквозь футболку.       — А вот твой братец всегда помогает мне проворачивать такие делишки, — довольно мурлыкала Николь, испытывая странное удовольствие от удачно складывающегося воровства.       — Не-а, Вайз просто дурачок. Отказывать не умеет и всё время вляпывается в неприятности. И Хитрые зайцы тому главная причина.       — Ну, ты на нас-то бочку не кати! Он с тобой живёт, а выглядит так, будто неделю в каверне блуждал.       — Эй? Это что ещё за упрёки?       — У Вайза и так глаза дохлой рыбы, а в последнее время он вообще сам не свой. Вы поругались, что ли?       — Да нет… там просто другое…       На губах Николь заиграла лукавая ухмылка.       — А на вас порой взглянешь, так глаз не оторвать! Прям сладенькая парочка.       — Николь… Что ты такое несёшь?       — И не скажешь, что вы брат и сестра.       Чтобы успокоиться, Николь беспрерывно болтала всё, что приходило на ум, тем самым вгоняя нашу героиню в жуткое смущение. Белль залилась краской и, отвернувшись, почувствовала, как футболка Вайза тернулась о выпирающие соски.       — Да не смущайся ты так, милая! Подобные делишки среди братьев и сестёр не редкость. Я уж не говорю про кузенов и остальных родственников.       — Николь, мне кажется, ты конкретно заболталась…       — Но я ведь тебя не осуждаю, — заверяла Николь, не зная куда запихнуть пачку порошка. — «Не! Хорош. Это уже слишком» — подумала она и вернула порошок обратно на полку.       Окончив свои воровские делишки, Николь уверенно направилась к выходу. Плотно поджатая губа выдавала её волнение, но во всём остальном она казалась невозмутимой. У выхода на раскладном стульчике сидела девушка — работница химчистки. Втыкая в телефон, она раз за разом надувала пузырёк жвачки. Когда Николь приблизилась, девушка подняла на неё пронизывающий взгляд и в последний момент преградила ей путь, вытянув ногу поперёк двери. Пузырёк жвачки надулся и со щелчком лопнул.       — Стоять, гражданочка! — сказала она, перекатывая языком жвачку во рту.       — А-… А-а?? Чего? Вы чего? Ха-ха! Я ведь просто выхожу.       — Вот ты и попалась. Вот, оказывается, кто нас постоянно обворовывает!       — Чё-ё?! Мне кажется, вы меня с кем-то перепутали!       — Сначала выверни карманы и гуляй-здорова.       — Да как вы смеете! У вас нет никаких доказательств!       Девушка поднялась и Николь попятилась от неё. В этот момент из-под её топика выскользнула капсула для стирки. Николь засуетилась и от этого посыпалось только больше капсул. Ложбинка груди — карман эффектный, но, увы, ненадёжный.       «Жадность фраера сгубила…» — подумала Белль, перекладывая постиранную одежду из стиральной машины в сушилку.