Нулевые отношения

LXXIV

«Кафка и её космическое приключение» (часть 1)

      Немного отойдя от просмотра кровавого артхауса, Белль и Вайз вернулись в кинозал. Они застали Джейн и Сета на горячем: пока зал пустовал, эти двое времени зря не теряли. Обвивая хвост вокруг его ноги и тычась кончиком ему между ног, Джейн целовалась с Сетом. Тот, прижав уши к голове, взволнованно трепетал от наслаждения, пока язык его богини извивался у него во рту.       — А-а~ вот и вы, мои хорошие! — Джейн ничуточки не смутилась, когда наши герои их застукали. — Ну как? Уже пришли в себя?       — Лучше не вспоминай… — пробормотала Белль, приземлившись в кресло и затягиваясь выдохшейся содовой. — Больше не води нас на такие фильмы!       — Ну простите. Мне стоило учесть, что вы двое к такому будете не готовы. Не переживайте, следующий фильм, будет совсем другой.       — Никакой кровищи и трэшака? — переспросил Вайз.       — Нет. Только всеобъемлющий разврат!       — «Кафка и её космическое приключение», — прочитала Белль в билете, морщась в потёмках кинозала.       — Да ладно?! — удивился Вайз, выхватывая у неё билет, чтобы своими глазами прочесть название. — Правда, что ли?! Да нет! Не может быть!       — А? Ты тоже его ждёшь? — с живостью подхватился Джейн, перегибаясь к нему через два сидения.       — Ещё бы! С первого тизера за новостями слежу! Книжный первоисточник до дыр зачитал.       — Скажи! Ловард Гавкрафт — мастер космического ужаса~ И, к тому же, изысканный порнограф. У тебя какая любимая глава? Хотя нет! — Джейн приложила палец к его губам.       — Ничего не говори. Не будем спойлерить нашим вторым половинкам.       — Я почему-то думал, что фильм выйдет зимой. Обычно такие громкие релизы по десять раз переносят, чтобы подразнить зрителей.       — Твоя правда, — согласилась Джейн. — Но он вышел буквально на днях. В Интерноте ещё нет, а в прокат уже пустили.       — Уже не терпится посмотреть!       — Потерпи, мой милый друг~ С минуты на минуту начнётся.       — Актриса Кафки такая красотка.       — И не говори~ Настоящая Венера~ Видел её фотки со сьёмок?       — Да!       — Ну скажи, она богиня! С таким телом~ и такая харизма~ Просто нечто!       — Вы закончили? — заворчала Белль. — Может хватит переговариваться через моё место?       — Никак приревновала, да? ~ — подтрунила Джейн.       — Да ни в жизни! Я просто знаю, какой Вайз озабоченный извращенец, вот и всё.       — Э? От девушки такое слышать обидно, — смутился Вайз.       — В первую очередь — от сестры, — уточнил Сет.       Старые зрители ушли, новые пришли, и только наши две парочки так и сидели на последнем ряду. Сгорая от нетерпения, Джейн Доу и Вайз не могли усидеть на месте.       Наконец все зрители уселись (в этот раз зал был почти полон) и свет погас.       Закадровый голос вещал:       «Однажды, в далёкой-далёкой галактике, корабль-разведчик бороздил космические просторы. Наши бравые герои, Кафка и её юный подопечный по имени Келус, отправились в поисковую экспедицию, чтобы найти исчезнувший космический корабль «Амазонка». Больше года от его экипажа не поступало сигналов. Но Кафка и Келус не отчаивались раскрыть тайну исчезновения «Амазонки»…»       — Какая красивая графика, как для порнофильма, — прокомментировала Белль.       В кадре показали маленький космический корабль, угодивший в метеоритный дождь. Оставляя за собой реактивный хвост, аппарат ловко лавирует между каменных глыб. В кабине сидят два пилота — Кафка и Келус. Держась за штурвалы, герои сконцентрированы на управлении.       Корабль содрогается от столкновения, загорается красный свет, ревёт тревожный гудок.       — Не отчаивайся! — воскликнула Кафка. — Держи штурвал, Келус!       — Я не могу! Их слишком много!       Второе столкновение, третье. Голос искусственного интеллекта оповещает: корабль получил критические повреждения, управление потеряно, включён аварийный режим.       — Прямо по курсу что-то большое, капитан Кафка! — восклицает Келус.       — Готовься к столкновению!       — Мне страшно! — он схватил её за руку.       — Ничего не бойся! Закрой глаза! Закрой!       Экран гаснет, раздаётся грохот чудовищной аварии.       Кабина заполнилась дымом. Всё также мигает красный свет, но обстановка улеглась.       Кафка первой пришла в сознание. Отряхнув потерявшего сознание Келуса, она запустила мониторинг повреждений корабля. Они столкнулись с чем-то большим, но это был не метеорит. Когда вентиляция отсосала дым, Кафка и Келус сквозь лобовое стекло увидели измятый метеоритами фюзеляж космического корабля.       — Это же… Не может быть! — восклицает Келус.       — «Амазонка»!       Наконец их многомесячные поиски увенчались успехом.       — Некогда сетовать на аварию! — Кафка воодушевлена и полна энергии. — Сейчас же, Келус, пришвартуйся и перекинь пространственный мост.       — Вы уверены, капитан? Там может быть опасно.       — Мы зашли слишком далеко, чтобы теперь пойти на попятную, мой юный друг! Я отправлюсь на разведку.       — Я с вами!       — Нет! Я сама пойду, а ты оставайся здесь. Ремонтируй нашу пташку, чтобы мы могли вернуться на станцию с радостной вестью.       От крошечного корабля-разведчика к огромному космическому линкору протянулся ярко-синий пространственный мост. Вооружившись бластером и фонариком, Кафка прошла на борт «Амазонки». Она была одета в очень облегающий костюм тёмно-малинового цвета, сочетавшийся с её волосами. При каждом шаге её большая грудь подскакивала, а ягодицы заманчиво потряхивались (эти места то и дело показывались крупным планом).       Кафка оказалась в большом зале столовой. Вокруг непроглядная тьма. Луч фонаря выхватил в тёмном углу фигуру мужчины. Кафка обрадовалась, обратилась к нему, но тут же отшатнулась. Мужчина сидел за столиком совершенно голый; только на голове у него был космический шлем.       — Что, чёрт возьми, с ним такое? — говорит сама с собой Кафка.       Мужчина повернулся к ней и встал со стула. У него крепкое мускулистое тело и огромный член. При виде Кафки в облегающем скафандре, его орган подёргивается.       — Похоже он мирный. Не нападает. Но сознания у него больше нет. Нужно разведать обстановку…       — Сись-… ки… — мужчина протянул руки, как зомби, но споткнувшись через стул, плашмя свалился на пол.       Кафка оказалась в длинном коридоре. Почти все проходы были завалены хламом. «Амазонка» сильно пострадала, дрейфуя в космическом пространстве. Но Кафка намеревалась восстановить питание и включить электричество. Пробравшись в машинное отделение, она унюхала мерзкий запах плесени. Со словами: «Что-то здесь не так…», она ступила в темноту.       Зрители вздрогнули от скримера.       На Кафку набросился какой-то монстр. Когда-то это был человек, член экипажа «Амазонки», но его тело претерпело омерзительные изменения. Сквозь каждую пору его тела проросли отростки. На несчастном паразитировал какой-то гриб, подчинив своей воле его сознание. После недолгой борьбы Кафка застрелила его бластером.       — Сс, ай! Как жжётся! — она схватилась за места, к которым прикоснулся убитый. — Он токсичен!       На радость зрителям расстегнув скафандр, Кафка оголилась по пояс, осматривая ужаленные руки и плечи.       — Выхода у меня нет. Как бы мне не хотелось, придётся воспользоваться сывороткой!       У антидота, который вколола себе Кафка, была побочка, повышающая уровень либидо. Кафка много раз видела, как люди, сделав себе укол, теряли рассудок от похоти. Но Кафка не сомневалась в своём самообладании. После укола воспалившиеся места быстро рассосались.       Она добралась до панели питания и после нехитрых манипуляций включила свет. Подключившись к терминалу, Кафка поняла, что электричество включилось не во всём корабле. «Амазонку» условно можно разделить на освещённые и тёмные зоны. Нижний ярус почти весь был окутан мраком, тогда как верхний был относительно безопасен.       Относительно безопасен, потому что корабль был запружен членами экипажа «Амазонки», которые оказались точь-в-точь, как тот первый, в столовой. Их рассудки помутились по какой-то непонятной причине. Впрочем, Кафка уже догадывалась — по какой. Обследовав мусорные корзины и отсеки с отходами, она обнаружила множество разломленных ампул и использованных шприцов той самой сыворотки, которую ей пришлось вколоть себе, когда её ужалил грибоголовый.       После нескольких схваток с этими тварями, Кафка заметила, что они держатся исключительно в потёмках, а электрический свет для них смертоносен, луч фонарика обжигает их как горелка, а комната, озарённая потолочным светом равноценна раскалённой печи. Умирая, монстры растекаются зловонной, студенистой массой. Все эти сведения Кафка сообщала Келусу через голосовой передатчик в электронных часах.       Отупевшие от похоти космонавты, на которых не распространилась плесень, подстерегали Кафку за каждым поворотом. Каждая инъекция сыворотки немного повышает температуру тела, поэтому все они, без исключения были голые, потные, раскрасневшиеся и с каменными членами. Многие мастурбировали на ходу, а заметив Кафку, ускоряли руку и извергали на неё обильные порции спермы. Кафка очень злилась, когда такое происходило. Извержения были такие мощные, что сперма долетала до неё из другого конца комнаты.       Женский туалет верхнего яруса оказался тёмным. Кафка почувствовала запах плесени, но ей необходимо было обследовать это место. Неожиданно дверь кабинки приоткрылась и оттуда показалась поражённая грибами рука. Кафка бросилась бежать и натолкнулась на шкафчик с туалетными принадлежностями. В суматохе, она не придумала ничего лучше, чем спрятаться в нём. Но распахнув дверцу, она с удивлением обнаружила там ещё одного отупевшего члена экипажа.       — Т-ты?! — прошипела она. — Что ты зде-… ох, у меня нет времени!       — Сиськи…       — Подвинься давай!       Туалетная кабинка распахнулась, вырвался грибоголовый, но Кафка уже спряталась. Монстр был в смятении, пристально осматривая помещение. В это время Кафка и мужчина теснились в шкафчике.       — Отстань же ты! — шипела она. — Отстань кому говорят! Хватит меня трогать! Услышит же!.. Ох…       Потные горячие руки лапали её со всех сторон. Член прижимался к её промежности. Этот придурок изнасиловал бы её, если бы не плотная резина скафандра.       Грибоголовый услышал шум и подошёл к шкафчику. Кафка притихла и зажала мужчине рукой рот. Протяжная нота накалила интригу. Казалось, что они вот-вот будут обнаружены. Но монстр услышал что-то со стороны вентиляции и побежал туда, скрывшись в шахте.       Кафка тотчас же выскочила из шкафчика. Её скафандр был испачкан спермой.       — Ты! Ты меня всю обкончал, чёртово животное!       Мужчина продолжал тянуть руки, но Кафка с раздражением захлопнула его в шкафчике.       — Вот и сиди там! Придурок.       — Она так мило ворчит, — неожиданно прокомментировала Джейн. — Но скоро она станет раскрепощённее. Во! Сейчас!       Кафка сунулась на нижний, тёмный, ярус «Амазонки» и почти сразу была атакована монстром. Убить это тупое существо не составляло труда, однако…       — Оно снова ко мне прикоснулось… Чёрт! Чёрт! Чёрт! — от души выругавшись, она осмотрела себя. На ужаленных местах почти сразу начала распространяться плесень. — Выхода нет…       Она сделала себе вторую инъекцию сыворотки.       — Вот блин… здесь становится жарко… — Её лицо раскраснелось, дыхание участилось.       Оттягивая ворот скафандра, она загоняла под него прохладный воздух.       Теперь она уже не так ругалась на домогавшихся её идиотов из команды «Амазонки». Ей даже стало их жаль. Она всё ещё ворчала, отталкивая их, но не била.       То, что «Амазонку» поразил космический вирус, было понятно изначально. Картина окончательно прояснилась, когда Кафка нашла бортовой журнал. Из него она узнала, что «Амазонка» угодила в метеоритный дождь. Пилоты лавировали, как могли, но один из метеоритов, угодив в особо тонкий участок корпуса, пробил его. Пролетели дождь, пробоину быстро заварили, но космический камень остался на борту. Стали гадать, что с ним делать. Одна часть экипажа хотела его выбросить (он был какой-то смолянистый, весь в налёте и неизвестных грибах), однако решено было исследовать камень. Очень быстро среди экипажа заметили странную болезнь. Люди чахли на глазах. Не помогали даже антибиотики. И только сыворотка сводила на нет все симптомы.       — Вот оно что… — отозвался Келус, когда Кафка вернулась на борт разведчика и зачитала ему бортовой журнал. — Теперь всё ясно. Команду поразил неизвестный грибок. Это объясняет, почему они сделали так много инъекций и утратили рассудок, доведя себя до животного состояния… Капитан Кафка, вы меня слушаете?       Взгляд Кафки был прикован к промежности Келуса. За время экспедиции он перестал скрывать свою эрекцию и откровенно признавался, что она возникает у него при виде тела Кафки в облегающем скафандре.       — Капитан… вы меня смущаете… Не смотрите туда так. Вы же знаете…       — Ты слишком напряжён. И не можешь сконцентрироваться на работе.       — Возможно… но-…       — Так нельзя! Раздевайся.       — Чт-?       — Раздевайся! Это приказ!       По кинозалу волной прокатились шорохи и шепотки. Наконец-то за сорок минут фильма им показали полноценную интимную сцену.       Кафка сорвала с Келуса его серебристый скафандр и, оголив грудь, опустилась на корточки. Она собиралась только помастурбировать ему, но с каждой секундой становилось ясно, что в ней происходит внутренняя борьба с неудержимым желанием.       Глядя в экран, Вайз смущённо прикрыл рот рукой. Вторая его рука лежала на промежности, периодически её сжимая. Удержаться, чтобы не трогать себя оказалось непросто.       Сперма Келуса должна была вот-вот излиться Кафке на грудь, но в последний момент она не устояла и, раскрыв рот, проглотила его семя.       Поглядывая по сторонам, Белль подмечала, что зрители ведут себя не так, как принято вести себя в кинотеатре. Она испугалась, когда увидела, как какой-то парень, совершенно неприметно положив сумку на ноги, подёргивал под ней рукой. Ещё более неловко стало, когда она посмотрела в противоположную сторону и застукала за этим брата.       — Вайз! — шикнула она. — Постеснялся бы!       — Что? Я ничего не делаю. Вот, — он отвёл руку, гордо продемонстрировав сестре застёгнутую ширинку.       Джейн ухмыльнулась и, облизнув губы, погладила Сета между ушей.       — Эх, детки! Вы такие нерешительные. Ну, делать нечего. Придётся показать вам пример. Давай, Сет.       — Г-госпожа?       — Ну-ну! Будь паинькой. Ты прекрасно знаешь, что мне от тебя надо. Давай!       Откинув подставку для ног, Джейн расположилась полулёжа, поставив на неё ноги. Её мини-платье задралось, оголив её пышные бёдра и ноги. Сет покорно опустился на колени и спустил с неё стринги.       — Вы серьёзно? Здесь же люди! — Белль пугливо озиралась.       Лучше бы она это не делала.       Со всех сторон, куда ни глянь, она обнаружила столько похабщины, сколько не происходило в тот момент на экране.       — Вот видишь, — вздохнула Джейн. — Расслабься. На вот! Может это тебе поможет.       Она извлекла из сумочки маленькую декорированную флягу и, открыв крышечку на стаканчике Белль, плеснула в её содовую порядочную дозу крепкого алкоголя.       — Расслабься, подруга, выпей. И помоги расслабиться брату. Его член так и рвётся из штанов.