Нулевые отношения

CXII

Орк и эльфийка (часть 4)

      Очень скоро орк Вайз и эльфийка Белль, идя на шум воды, вышли на лесную прогалину. По излизанным камням в небольшое озеро скатывался водопад.       Как истинный орк, Вайз не выказывал смущения даже в присутствии девушки: он без задней мысли снял набедренную повязку, входя в кристально-чистую озерную воду.       Белль вспыхнула румянцем и отвела глаза от звериной наготы этого неотёсанного орка.       — Все вы такие! — пробурчала она, располагаясь на мшистом берегу.       Вайз тщательно обмывался и полоскал набедренную повязку. Вскоре грязи на нём совсем не осталось.       Вопреки отвращению перед чужеродным обликом орка, Белль поймала себя на том, что её глаза так и тянутся в его сторону. В такие моменты она попрекала саму себя и, надувшись, отворачивалась круче спиной, чтобы даже краешком глаза не смотреть… И всё же, почти сразу, снова невзначай оборачивалась и жадно косилась.       Большой, мускулистый… Конечно, не такой верзила, как его соплеменники. На их фоне Вайза даже можно назвать тощим. Но в сравнении с эльфами, он — настоящий великан. Ростом под два метра. Плечи — даже если два взрослых эльфа за руки возьмутся, не обхватят его…       «Ну ладно, — поправила себя Белль, — не настолько он широк в плечах. И всё же, он — настоящая гора! А ещё… О Богиня! Куда я сейчас посмотрела?!» — Белль закрыла лицо ладонями, когда её взгляд предательски опустился, и она увидела мужской орган орка.       — Огромный… — пробормотала Белль, закусывая ноготь.       За свои девяносто лет жизни, Белль видела пенисы, и уже сбилась со счёта, сколько раз. Эльфы наготой восхищаются и не стесняются её показывать. У её соплеменников даже есть культ маленьких пенисов. Дескать, чем меньше член, тем более его владелец утончён, возвышен и не подвержен низменным животным страстям.       «А этот даже в руке не поместится… О нет! О чём это я сейчас подумала?! Фу!»       — Эй, эльфийка? — окликнул Вайз, уже долгое время следивший за её странным поведением. — У тебя всё хорошо?       — А? А!.. Что? Н-нет. То есть, да! Я в порядке. Да! Я в полном порядке!       — … Что-то не похоже.       — И вообще, у меня имя есть! Никакая я тебе не «эй»!       — Прости… Э. Как тебя там?       — Белль! Меня зовут Белль! Запомни уже, башка дубовая!       — А я вообще-то, — в свою очередь возразил Вайз, — не дубовая башка! А Вайз!       Белль фыркнула в нос, отворачиваясь.       — У вас, орков, такие неблагозвучные имена: Ва-а-йз! Челюсть вывихнуть можно.       — Не бойся. Если вывихнешь, я тебе её быстро вправлю обратно.       — Ты мне угрожаешь сейчас?       — Боюсь, тебе это только кажется. А если тебе что-то кажется, значит ты об этом много думаешь… Ну, так мудрые орки говорят.       Белль тотчас закусила губу.       «Этот болван уже начинает что-то подозревать…»       Она даже самой себе боялась признаться, что какая-то неведомая сила так и притягивает её к этому здоровяку. Наверное, после всех пережитых ужасов её рассудок помутился — так, по крайней мере, Белль пыталась объяснить свои чувства.       Увлёкшись водными процедурами, Вайз совсем упустил эльфийку из виду. Несколько раз тщательно умывшись, он посмотрел на берег, и её там уже не было. Первая мысль: дала стрекача! Но, оглядевшись, Вайз обнаружил Белль поблизости, в воде.       — Что это на тебя нашло? — спросил он, наблюдая за ней.       Сняв набедренную повязку и оставшись в том виде, в каком её сотворила Природа, Белль маленькими шажочками входила в озеро, разводя в сторону локти.       — Ль-ледяная какая! Как ты в ней моешься?!       — А разве вода должна быть тёплой?..       — Чего?!       — Ну. Тёплая вода ощущается, как моча. Мыться в такой воде противно. Разве нет?       — Вы, толстокожие орки! Вас хрен проморозишь.       — Ополоснуть тебе плечи?       — Нет! Отошёл! — Белль отшатнулась, когда Вайз приблизился.       Орк невинно вскинул руки.       Белль попыталась ополоснуться, но струйки ледяной воды ощущались, как острейшие лезвия, полосующие кожу.       Сквозь хрустальную поверхность воды просвечивали эльфийские ягодицы, завораживающие округлостью форм. От холода соски Белль сжались и отвердели, чуть заметно вытягиваясь вперёд. По всему её телу волной проступили мурашки.       Красота Белль привлекла Вайза. Мощное оркское сердце заколотилось в груди, разгоняя кровь по всему телу. И, в особенности, посылая её в тот орган, размером которого он так гордился. Его член медленно вздыбился, и звериные инстинкты завладели телом Вайза, внушая ему влечение, которому он не мог сопротивляться.       Белль в это время стояла к нему спиной. Она бы ни за что не сунула свой белый эльфийский зад в эту ледяную лужу, если бы её не подтолкнули особые желания. Полностью обратившись в слух, Белль затрепетала уже не от холода, а от проснувшегося в ней страха, услышав журчание воды, обтекавшей мускулистые ляжки Вайза, когда он медленно подбирался к ней.       Необъятное тело орка затмило луну и отбросило на эльфийку тень. Тяжёлые, мохнатые руки схватили её за плечи. Белль вскрикнула. Вода с шумом заплескалась. Вайз обнаружил в ней неочевидную на первый взгляд силу, и чуть не получил по зубам, но, вовремя скрутив ей руки, он выбросил Белль грудью на берег, открывая себе её самые аппетитные места.       — Нет! Убери свои вонючие лапы! Чудовище!       — Тише, курочка! Не брыкайся. Ты ведь не хочешь, чтобы я ненароком тебя поцарапал? Предупреждаю: у меня очень толстые когти.       — Даже звери не жрут друг друга на водопое! Как ты мог воспользоваться моей беспомощностью?!       Удерживая руки Белль скрещёнными на пояснице, Вайз второй рукой трепал самые прекрасные на свете эльфийские ягодицы и прикасался своими шершавыми пальцами к её нижним губам.       — Я думала мы подружились! — жалобно простонала Белль. — Я думала ты хороший!       Стоит заметить, свою роль она отыгрывала на все сто. И Вайза не на шутку распалила её эмоциональность. Напрягая мускулы, он вдавил её в моховой ковёр и, мастурбируя член, не мог выбрать каким способом овладеть своей жертвой.       Впиваясь когтями в белоснежную плоть, он оттянул ягодицу, оценивая узкое, розовое отверстие, которое туго сжималось, когда Белль силилась вырваться.       — Нет! Даже не вздумай! Не смей! — вскрикнула Белль, когда он помассировал там пальцем.       — Думаешь, я тебя послушаю?       — Остановись! Прошу тебя! Я не хочу!       — Может, ты ещё не заметила, эльфийка, но ты сейчас не в том положении, чтобы я считался с твоими желаниями!       Вайз плотно прижался отвердевшим органом к узкой ложбинке между ягодиц и, чтобы нагнать на себя аппетит, начал им тереться.       — Вайз, нет! Стой! Я не хочу! — вскрикнула Белль немного изменившимся тоном.       Вайз сначала неправильно её понял и чуть было не вышел из роли.       «Ладно, наверное, это действительно перебор, и я…» — но, посмотрев ей в глаза, он всё понял.       Искажённое маской страдания лицо скрывало дикое, иррациональное желание. Белль нахмурилась, послав брату мысль: «Даже не вздумай останавливаться!» И тотчас тонкие бровки изогнулись, выражая невыносимую муку и упрёк предательской судьбе, что завела её — несчастную эльфийку — прямиком в лапы насильника-орка.       — Больная извращенка…       — Тщ! — отрывисто шикнула Белль, продолжая играть свою роль.       Ногами Белль ещё оставалась в воде, плескалась и баламутила песок, но остановить орка никак не могла. Скопив во рту слюну, Вайз обильно сплюнул на её зад, в качестве некоторой поблажки для неё и более лёгкого и приятного начала для себя.       Вжавшись лицом в сырой мох, эльфийка испустила мучительный стон. Её плоть болезненно растянулась под натиском оркского члена. Мускулы Вайза обратились сталью, он держал Белль за плечи и неумолимо напирал бёдрами, слушая её стенания, но не откликаясь на них. Несколько раз его орган выскальзывал из-за вздрагиваний Белль, но это было даже хорошо, потому что Вайзу снова предстояло протиснуться сквозь невероятно узкий задний проход, что доставляло ему огромное наслаждение.       — Попытайся расслабиться, эльфийка, — язвил Вайз, поглаживая Белль по вспотевшему лицу. — Сама подумай. Чем сильнее напрягаешься, тем тебе больнее.       — Чтоб ты сдох!       — Прими уже, наконец, своё положение. И, возможно, я кончу быстро. И тем быстрее всё закончится.       В это трудно поверить, но оркский член полностью вошёл в тело эльфийки. Вайз очень живо ощущал, как вокруг его органа пульсируют её мускулы, и как каждое сокращение внутренностей распаляет пламя его похоти. С первыми же движениями Вайз заметил кровь, обагрившую член, но не остановился. Оставив попытки спастись, бедняжка протяжно завывала. Она скользила грудью и животом по мху в такт ударам бёдер и на её искусанных губах выступила кровь, а из глаз покатились слёзы, блестевшие в лунном свете, как маленькие алмазики.       Пару минут спустя Белль, видимо, отключилась: всё вдруг потемнело и утонуло в дымке, а открыв глаза, она обнаружила себя поднятой над землёй. Спиной она прижималась к мохнатой груди Вайза. Её объял резкий, кислый запах пота. Вайз держал её под коленями, скрутив в очень болезненной позе. Из её разорванного анального отверстия вязкими каплями тянулась сперма. Все её внутренности словно завязали в узел и варварским образом этот узел развязали. К счастью, в момент пробуждения член Вайза уже не находился у неё внутри. Посмотрев вниз, она увидела его орган выглядывающим между её ног. Такой же твёрдый, вспененный, покрытый чем-то розовым…       «Сперма с кровью? Какие же зверства этот дикарь со мной вытворял пока я была в отключке?!»       — А? Я ещё не умерла?       — Нет. Но я уж было так подумал, — произнёс орк грубоватым голосом, облизывая её длинное ухо. — Ты почти не дышала.       — Ох! Лучше бы это случилось… и мне не пришлось бы снова всё это терпеть!       Провалившись в обморок, Белль пропустила всё самое интересное. И Вайз уловил в её реплике грустный намёк.       — Прости, эльфийка. Одного раза мне мало. Потерпишь ещё разок?       Белль запрокинула голову, пытаясь посмотреть своему насильнику в лицо.       — Что бы я ни сказала… ты же всё равно сделаешь, что хочешь?       — Ты быстро учишься!.. Хотя, если ты не будешь дёргаться, как в первый раз, возможно, я сделаю всё нежно.       — Если только слово «нежно» здесь вообще применимо.       Белль попыталась усмехнуться и воздух выскользнул сквозь её губы с каким-то вымученным звуком.       — А я думала, что ты другой. Не такой, как остальные орки.       — Поверь, есть орки гораздо… Гораздо! ужаснее меня. Ты бы в этом убедилась, умирая в овраге с перерезанным горлом.       — Не пытайся оправдаться… животное! — ненависть и презрение, с которым эльфийка изрекла ему в лицо это последнее слово, так зажгли Вайза, что он уже не в силах был оттягивать.       Подбросив Белль в своих объятиях, чтобы поудобнее её зафиксировать, он потёрся членом о её узенькую, девственную вагину. Упругие розовые стенки так плотно прилегали друг к другу, что казалось, будто протиснуться туда невозможно. И всё же, Вайз намеревался проторить себе путь сквозь боль и слёзы несчастной жертвы.       — Нет-нет! — запаниковала Белль, в ужасе смотря вниз. — Дай мне подготовиться хотя бы! Да стой же ты! Нет! Остановись!       Но орк делал то, что хотел.       Он стал медленно опускать эльфийку на свой член. Как на кол, в самом буквальном смысле. Под весом своего тела Белль неумолимо насаживалась на обвитый толстыми венами серо-чёрный орган, и внизу её живота выступила продолговатая округлость, которая плавно подымалась, туго натягивая кожу, а под ней — и её внутренности. И вот вершина этой выпуклости достигла пупка. Член вошёл полностью. В той точке вопль эльфийки стал нестерпимо мучительным. По мохнатым орчьим яйцам медленно покатились кровавые струйки.       — Лучше бы я умерла! Лучше бы ты меня прирезал и делал с моим мёртвым телом, что угодно. Только бы я этого не чувствовала!       — Верно. Но мёртвое тело не стонет, — вздохнул орк ей прямо в лицо. — Я бы лишил себя львиной доли наслаждения, если бы ударом кинжала заставил тебя притихнуть. Навечно.       — Ты ужасен! Такой же зверь, как и все остальные!       Слова Белль задавились стонами. Вайз, напрягая бицепсы, подымал её и опускал, двигая бёдрами в такт. И выпуклость на животе всё быстрее возникала и опускалась. Своими жёлто-оранжевыми клыками орк впился в нежно-розовое плечико эльфийки, терзая плоть до крови.       Белль взвыла и, вытянув вперёд руки, упёрлась в ствол дерева.       Устав держать её на весу, Вайз упёр Белль лицом в дерево, ускоряя удары бёдер. Нежные стенки разорвались под напором члена, но, сохраняя упругость, будто присосались к нему. Поэтому, когда Вайз делал обратные движения, окровавленная плоть вытягивалась вслед за членом, и вдавливалась внутрь под новым напором.       Белль, обезумев от боли, начала откусывать от коры кусочки мха и непроизвольно помочилась, орошая горячими каплями ляжки и колени насильника. Скользя вверх-вниз по стволу дерева, она исцарапала грудь и живот, но эти ссадины были мелочью, в сравнении с тем, что происходило у неё внизу.       Стиснув когтистыми пальцами её подбородок, Вайз силой задрал ей голову, чтобы насладиться гримасой агонии, но тотчас же обомлел от увиденного: покрасневшее, потное, покрытое слезами и слюной лицо эльфийки излучало неистовый, безумный восторг. Глядя в её большие, жгучие глаза, Вайз почувствовал, как у него похолодело в груди.       Искусанные в кровь губы чуть различимо произнесли: «Ещё!»       — Ещё!.. Ещё!!! Чтоб ты сдох, вонючий орк! Вы*би меня, и пусть демоны заберут твои потроха!       — Эльфийка… — изумился Вайз, чуть сбавив обороты.       — Эй?! Что случилось? Чего обмяк?! Давай же! Продолжай, чёртово животное! Перемолоти своей штукой мои внутренности в кровавый фарш!       «Кажется, воспитывая Белль, я где-то просчитался…» — подумал Вайз, но тотчас отогнал от себя лишние мысли, чтобы ненароком не выйти из роли.       Отпрянув от дерева, Вайз опустил эльфийку на землю.       Белль села, поджав колени, и повернулась к нему. Она посмотрела сначала в глаза, а затем перевела взгляд на его мужские органы. Мошонка и пенис Вайза были покрыты розовой пеной из спермы и крови. Белль дрожащими руками подхватила массивные, тяжёлые яйца. Они легли ей в руки, как два здоровенных яблока.       — Охренеть… какие огромные!       Лицо эльфийки зарделось румянцем, а от предсмертной бледности не осталось и следа. Она сунулась лицом под член, прямо в морщинистую плоть мошонки и с жадностью вдохнула едкий пот. Затем, обхватывая толстый ствол руками, начала неловко мастурбировать (конечно, эта неумелость была притворством, потому что Белль хорошо поднаторела в этом деле).       Раздувая живот, Вайз довольно завздыхал. Орчья рука всем своим весом опустилась ей на голову и, смяв шелковистые волосы, сунула лицом прямо к головке. Приказ был очевиден без слов. Губы Белль скривились, румянец сменился тошнотной бледностью. Под морщинистой крайней плотью было грязно, даже несмотря на недавнюю помывку Вайза в озере. Но Белль тотчас уступила перед накалявшимся гневом орка, который своим раздражённым рокотом давал понять, что лучше его не злить. Она оттянула крайнюю плоть и попробовала сделать ему минет, но головка была такой большой, что не помещалась во рту. Тогда Белль начала лизать и целовать горячий, пульсирующий фаллос, слизывать вытекающую секрецию и обсасывать его по всей длине.       Она поглаживала мускулистые ляжки Вайза и постепенно подбиралась к ягодицам. Попробовала притронуться между ними — орк не стал возражать, и даже слегка наклонился вперёд, давая добро. Тогда Белль, сунув руку ему между ног, начала подогревать его чувства, щекоча анус. Пробраться до этой упругой мышцы оказалось непросто, потому что ягодицы то и дело сжимались и пальцы пришлось одёргивать. Но орк быстро присмирел, когда ощутил сзади щиплющий, разогревающий зуд, который доставляли ему проворные пальчики эльфийки.       Белль быстро втянулась в процесс, и вот, совершая, как казалось, невозможное, она приняла головку члена ртом, но быстро подавилась и откашлялась. Вайз одобрительно похлопал её по голове. Эльфийка обожгла его похотливым взглядом, давая понять, что ему сейчас хорошо не только потому, что он заставил её это делать, но и потому, что ей самой этого хочется.       — Опасная же ты штучка! — присвистнул Вайз, потираясь членом о её щёку.       Белль продолжила ласкать его руками и ртом, мастерски совмещая одно с другим, совсем позабыв, что по сюжету она делает минет впервые, и не должна выказывать такую умелость… Но наши герои уже давно приняли это сюжетное упущение, и просто наслаждались моментом.       Но вот Вайз вплотную подошёл к тому пограничью, после которого перестаёшь быть уверен в своей стойкости. Ему не хотелось растратить сперму попусту. Этот продукт должен попасть в изначально подготовленное для него место. Вайз грубым пинком оттолкнул эльфийку, приказав ей встать на четвереньки.       Белль попыталась встать, как велено, но осилила только приподнять бёдра, между которыми неестественно широко зияла окровавленная, вывернутая наизнанку вагина. Безумный взгляд эльфийки блеснул из-за плеча, и ужасающая улыбка заострённой дугой растянула её рот. Белль хлопнула себя по ягодицам, прикрикнув:       — Ну?! Не стой столбом! Иди ко мне! Нельзя, чтобы этот сочащийся соком член высох и обветрился! Давай! Ко мне! Здесь тёплая, мокренькая норка! Видишь!       Вайз не смог устоять перед прелестями Белль, которые она так призывно задирала, и набросился на неё, как животное в сезон спаривания. Громадный мускулистый орк и миниатюрная эльфийка, сношаясь по-собачьи, смотрелись вместе контрастно и очень пикантно. Белль проявила невероятную стойкость и до самого момента, как сперма излилась в её лоно, не пошатнулась и не упала.       Издав глубокий, звериный рёв, Вайз кончил второй раз, испустив не меньше семени, чем в первый. В кульминационный момент он сбавил темп и ударял бёдрами с такой силой, что Белль скользила по земле, царапая локти и колени. Когда же член орка вышел из неё, силы окончательно её покинули. Глаза эльфийки закатились, и она свалилась на бок. Сперма густыми комками вытекала из её вагины, пропитывая молодой, сочный мох, и образуя лужицу, в которую угодила мелкая букашка, жалобно дрыгавшая лапками.       Белль посмотрела на своего насильника, который отошёл в сторону, чтобы помочиться на дерево, на его широкую спину и массивные ягодицы, и провалилась в обморок.