Нулевые отношения

CXIV

Загадка поместья Ченсфильд (часть 1)

             Зелёный «Жук» скрипнул тормозами и пыхнул выхлопной трубой, останавливаясь перед воротами старого поместья. Белль выбралась из машины, отряхнув полы пальто и поправив козырёк фуражки.       Погода стояла серая и пасмурная. Ветер шумел в сосновой роще, окружавшей поместье. Сквозь решётку был виден широкий двор с замшелым фонтанчиком и двухэтажный особняк с обсыпавшейся тут и там черепицей и почерневшими стенами.       Заметив подъехавшую машину, ворота открыл худощавый, высокий мужчина, старше среднего возраста. Это был агент местного бюро по продаже недвижимости. Галстук съехал набок, узел распустился, а воротничок рубашки заметно засалился. Мужчина выглядел замученным, явно страдал бессонницей, а по нездоровому цвету лица можно смело предположить, что он страдает болезнью печени или жёлчного пузыря.       Белль припарковалась во дворе и, достав из багажника увесистый саквояж, вместо приветствия протянула агенту визитку.       — Добрый вечер, мисс... Э-э-э... — агент подслеповато сощурился на тиснёную карточку, которую она ему протянула.       На визитке в три строки была напечатана специальность нашей героини: «Белль *****-кин. Консультант-метролог по инструментальной детекции кинетических аномалий, электромагнитных флуктуаций среды и хроноинтрузивному мониторингу».       — Матерь божья… каких людей уже нанимаем! — пробормотал агент, с трудом прочитав это про себя. — Мисс Белль? Вы из N-ского агентства?       — Да-п. Именно так, — бодро кивнула Белль, в сотый раз поправляя фуражку.       — Ну наконец-то! Мы долго вас ждали!       Белль посмотрела на дом, подпиравший острыми шпилями пасмурное небо. Она была полна оптимизма и жажды деятельности, огоньками блестевшей в глазах. А агент косился на дом с некоторым отвращением и усталостью.       — Владелец, мистер *****-ер, уже обо всём вам рассказал?       — Да, я получила письмо.       — Замечательно. В таком случае не буду тратить ваше и своё время на долгие объяснения. Но всё же не могу не посвятить вас в некоторые подробности.       — Да, пожалуйста.       Они поднялись на крыльцо и прошли в дом. Шум ветра за дверью мгновенно стих, сменившись полной тишиной. Они оказались в просторном вестибюле с широкой лестницей на второй этаж. Воздух внутри был застоявшимся и прохладным. Стены и высокий потолок сплошь покрывали потемневшие от времени дубовые панели, из-за чего в холле царил глубокий полумрак.       Агент повернул налево и повёл Белль через двустворчатую дверь в просторную гостиную. Девушка неторопливо шла следом, подошвы её ботинок тонули в толстом ковре, раскинувшемся во всю комнату. Белль следовала за агентом, рассматривая массивную антикварную мебель: тяжеловесные кресла, резной комод и запертый секретер.       — Стоимость этого дома опустилась уже до смехотворной суммы, но мы всё равно не можем закрыть сделку. Мистер *****-ер в отчаянии. За последние полтора года отсюда съехал уже шестой покупатель. И ладно бы они просто требовали вернуть средства… Последний, почтенный бакалейщик из N, не прожил здесь и недели. Ночью пятого дня он в скорости покинул дом и отказался возвращаться даже когда мы настоятельно попросили его приехать, чтобы собрать вещи, которые он оставил.       Пройдя сквозь арку, они оказались в столовой. В центре расположился длинный обеденный стол, окружённый стульями с резными спинками. Свет тонкими полосками пробивался сквозь портьеры на высоких окнах, выхватывая из темноты тусклый блеск хрустальной люстры под потолком. Белль провела пальцем по столешнице стола, и с умным видом кивнула, рассматривая пыль, прилипшую к подушечке пальца.       «Чудная она какая-то…» — отметил про себя агент, наблюдая за ней.       — Насколько мне известно, — добавила Белль, — родные того бакалейщика определили его в лечебницу для душевнобольных. Я уже навела некоторые справки.       — Вижу, вы хорошо осведомлены.       — Да, я интервьюировала некоторых бывших жильцов. Согласились не все, но те, с которыми мне удалось побеседовать, утверждают, что от стен дома исходит какой-то странный запах.       — Мы уже потерялись в догадках, мисс Белль! Вызывали уже несколько служб по дератизации, чтобы потравить грызунов в стенах. Сами видите, почти везде стены покрыты деревянными панелями — просто рай для крыс. Но каждый раз нам говорили, что грызунов ни в одной части дома не наблюдается. Нет даже намёка на то, что они здесь когда-то водились.       — О-как! Странное дело, — задумчиво кивнула Белль, пощипывая подбородок.       — Более того, любая живность отказывается жить в этом доме. Собаку за поводок не затянешь, а кошки с ума сходят и с визгом рвутся на улицу.       — Любопытно...       За столовой была небольшая библиотека. Здесь пахло старой бумагой и кожаными переплётами. Плотно заставленные старинными книгами, стеллажи вырастали от пола до потолка, зажав между собой очень старый резной камин, от которого веяло сыростью. Перед камином было устроено местечко с глубоким креслом и чайным столиком, чтобы с комфортом сидеть нога на ногу и читать.       — Разумеется, мы пытались лично расспросить об этом владельца. Он явно знаком со всеми особенностями этого жилища, и когда мы докладываем ему об очередном выселении жильцов, он только мрачно кивает.       — Любопытно, любопытно.       Они обошли почти весь первый этаж, не зайдя только в оранжерею и крыло, в котором некогда жила прислуга. Проходя по коридору мимо этих помещений, они снова вышли к центральной лестнице вестибюля, где тускло горела единственная дежурная лампа.       — Если мы не продадим этот дом до конца месяца, наше агентство пойдёт по миру. Мы уже всё перепробовали и всё тщетно. Вы — наша последняя надежда, мисс Белль. И, уж простите за откровенность, мы находимся на пороге отчаяния, поэтому и обратились за помощью в ваше агентство.       — Не беспокойтесь, мистер… как вас там? — пафосно произнесла Белль, снимая фуражку. — Вы обратились по адресу. Могу вас заверить, скоро вы продадите этот дом и проблем больше не возникнет.       — Хотелось бы мне разделить ваш оптимизм, мисс Белль. Полагаемся на вас.       Они обсудили ещё некоторые малозначительные детали, и агент поспешно покинул поместье, оставив Белль одну в этом огромном старом доме. Её шаги и скрип половиц отзывались эхом в длинных полутёмных коридорах. В доме то и дело что-то поскрипывало, потрескивало или издавало иные звуки. Обычный человек, даже самый бесстрашный, обмер бы от нарастающей тревоги и угнетающего одиночества. Но Белль была опытной охотницей за паранормальным и её не пугали такие пустяки. От сырости ли, от сухости ли сами собой поскрипывали панели и старый паркет — она могла дать объяснение чему угодно, направляя своё внимание на те вещи, которые действительно его достойны.       Оставшись один на один с особняком, Белль, как могло показаться, предалась безделию. Она ещё раз обошла первый этаж, посидела в библиотеке, полистала книги, затем поднялась на второй и прошлась по длинному коридору, заходя в каждую дверь.       «Это ж надо! Как много здесь спален. Не дом, а общежитие, в самом деле.»       Она присмотрела себе самую уютную и просторную. Разложила вещи на столе и прыгнула на кровать, подняв густое удушливое облако многолетней пыли.       «Ладно, поняла… — решила она, откашливаясь, — буду спать в мешке… Шесть владельцев за полгода не удосужились провести в этом месте приличную уборку. Возмутительно!»       Постелив себе спальный мешок на мягком ковре, Белль продолжила блуждать по дому, прихватив с собой небольшой кейс. В пяти равноудалённых друг от друга местах она расставила специальные устройства — радары с датчиками звука и движения. Закреплённые на штативах, они отбрасывали на все углы и стены незаметные лазерные линии. Один — в вестибюле, второй — в столовой, третий — в гостиной, четвёртый — в библиотеке, пятый — на просторной площадке второго этажа. У неё оставалось ещё два таких устройства: одно она поставила в заброшенной оранжерее, среди длинных бетонных столов, на которых были навалены старые горшки с высохшим грунтом и останками мёртвых растений. А с последним радаром Белль полезла на чердак. Долго она блуждала по дому, даже умудрилась заблудиться в лабиринте коридоров, но таки обнаружила заветную лестницу.       «Темно. Пыльно. Коробки, сундуки, старая мебель. Скукотища! — Белль зевнула, обходя в сумраке горы старого барахла. — И что люди находят страшного в чердаках? Один от другого не отличишь.»       Но, как бы то ни было, она должна была разместить здесь радар. Хотя, ещё ни разу за её богатый стаж охотника за паранормальным, на чердаке не обнаруживалось никакой нечисти.       «Всё из-за дурацких ужастиков! Насмотрятся и думают, что на каждом чердаке живёт призрак. Но будь я призраком, разве захотела бы я коротать вечную призрачную жизнь на скучном, душном чердаке?! Вот то-то же!»       В своей комнате Белль оборудовала рабочее место — ноутбук, на экране которого отображался статус всех семи радаров. Просматривая каждый, можно было увидеть простую 3D-модель комнаты и отслеживать показатели звука, движения, температуры, влажности воздуха и всего остального, на что могут влиять гости из потустороннего мира.       С радарами разобрались.       Теперь остаётся самое долгое и самое нудное — ждать.       Белль снова обошла дом, закипятила чайник, заварила лапшу быстрого приготовления и уныло поужинала одна за длинным столом в огромной столовой.       Стемнело. Электричество было не во всём доме, но основные комнаты освещались.       Белль разделась и приняла душ в ванной на втором этаже. Она была не прочь скоротать время, откисая в большой медной ванне, но та оказалась покрыта изнутри каким-то налётом, который размок в воде и сделался слизким и противным. Поэтому пришлось удовольствоваться душем.       Бельевая корзина одиноко стояла в углу и была совершенно пустой.       Насухо вытершись, Белль сменила трусы. Старые, после многочасового блуждания по поместью, запрели и пропитались потом и надевать их на чистое тело не годилось. Поэтому грязные трусики составили бельевой корзине компанию, шлёпнувшись на её деревянное дно.       Остаток вечера Белль провела в библиотеке, листая старые энциклопедии с картинками и попивая сладкий кофе со сливками, кутаясь в вязаный плед, который обнаружила в женской спальне.       Перед сном Белль проверила показания радаров, не зафиксировали ли они каких-либо аномалий или шорохов, но радары не показали ей ничего, кроме её собственных передвижений и отчитались о звуках, которые она при этом издавала.       Закутавшись в спальный мешок, Белль долго лежала на спине, глядя в потолок. И всё же кое-что её смущало. Ей вспомнился момент из разговора с агентом: про животных и прочую живность. Кошки, собаки и грызуны, боящиеся домов, заражённых нечистью — это классика. Но Белль также вспомнился чердак. От бесконечного множества других чердаков он отличался полным отсутствием паутины. Обычно там свисают запылившиеся комья паутины, но не здесь.       «Неужели даже пауки боятся здесь селиться!»       И тараканы. Потому что ни в главной кухне, ни в унылой кухоньке в крыле для прислуги она не обнаружила ничего, что говорило бы о заражении тараканами.       — Интересно… интересно. Что ж за хрень тут поселилась, что даже тараканов и клопов распугала? Наверное, какая-то древняя, хтоническая ебака!.. Жду не дождусь выяснить в чём тут дело!       Ёрзая в мешке от приятного волнения, Белль уснула…