Когда мы сможем увидеться снова?

Лето пролетело незаметно. Жаркие дни тянулись один за другим, но в памяти Чэна и Яо остались лишь украденные мгновения — тайные встречи под палящим солнцем, короткие переписки, быстрые поцелуи в переулках. Яо взялся за подработку: разносил еду, работал на мойке, а иногда убирался в небольших офисах поздно вечером, когда почти никто не видел. Он был уставшим, но всегда находил силы для коротких встреч с Чэном. Ради них он мог всё. Они начали встречаться — по-настоящему. Но только в тайне. Всегда в тени. Чэн держался осторожно, почти болезненно строго: никаких публичных прикосновений, никаких взглядов на людях. Он боялся, что кто-то узнает. Родители, друзья, знакомые — в этом мире слух разлетается быстрее ветра. Он прятал свою любовь, как самое драгоценное сокровище. Яо, хоть иногда и обижался на скрытность, понимал. Он не мог предложить Чэну безопасного пути. И сам был не тем человеком, кого легко приняли бы в мир богатства и власти. Но зато, когда они оставались наедине, всё остальное переставало иметь значение. Только шёпоты на ухо. Только руки, ищущие друг друга в темноте. Только их бесконечно юная, неуклюжая, живая любовь. Наступала осень. Живая зеленая листва медленно сковывалась желтыми цветами, зябкий холод пробирался до костей. В ноябре было день рождения Чэна: ему подарили много дорогих, невероятно дорогих подарков. От дальних родственников, от деловых партнеров родителей, от семьи.. но самым дорогим среди них был, конечно, подарок Яо.  Чэн холод не любил, и всегда тепло одевался, но почему-то никогда не носил шарфа. И Яо решил это исправить. Своими руками он связал уютный, теплый шарф, с которым Чэн и пришел на следующий день в школу.  Чэн сидел в этом шарфу даже на уроках. Не сколько потому что было холодно, сколько потому что просто нравилась мысль, что этот шарф был связан Яо. Этот шарф был таким же теплым, как прикосновения Яо.  Чэну очень нравился этот шарф.