Когда мы сможем увидеться снова?

Школьный рюкзак легонько бил Яо по бедру, пока он перепрыгивал через последние две ступеньки лестницы. На губах блуждала лёгкая улыбка. В голове вертелись приятные мысли: на выходных снова увидеть Чэна, может, попросить его остаться с ночевкой… Может быть, даже в этот раз — что-то ещё более особенное, ещё более близкое между ними произойдёт. Ему было тепло от этих мыслей. Радостно. Он толкнул скрипучую дверь их крошечной квартиры, привычным движением сбросил ботинки в угол. — Мам, я дома, — на автомате крикнул Яо, и, получив в ответ только глухую тишину, удивленно нахмурился. На кухне горел свет. Яо осторожно выглянул туда — и остановился на пороге. За стареньким столом сидела Мэн Ши. Она будто сжалась в комок: сутулая спина, опущенные плечи, тонкие пальцы мертвой хваткой сжимали лист бумаги. Её глаза… Глаза, которые всегда встречали Яо улыбкой — пусть усталой, пусть горькой, но всё же улыбкой — сейчас были пустыми, потухшими. Она уставилась в документ перед собой так, словно пыталась уничтожить его одним взглядом. — Мам?.. — осторожно позвал Яо. Только тогда она подняла голову. И в её взгляде Яо прочитал всё. Без слов. Без объяснений. Что-то холодное медленно скользнуло ему под кожу. Сердце в груди сжалось. Мэн Ши с силой выдохнула, словно вырвала из себя воздух. С трудом пошевелила губами: — Яо… сядь. Он послушался — подчиняясь инстинкту, не разуму. Её руки дрожали. Она снова посмотрела на бумагу, и голос её был надломленным, хриплым: — У меня… обнаружили рак. Тишина осела на кухне, как серый, тяжёлый пепел. — Молочной железы. Вторая стадия, — почти механически добавила она. Яо не сразу понял услышанное. Мир вокруг будто провалился в вату: доносились какие-то бытовые звуки — далёкое шипение чайника, гудение холодильника — но всё это звучало так, словно кто-то накрыл его колпаком. Он тупо смотрел на мать, на помятую бумагу в её руках. На выцветшую надпись в углу: “онкологическое заключение”. И ничего не мог сказать. Только сидел, как маленький мальчик, лишённый будущего, лишённый воздуха. А за окном тихо, спокойно клонился к закату прохладный ноябрьский вечер.