Когда мы сможем увидеться снова?

Снег продолжал падать, медленно, плавно. Он словно танцевал в воздухе, покрывая землю белым покрывалом, добавляя в этот вечер особую тишину и покой. Лёд под ногами трещал, но не тревожил. Весь мир словно замер — до следующего шага. Чэн стоял на мраморной лестнице, смотря на уходящих Яо и Усяня. Вихрь мыслей, тревог и сомнений, кажется, наконец улеглись в его душе. Он почувствовал странную пустоту, но не болезненную. Это была пустота, наполненная… полным, осмысленным завершением. Он не знал, что будет дальше, но был уверен в одном: они смогут пережить всё. Яо стоял возле «Майбаха». Он снова выглядел как тот же парень, который когда-то стоял с Чэном в их маленькой квартире, переживая за будущее. Только теперь он был уверен в себе, как никогда. У него был Чэн. У него была цель. И, как бы трудно ни было, он знал, что не один. Когда Чэн начал спускаться по лестнице, его шаги были решительными. Мраморные ступени не могли сдержать его стремление. Он остановился у самого края, поглядывая на Яо, который был уже готов сесть в машину. Но что-то внутри его заставило остановиться, обернуться. Его взгляд встретился с взглядом Юй Цзыюань, стоявшей у окна. Она не говорила ни слова, но в её глазах было всё, что он не успел почувствовать все эти годы. Признание. Простое, несложное признание. Мать, которая так долго не могла найти пути к своему сыну, теперь, похоже, оставляла ему пространство для того, чтобы он сам выбрал свой путь. Чэн, не глядя на неё, сделал шаг вперед. Он не знал, что толкает его. Наверное, это была не только привязанность к матери, но и та самая сила, что позволила ему вернуться сюда, спустя три года, и не чувствовать злости, а только мир в своём сердце. Двигаясь быстрее, он оказался рядом с Юй Цзыюань, не думая ни о её статусе, ни о том, что было между ними раньше. Он обнял её. Сильно, крепко. Она замерла, не понимая, что происходит, но через мгновение, едва заметно, её руки обвили его, как будто в последний раз, и она положила голову ему на плечо. Это было настоящее примирение. Слова были лишними. Чэн знал: если всё это случилось, если он почувствовал в себе силу и возможность простить, то его жизнь стала другой. Когда он отпустил её, его взгляд был решительным. Он посмотрел на Яо, стоявшего у машины, и повернул голову в сторону мраморных ворот, за которыми начиналась его новая жизнь. Он снова почувствовал, как его сердце наполняется уверенностью. “Да. Жизнь налаживается”, — подумал Чэн, и по спине прошёл холодный, но приятный озноб. Юй Цзыюань, стоя в дверях, смотрела на сына с невидимым облегчением. Она знала, что для него этот момент был важен. Но она не могла понять, как долго будет оставаться в его жизни. Возможно, совсем не долго. Чэн, чувствуя, как в груди что-то замерло, сделал последний шаг. Подошёл к Яо, который с улыбкой протянул ему руку, и вместе они направились к машине. И вот они снова были на пути домой. Но теперь этот путь был иной. Он был полон света. Тепла и.. надежды.