Вереск

      Спустя несколько дней после суда над Сианой и награждения Геральта Регис принял решение уехать обратно в Дилленген. Он хотел вернуться туда, где было спокойнее.       Вампир неторопливо собирал свои вещи — их было немного. Он наткнулся взглядом на лист, на котором Веритере написала рецепт бальзама для волос. Почему-то он ощутил странную тоску. Регис взял лист в руки. От него всё ещё пахло её духами. Смородина и мята. Регис смотрел на рецепт с минуту, пытаясь понять, почему его так волнует этот запах. Эта девушка.       Недышащий вампир почти задохнулся, когда осознание обрушилось на него. Он влюбился. Влюбился в чистую силу и могущество. В честность и мудрость. Регис схватился за край стола, пытаясь удержаться в реальности. Перед внутренним взором возник образ Веритере в ту ночь, когда она танцевала. Танцевала… Будто паук, плетущий паутину.       Регис усмехнулся собственной мысли. Яркий огненный паук. Который так сильно привлекает бабочек и мотыльков.       «Ну и пусть. Стать её добычей сродни благословению», — подумал Регис и убрал лист с рецептом в сумку.       Он вышел из склепа, зная, что в это время Веритере предпочитает сидеть в тени деревьев, обсуждая с местными змеями и пауками происходящее в округе. Как Регис и ожидал, он увидел её, сидящую на могильной плите со змеей в руках. Легкое красное платье подчеркивало бледность девушки. Её чёрные волосы лежали на плечах тёмной волной, она улыбалась, слушая змейку, которая увлеченно щупала её пальцы языком.       Регис любовался Веритере, пока змея из её рук не уползла в траву.       — Регис? Ты уже собрал свои вещи? — во взгляде девушки отразилась печаль.       — Ещё нет. Я хочу поговорить с тобой. Хочу выразить свои… чувства. — Вампир подошел ближе и коснулся её плеча. Прикрыв глаза, он сосредоточился на эмоциях, которые она вызывала, и поделился ими.       Веритере смежила веки, пропуская через себя эмоции Региса — тепло, нежность, надежду, страсть, доверие, искренность и любовь. Она встала с могильного камня, заглянула в глаза вампиру и, коснувшись его щеки, поделилась своими чувствами с ним.       Регис ощутил, что его окружает дымка чужих эмоций, будто аромат драгоценных духов. Казалось, он вот-вот задохнется, но его бережно будто погладили — как ветер в полдень в поле гладит траву и цветы, так и эмоции Веритере осторожно, с лаской и нежностью касались его.       Вампир обнаружил себя обнимающим девушку — обнимающим так, будто боялся упустить. Он отпустил Веритере и посмотрел ей в глаза.       — Прошу меня простить… Я… — начал было он.       — Я не говорила, что против, — улыбнулась она и потянулась поцеловать Региса.       Регис не стал сопротивляться. Поначалу поцелуй был сдержанным и мягким. Но чем дольше он длился, тем сильнее вздымались волны взаимной страсти.       Регис не запомнил, как они опять оказались в склепе, в спальне Веритере: вот они стоят на кладбище, вот он держит девушку за талию, целуя её лицо, шею плечи, вот она увлекает его в новый поцелуй, а потом вдруг они сидят на кровати с пурпурными шёлковыми простынями и кружевными подушками.       Руки Региса блуждали по спине и талии девушки, пока он снова целовал её, в этот раз настойчивее, но девушка не отставала, вовсю изучая рот вампира своим языком.       Зубы вампира не пугали её, наоборот, ей было интересно, какие следы он оставит на её коже. Она запустила руки в его волосы — мягкие и удивительно густые; пропуская их между пальцев, она целовала его со всей любовью и страстью.       Когда поцелуя стало мало, Регис начал ласкать губами её шею, все ниже и ниже; вот он уже целует плечо, лижет его, осторожно прихватывает кожу губами, снова лижет и осторожно кусает. Он знает, что ей укус не навредит, и откуда-то знает, что её кровь не пьянит, как человеческая.       Отозвавшись на укус протяжным стоном, Веритере схватилась за его плечо, царапая одежду ногтями. Регис мурлыкнул, как большой кот, и оставил на её шее засос. А потом ещё один. И ещё. Веритере громко застонала, слегка потянула его за волосы, услышала поощряющий стон и снова поцеловала.       Руки вампира уже скользнули под её платье. Им не нужно было слов, чтобы знать, что можно, а что нет: они читали друг друга как открытые книги.       Прикосновения вампира вызывали столько чувств! Они одновременно плавили её тело и обжигали холодом.       Руки Региса поднялись вверх — от бедер к талии, к рёбрам, и наконец вампир коснулся груди Веритере: небольшой, отлично ложившейся в ладони, а звук, который издала девушка, когда Регис провёл пальцами по соскам, вообще сносил остатки разума. Лаская её грудь одной рукой, второй он медленно спускался к ткани нижнего белья. Вот только когда рука Региса легла на ягодицу Веритере, она не встретила преграды.       Регис удивленно взглянул на девушку и намекающе сжал пальцы на ягодице. Веритере облизнулась, шевельнула пальцами — и с вампира пропал его жилет.       Регис усмехнулся и снова поцеловал её, пока его руки продолжали сжимать и гладить, заставляя Веритере стонать и выгибаться. Когда рука, лежавшая на ягодице девушки, переместилась и коснулась гладкого, горячего, влажного лона, девушка шумно выдохнула и прикусила губу от переизбытка ощущений.       Пальцы вампира осторожно ласкали её, заставляя стонать и прижиматься к нему. Она хваталась за него, будто тонула. Он целовал её шею снова и снова, пока не ощутил, что хочет большего.       Регис бережно стянул с неё платье и откинул подальше. Она сидела на его коленях, разнеженная, возбуждённая и такая желанная! Он любовался ею с упоением и восхищением.       Серебряные глаза Веритере потемнели от желания, кожа местами порозовела, добавляя в фарфоровую бледность красок, следы на шее выглядели вызывающе и оттого возбуждали вампира ещё сильнее. Небольшая грудь вздымалась. Обнажённая фигура девушки восхищала его: хрупкие плечи, широкие бедра, тонкая талия. Регис всегда знал, что ему нравятся женщины с «формами», как выражался Геральт, и Веритере оказалась настоящим совершенством.       Он снова провёл руками от плеч девушки к бедрам, несильно сжал их и широко лизнул её в шею, вызвав очередной стон. Ему хотелось сделать с ней так много всего, но он даже не успел сформулировать мысль, как оказался опрокинут на кровать и одарен жарким поцелуем.       Веритере целовала Региса, и с него исчезла рубашка и ботинки. Она льнула к нему, а он гладил её, пока его пальцы снова не коснулись её лона и не начали ласкать горячее и жарче.       Веритере изгибалась всё сильнее, пока её тело не содрогнулось в оргазме. Она громко застонала, цепляясь за плечи Региса и оставляя на них моментально исчезающие розовые полосы. Вампир довольно рыкнул и снова поцеловал девушку, обнимая её.       Спустя какие-то мгновения Веритере села на нём, заглянула в глаза и лукаво улыбнулась, а потом скользнула на пол и принялась расстегивать ремень его штанов. Регис шумно выдохнул, когда понял, что именно она хочет сделать.       Расправившись с ремнём, Веритере хлопнула его по бедру, и Регис приподнялся, чтобы позволить ей полностью разоблачить его.       При виде уверенно стоящего члена рот Веритере моментально наполнился слюной. Она провела языком по нижней губе и лизнула член по всей длине, оставляя мокрый след. Регис в голос застонал: ощущение горячего языка оказалось почти непереносимо ярким!       Веритере снова лизнула, бросив на Региса лукавый взгляд и вбирая член всё глубже в рот. Регис смотрел на неё, закусив губу: открывающееся ему зрелище сводило с ума.       Горячая ласка вырывала из груди Региса стоны и заставляла впиваться пальцами в простыню, полосуя ткань. Веритере мурлыкнула, и вибрации от звука хватило, чтобы разум вампира ненадолго угас: ощущений и эмоций оказалось слишком много.       Когда Регис наконец пришёл в себя и смог сосредоточить взгляд на Веритере, она довольно облизывала раскрасневшиеся губы. Её ласкающая рука наполняла новой силой.       — Как же ты ненасытна… — произнёс Регис севшим голосом.       — Только, прошу, не сравнивай меня с суккубом. Я куда могущественнее, — ответила Веритере, скользнув к нему на колени.       — О да! — Регис поцеловал девушку в губы, обнимая.       Она тоже обняла его, прижимаясь ещё ближе и наслаждаясь уютным холодом немёртвого тела. Регис снова начал целовать её шею и плечи, оставляя следы. Веритере наслаждалась его нежностью, пока не спустилась к его шее, чтобы оставить на ней яркий след.       — Жаль, не задержится… — вздохнул Регис.       — Кто тебе сказал? — лукавство в её голосе заставило его улыбнуться.       Регис снова поцеловал Веритере глубже, чувственней и опрокинул на спину, нависая над ней. Он смотрел на неё, такую разгоряченную, такую страстную и отзывчивую, с любовью и желанием, и опять припал к её шее, вызвав новый стон.       Девушка обняла Региса за талию ногами, притягивая к себе, снова запустила руки в его волосы, пропуская пряди между пальцами. В её потемневших глазах вампир видел, что она жаждет большего.       Регис окинул взглядом комнату в поисках фиала со специальным маслом, но Веритере развернула его к себе.       — В этом нет необходимости.       Регис ласкающе коснулся живота девушки, после чего медленно и бережно вошел в неё.       Громкий мурлыкающий стон отразился от стен. Веритере вцепилась в изодранную простыню пальцами и резко двинула бедрами, требуя не тянуть. Регис внял намёку.       Каждый толчок прокатывался по их телам волной удовольствия. Веритере стонала в голос и хваталась за руки вампира. Она тонула в ощущениях и была почти на грани.              Волосы девушки разметались по простыне, пухлые губы раскраснелись, а глаза почернели. Она цеплялась за простыню, разрывая ткань в клочья, на груди выступила испарина, маленькие розовые соски потемнели, на шее полыхали яркие засосы и следы зубов вампира.       — Р-р-егис! — зарычала Веритере, когда её накрыло самой высокой волной наслаждения.       Этот оглушительный рык столкнул Региса за грань, и он с громким хриплым стоном излился, чувствуя себя невозможно живым.       Спустя недолгое время, лежа на растерзанной простыне, Веритере, положив голову на его плечо, вырисовывала пальцем узоры на его груди. Регис обнимал её за талию, поглаживая тёплую кожу большим пальцем.       — Кажется, мои планы по возвращению в Диллинген откладываются на неопределённый срок, — задумчиво произнёс Регис, глядя на Веритере.       — Считай это отпуском. Тебе будет полезно, — ответила она.       — Согласен. Особенно если рядом будешь ты. Чувствую себя помолодевшим на сотню лет. — Регис поймал руку девушки и сжал в ладони.       — Побочный эффект. У тебя обновилась телесная составляющая. Волосы, например, потемнели, теперь седина осталась только на висках.       Она улеглась на него, упершись подбородком в грудь Региса.       — Побочный эффект чего? Секса или твоего оргазма? — спросил вампир, погладив Веритере по голове.       — Побочный эффект того, что ты удовлетворил демиурга. Это что-то вроде… Нет, это слово ещё не возникло в вашем мире… Потом. Сейчас я не хочу думать.       — Так ты демиург. Вот почему твоё тело источает магию жизни.       — Вот за это я тебя и люблю. Вместо того чтобы засыпать меня вопросами, ты стараешься сам строить теории, — улыбнулась Веритере.       — Полагаю, что у тебя есть и другое имя. Или имена. Для каждого мира своё имя и свой облик.       Регис обнял девушку, разглядывая её.       — Облик един, может незначительно отличаться из мира в мир. А имена всегда разные. — Она снова поцеловала его.       — А какое имя настоящее? Или об этом нельзя спрашивать? — поинтересовался Регис.       — Настоящее имя сказать не могу. Оно может навредить тебе, твоё сознание не в состоянии его вместить. Но назову пару моих титулов. Жрица магии и силы. Судья межмирового пространства. Королева крови. Последний титул мне дали те, кто видел меня в бою, — ответила Веритере, оседлав его.       — Я склонен согласится с ними, — улыбнулся Регис.       Они ещё долго лежали, обнимаясь и разговаривая обо всем на свете. Друг для друга у них было всё время мира. И они наслаждались им.

The end