Между двух миров

Когда Билл закрыл за собой дверь, Мэйбл с облегчением выдохнула и направилась прямиком к кровати, чувствуя, как подкашиваются ноги после долгого ожидания ответа на вопрос. В голове звенели колокола от усталости и перенапряжения. Каждая мышца будто отказывалась слушаться, и она едва могла держаться на ногах. Опустившись на кровать, девушка заметила тумбочку, которой раньше здесь не было. На ней стоял кувшин с прохладной водой и её любимые фрукты: спелые бананы, ароматные персики и груши, аккуратно разложенные на блюде. Вдохнув аромат, приятный и удивительно чужой после столь долгого заключения в другом измерении, Мэйбл почувствовала, как тепло наполняет её тело, словно всё, что было внутри — тревоги, страхи, боли — растворяется. Она закрыла глаза на мгновение, пытаясь сосредоточиться на этом ощущении, на свежем воздухе, на запахе фруктов, на тихом шорохе дождя за окном. Но в глубине души всё ещё кипели сомнения, а разные мысли не давали покоя. Почему всё так происходит? — думала она, медленно открывая глаза и глядя в потолок. — Почему он так… добр ко мне? Почему именно сейчас? Внутри боролись чувства. С одной стороны, благодарность и слабое, почти забытое ощущение доверия. А с другой, настойчивое чувство, что всё это всего лишь иллюзия, хитрый трюк Билла, чтобы сбить её с толку, чтобы она снова поверила ему. В сердце Мэйбл звенели тревожные звоночки, а внутренний голос бормотал, что всё слишком хорошо, чтобы быть правдой. В тот момент, когда она открыла глаза после отключки и услышала его тихий, разочарованный голос, и заметила поникший вид и усталое выражение лица, ей стало его жаль. Возможно, это был Стокгольмский синдром, о котором она узнала когда-то давно, прочитав нехитрую статью в журнале, но тогда она вдруг почувствовала, как внутри проснулась толика сочувствия. И вместе с этим внутри возникли новые вопросы: А что, если всё это — просто игра? Спектакль? А что, если он снова обманет и сделает больно? Почему он так старается для нее? Ведь он же демон, он — зло? Тем не менее, тогда, в его взгляде она заметила искренность, и это сбило с толку ещё сильнее. Как и желание утешить, которое она чувствовала, было настолько очевидным, что дало начало сомнениям в собственных чувствах и чувствах Билла. В этом Мэйбл была уверена. В тот момент он выглядел таким… настоящим? Живым? Будто перед ней сидел не старый, злостный злодей, а обычный парень, со своими проблемами и переживаниями, скрытыми за этим постоянным, надменным выражением. Ну, право, не совсем обычный парень, но в тот момент он казался ей ближе, чем когда-либо. И всё-таки мини-Мэйбл в голове продолжала подначивающе шептать: Что, если он просто играет? Что, если всё это уловка, чтобы снова обмануть? Мэйбл задрожала от противостояния двух своих мини-копий, парящих рядом с каждым ухом. Мэйбл в белом одеянии, с золотистым нимбом из звездочек над головой, высоким голосом жужала о доброте и всепрощении, о доверии, тепле и искренности, которых так не хватало девушке. Та, другая Мэйбл, в чёрных шортах и топе, с острыми, закрученными рожками на макушке, полурыком рассуждала о страхе и ловушке. Она обещала все новые испытания, которые Билл создаёт для неё прямо сейчас, чтобы сломать и сломать наверняка. Они почти дрались и это сводило Мэйбл с ума. Но внутри что-то тихо шептало, зазывало, путая мысли: Может, всё-таки стоит довериться, хотя бы немного. И в этот момент, словно в ответ на это внутреннее послание, Мэйбл вдруг поняла, и пусть всё ещё очень запутанно, что ей нужно дать себе время. Время понять, кто Билл Сайфер на самом деле, и стоит ли вообще доверять этим чувствам. Может у него просто рассудок помутился после всего? — Как же все болит, — простонала она, утыкаясь лицом в холодную ткань подушки. Тело буквально горело, и головная боль всё ещё мучила её, заставляя девушку временами морщиться и вздрагивать от острой боли. Каждая мышца казалась напряженной, как после тяжелой тренировки или долгого путешествия прямо в горы. — Неужели это всё из-за того, что я ударилась головой? — вновь задала она вопрос пустоте, надеясь, что кто-то ей ответит. Но ответ так и не последовал. Что бы ни делала Мэйбл, чем бы не пыталась себя отвлечь, мысли всё равно возвращались к утреннему событию. Что Билл хотел от неё? Что ждать ей в следующий раз? Снова плен? Снова пытки? Или, может быть, он вновь будет заботиться о ней, будто ничего между ними не произошло? Будто так и должно быть, как естественная часть их странных отношений. Вдруг ей захотелось справить нужду, и с кряхтением она медленно поднялась с постели, чувствуя, как мышцы протестуют. Каждое движение давалось с трудом, но необходимость взяла верх. — Вот же черт, интересно, тут есть врачи? — бормотала она, шаркая ногами и направляясь к двери. Проходя мимо большого зеркала, Мэйбл остановилась и вспомнила разговор в ванной. Взгляд зацепился за отражение и внезапно внутри словно щелкнуло. Её глаза. Мэйбл, с неожиданной для себя прыткостью, приблизилась к зеркалу и всмотрелась в отражение. Когда-то карие, сейчас они отсвечивали едва заметным лунным сиянием в полумраке комнаты. В этот момент она почувствовала, как внутри что-то сжалось — смесь страха и любопытства, тревоги и надежды. Она долго смотрела на своё отражение, пытаясь понять кто же теперь она? Та ли Мэйбл, что ещё недавно мечтала найти парня и улететь с ним в Париж? Или та, кто начала привыкать к странным правилам этого мира и больше не хотела покидать его. Мэйбл уже знала ответ, но боялась произнести это в слух. Услышь это Диппер, то сразу отказался бы от неё, как от своей сестры. Мэйбл медленно вздохнула, поднимая руку и слегка касаясь стекла. В отражении она увидела не только себя, но и свою внутреннюю силу, которая, несмотря ни на что, всё ещё жива. И пусть всё казалось запутанным и опасным, она понимала, только она сама сможет решить, кому доверять и как дальше поступать. — Может, всё-таки стоит дать ему шанс, — прошептала она. И хотя внутри всё ещё бушевали сомнения, что-то новое зародилось в ней. Желание понять, кто Билл на самом деле, и, может быть, однажды простить. Когда все ванные заботы были сделаны и забыты, Мэйбл перекусила любезно предоставленными Биллом фруктами и от безделья и любопытства решила внимательнее осмотреть комнату, в которой находилась. В первую очередь ее взгляд сразу же прикипел к большому панорамному окну, через которое открывался просто великолепный вид на залитый солнцем город. Дождь закончился, и, несмотря на мелькнувшую в голове грусть о разрушенном городе, эта картина не испортила нарастающую радость в душе Пайнс. Она медленно подошла ближе, чуть наклонилась вперед, чтобы лучше рассмотреть улицы, сверкающие под яркими лучами, и глубоко вдохнула свежий воздух, наполняясь ощущением свободы. Затем ее взгляд остановился у большого шкафа. В нем находилась целая куча белых, черных и жёлтых шелковых рубашек, аккуратно свисающих на плечиках. Мэйбл осторожно потянула одну из белых, наслаждаясь легким шорохом ткани, почувствовав, как мягко она скользит под пальцами. Затем взяла другую, черную, и ощутила ее прохладу и гладкость, любовно проводя ладонью по поверхности. Она трогала их, восхищаясь мягкостью и волшебной текстурой ткани, ощущая, насколько они приятные на ощупь. — У Билла есть вкус, — хмыкнула она, шарясь по ящикам шкафа. Все время, что она копошилась в нем, ее не покидал назойливый, но очень приятный запах мяты, наполняющий воздух свежестью и легкой прохладой. Он словно окутывал ее, создавая ощущение, будто она лежала на поляне, полной этой травки, и вдыхала ее аромат. Время от времени девушка задерживала руку на каком-то предмете, словно надеясь уловить еще больше этого запаха, закрывала глаза и наслаждалась мгновением. Только спустя полчаса просмотра содержимого шкафа она поняла, что запах исходил от вещей Билла. И тут же, среди прочего, ее внимание привлек небольшой флакон духов — с невероятным ароматом, свежим и немного пряным. Не раздумывая, словно ребенок, затеявший шалость, Мэйбл быстро взяла его в руки. И с легким смущением, но и с искрящейся игривостью побрызгала себя духами, ощущая, как их аромат наполняет каждый сантиметр ее кожи. Затем аккуратно поставила флакон обратно на место, стараясь не оставить следов. — Я их не украла, — шептала она себе, улыбаясь, — из комнаты же не унесла! После этого её внимание переключилось на кровать. Она осторожно подошла и начала исследовать ее, словно искала что-то важное. Но ничего того, чего она ещё не видела, не было. За разглядыванием кровати Мэйбл не заметила, что в комнате стало чуть прохладнее. Тогда без особых колебаний она сняла с плечиков один из пиджаков Билла, мягкий и теплый, и накинула его поверх своего платья. Почувствовав, как тепло моментально наполняет ее тело, она вздохнула с облегчением, словно обрела уют и защиту в этом незнакомом пространстве. Внутри возникло ощущение, что она нашла не просто вещь, но и какую-то частичку его мира, которую теперь бережно держит на своих плечах. Живот уведомил Мэйбл, пора бы что-нибудь съесть. Поэтому, как мышка, она аккуратно выскользнула из спальни, стараясь лишний раз не отсвечивать и не привлекать внимания. Вдруг у Билла просто настроение хорошее было, а сейчас он за углом ждет ее с вилами? Она мягко шагала по коридору, рассматривая узоры, извивавшиеся по стенам, изображения, которые, казалось, оживали при ее взгляде. Иногда Мэйбл заглядывала в соседние комнаты, но там тоже ничего примечательного не обнаруживала, лишь шкафы, шкафы, шкафы. Вдобавок нашлась просторная библиотека, которая сразу же заинтересовала девушку, но она быстро приняла решение оставить ее позади. Читать она, конечно, любила, но зов голода был сильнее и требовал немедленного удовлетворения. Отчаявшись найти хоть что-то съедобное в этом огромном особняке, Мэйбл почти уже собиралась сдаться, когда вдруг чуть не воскликнула от радости, увидев кухню. Сердце забилось быстрее, когда Мэйбл ступила в просторное помещение, и в тот же миг с разочарованием заметила, что холодильник и шкафы, казалось, пусты. Она устроила ревизию по кухне, надеясь найти хоть что-то, чем могла бы утолить голод, но тщетно, нигде не было ни крошки еды, ни кусочка, который мог бы насытить. А вот кухня была великолепна. Массивные шкафы, доходящие до потолка, просторный кухонный островок посередине, встроенная мойка и плита по бокам, и очень много места для удобной готовки. Шкафы украшали красивые фарфоровые тарелки и бокалы с изящными вензелями, свидетельство хорошего вкуса хозяина. Вся кухня излучала уют и богатство, но, к сожалению, продуктов, пригодных для еды, найти так и не удалось. Обнаружив только пустоту, Мэйбл почувствовала легкое разочарование. — Здесь что, все питаются святым духом? — воскликнула девушка, слегка топнув ногой и сделав шаг вперёд, её глаза ярко сверкнули от лёгкого возмущения. Она подскочила на месте, слегка зажмурившись, и схватилась за сердце, когда за спиной послышался насмешливый смешок. — В отличие от тебя, Звезда, нам, демонам, — Сеир указал на себя пальцем, ухмыльнулся и мягко опустился на стул, который мгновенно материализовался из тени, — необязательно есть. Девушка вздохнула, пройдя немного вперёд, и скрестила руки на груди, её лицо выражало смесь удивления и негодования. — И зря, вы столько всего упускаете! — с энтузиазмом сказала Мэйбл. — Ведь можно приготовить столько вкусностей! Вы что, совсем не едите? — Да нет, почему же, — возразил демон, искривляя губы в ироничной ухмылке. — Демонам низких рангов приходится добывать, ну или как вы говорите, готовить себе пищу. Конечно, не в таких размерах, как у смертных, но всё же нужно. Он материализовал в руках прозрачный бакал, наполненный ярко-красной жидкостью, и принялся аккуратно пить, наслаждаясь каждым глотком. В его взгляде читалась удовлетворённость. «Вино» — предположила Мэйбл, наблюдая за демоном. — Демонам высокого ранга, таким, как я, — продолжил Сеир, — не нужно есть. Нам достаточно энергетической подпитки, например, из кошмаров. — он заметил, как девушка скривилась, и, улыбнувшись, засмеялся. Его смех был приятным и совсем не резал слух, в отличии от того же Билла. — Звезда, пойми, кошмары, страх, отчаяние — это то, что было, есть и будет неизменным. Жизнь не может вечно быть радужной и яркой. Везде есть баланс, понимаешь? — он сделал небольшую паузу и снова отпил вина, оглядывая кухню. — Ваша еда, — продолжил он, — ну, то есть еда смертных, нам не вредит, но заморачиваться насчёт готовки я, например, не люблю. Иногда, правда, слетаю на Землю, в какой-нибудь ресторан. Для разнообразия. Мэйбл внимательно слушала, её глаза загорались любопытством. Она задумчиво рассматривала кухню, как будто представляла себе ресторанные блюда. — А Билл? — вдруг спросила она, всё ещё рассматривая кухонную мебель. — А что Билл? — Сеир слегка нахмурился, став чуть серьёзнее. — А Билл тоже из высокого ранга? — уточнила девушка, делая паузу, чтобы демон успел проанализировать ее вопрос. — А что, — усмехнулся Сеир, — ты об этом? Не совсем. Билл происходит из древнего рода Сайфер. У них совсем другие способности. Они сильнее, ловчее и выносливее. — Он пожал плечами и продолжил: — Они, как и мы, высшие, могут питаться энергией, но если такой возможности нет, — он сделал паузу, — могут на время блокировать эту потребность. Правда, это сказывается на их здоровье Мэйбл слушала, погруженная в раздумья, и вдруг почувствовала, как внутри ни с чего зарождается желание узнать больше о том, что вообще за существо, этот Билл. Любопытство становилось всё сильнее, словно невидимая нить тянула к этим тайнам. Она тихо присела рядом с Сеиром, и демон, чтобы порадовать её, материализовал ей стакан с ярко-оранжевым апельсиновым соком. Девушка с благодарной улыбкой взяла его, сделала глоток и почувствовала, как вкус свежести наполняет её, словно глоток свежего воздуха в жаркий день. — В каком смысле здоровье? — спросила она, глядя на демона с искренним интересом. — Разве демоны могут болеть? — Конечно, могут, — спокойно ответил он, слегка пожав плечами. — Не так, как вы, конечно. У нас есть магические болезни, которые более коварны, и вылечить их не всегда просто. Если Билл перестанет подпитывать своё тело энергией, он будет медленно умирать. — Сеир слегка поморщился. — Если перекрыть поток энергии для меня, я умру практически сразу. Это — наша жизнь, наша сущность. Без этого мы теряем всё, себя, свою сущность и всё то, что делаем. Мэйбл задумалась, попивая сок, который казался ей сейчас божественным нектаром после того, как она привыкла к скудной и противной еде, скармливаемой ей ранее Сайфером. Она слушала, не отводя взгляда, ощущая, как внутри у нее зарождается ещё больше вопросов. — Вот как, — тихо сказала Мэйбл, приподнимая брови и поглядывая на Сеира. — Я не знала. Звучит довольно интересно, хоть и опасно. Получается, вы, демоны, питаетесь за счёт нас, людей? Сеир отрицательно покачал головой, становясь более серьёзным, а глаза слегка потемнели. Буквально на секунду, но Мэйбл успела заметить. Он вытянул руку, взял бокал с вином и аккуратно отпил, наблюдая за Мэйбл с вновь обретенной легкой улыбкой. — Не совсем, — произнёс он спокойно. — Во вселенной миллионы планет и существ, от которых мы можем брать энергию — и всё это всегда в доступе. — Он слегка наклонился вперёд, заглядывая ей в глаза, словно делясь тайной. — У нас есть выбор. Мы можем получать энергию из различных источников, не обязательно за счёт вас. Мэйбл зажмурилась, пытаясь представить масштаб всей этой информации. Её взгляд стал чуть более задумчивым, она улыбнулась воодушевлённо, словно осознав что-то важное. — Всё-таки я была права, когда говорила Дипперу, что во Вселенной мы не одни! — воскликнула девушка, с сияющими от возбуждения глазами. Она воинственно сжала кулаки в готовности броситься с головой на поиск приключений на свою пятую. С неё словно в миг ушла вся напряжённость, и в ответ на её слова собеседник разразился громким смехом. — Ты такая смешная, — улыбнулся он, слегка наклонив голову. — Перед тобой сидит волшебное существо, а ты только сейчас догадалась, что во Вселенной есть и другие? — Это другое! — воскликнула она, обиженно отвернувшись, её щеки заалели и в голосе промелькнула искренняя обида. — Я думала, ты в курсе! Сеир поднял руки перед грудью в сдающемся жесте, сдерживая смех, и мягко сказал: — Ладно, Звезда, я же шучу. Не обижайся, пожалуйста. Мэйбл немного успокоилась, улыбнулась и, покачав головой, ответила: — Ладно, в этот раз прощаю! — Она сделала небольшой вдох и вновь подарила сидящему перед ней демону улыбку. Они немного помолчали, каждый попивая свой напиток. В комнате царила уютная тишина, лишь слышалось мягкое постукивание стаканов о стол. Свет люстры под потолком рассеивался по стенам, создавая приятную атмосферу, словно их окружала невидимая пелена спокойствия. — Сеир? — неожиданно тихо позвала Мэйбл, иногда бросая на демона задумчивые взгляды, словно пытаясь понять, о чем тот думает, считывая каждое его движение и любое, даже малейшее изменение мимики. Он посмотрел на неё с интересом и чуть наклонил голову в ожидании вопроса. — Да? — Расскажи, пожалуйста, где мы находимся и как ты познакомился с Биллом? — продолжила Мэйбл, внимательно глядя на него с искренней любознательностью и желанием понять. Демон задумался, вновь становясь почти пугающе серьёзным, словно вспоминал что-то важное и дорогое сердцу. — Ну-у-у, — протянул он, — с Сайфером легко. Мы знакомы практически с самого рождения. — Он тепло улыбнулся уголком губ, проведя подушечкой пальца по краю бокала. — Наши родители познакомили нас примерно так же, как у вас, земных детей, — добавил он, — примерно в 4-6 лет по земному календарю. Мэйбл удивлённо приподняла брови, её глаза расширились от неожиданности. — То есть, вы тоже были маленькими? — спросила она, немного потрясённая этим фактом. — Конечно, — кивнул он, улыбаясь. — Мы все были рождены, как и смертные люди, только с магическими способностями. У нас есть семьи, папы, мамы, бабушки и дедушки — всё так же, как у вас. Просто у нас чуть больше возможностей и знаний. Сеир сделал небольшой паузу, дав ей возможность переварить услышанное, и продолжил: — У каждого из нас есть место в нашем обществе, свои роли и обязанности. Но в основном, мы такие же — семья, любовь, дружба. Мэйбл слушала внимательно, настолько, что казалось, она была вся сосредоточена на каждом его слове. Глаза сверкали любопытством и увлечённостью, она почти не дышала, боясь упустить хоть малейшую деталь, которая могла бы помочь ей понять этот загадочный, древний мир. Внутри всё трепетало от интереса, а сердце билось чуть быстрее, чем обычно. Сеир, заметив неподдельный интерес с её стороны, немного помолчал, обдумывая свои слова, а затем заговорил с небольшой задумчивостью в голосе: — В отличие от вас, у нас время течёт немного иначе. — Он слегка наклонился вперёд, упираясь логтями о столешницу. — Когда ребёнок достигает определённого возраста, он перестаёт стареть. Он может прожить миллионы лет и не измениться вовсе. Но некоторые демоны намеренно старели и умирали. Мэйбл приподняла брови, чуть нахмурилась, пытаясь понять, что он имел в виду. — Не совсем поняла, — пробормотала она. — Те демоны, о которых я говорил, например, Билл — если такие семьи лишают себя подпитки, они начинают быстро стареть и умирать. — Он задумался, подбирая слова. — Быстро в вашем понимании — это за лет десять-двадцать. — Вау! — восхищённо произнесла Мэйбл, её глаза сияли, а губы растянулись в улыбке. — Значит, вы живёте очень долго, а у некоторых даже есть возможность исчезнуть, как будто их и не было? Сеир улыбнулся в ответ и кивнул, его лицо озарилась легкой грустью. — Обычным, низшим демонам приходится выращивать овощи, фрукты, держать скот, — перечислял он, сгибая пальцы. — У них закрыт доступ к поглощению энергии напрямую. Они работают так, как работают и земные существа. Мэйбл, слушая его, воскликнула, едва не перебив: — То есть вы, как мы! Сеир качнул головой. — Скорее наоборот, — улыбнулся он. — Демоны существуют гораздо дольше смертных. У нас веками развивалась магия, и мы существуем на более высоком уровне. В кухне вновь воцарилось приятное молчание. Звуки стаканов, тихий шорох движений и мягкое тепло заходящего солнца создали атмосферу уюта и доверия. Каждый погрузился в свои мысли и никто не торопился говорить. В этом тихом пространстве ощущалась особая гармония — будто мир вокруг замедлил свой ход, чтобы дать им возможность понять друг друга чуть лучше. — Сеир, можно тебя попросить о кое-чем? — вдруг тихо спросила Мэйбл, наклоняясь к демону и опираясь локтями о стол. Её глаза смотрели с надеждой, а голос немного дрожал от неловкости. Она осторожно поглядела по сторонам, боясь, что кто-то может услышать. Демон, слегка приподняв брови, повернулся к ней и с любопытством посмотрел. Его длинные пальцы мягко постукивали по поверхности стола. — Конечно, — сказал он, лениво потянувшись и скрещивая руки на груди. Мэйбл сделала глубокий вдох, чуть зажмурилась и быстро затораторила, боясь, что демон посчитает ее просьбу нелепой: — Ты же владеешь магией, да? И бывал на Земле? — она робко улыбнулась. — Ну? — он слегка приподнял бровь, ожидая объяснений, а его взгляд стал чуть более внимательным. Мэйбл нервно зажала пальцы в кулаки, посмотрела на свои руки и потом снова на демона: — Я бы хотела что-нибудь приготовить — мне же нужно есть, — она улыбнулась, показывая пальцем на живот. — А тут хоть шаром покати, а в холодильнике вообще мышь повесилась. И что мне делать? Демон вздохнул, потянулся и щёлкнул пальцами. В воздухе заискрилось, и на столе появился небольшой горшочек с иходящим от него паром — А зачем? — он пошевелил пальцами, словно разминая их, — я могу щёлкнуть — и всё будет готово. Быстро и без заморочек. Мэйбл вздохнула и, отводя взгляд, слегка пожала плечами. — Просто люблю готовить, — тихо призналась она, — здесь так скучно, нечем заняться. Хотела бы хоть что-то сделать сама. Мне кажется, это поможет мне отвлечься. Демон задумался, потер затылок, прищурился и, наконец, кивнул. — Ладно, диктуй, — сказал Сеир, скользя насмешливым взглядом по девушке. Он встал со стула, обошел кухонный островок и присел на край стола, ожидая её указаний. Мэйбл начала перечислять ингредиенты, и словно по волшебству, шкафы, полки и холодильник сами наполнялись необходимыми вещами: миски, салатницы, ножи, коробки, специи, овощи, мясо. Всё появлялось постепенно, будто невидимая рука аккуратно раскладывала всё по местам. Девушка с любопытством наблюдала, как предметы сами перемещаются и ложатся на свои места, не мешая ей. — Ну, этого хватит? — спросил он, оглядывая творческий беспорядок на кухне, где всё было разбросаны. Сеир искренне надеялся, что Билла не хватит инсульт при виде этого. — Я тоже хочу иметь магию! — воскликнула Мэйбл, вскинув руки вверх и сделав широкий жест. — Раз и всё готово! Сеир, усмехнувшись, покачал головой, чуть наклонившись вперед. — Раз и всё, — повторил он спокойным голосом. Мэйбл с улыбкой посмотрела на него, затем чуть смутилась и быстро добавила: — Сеир, а когда ты был на Земле, что тебе нравилось есть? — она задумалась, мысленно молясь, чтобы то, что он когда-то ел, она умела готовить — Хм, дай-ка подумать. Помню, в одном ресторане я ел… как же они называются, эти мясные шарики с соусом. — Тефтели? — подсказала девушка, улыбаясь. — Да, точно, тефтели. Ещё мне нравился тыквенный суп, оладьи с карамелью, это очень вкусно. И я часто заказывал томлёного цыплёнка, — он кивнул, наблюдая за её движениями. — В общем, всё, что было вкусно и сытно. Мэйбл порхала по кухне, выкладывая на островок ингредиенты, необходимые для приготовления блюд. Она с увлечением раскладывала всё по мискам, аккуратно сортируя продукты. — Ну, оладьи и тефтели я могу приготовить! — обрадовалась она, улыбаясь. — Слушай, а почему, как ты говоришь, просто не щёлкнуть пальцами и всё? Затем отправляться на Землю? Он пожал плечами, задумчиво прищурился. — Не знаю, — признал он. — Просто у вас на Земле, как вы говорите, у блюда есть… душа? — он задумался, прищурившись. — Такого я больше нигде не ел. Мэйбл кивнула, на мгновение задумавшись. — А… да, ты прав, — тихо сказала она, надевая фартук. Быстро взяв с полок нужные ингредиенты, Мейбл принялась за готовку. В её движениях чувствовалось желание скорее начать и сделать всё как можно лучше. Сеир пересел поближе и с интересом наблюдал за её движениями, иногда задавая непринуждённые вопросы: — Что ты будешь делать с этим? — спросил он с любопытством, указывая на муку и яйца. Мэйбл взяла миску и просеяла муку туда, слегка улыбнувшись ему. — Это для теста, — ответила она, махнув рукой в сторону яиц и муки, — а это специи. Они придают блюду яркости и особого вкуса. Девушка чувствовала себя как никогда комфортно, словно она и есть часть этого мира. Её руки уверенно перемешивали ингредиенты, а запах свежего теста наполнял кухню. Глаза Мэйбл светились от удовольствия, а сердце от приятного чувства уюта и спокойствия. Несмотря на демоническую природу Сеира, она видела в нём искреннюю доброту и интерес, что делало его похожим на настоящего друга, которому она могла довериться. Продолжая замешивать тесто для оладьев, Мейбл решила задать неожиданный вопрос, который, казалось, застал демона врасплох. Она слегка замедлила движения, посмотрела на него и с легкой улыбкой произнесла: — А ты когда-нибудь хотел бы попробовать приготовить что-то сам? Или у тебя есть любимое блюдо, которое ты бы хотел научиться делать? Сеир замялся, его тёмные глаза засияли в особом свете. Он отложил ложку с медом и внимательно посмотрел на Мэйбл, размышляя над её словами. — Я… никогда особо не задумывался, — начал он тихо, — в моем мире у демонов редко бывает возможность учиться чему-то новому, особенно в области кулинарии. Но если бы я мог выбрать, то, наверное, хотел бы научиться готовить что-то, что связано с теплом и уютом. — Сеир задумчиво сдвинул брови к переносице и надул губы. — Например, печь хлеб или делать что-то сладкое. В моих воспоминаниях иногда всплывают образы, когда я смотрел, как ваши люди делают это. Это кажется очень красивым и… живым. Мэйбл слушала внимательно, улыбаясь почти по-матерински. — А знаешь, у нас на Земле есть много таких рецептов — с разными специями, сладкими и солеными. Например, я очень люблю делать оладьи с ягодами или мёдом и готовлю их сейчас. Может, ты хочешь попробовать? Сеир слегка пожал плечами, выглядя заинтересованным. — Почему бы и нет? — ответил он, материализуя на себе фартук. Мэйбл подняла с полки небольшую тарелку с ягодами и положила их рядом. — Ну, тогда давай попробуем сделать что-то вместе. Ты будешь помогать мне с добавлением ягод, а я покажу, как правильно жарить оладьи. Девушка взяла ложку и начала добавлять ягоды в тесто, а Сеир внимательно следил за её движениями. — Так, — сказала она, — главное — не давить слишком сильно, чтобы ягоды остались целыми. А еще важно правильно разогреть сковороду, чтобы оладьи получились мягкими и румяными. Сеир кивал, делая вид, будто запоминает каждое слово. Следуя указаниям, он подхватил ложкой маленькую порцию теста и попытался выложить его на сковороду. — У тебя хорошо получается, — похвалила Мэйбл, слегка толкнув плечом. — Может, ты просто скрываешь, что великий щеф-повар, а? Он улыбнулся в ответ, довольный неожиданной похвалой. — Возможно. Но самое главное — это делать всё с душой, — ответил он загадочно. Они продолжали вместе готовить, смеясь и делясь историями. Время словно остановилось, и в этом уютном мире, полном запахов и теплых разговоров, оба ощущали, что нашли в друг друге что-то особенное — дружбу, которая может преодолеть любые границы. Даже между мирами. Когда Мэйбл уверовала в то, что Сеир не спалит кухню, то приступила к готовке мясного блюда и неожиданно задалась вопросом: — Сеир, а почему ты такой добрый, в отличие, например, от Билла? — она покосилась на него. — Не пытаешься меня убить или что-то в этом роде. Я же смертная? Он закашлялся, краснея щеками, и на мгновение в его взгляде промелькнула растерянность. — Ну, знаешь, — он помолчал, — я с самого рождения был близок к смертным, к вам. Моя мать была смертной, а потом превратилась в демона. И, насколько я помню, она часто бывала на земле. Мы даже жили там какое-то время. Мэйбл удивлённо приподняла брови, внимательно слушая, и ощутила, как эта неожиданная откровенность меняет её представление о нём. — Мама смертная? — переспросила Мэйбл. — Такое бывает? — Да, — он кивнул, — у наших женщин и мужчин есть репродуктивная система. Просто мы — магические существа. — А как это случилось, если не секрет? — с любопытством поинтересовалась девушка. — Не помню точно, как это произошло, прошло много лет. Мой отец — демон хаоса, он перемещался между вселенными и так встретил мою маму. Он долго за ней ухаживал, и она приняла в себя демоническую сущность ради любви. — Он улыбнулся. — Они до сих пор вместе, уже более пяти миллионов лет. — Значит, ты тоже был когда-то человеком? — спросила она, слегка удивлённая, но в то же время заинтересованная. — И ты не хочешь меня убить, потому что у тебя есть что-то от человека? Он замолчал, задумчиво поглядел в сторону, будто размышляя, как подобрать слова. — Возможно, — сказал он тихо. — Я знаю, что значит чувствовать боль, страх, желание защитить. Моя мать всегда говорила, что внутри каждого из нас есть свет и тьма. И я стараюсь выбрать свет. В этом — мой выбор. Не всё в моей природе злое. Иногда добро — это просто вопрос выбора. Мэйбл почувствовала, как её сердце чуть успокоилось от этих слов. Внутри будто пробудился тихий голос: Может, и в Билле есть нечто большее, чем демоническая сущность? — А почему ты живёшь здесь, в доме Сайфера, а не в своём? — продолжила допрос Мэйбл, переворачивая блинчик на сковороде и улыбаясь, заметив, как глаза демона сияют от сладости. Он посмотрел на нее, прищурившись, и ответил: — Ну, если честно, — ответил он, — когда вы заключили его в тюрьму, город начал разрушаться. Я переехал сюда, потому что все демоны знали: в этом доме им всегда будет оказана помощь. — Разрушаться? — Мейбл вздрогнула, ужаснувшись. — Почему? — Билл — правитель этого мира. Весь мир и его обитатели питаются его энергией, — пояснил Сеир, накладывая в сковороду новые порции теста. — Когда его заперли, энергии стало не хватать. От этого Тэнебрис начал разрушаться. Я, будучи слабее Сайфера, не мог отдавать столько энергии, сколько нужно. — Я не знала, что Билл такой заботливый, — тихо сказала она. — Звезда, — он посмотрел Мэйбл в глаза, — я его не оправдываю. Сайфер творил ужасные вещи. Но посмотри на ситуацию с его стороны. Пока вы держали его за решёткой, все его подданные умирали. Я вообще удивлён, что ты ещё жива. — Ну, спасибо. Он ведь вообще-то пытался уничтожить МОЙ мир! — горячо ответила Мэйбл. — Почему так? — На этот вопрос я не могу ответить. Если Билл захочет, скажет сам. — Секреты? — чуть обиженно произнесла девушка. — Некоторые вещи знать не нужно. Для твоего же спокойствия. Мэйбл задумалась, глядя на Сеира, его глаза отражали спокойствие и мудрость, которых ей раньше не хватало для понимания. Она чувствовала, что за его словами скрываются не только факты, но и глубокие переживания, опыт, которым он делился с ней. — Ты говоришь, что внутри каждого есть свет и тьма, — начала она, помедлив. — Но ведь не все выбирают свет. Многие просто идут по тёмному пути, потому что так проще или потому что они не видят другого выхода. Он улыбнулся мягко, словно улыбка была частью его внутреннего мира. — Да, — ответил он. — Но даже в самой тёмной душе есть искра, которая может пробудиться. Иногда всё, что нужно — это кто-то, кто поверит, кто напомнит о том, что есть и свет, и добро. И, возможно, именно это я и пытаюсь делать — напоминать людям о том, что даже демон может выбрать путь добра. Мэйбл вздохнула, чувствуя, как в груди зажглась тихая искра надежды. — А ты сам когда-то выбирал? — спросила она. — Не просто как демон, а как личность. Что движет тобой? Что заставляет тебя бороться за добро? Он немного помолчал, словно вспоминая что-то важное. — Это сложный вопрос, — сказал он. — Время и опыт научили меня, что добро — это не всегда то, что кажется правильным на первый взгляд. Иногда, чтобы защитить тех, кто тебе дорог, приходится идти на риск. Бывает, что для достижения справедливости нужно переступить через свои страхи и сомнения. И, честно говоря, — он вздохнул, — я не всегда справляюсь. Но я стараюсь. Потому что знаю: даже один маленький поступок может изменить многое. Мэйбл слушала его, ощущая, что в его словах есть искренность и глубина. Она вдруг подумала о том, что, может быть, однажды и Билл сможет выбрать хороший путь, а не путь насилия. — А ты не боишься, что тебя могут предать? — тихо спросила она. — Что, несмотря на всё, тебя могут использовать или отвергнуть? Он улыбнулся с легкой иронией. — Больше всего я боюсь потерять веру в людей. В тех, кто способен на добро. Но я знаю, что иногда стоит довериться и рискнуть. И если я не буду верить, кто тогда сделает этот мир лучше? Мэйбл почувствовала, как внутри просыпается уважение к нему. Он был не просто демоном, который может причинить боль — он был существом, ищущим свет, борющимся со своими тёмными сторонами, даже несмотря на свою природу. После паузы она робко добавила: — А если бы я спросила, сможет ли Билл стать добрее? Ты думаешь, у него есть шанс? И почему он пытал меня тогда, даже если я ничего плохого не сделала? Сеир немного помедлил, его взгляд стал чуть более мягким и задумчивым. — Билл… — начал он, — он сложная личность. Внутри него борются свет и тьма. Возможно, он сам этого не осознаёт или не хочет признавать. Иногда, чтобы защитить себя или тех, кого он ценит, он идет на крайние меры. Может быть, он пытал тебя, потому что видел в этом способ контролировать ситуацию, или потому что так привык решать проблемы, — предположил Сеир. — В его мире такие методы — часть его борьбы, его боли. Но шанс у него есть, если он захочет изменить что-то внутри себя. Всё зависит от его желания. — А что движет им? Почему он так поступает? — спросила Мейбл. — Он ведь не всегда был таким. — Люди меняются, — ответил Сеир. — Иногда под влиянием боли, потерь или разочарований. Иногда потому что их жизненный путь привёл их к темным уголкам. Билл — это отражение многих его переживаний. Он не рождается злым, но обстоятельства могут сломать человека. Важно понять, что за его поступками стоит не только его природа, а и его внутренний мир, его страхи и надежды. Мэйбл задумалась, её сердце сжалось. Она вдруг поняла, что, несмотря на его жестокость, внутри Билла есть что-то ещё — возможно, только скрытое или давно забытое. — А почему он вообще стал таким? — тихо спросила она. — Что его толкнуло на этот путь? — Иногда человек выбирает тёмную сторону, потому что боится или чувствует себя одиноким, — сказал Сеир. — Или потому, что считает, что так сможет защитить тех, кого любит. В его случае, вероятно, есть что-то в прошлом, что сломало его и заставило поверить, что добро — это слабость. Но даже в самых тёмных сердцах есть искра, нужно только уметь её разжечь. Мэйбл вздохнула, чувствуя, что ей хочется верить, что у Билла есть шанс стать лучше. — Значит, всё ещё есть надежда? — спросила она чуть тише. — Надежда — это всё, что у нас есть, — ответил Сеир. — И даже самый тёмный человек способен выбрать другой путь, если ему дать шанс и понять, что он сам может изменить свою судьбу. В этом и заключается чудо перемен. Всё зависит от того, захочет ли он сделать этот шаг. Мэйбл задумалась на мгновение и мягко, с интересом, спросила: — А почему вы так крепко дружите? Вы же полные противоположности! Ведь он — такой яростный, жесткий, а ты — спокойный, мудрый. Почему вы держитесь вместе, несмотря на всё? Сеир ответил с толикой грусти в голосе: — Наверное, потому что внутри мы оба ищем что-то важное. Билл — сильный и иногда кажется, что он не нуждается ни в ком, но на самом деле ему тоже нужен кто-то, кто сможет понять его без слов. А я просто умею слушать. Я вижу за маской Билла его внутреннюю боль и страхи. — Значит, вы помогаете друг другу стать лучше? — догадалась Мэйбл. — Именно так. Билл может быть очень жестким, потому что боится показать свою слабость. А я умею видеть, что стоит за этим и помогаю ему. Мы вроде как дополняем друг друга — один — огонь, другой — вода. Инь-янь, понимаешь? Мэйбл мягко улыбнулась. Стоя за углом, Билл внимательно слушал разговор Пайнс и своего друга. Его сердце билось чуть быстрее. Билл чувствовал раздражение из-за их болтливости, из-за того, что они так свободно делились своими мыслями и чувствами. Каждое слово, каждая улыбка казались ему острыми, как ножи. Сайфер вдруг почувствовал, как внутри закипает смесь гнева и ревности. Он хотел вмешаться, остановить их, сказать что-то важное — но что? Он боялся, что его слова только усугубят ситуацию, что он снова станет источником конфликта. Несмотря на это, в глубине души он испытывал толику радости. Звезда, кажется, не слишком злилась на него. Это немного смягчало его гнев, давало надежду, что ещё есть шанс всё исправить. Но внутри всё равно бушевали сомнения — а сможет ли он? А стоит ли вообще пытаться? Может, он уже всё испортил навсегда. Билл часто ловил себя на мысли, что его страхи и неуверенность мешают ему сделать правильный шаг. Мысленно он прокручивал в голове все свои поступки: ошибки, слова, которые мог сказать или не сказать. Иногда казалось, что он — словно тень самого себя, тот, кто постоянно сомневается, кто боится потерять то немногое, что у него есть. Он ощущал, как внутри борются противоречия: желание быть лучше, желание признания и страх остаться одиноким, забытым. Билл медленно сглотнул, чувствуя, как пересыхает в горле, и отодвинулся назад, чтобы не привлекать внимания. Он старался держать внутри всё на грани, чтобы не показать свою уязвимость. Там бушевала борьба. Ему хотелось верить, что всё возможно, что ещё не поздно, что он сможет изменить себя и ситуацию. Но одновременно боялся разочароваться и потерять то, что ему так дорого. Демон тихо отпустил воздух и решил, что завтра будет другой день. Он обязательно найдёт в себе силы сделать шаг навстречу, даже если будет трудно. Потому что он понимал — если не попытается, ничего не изменится. И пусть сомнения и страхи все ещё преследуют его, он всё равно продолжит бороться. За себя, за Звезду, за всё, что для него важно. Когда Пайнс и Сеир наконец разошлись по комнатам, проведя практически весь день на кухне за разговорами и смехом, Билл тихо прокрался туда, надеясь незаметно попробовать то, что они приготовили. Он затаил дыхание, осторожно приближаясь к дверному проёму. Внутри царила тёплая, домашняя атмосфера, и это немного успокаивало его, ведь даже в этом мире, среди демонов и магии, было место уюту. Когда Билл, слегка закатив глаза от удовольствия, подошёл к столу и взял ещё одну до безумия вкусную тефтелю и поднёс её ко рту, собираясь насладиться этим шедевром, как вдруг в кухне неожиданно зажегся свет. — Жрешь? — ухмыляясь, спросил Сеир с явной иронией, словно он предвидел такой сценарий ранее. В ответ Билл взмахнул рукой, и в следующую секунду из гостиной донеслось недовольное: — Э-э-эй?!