Между двух миров

Было уже за полночь, редкие уличные фонари бросали слабый жёлтый свет на мокрую мостовую. В глубине особняка, в тихой, темной части здания, тихо стучали по двери. Этот звук был аккуратным, почти неслышным, как будто кто-то осторожно касался её кончиками пальцев, чтобы не потревожить покой ночи. — Мэйбл? Ты спишь? — донесся тихий, спокойный голос Сайфера за дверью, его тон был непривычно мягким, но в нём сквозила настороженность, словно он знал, что может столкнуться с чем-то опасным. Мэйбл вздрогнула, услышав его слова. Сердце забилось чуть быстрее, в голове вспыхнули тревожные мысли. Она лежала в кровати, укутанная тёплым одеялом, и старалась не показывать волнения. Внутри всё сжалось — а вдруг он хочет сделать ей больно? Разговор вчера вечером закончился не на самой хорошей ноте. Правды, которая требовалась ей, она так и не дождалась. Поэтому каждый из них сошелся на том, что, когда придет время, ей обязательно все расскажут. И она доверилась. Было страшно, очень страшно. Но совокупность действий и наблюдений сделали свое дело. Девушка принимала во внимание то, что она действительно не могла знать и тем более осознать все происходящее. Да и спокойствие Сеира, к которому она прикипела за его доброту и отзывчивость, сделало свое дело. Натянув повыше одеяло, так как была раздета, Мэйбл так же тихо ответила невидимому собеседнику: — Нет, входи. Дверь едва скрипнула, когда Сайфер аккуратно открыл её и вошёл, его фигура казалась в ночи почти прозрачной, словно тень, которая вдруг ожила. Он мягко прошел в комнату и остановился у окна, глядя на темный город за стеклом. В его глазах играли отблески луны, вызывая у девушки мурашки по телу. Мэйбл с вопросом в глазах наблюдала за этой сценой, тут же пытаясь прогнать мысль о том, насколько недосягаемо красивым Билл выглядел в этот момент. — Мы можем сходить кое-куда? — вдруг спросил демон, повернувшись в сторону лежащей в постели Мэйбл. Та напряглась. Внутри зашевелились тревожные мысли: а что, если он хочет сделать ей больно? Или опять влезть в ее голову? Рука непроизвольно сжала край одеяла, а дыхание стало чуть прерывистым. Казалось, что любая эмоция сейчас могла вырваться наружу — Не читай мои мысли, ладно? — попросила Мэйбл. — С некоторых пор я с трудом могу читать их, только самые «громкие», — ответил он, стараясь говорить спокойно. — Поэтому я и пришёл за тобой. Она немного помедлила, мысленно взвешивая слова, и, похоже, решила не настаивать. В ее голосе прозвучало беспокойство, когда она спросила напрямую: — Надо идти, потому что не можешь читать мои мысли? — Мэйбл сжала губы в тонкую полоску и угрюмо уставилась на свои руки. — Поэтому твои ласки грызли меня? — Не совсем. Просто вставай и пойдем, — он мягко, совсем не свойственно своей натуре, улыбнулся и протянул руку, указывая на дверь. — Отвернись, я не одета. Мэйбл быстро оделась, чувствуя, как внутри всё ещё бурлит смесь эмоций — смущение, тревога, чувство обиды, словно острый нож, впившийся в сердце. Она стояла перед зеркалом, пытаясь привести мысли в порядок, и при этом ощущала, как все вокруг затихает. Каждое движение казалось тяжелым, словно она несла на себе неподъемный груз. Мэйбл поправила прядь волос, сделала глубокий вдох и повернулась к Биллу, который стоял у двери, немного приопустив плечи, словно внутри тоже переживал что-то важное. Она скользнула по его лицу изучающим взглядом. Он был спокойным, но в глазах мелькала неуловимая тень, как отклик бушующего внутри урагана. Пайнс заметила, как его рука нервно тянется к карману, словно пытаясь что-то спрятать, но не стала принимать это во внимание. — Всё в порядке? — тихо спросила она, чуть наклонив голову, стараясь не показывать своих волнений. — Я что-то сделала не так? Ее голос прозвучал слабым шепотом, словно Мэйбл боялась нарушить шаткую тишину. Билл на мгновение замер, обдумывая ответ. Его лицо немного расслабилось, но брови все так же были сведены в кучу — он словно боролся с самим собой, пытаясь подобрать слова. — Не стоит так думать, — произнес он наконец, делая шаг ближе. Голос демона прозвучал на тон мягче, вновь посылая по ее телу дрожь и какое-то внутреннее волнение. Его глаза встретились с её, и губы Сайфера дрогнули. — Просто… иногда слова не всегда могут выразить то, что внутри. Мэйбл промолчала. Она не знала, что ответить на это. Ответ казался нелогичным, будто он пытался уйти от темы, скрыться за словами, чтобы не показать, насколько ему трудно. В её мыслях всё перемешалось: страх, желание понять и одновременно ощущение, что она сама не может найти правильных слов. Она стояла, словно застывшая статуя, с одной рукой, сжимающей край платья, и не могла придумать ни одной смягчающей фразы. — Пойдем, — произнес он мягко. Билл жестом пригласил её идти вперед и дождался, пока она выйдет первой. Он последовал за ней, мягко направляя в сторону гостиной, того места, где она часто проходила мимо, когда возвращалась в свою спальню. Их шаги мягким звуком распространялись в стороны по деревянному полу. Они шли молча, боясь нарушить тишину, которая внезапно стала такой важной. Остановившись у одной из дверей, Сайфер медленно открыл её, и перед взором девушки раскинулся простор, библиотека, которую она иногда видела, но никак не находила времени посетить. Стены были уставлены книжными полками, в центре стояли мягкое кресло и столик, а на полу лежал мягкий, бледно-желтый ковер. В воздухе пахло старой бумагой и тонкими нотками лаванды. — Ты помнишь это место? — спросил Билл почти шепотом, не разрушая священную тишину, царившую внутри. Мэйбл наклонила голову, внимательно огляделась. Она покачала головой, чуть сжала губы, с усилием пытаясь вспомнить. — Никогда здесь не была, видела, но не была, — призналась она, делая небольшой вздох. — Тогда пошли, — сказал он, его голос был тихим и наполненный какой-то древней усталостью, — я хочу тебе кое-что показать. Билл улыбнулся мягко, чуть кивнул и, не спеша, подошёл к окну. Он указал на ночное небо за стеклом, и в его жесте читалась какая-то особая тайна, словно он хотел, чтобы она почувствовала что-то важное во всем происходящем. Мэйбл подошла к нему, останавливаясь в полуметре. Оглянувшись на девушку и посмотрев прямо ей в глаза, Сайфер мягко приблизил худые, но изящные пальцы к цветам, стоящим на подоконнике, не касаясь. Один — сухой, сжёгшийся, увядший, а другой — живой, пышный, благоухающий, как символ новой жизни. Мэйбл же почти утонула в его взгляде и в его движениях, не понимая, почему вдруг сердце стало биться чуть быстрее — как будто Билл вдруг открыл ей дверь в мир чувств, о которых она раньше и не подозревала. — Подними руку над этим цветком и закрой глаза, — тихо произнёс он. — Вспомни свой самый плохой день, самое тяжёлое воспоминание. Она послушно подчинилась, закрыла глаза и подняла руку. Мысленный мост воспоминаний перенёс её назад, к тому ужасному моменту, когда Сайфер мучил её, унижал, когда всё её существование было в огне. Внутри закипела волна боли и страха, холод охватил сердце, а в груди застряли слёзы, готовые прорваться. Плотно сжимая губы, Мэйбл ощущала, как внутри всё сжалось, будто оказалась в самом сердце ада, где каждый звук, каждое слово, каждая тень — всё напоминало о боли. Воспоминания буквально ожили, и перед её внутренним взором прошли мгновенья мучений: холодные взгляды, колкие слова, ощущение собственной ничтожности. Каждая тень, каждый шорох, всё было насыщено тёмной энергией, которая пронизывала до костей. Когда Мэйбл открыла глаза, то увидела, что цветок перед ней засох. Он был сухой, увядший, если коснешься, рассыпается. Недоуменный взгляд девушки скользнул к Сайферу. Его лицо было сосредоточенным, серьезным, в глазах — глубокая задумчивость и понимание. — Это я? — тихо спросила она, указывая на мертвый цветок. В груди всё сжалось, и в глазах мелькнула безысходность, словно она поняла, что сделала что-то плохое. — Да, — ответил он спокойно, мягко, словно от этого зависела уравновешенность Мэйбл. — А теперь попробуй сделать то же самое, но над другим цветком. Вспомни самые светлые, тёплые моменты своей жизни. Те, что наполняют сердце светом. Мэйбл закрыла глаза и снова погрузилась в воспоминания. Её сознание перенеслось к тихим, уютным мгновениям: рыбалка с Дядей Стэном, смех, запах елового леса, блеск воды, тепло солнца на лице. Всё внутри наполнилось светом, радостью и спокойствием. Её сердце наполнилось надеждой, словно солнечный луч проник в каждую клеточку. Когда она вновь открыла глаза, цветок, когда-то бывший признаком смерти, перед ней засиял ярким, насыщенным цветом, стал пышным и благоухающим, оживший под её мысленным потоком. Он расцвел, наполнился ароматом и энергией. — Но как? — удивлённо спросила Мэйбл, взглянув на чудо, словно боясь поверить в происходящее, и прижала руки в груди. — Просто положи руку сюда, — Сайфер указал на трещину в стене, — сосредоточься и подумай о том, что хочешь восстановить стену. Медленно переступая на негнущихся ногах, Мэйбл осторожно подошла и, положив руку на огромную трещину в стене, закрыла глаза. Внутри девушка представляла, как наполняет разрушенное светом, силой. По ощущениям прошло очень много времени, но ничего не происходило. Мэйбл расстроено посмотрела на Сайфера, но тот лишь легким кивком указал на стену. Девушка вновь посмотрела на свою руку. Внезапно она почувствовала, как её тело напряглось, словно её встряхнули сильной волной. От неожиданности Мэйбл сделала шаг назад и прижалась спиной к груди Билла, который внезапно появился сзади. В животе у девушки что-то гулко ухнуло и сжалось в комок. — Не бойся, — тихо произнёс он и положил ей руки на плечи, слегка сжимая. Мэйбл почувствовала тот самый запах мяты, от чего ее голову слегка вскружило, а девичье сердце неожиданно громко и быстро забилось в груди. — Всё хорошо. Ты делаешь всё правильно. Внутри бушевали эмоции — страх, удивление от того, что она вообще смогла восстановить то, что казалось безнадежным и что-то новое, непонятное и необузданное. Как, каким образом? Сердце колотилось так громко, что, казалось, его можно услышать за стенами, но в то же время она ощущала спокойствие, которое давал ей Билл. Она глубоко вдохнула, вернула руку на стену и сосредоточилась на ощущениях, на силе, которая наполняла её. Внутри всё постепенно успокаивалось, трещина начала медленно исчезать, растворяясь под её прикосновением. — Всё хорошо, — тихо прошептал Билл, наклонившись к ее уху, все так же держа руки на ее плечах. Его голос был полон нежности, от чего щеки Мэйбл вмиг заалели. — Ты справилась. Ты сильнее, чем думаешь. Когда трещина с небольшим хлопком схлопнулась где-то у потолка, Мэйбл рвано выдохнула. Её рука всё ещё лежала на стене, ощущая тепло и живую энергию, как будто сама стена благодарила её за восстановление. Тепло от рук Сайфера вызывало не менее сильное удовлетворение, подарившее ей смелость задать вопрос, который обдумывала все свое заточение. — Билл, можно мне вернуться домой? — Мэйбл перевела взгляд на демона, стоящего позади. Тот скривил лицо и отступил, нервно отдернув от неё руки, от чего девушка разочарованно вздохнула. Как бы она не пыталась скрыть от демона правду, сама-то знала, насколько приятно было вот так стоять. — Нельзя. А теперь спи, — тихо сказал Сайфер и положил на ее лоб два пальца. Когда девушка начала заваливаться на сторону, он мягко подхватил её на руки, перенёс в комнату. Билл аккуратно уложил девушку в постель, накрыл пледом и тихо вышел, оставляя в тёплой постели, погружённую в сон.

***

— Дядя, ну, что там? — с порога закричал Диппер, неся в руках очередную огромную кружку кофе для Стэнфорда. От бессонницы он едва не уронил ее, и не упал сам, запнувшись об огромную кипу книг. Он не спал уже несколько дней в поисках хоть какой-то информации, которая бы помогла отыскать Мэйбл. Последние два дня катаклизмы по миру утихли и он забеспокоился. Сильно забеспокоился. Да так сильно, что пришлось вызывать скорую и откачивать его. Когда второй день тишины закончился, парень ворвался в бункер с криками о том, что Мэйбл мертва. Он посчитал такое затишье тем, что Билл просто напросто убил его сестру-близнеца. И теперь ходил и истерил. Стэнфорд не знал, что ответить племяннику. Зацепок не было. Ни одной чертовой зацепки. Пробраться в тот мир они не смогли, щит Сайфера оказался очень сильным. Им, обычным людям, это оказалось не под силу. — Диппер, я… — дядя замер, пытаясь найти слова, которые бы хоть немного утешили его племянника, но в голосе слышалась безнадежность и усталость. Стэнфорд понимал, что ситуация вышла из-под контроля, что все усилия напрасны и надежды на возвращение Мэйбл становились всё более призрачными. Диппер уже не слушал, ведь понял с первых слов. Он был охвачен яростной истерикой, его глаза блестели от слёз. Он качался на ногах, сжимая кулаки, как будто собирался разорвать всё вокруг. Его лицо искажала безумная решимость, а в голове звучала только одна мысль — любой ценой попасть в другое измерение, спасти сестру или умереть. — Нет! — закричал он, его голос прозвучал так громко, что, казалось, разрывается сам воздух. — Я не позволю им держать Мэйбл там! Не позволю! Я сделаю всё, чтобы попасть туда, где она! Все эти щиты, все эти барьеры — всё ерунда! Я найду способ! Я найду портал! Я прорвусь, если придется разорвать всё к чертям! Я не потеряю её! Он бросился к стене, хватаясь за приборную панель, руки дрожали, и он начал яростно крутить переключатели, словно в безумии пытаясь найти какой-то секретный механизм, который откроет путь в Тэнебрис. Его тело подергивалось в приступе истерики, голос дрожал. Его охватила дикая паника, он кричал, плакал, бил по стенам. — Мне всё равно, что вы скажете! — орал Диппер, вскидывая руки в воздух. — Я знаю, что есть выход! Я знаю! Я чувствую! Вы же говорили, что есть ещё измерения! Есть ещё миры! Тогда почему мы здесь, почему всё вокруг только пустота и смерть? Я не верю, что всё так закончится! Я знаю, что она там! Я знаю! И я найду способ! Я сам…! — Солнышко, ты не понимаешь, Билл, он… Крики Диппера эхом отдавались по бункеру, стены почти дрожали от его ярости. Он не слушал дядю, не хотел слушать, что ему говорят о невозможности, о том, что щит Сайфера слишком силен, что все их усилия напрасны. Его разум был запутан в бесконечных мыслях, в безумных планах, в надежде, что есть какая-то лазейка, какой-то секретный проход, который они упустили. — Я не уйду отсюда, — шептал он себе сквозь слёзы, — пока не увижу её снова. Пока не увижу Мэйбл. Любой ценой, я проломлю эту стену! Я пройду через всё! Я найду вход! И если придется разрушить этот чертов город, я сделаю это! Его руки вцепились в металлическую панель, глаза быстро перескакивали с одного изображения на другое. Диппер всячески пытался найти слабое место, слабый поток энергии, который мог бы открыть портал. Он кричал, бил кулаками по приборам, в отчаянии вырывался из успокаивающих объятий дяди, словно его душа сжалась внутри, и только один зов, к возвращению её, к спасению сестры, гнал его вперед. — Я не остановлюсь! — вопил он. — Пока не найду способ! Пока не верну её! Не важно, что скажете! Не важно, что будет! Я сам найду путь! Я найду её! И в этот момент в его глазах горел безумный огонь, так ярко, что казалось, он уже переступил границу реальности. Диппер был готов на всё, чтобы разорвать цепи этого мира, проникнуть туда, где скрывалась Мэйбл, и вернуть её домой любой ценой. — Я сделаю это! — кричал он, ломая всё вокруг, разрывая на мелкие части книги и чертежи, разбивая компьютеры. — Я найду вход! Я прорвусь! И никто мне не помешает! Диппер продолжал метаться по бункеру, его крики словно раскалывали стены. Стэнфорд, видя, что его племянник уже не контролирует себя, наконец схватил его за плечо и резко встряхнул, да так, что его голова безвольным болванчиком замоталась в стороны. — Хватит, Диппер! — твердо произнес он. — Ты с ума сошел! Нужно остановиться и подумать. Ты не найдешь выхода, пока не успокоишься. — Это твоя вина! Слышишь, если бы не ты, Билл бы не похитил ее! Если бы ты надежнее упрятал этого ублюдка, если бы она не нашла его, если бы… Диппер долго сопротивлялся, крича и размахивая кулаками, но в конце концов позволил дяде вести себя. Стэнфорд с трудом, через цепь нервных судорог, поднял его на чердак, ту самую заброшенную комнату, которую они редко использовали, с пропажи Мэйбл и где лежал сундук с вещами, оставшимися с прежних, славных времен. На чердаке было темно, лишь слабый свет лампы, который вибрировал в воздухе, освещал их. Там, на полу, лежала всё то же, что и в день её пропажи. Диппер был против того, чтобы убрали даже пыль. Это память, все, что осталось у него сейчас. Диппер остановился посередине комнаты, слыша, как дядя тяжело спускается по лестнице, у него перехватило дыхание. Он подошел к горе ниток и вытащил оттуда недовязанный свитер сестры, и его взгляд вновь наполнился отчаянием. Он сел рядом и вдруг, не сдерживая слез, опустил голову на гору пряжи, словно вся боль мира сконцентрировалась внутри него. В его руках оказался один из свитеров Мэйбл — тот самый, что она носила в последнее время после смерти Стэнли. Диппер аккуратно поднял его к лицу и сделал глубокий вдох. На одежде ощущался тонкий аромат её волос, сладкий и свежий, словно она прямо сейчас была рядом, и он мог почувствовать её тепло, её живость, её смех. Диппер, всхлипывая, как умалишенный нюхал свитер, и слезы катились по щекам. Он крепко сжимал ткань в руках, как будто так мог удержать её рядом, не отпустить, не потерять. — Мэйбл… — прошептал он, — Я не могу без тебя. Я не могу потерять тебя навсегда… Я сделаю всё, чтобы вернуть тебя, даже если это значит, попасть туда, где ты, даже если мне придется умереть за это. В этот момент, момент полной безнадежности, в дверь постучали. Тихий, настойчивый стук, будто кто-то за ней жаждал попасть внутрь. Диппер резко поднял голову, вскинул взгляд на дверь. Диппер медленно, с горьким всхлипом аккуратно положил свитер на место и поднялся, едва не упав вновь из-за отсутствия сил. Пайнс тихо подошел к двери, слушая, как стук повторяется, теперь чуть мягче, и все так же настойчиво. Он сделал глубокий вдох, пытаясь собраться с силами и чувствами, и осторожно открыл дверь. Перед ним стояла она, Пасифика, его давняя знакомая, с влажными глазами, полными тревоги. Она увидела его лицо, покрытое слезами, и сразу поняла всё. Взгляд её смягчился и в голосе прозвучала ласковая теплая нотка: — Диппер… — прошептала она, мягко, словно опасаясь стоящего перед ней — Я здесь. Я с тобой… Диппер не мог удержать слёзы. Он вдруг почувствовал, как его сердце наполняется не только болью, но и какой-то странной, успокаивающей теплотой. Он протянул к ней руки, и уткнулся лицом ей в плечо, всхлипывая, как маленький ребенок, который потерял всё, и вдруг нашел кого-то, кто сможет его утешить. Пасифика осторожно обняла его, мягко поглаживая по спине, и сама начала плакать. Её слезы капали на его волосы, она чувствовала его боль, его отчаяние, и сама чувствовала, как сердце разрывается от жалости и любви. Она нежно прижала его к себе, тихо шепча: — Всё будет хорошо, Диппер. Я здесь. Всё пройдет. Ты не один. Мы вместе справимся. Ты сильный, помни. Ты — наш герой. Не бойся, я рядом. Он поднял голову, чуть пошатываясь, и взглянул на неё. В его глазах читалось отчаяние, тревога и безнадежность. Внезапно слёзы, уже вроде выплаканные до конца, вновь хлынули из его глаз, и он сам не заметил, как начал всхлипывать, а тело стало вздрагивать от сдерживаемых эмоций. — Мэйбл… — прошептал он, почти беззвучно, надрывающимся голосом. — Она… она пропала… её украли… Билл, он… он забрал её… в другое измерение… Пасифика подошла ближе, увидев его состояние. Она мягко положила руку ему на плечо, стараясь утешить, хотя внутри сама чувствовала, как холодеет сердце. — Диппер… — прошептала она, с трепетом в голосе. — Я знаю, как тебе сейчас тяжело… Но мы не можем сдаваться. Мы должны искать её. Она ведь твоя сестра… Она моя подруга! Мы всё сделаем, чтобы вернуть её. Он сжался, прижал руки к лицу и его рыдания усилились. Диппер чувствовал, как весь мир рушится, как сердце разрывается на куски. — Я… я не знаю, что делать! — закричал он, всхлипывая. — Билл слишком сильный, я не знаю, что делать. Я не могу потерять её… Она — моя единственная семья… Я не могу без неё… Пасифика мягко взяла его за руку, стараясь успокоить, хотя сама чувствовала, как внутри всё разрывается от боли. В последнее время они с Мэйбл довольно близко общались и стали хорошими подругами. Так что известие о пропаже Мэйбл ударило по ней не менее сильно. — Мы найдем её, Диппер. Мы найдем способ. — Она говорила тихо, ласково, стараясь внушить ему уверенность. — Мы не одни. У нас есть друзья, у нас есть силы. И самое главное, у нас есть любовь. Мы не позволим Биллу разрушить вашу семью. Он сжал её руку в ответ, и его глаза наполнились слезами ещё больше. — Но что, если… — его голос задрожал, — что, если он навсегда забрал её? Что, если я её уже никогда не увижу? А вдруг она уже мертва?! Пасифика нежно погладила его по щеке, её глаза блестели от слез. Девушка ощущала его боль, его отчаяние. Но понимала — именно сейчас ей было важно стать для него опорой, помочь вновь обрести силы. — Послушай меня, — сказала она тихо. — Мэйбл — сильная девочка. Она умеет бороться. Я верю, что она где-то там, и она ждет, чтобы мы её нашли. Мы не сдадимся. Мы вместе. Мы найдем её, и никто, даже такой демон, как Билл, не сможет разрушить нашу веру. Диппер сжался, у него в глазах мелькнула надежда, и он слабым движением обнял девушку за плечи. Его рыдания немного утихли, он чувствовал тепло её рук, её слова, которые, несмотря ни на что, давали ему силы. — Спасибо, — прошептал он, — спасибо, что ты здесь. Я… я не знаю, что бы я без тебя делал. Пасифика крепко обняла его за талию, утыкаясь в его плечо. — Мы вместе. И мы обязательно вернем Мэйбл. Обещаю. Диппер кивнул, отыскивая в себе тёплую искру надежды. Он чувствовал, что, несмотря на все испытания, он не один. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только тихими всхлипами. Внутри обоих кипели чувства: страх, надежда и решимость. Они знали, что впереди их ждёт тяжелая борьба, что Билл опасный враг, и что их ждут испытания. Но сейчас, в объятиях друг друга, они чувствовали, что могут преодолеть всё. Пасифика с всё еще трясущимися руками, опустив голову, широко открыла глаза, когда Диппер спросил: — Что мы будем делать? Она на мгновение замялась. Ее голос дрожал, но она старался говорить твердо: — Нужно понять, где она могла оказаться… что именно случилось. Ты должен показать мне все, что произошло, — она посмотрел на него с надеждой. — Покажи мне записи, камеры, всё, что есть. Диппер на секунду округлил глаза и неожиданно резко подскочил на ноги. — Точно! Мы не проверили видеокамеры. Почему-то я думал, раз он не человек, его не будет видно. Вот я придурок! Пошли! Он схватил ее под руку, полный решимости, и бросился вниз с чердака. Они вернулись в подвал и сели рядом за стол, на котором лежали папки, планшеты, ноутбуки и разбросанные по столу флешки. Взглянув на экран большого компьютера, Пасифика открыла приложение, позволяющее просматривать камеры в любой точке мира, и на дисплее начали появляться кадры. — Вот, — сказала она, тыкая пальчиком в монитор. — Это камера в парке, неподалеку от вашего дома. На экране мелькали кадры: Мэйбл с ярким рюкзачком шла по улице, и вдруг, тень за ее спиной, которая явно не была обычной. Тень с кривыми, искажёнными формами, будто кто-то или что-то огромное и зловещее. Она следовала позади Мэйбл. По пятам. — Вот, смотри, — сказала Пассифика. — На Билла, конечно, не похоже, но и это уже странно. Она говорила вам о том, видит ли она что-то… потустороннее? Диппер отрицательно качнул головой. — Включи камеру перед входом в дом, — попросил Диппер, сжимая кулаки. — Там должна быть какая-то запись, если он проходил через дверь или окно. Пасифика кликнула по другим файлам, и вскоре на экране появилась запись с камеры у входа. Быстро проматывая пустые на информацию кадры, они чуть не упустили самое важное. — Стой, — вдруг дернулся Диппер. — Вернись на полчаса назад. Пасифика сделала это и открыла файл в нужной временной точке. Там было видно, как в ту же самую минуту, когда Мэйбл исчезла за дверьми Хижины, на пороге появился силуэт, очень тёмный, размытый, но она была. Через мгновение эта фигура исчезла, словно растворилась. — Он был здесь, — сказала она. — И похоже, он использовал магию или что-то еще, чтобы скрыться. Диппер сжал зубы, его лицо исказилось яростью — Нам нужно больше данных, — прорычал он. — Какой же я придурок. Как я мог забыть про такие важные улики? Где ещё могли его камеры зафиксировать? Где он мог исчезнуть? Мы должны найти его следы. Пасифика задумалась, затем подняла планшет со стола и начала искать записи с других систем видеонаблюдения в районе. Они просмотрели несколько кадров: улицы, парки, здания — всё говорило о том, что демон Билл был очень осторожен, избегая лишних свидетелей. — Он явно знал или знает, что его будут искать, — сказала Пасифика. — Но есть ещё один способ — магия, заклятия… Хотя знаешь, может быть, у меня есть что-то, что поможет определить или даже помочь попасть в его мир. — Правда?! Тогда давай используем это, — согласился Диппер, в его глазах, еще недавно заплаканных, горела решимость. — Мы должны найти его, любой ценой. И Мэйбл тоже. Пасифика кивнула, бережно взяв его за руку. — Мы не остановимся, пока не найдём её. Я верю, что у нас есть шанс. Мы просто должны понять, как попасть туда и остановить. Как в детстве, помнишь? Они продолжили изучать материалы, просматривать кадры, искать зацепки. Время шло быстро, напряжение росло. В каждом взгляде читалась решимость, ведь им предстояло сделать всё возможное, чтобы вернуть Мэйбл — любой ценой. После того как просмотрели все записи и собрали максимум информации, Пасифика задумалась, её взгляд потемнел. Больше тех записей они не нашли ничего подозрительного, от чего у Диппера снова начало портиться настроение. — Знаешь, есть одна вещь, которая может нам помочь, — сказала она. — У моих родителей есть старая книга. Она хранится под замком, потому что там древние заклинания, легенды и знания, которые передавались из поколения в поколение. Семейная реликвия, понимаешь? Диппер настороженно поднял брови. — И что в этой книге? Там есть что-то о демонах или о способах их остановить? Пасифика кивнула, её глаза засияли, видя, как настроение Диппера вновь начинает улучшаться. — Там есть одна особая глава — о затерянных магических знаниях, о способах найти или связаться с существами из другого измерения. Возможно, там есть что-то, что поможет нам понять, как вернуть Мэйбл или остановить Билла. — Значит, нам нужно к тебе домой? — спросил он. — И очень быстро. — Да, — ответила Пасифика. — Родители не захотят, чтобы я читала книгу без их разрешения, но сейчас ситуация критическая. Я постараюсь убедить их, что эта книга — наш единственный шанс на спасение нашей любимой Мэйбл. Диппер посмотрел на неё с нежностью и благодарностью. — Тогда давай сделаем это вместе. Мы должны сделать всё, чтобы найти её. Я верю, что там есть ответ. Пасифика взяла его за руку и мягко сказала: — Я знаю, что это трудно, но если есть хоть малейшая надежда, что эта книга поможет нам — я сделаю всё, чтобы её открыть и найти нужные заклинания. — Тогда не теряем времени, — сказал Диппер. — Пойдем. Чем скорее, тем лучше. Они быстро направились к дому Пасифики. В глубине души оба понимали — эта старинная книга может стать их последним шансом. И чем быстрее они найдут ответ, тем больше шансов у них вернуть Мэйбл и остановить демона Билла.