Protection / Синдром белого рыцаря

Энди повернула ключ в двери таунхауса и бесшумно вошла внутрь, каблуки почти не стучали по паркету. Но всё же Миранда услышала. — Андреа, — её голос донёсся из кабинета. Энди выругалась: у этой женщины сверхъестественный слух. Девушка направилась на голос и застала необычную картину: Миранда свернулась калачиком в глубоком кресле, ноутбук удобно расположился на подлокотнике, а босые ноги были поджаты под себя. Если бы Энди осмелилась назвать Леди-Дракона милой... Дракошу... Леди-Дракошу милой... Она передала Книгу и села напротив, в то самое кресло, где в последний раз услышала приказ лететь в Париж. Это была не самая любимая комната Миранды в доме. Женщина пристально посмотрела на неё, слегка прикусив душку очков губами, с которых либо стёрлась помада, либо была смыта. — Тебе скоро понадобится новая одежда. Если хочешь скрывать беременность — это один гардероб. Если нет — другой. Я подготовила оба варианта. Энди резко вдохнула. Боже, она даже ещё не думала об этом! — Неужели это так скоро станет очевидно? — Да. — Миранда кивнула. — С двойней это стало очевидно гораздо раньше, но к третьему-четвёртому месяцу будет заметно. У тебя уже второй месяц... Тем более что твоя одежда уже немного тесновата... Энди нервно провела рукой по волосам — сейчас уже неважно, как она выглядит, потому что рабочий день был закончен. — Дизайнерская одежда для беременных? — Она фыркнула. — Разве такое вообще существует? — Многие дизайнеры не делают такие коллекции, но они есть. — Миранда приподняла бровь. — Ты думала, я носила Walmart, когда была беременна? — Нет, но дизайнеры готовы убиться, лишь бы вы надели их вещи. Я для них — никто. — Ты больше, чем «никто». — Взгляд Миранды заставил её замолчать. Может, она и «никто» сейчас... но не навсегда. — Итак, — Миранда встала, — скрывать или «сорвать пластырь»? — Пока скрывать. — Энди покачала головой. — Я только смирилась с этим. — Понятно, — Миранда встала. — Тогда пошли. И она вышла из комнаты, едва слышно ступая босыми ногами. Энди поспешила за ней, гадая, что же, черт возьми, происходит. Они поднялись на второй этаж, прошли мимо того самого места, где Энди подслушала ссору Миранды и Стивена. Тот взгляд... Убийство было бы милосердием. Миранда привела её в спальню — тёплую, в земляных тонах. На кровати лежала одежда. Столько одежды, что её хватило бы на два гардероба в её квартире. И тут всё встало на свои места. — Миранда… — начала Энди, но та перебила её ещё до того, как та успела выразить протест. — Андреа, если у тебя и так ограниченный бюджет, ты действительно думаешь, что сможешь позволить себе новую одежду? — Миранда скрестила руки. — Особенно ту, что соответствует стандартам Runway? Если ты вернёшься к первоначальным вещам, это неминуемо привлечёт внимание. Люди зададут вопросы, и кто-то догадается раньше, чем ты захочешь. Энди уставилась на неё. Жутковато, как точно Миранда предугадывает её мысли. Хотя… это же Миранда. Разве можно ожидать чего-то иного? — Кроме того, — продолжила Миранда, лениво проводя рукой над разложенной одеждой, — если тебя так беспокоит моя трата денег (хотя я уже не раз говорила, что это не проблема), то знай: я не потратила ни цента. Энди прикусила губу. — Ты же понимаешь, что стоит мне лично позвонить дизайнерам и проявить интерес к их менее популярным коллекциям — например, для беременных — как они с радостью пришлют мне бесплатные образцы? Оу. Энди не подумала об этом, но теперь, когда Миранда сказала… это имело смысл. — Ладно, — сдалась она. Миранда кивнула. — Хорошо. Раздевайся. Нам предстоит перебрать кучу вещей, а тебе помимо всего прочего нужен отдых. Так что, чем быстрее мы справимся, тем скорее ты сможешь отдохнуть от этого сумасшедшего дня. Энди замерла. …Раздевайся? Миранда, конечно, привыкла к тому, что люди переодеваются при ней — модели, стилисты… Но Энди — не модель. — Андреа, — голос Миранды приобрёл металлические нотки, — продолжай двигаться в ледяном темпе. Ты же знаешь, как мне это нравится. Энди вздохнула и стянула блузку, аккуратно сложив её на комод. Прежде чем она успела опомниться, Миранда уже сунула ей в руки первую вещь — свободную рубашку лазурного оттенка. Иронично. Тот самый цвет. Энди посмотрела в зеркало. — Неплохо, — пробормотала она. Миранда одобрительно кивнула, и Энди улыбнулась. Одну вещь утвердили. — Рой привезёт тебе отобранные вещи завтра, — сказала Миранда, забирая рубашку и подавая следующую. Энди надела её и едва не скривилась. Светло-розовый — точно не её цвет. — Нет, — Миранда поморщилась. — Дынный оттенок тебе не идёт. Дынный? Энди с трудом сдержала смех. Как она запоминает все эти названия цветов? — Удалось записаться к доктору Патель? — спросила Миранда, критически осматривая изумрудно-зелёный топ с завышенной талией, который Энди надела следующим. — Да, в следующий четверг. Энди скривилась, вспоминая про анализы и мазки. — Обычный осмотр. Я подготовлю все ответы заранее, думаю они стандартные... Чтобы не тратить много времени. — Хорошо. Миранда встретилась с ней взглядом в зеркале, поправляя небрежно надетый рукав. — Хочешь, чтобы я пошла с тобой? Энди кивнула, и напряжение, которое она даже не осознавала, отпустило её. — Да, было бы здорово. Первый приём к гинекологу она не хотела проходить в одиночестве. Миранда тоже слегка расслабилась. — Перенеси мои встречи завтра соответствующим образом. — Будет сделано. Энди колебалась секунду, но решилась спросить: — Так что доктор Патель вам должна, что её офис так реагирует на ваше имя? Миранда подняла идеальную бровь. — А кто сказал, что она мне что-то должна? Энди уставилась на неё совершенно бесстрастно. — Ну хорошо, если уж говорить о том, что она мне чем-то обязана, то разве что своим… возвышенным статусом врача. Я не всегда была Мирандой Пристли, главным редактором. Когда-то я ходила к обычным врачам среднего уровня, как все. Доктор Патель была одной из них. И, как тебе известно, я ценю преданность, пожалуй, превыше всего, поэтому тех, кто верен мне, я вознаграждаю — пусть даже и окольными путями. Ты удивишься, насколько несколько лестных слов о враче могут повлиять на его репутацию, если они сказаны нужными устами. Доктор Патель просто признает то, что произошло без каких-либо усилий с моей стороны. Я лишь говорила правду. Она прекрасный врач. Просто люди прислушались ко мне из-за того, кто я есть, не более и не менее. Однако я ценю каждую услугу, которую эта женщина оказывала мне в ответ, и думаю, она это понимает. Между нами, я считаю, существует глубокое взаимное уважение. Энди обдумала слова Миранды. В них был смысл, по крайней мере, с точки зрения Миранды. Ей было интересно, что на самом деле думает об этой договорённости доктор Патель, но этой стороны истории она никогда не узнает, так что её любопытство пока было удовлетворено. — А, понятно. — Я знаю, что ты была расстроена из-за моего обращения с Найджелом в Париже, и я это осознаю. Для меня это тоже было неприятно. Но Найджел получит своё вознаграждение, как только представится подходящая возможность. Энди посмотрела в лицо Миранды. Та не встретила её взгляд, а вместо этого разглядывала брюки, в которых сейчас была Энди, с явным неодобрением. Штаны не подходили, и Энди знала, что Миранде они не нравятся. Женщина выглядела совершенно искренней в своих словах. Найджел сомневался, а она и вовсе скептически относилась к этому, но теперь вот Миранда, казалось, готова на всё ради неё — а ведь Энди не сделала и малой доли того, что сделал для Миранды Найджел. Похоже, у Найджела действительно будет свой звёздный час, и это успокоило в душе Энди ту боль, о которой она даже не подозревала. — Я верю тебе. Такая простая фраза, но реакция Миранды оказалась неожиданной — она резко подняла глаза на Энди, явно проверяя, правильно ли услышала, вглядываясь, искренне ли это, — значила куда больше. Это немного разбило Энди сердце. Как так вышло, что у женщины, у которой есть всё, не было никого, кто сказал бы, что верит в неё? Или, может, она просто не слышала тех, кто это говорил. Энди не могла поверить, что Марта позволила бы Миранде жить без какой-то уверенности в том, что в неё действительно верят. — Ну, что ж, — Миранда стряхнула с себя это уязвимое выражение лица, ненадолго прорвавшееся сквозь её обычную маску. — Понятия не имею, о чём думал дизайнер, создавая эти брюки, но носить их нельзя. Они хороши только на вешалке, а какой в этом толк? Переодевайся. Энди позволила моменту уйти, снимая брюки как можно быстрее. Миранда, как и все, испытывала эмоции, но Энди понимала лучше кого бы то ни было: эта женщина предпочитала отрицать этот факт. Давить на неё было бесполезно. — Мне никогда не нравились светлые штаны, — сказала Энди, передавая их. Миранда лишь кивнула, и девушка улыбнулась — совсем чуть-чуть, но это была улыбка. В этом кивке ей почудилось, будто она выведала у Миранды маленький секрет — тот, что не причиняет боли. А такие ей нравились больше всего. — Тёмные всегда смотрелись на тебе лучше. — Она протянула другую пару брюк, и процесс продолжился. Энди в итоге собрала как минимум нарядов на пару недель пригодных для работы после импровизированного показа мод с Мирандой — даже с её бескомпромиссными стандартами. В сочетании с тем, что уже было в её гардеробе, этого хватило бы ещё на несколько недель, пока она действительно не станет больше. Но к тому времени скрывать уже будет бессмысленно, и она не собиралась терпеть насмешки «цоколок» за то, что не тратит все свои деньги на одежду, которую будет носить всего несколько месяцев, а потом она снова станет бесполезной. Сейчас каждую лишнюю копейку она откладывала на неизбежные расходы в ближайшем будущем. В пятницу, в конце рабочей недели, она сидела в Runway с улыбкой на лице. Работа на сегодня была закончена, Миранда уже ушла с последней встречи перед тем, как отправиться домой — провести выходные с девочками. Энди находила это милым: казалось, развод со Стивеном снова немного сблизил их. Миранда обожала дочерей, но напряжённая домашняя обстановка могла испортить даже самые крепкие отношения, а Стивен последние несколько месяцев определённо создавал проблемы. Энди подавила желание дать этому подлецу по зубам. От этого порыва она бы только оказалась в тюрьме, а уж туда ей совсем не хотелось, особенно беременной. Она содрогнулась. Она пролистала последние рабочие письма, но ни на одно не было смысла отвечать. Удалив их, она переключилась на браузер. Раз уж всё равно она справилась со всеми поручениями до конца рабочего дня, можно заняться дополнительными исследованиями. Она открыла Google и начала искать авторитетные сайты о беременности. Она хотела быть готовой к первому приёму у врача, чего бы это ни стоило. В другом конце комнаты Эмили стучала по клавиатуре, без сомнения, переписываясь с Сереной о каком-нибудь модном провале, который все обсуждали, и смеясь над этим. Энди задавалась вопросом, поймёт ли Эмили когда-нибудь, что Серена смотрит на неё, как на первый приём пищи после месяца голодания. Они хорошо работали вместе, и Энди думала, что из них могло бы выйти нечто большее. С другой стороны, Эмили была так помешана на Миранде, что, возможно, и нет. Она пролистала первые ссылки по результатам поиска. Она уже изучила график анализов, которые ей предстояло сдать. Медицинская сторона вопроса была её первым пунктом исследований — просто потому что информации было слишком много. Но оставалось ещё кое-что: она не успела изучить больницы, варианты родов и чего ожидать в конце беременности. Пока она отложила это в сторону, чтобы посмотреть изменения, которые будут происходить с ней в ближайшее время, день за днём, неделя за неделей. Учитывая, что в течение дня она периодически чувствовала, будто готова заснуть на ходу, это казалось достойным занятием. «Утренняя тошнота» — первое, что было указано для седьмой недели беременности. Да, с этим она уже не раз сталкивалась, в том числе и за сегодняшний день, хотя он не был особенно тяжёлым. «Перепады настроения» — не так сильно. Она поблагодарила Бога за это. Последнее, что нужно офису, — две эмоционально заряженные женщины, сеющие хаос. Хотя она сильно сомневалась, что сможет заставить кого-то дрожать от страха, как Миранда. Она улыбнулась этой мысли. «Болезненность груди» — да, это уже началось, но её почти невесомое бельё La Perla не усугубляло ситуацию. И «запоры». О да. Просто чудесные симптомы. Беременность — это невероятное удовольствие. По крайней мере, «сияющая кожа» могла быть не за горами. Энди усмехнулась. Эмили точно заметит и будет допытываться, каким средством она пользуется. А когда Энди скажет, что ничем, это сведет её с ума. Она любила Эмили, но если бы не находила радость в таких мелочах, то давно бы сошла с ума. Миранда, похоже, точно угадала с выбором одежды для беременных. В руководстве, которое она читала, говорилось, что седьмая неделя — подходящее время для покупки новой одежды. Хорошо, что у неё уже кое-что припасено. По крайней мере, один пункт из списка можно вычеркнуть. Она уже собиралась посмотреть информацию на следующие недели, как её глаза снова начали слипаться. Чёрт, она действительно внезапно устала. Это ужасно. Она посмотрела на свой почти пустой стол, который теперь казался ей большой подушкой, а не рабочим местом. Миранды не было в офисе, её работа на неделю закончена. Неужели короткий сон станет концом света? Обычно такие приступы сонливости длились недолго — минут двадцать, пока тело перезагружалось, а после она снова могла бодрствовать. Она вздохнула, отвернулась от компьютера, свернула браузер и свернулась в кресле, положив голову на стол. Заснула почти мгновенно. И была разбужена вряд ли через пять минут громким фырканьем Эмили, которая смяла лист бумаги и швырнула его в неё. Она промахнулась на метр, но Энди уже проснулась, глядя на Эмили своим лучшим «подражанием Миранде». Однако та, похоже, не впечатлилась. — Так теперь ты не только толстеешь, но и спишь на работе? — Эмили закатила глаза. — Как беременная корова, честное слово. По коридору раздаломь цоканье каблуков, и обе женщины подняли головы, когда вошла Миранда. Та пригвоздила Эмили взглядом, от которого та даже отодвинулась в кресле. Миранда скинула пальто и сумку прямо на Эмили. — Беременная корова приносила бы гораздо больше пользы, чем вы сейчас, Эмили. По крайней мере, она растила бы новое существо. Вы же, кажется, только сидите и сплетничаете. Передайте Серене, что я хочу видеть её последние идеи на своём столе до моего ухода через полчаса. Раз уж вы и так с ней переписываетесь, это не составит труда, не так ли? Она прошла в свой кабинет, оставив за собой лёд. Энди еле сдержала смех при виде ошеломлённого лица Эмили. Она просто снова повернулась к экрану и проверила почту Миранды — ничего важного в такой поздний час в пятницу, что неудивительно. Раз Миранда уходила через полчаса, вряд ли она добавит ещё заданий. Энди действительно сможет уйти домой в приличное время. Она улыбнулась. Сон был первым пунктом в её планах на вечер. — Андреа, — Миранда произнесла так же мягко, как всегда. Энди вздохнула. Ну, если новые распоряжения будут озвучены, лучше сейчас, чем позже. Она встала и вошла в кабинет Миранды с блокнотом и ручкой наготове. Миранда оценивающе оглядела её. — Садись. Энди убрала ручку и блокнот, поняв, что разговор будет не о работе. Она села в кресло напротив Миранды, скрестила ноги и не смогла сдержать зевок. Пару раз моргнула, прежде чем снова сосредоточиться на Миранде. — Ты высыпаешься, как велела Марта? — Да, обычно полные восемь часов, не меньше шести. Миранда кивнула. — Хорошо. А прошлой ночью? — Наверное, часов восемь с половиной. Не уверена, во сколько отключилась. Миранда слегка поджала губы. Энди предположила, что дело скорее в её формулировке, чем в чём-то ещё. Она еле сдержала ухмылку. Хорошо, что она не сказала «отрубилась». — Значит, твоя зевота и слипающиеся глаза сегодня — не от недосыпа. Энди покачала головой. — Думаю, это скорее симптом всего остального. Миранда кивнула, снова взяла ручку и что-то записала. — Понятно. Я помню этот симптом. Правда, никто не осмелился намекнуть мне, что я засыпала посреди встречи или разговора. Думаю, они слишком боялись, как и должны были. — Она посмотрела на Энди, и в её глазах мелькнул огонёк. Миранда Пристли, королева мира моды, шутила с ней. Энди могла в это поверить только благодаря последним двум неделям и всему, что произошло. Она широко улыбнулась. — Конечно, Миранда. — Ты живёшь на Нижнем Ист-Сайде, верно? — Миранда резко сменила тему. Энди кивнула. — Да, на Эссекс-стрит. А что? — Хорошо, это не слишком далеко от того места, где сегодня футбольный матч у близняшек. Я подброшу тебя по пути. — Оооо, вам не обязательно это делать, Миранда. Я не хочу, чтобы вы опоздали на матч. Миранда отмахнулась от её опасений. — Не будь нелепой, Андреа. Мы уйдём с запасом времени, чтобы успеть и отвезти тебя, и добраться до игры. Будь готова через двадцать минут — если, конечно, Серена меня не разочарует. — Хорошо. Спасибо, Миранда. — Мы не можем позволить тебе подхватить заразу в толпе метро, не так ли? — Её взгляд скользнул к животу Энди. — Твоя иммунная система не будет прежней следующие несколько месяцев. — Просто ещё один бонус беременности, невероятно. Лицо Миранды слегка просветлело. — Да, но я считаю, что всё это того стоит. — Она встряхнулась. — Теперь восемнадцать минут, Андреа. — Да, Миранда. Энди встала и вышла к своему столу, неосознанно улыбаясь.