Protection / Синдром белого рыцаря

Энди проснулась от шёпота, доносящегося у подножья кровати. — Кэсс, нам не стоит быть здесь, и ты это знаешь. Мама будет в ярости, если мы разбудим Энди. — Она спит как убитая, Кэро, всё в порядке. К тому же, мама уже ушла на работу, и она не сможет нас прибить, пока она там. Наступило короткое молчание, и Энди смогла себе представить, как Кэролайн бросает на сестру взгляд, который мог бы соперничать с материнским. — Всё в порядке. Мы просто скажем, что зашли проверить её перед школой. — Ты знаешь, что это не единственная причина, по которой мы здесь. Энди услышала шорох ткани, будто Кэссиди скрестила руки. — Да ладно тебе. Ты слышала, что она вчера сказала — она чуть не потеряла ребёнка. Ты же знаешь, мама вставала ночью раз пять, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. Мы обе слышали, как открывалась дверь. — Хорошо, допустим. Но... мы пришли сюда не только по этой причине... В чем дело? Кэссиди фыркнула. — Ладно, ладно. Мы тут только потому что мне хотелось убедиться, что мама действительно поселила её в бывшую комнату Стивена, а не в одну из гостевых, как она поступила бы с кем-либо другим. — Короткая пауза. — Но я правда хотела проверить, как она, это просто второстепенная причина... Мне она нравится. Она хорошая. — Да, согласна. Как видишь, с ней всё в порядке, она отдыхает, и определённо спит в бывшей комнате Стивена. Хотя сложно даже назвать эту комнату его, мама полностью её переделала, как только он съехал. Здесь больше не пахнет отвратительным мужским одеколоном, алкоголем и этими дурацкими сигарами, которые он прятал от мамы и верил что она не в курсе. Так что давай, оставим её спать. Я тоже слышала, как она сказала, что чуть не потеряла ребёнка, а значит, ей нужен отдых. Две пары тихих шагов вышли из комнаты. Энди подождала пару минут, убедившись, что девочки действительно ушли, прежде чем сесть. Она оглядела комнату — тёплые тона: кремовый, бежевый и светло-зелёный. Мебель была из светлого дуба, гармонируя с остальным декором. Нейтральное оформление, почти граничащее с женственным. Совсем не похоже, что здесь когда-то жил мужчина. Если близняшки правы, и это действительно бывшая комната Стивена, Миранда основательно ее переделала, не оставив и намека на Стивена. И почему, чёрт возьми, Миранда поселила её здесь, а не в одной из гостевых комнат этажом выше? Вчера она об этом не задумалась — была слишком уставшей, — но теперь ей стало интересно. Второй этаж был исключительно семейным, это девушка знала наверняка. Почему же она здесь? Она поднялась с кровати, её пальцы ног утонули в густом кремовом ковре, квадратный фут которого, вероятно, стоил дороже , чем аренда ее квартиры. Может, после душа мысли прояснятся. Правда, у неё не было сменной одежды. Она осмотрела комнату, но не увидела сумки с вещами. Эмили, наверное, привезёт их позже. Можно было заглянуть в гардероб, который Миранда показала ей вчера, или просто снова надеть эти пижамные штаны. Энди поморщилась. Нет уж, лучше гардероб. Тихо открыв дверь, она проскользнула внутрь. Гардеробная и правда была огромной. Боже. Несколько минут она разглядывала доступные варианты, прежде чем выбрать удобные джинсы и свитер. По пути прихватила майку и разложила всё на кровати. Она надеялась, Миранда не будет против, из-за того, что она взяла её вещи, но, судя по биркам, всё было новым. Когда она открывала дверь спальни, раздался хлопок входной двери. Видимо, близняшки ушли. Сложно представить, чтобы кто-то ещё осмелился хлопнуть дверью в доме Миранды Пристли. Она фыркнула — все остальные слишком боялись бы, что Миранда узнает и разорвёт их на части. Спустившись вниз, она учуяла аромат свежего кофе и тостов. Живот тут же предательски заурчал. Боже, как она проголодалась, причём почти неожиданно. Войдя на кухню, она увидела темнокожую женщину, убирающую тарелки и коробки с хлопьями. Та подняла взгляд и дружелюбно улыбнулась. Энди вошла на кухню, и женщина с густым акцентом, похожим на испанский или, может быть, португальский (но это немного отличалось от португальского, но местами было похоже), приветливо сказала: — Заходите, мисс Миранда говорила, что вы спуститесь утром. Энди подумала, что она, вероятно, из Латинской Америки или, возможно, с Карибов. Она подошла к барной стойке и осторожно устроилась на одном из стульев, улыбнувшись женщине. Если она правильно помнила слова Миранды прошлой ночью, это должна была быть Роберта. Роберта поставила перед Энди чашку кофе. — Не волнуйтесь, дорогая, это без кофеина. Мисс Миранда сказала, что вы ждёте малыша, и велела готовить для вас соответствующе. Сахар или молоко? — И то, и другое, пожалуйста. — Вот, держите, милая. Омлет со шпинатом на завтрак подойдёт? Много фолиевой кислоты и белка. Энди кивнула. — Если к нему будет тост, то вообще замечательно. — Конечно, тост — лучшая часть завтрака. — Она подмигнула Энди и засуетилась на кухне, доставая продукты из холодильника и сковороду с подвесной рейки над островом. Энди наблюдала, как женщина ловко управляется на кухне, попивая кофе. Несмотря на отсутствие кофеина, сам вкус бодрил её, обманывая организм. Разницу она вообще не чувствовала — должно быть, это был действительно качественный напиток. Хотя Миранда, конечно, отличила бы его от настоящего кофе с закрытыми глазами. Вскоре хлеб выскочил из тостера, а Роберта вылила взбитые яйца на сковороду. Она двигалась почти как танцовщица — грациозно и уверенно. Пока жарился омлет, она намазала тост маслом, а затем добавила в яйца шпинат и сыр фета. Через пару минут перед Энди стоял горячий завтрак и стакан сока, пахнущего клубникой и манго. — Спасибо. — Всегда, дорогая. — Роберта снова принялась убираться на кухне, оставив Энди наслаждаться едой. Первый же кусок омлета заставил Энди тихо застонать от удовольствия. Боже, как вкусно. Она заметила, как на лице Роберты на мгновение мелькнула довольная улыбка, прежде чем та снова занялась уборкой. Этот омлет был даже лучше, чем у Нейта, а он целый семестр в кулинарной школе их отрабатывал. Энди быстро опустошила тарелку, доедая тост и потягивая сок. Пустота в желудке, мучившая её несколько минут назад, наконец утихла. Она вздохнула, доев последний кусочек тоста, и поставила маленькую тарелку на большую. Допив сок, она встала, чтобы отнести посуду к раковине, но Роберта цокнула языком. — Ну-ну, милая, не надо. Мисс Миранда платит мне за эту работу, и я люблю её выполнять. Идите отдыхать. — Она мягко забрала тарелки из рук Энди. — Если что-то понадобится, я рядом. На обед, думаю, можно сделать салат с курицей и апельсинами, заправленный уксусом… может, малиновым? Энди просто кивнула. — Звучит отлично. — Хорошо, хорошо. — Роберта похлопала её по плечу и направилась к раковине мыть посуду. Энди задержалась на секунду, прежде чем выйти из кухни. В коридоре она остановилась. Чем же мне заняться? Все её вещи, включая ноутбук, были в квартире, и их привезут позже. Книг у неё не было. Она даже не знала, есть ли в доме Миранды телевизор (хотя он наверняка был — для близняшек). Но где именно он находился и можно ли ей туда заходить — оставалось загадкой. Можно было вздремнуть, но она только проснулась и не чувствовала усталости. Она знала, где кабинет Миранды. И знала, что там есть книги, которые можно почитать. Интересно, хороший ли у Миранды вкус в литературе? Наверное, да. У неё хороший вкус во всём. К тому же, её уже приглашали в этот кабинет раньше — правда, только когда там была сама Миранда. Энди переминалась с ноги на ногу несколько секунд, но лучше идеи так и не придумала. В конце концов, она направилась к кабинету. Комната выглядела точно так же, как в последний её визит. Энди немного расслабилась, зашла внутрь и опустилась в одно из удивительно удобных кресел. Она на мгновение свернулась калачиком, поджав ноги, и просто наблюдала, как в лучах утреннего солнца танцуют пылинки. Здесь было тихо. Теперь она понимала, почему Миранда сделала именно эту комнату своим кабинетом — шум Нью-Йорка сюда не проникал. Через пару минут она встала и подошла к книжным полкам. Первый шкаф был посвящён моде: биографии икон стиля, альбомы с коллекциями прошлых лет, старые номера Runway, бережно упакованные в защитные обложки. Логично — всё-таки это кабинет Миранды. Но Энди искала что-то другое. Она перешла к следующему шкафу и улыбнулась, пробегаясь глазами по корешкам классической литературы. Конечно, у Миранды есть целый шкаф для классики. Среди книг она заметила несколько своих любимых — потрёпанных, но в хорошем состоянии. С улыбкой Энди достала «Дракулу» и положила его на стол рядом с креслом. Но теперь ей стало интересно, что пряталось на остальных полках. Следующий шкаф был заполнен современной литературой: Мураками, Тони Моррисон, Маргарет Этвуд и многие другие. Энди провела пальцами по корешкам, слегка улыбаясь. Все эти книги тоже были прочитаны. Когда Миранда вообще успевает? После бесконечных рабочих часов... Последний шкаф явно хранил детские книги. Верхние полки занимали потрёпанные, зачитанные до дыр экземпляры — такие остаются только после многократного чтения детям. Энди заметила «Полярный экспресс» и рассмеялась. Наверное, Миранда читала эти книги близняшкам, когда те были маленькими, а потом не смогла расстаться с воспоминаниями. От этой мысли Энди стало тепло на душе. Смогу ли я так же, когда родится мой малыш? Она положила руку на живот и счастливо вздохнула. Как же хочется поделиться с ним любимыми книгами... Она надеялась, что он полюбит чтение так же, как она. Но если нет — ничего страшного. Нижние полки были заставлены книгами, которые не вписывались в остальные категории: популярная проза, фантастика, фэнтези — то, что не всегда считают «серьёзной» литературой, хотя Энди с этим часто не соглашалась. А вот в самом низу, прямо у пола, стояли книги по налоговому праву. Энди нахмурилась. Зачем Миранде книги по налоговому праву? У неё же есть люди, которые этим занимаются. Она опустилась на колени и вытащила одну из книг. Полистала страницы. Да, это действительно учебник по налогам. Миранда — сплошная загадка, и это просто ещё одна её странность, которую я не понимаю. Она уже собиралась вернуть книгу на место, как вдруг заметила всплеск цвета за рядом юридических томов. Нахмурившись, Энди отодвинула ещё несколько книг, чтобы разглядеть, что там. Протянула руку — и пальцы коснулись бумаги. Ещё одна книга? Может, просто упала за шкаф? Энди застыла, сжимая в руках книгу, и несколько секунд просто не могла поверить своим глазам. Нет, этого не может быть. Миранда Пристли не могла прятать любовные романы за стопкой налоговых кодексов. Такого просто не бывает. И все же перед ней была книга с обложкой, на которой полуобнаженный мужчина с идеальным прессом страстно обнимал хрупкую девушку. Это мог быть только любовный роман. Она быстро вытащила остальные книги и обнаружила целую коллекцию — от исторических драм до современных мелодрам. Но больше всего ее поразило то, что среди них были романы не только о гетеросексуальных парах. Затаив дыхание, Энди наткнулась на несколько книг с явно лесбийскими сюжетами. "Что со мной не так?" — мысленно выругалась она, торопливо возвращая книги на место. Вернувшись на диван с "Дракулой" в руках, Энди не могла сосредоточиться на чтении. Ее мысли снова и снова возвращались к той полке. — Миранда читает любовные романы. Ну и что? — пыталась она успокоить себя. — У всех есть свои слабости. Но дело было не в этом. — Миранда читает романы о лесбийских отношениях. От этой мысли ее лицо снова запылало. Вот в чем проблема. Но почему это ее так задело? Миранда всегда была приверженцем либеральных взглядов. Так почему же эта находка вызвала у нее такую бурю эмоций? Энди отложила книгу и уставилась в окно, пытаясь разобраться в хаосе своих мыслей. — Миранда спокойно относится к разным формам любви. Это очевидно. Но что, если она не просто спокойно относится к этому в теории? Что, если она сама способна полюбить женщину? Например... меня? Ее сердце пропустило удар. Вот оно. Вот что ее беспокоило. И единственная логичная причина такой реакции — она сама испытывала влечение к Миранде. Это осознание ударило обухом по голове, и вдруг столько вещей встало на свои места. Тепло, разливавшееся в груди при виде Миранды, желание быть ближе, сделать ее счастливой — все обрело смысл. — Как я могла не замечать этого так долго? — подумала она. Или это чувство возникло недавно? Точного момента, когда симпатия переросла во влечение, она не могла определить. Миранда всегда была невероятно красивой женщиной, и Энди, конечно, замечала это. Но она привычно отмахивалась от этих мыслей, как делала всегда. Энди закрыла лицо руками. — Боже правый, я что, всю жизнь отрицала свою бисексуальность? — с ужасом осознала она. — И потребовалось забеременеть и влюбиться в босса, чтобы это понять? Горькая ирония ситуации заставила ее усмехнуться. Может, она и вправду была той наивной провинциалкой, за которую ее все принимали, раз для такого откровения понадобился столь драматичный сценарий. Но теперь, когда она всё осознала, что, чёрт возьми, ей со всем этим делать? Она на одиннадцатой неделе беременности, только что выписалась из больницы, едва сводит концы с концами, и вообще... она сама. С какой стати Миранда могла бы заинтересоваться именно ею? Так что единственное разумное решение — ничего не предпринимать. Потому что других вариантов попросту нет. Энди вздохнула и свернулась калачиком на диване. Конечно же, она должна была влюбиться (или увлечься, или как там это называется) в единственную женщину, которая настолько вне её лиги, что даже представить эту дистанцию невозможно. Ну конечно. Она всегда делает всё по-максимуму. Внезапно её снова накрыла усталость — если не физическая, то эмоциональная. Диван был достаточно удобным, и если уж на то пошло, она могла бы вздремнуть прямо здесь. Посреди кабинета Миранды, по сути, окружённая ею. Энди тихо застонала. Хотя, если подумать, смена локации ничего не изменит. Она в доме Миранды — и останется здесь ещё на неделю. Во что она вообще ввязалась? Но, к счастью, прежде чем она успела углубиться в эти мысли, веки стали тяжелеть, а усталость окутала её, как тёплое одеяло. В идеале стоило бы подняться и пойти вздремнуть в своей комнате, но тело явно имело другие планы. Мысли становились всё более расплывчатыми, пока она наконец не уснула, тихо посапывая на диване.

***

Когда Энди проснулась, было уже явно после полудня. Она потянулась, потирая глаза, и с удивлением обнаружила, что ее тело совсем не затекло. Ну конечно, у Миранды даже диван для сна — лучше тех, на которых мне доводилось лежать. Живот предательски заурчал. Господи, я готова съесть слона. И это с учетом того, что единственная ее активность с момента последнего приёма пищи - сон. Беременность переворачивала всё с ног на голову. Она знала, что так будет — читала кучу статей, — но теория и реальность оказались разными вещами. Энди направилась на кухню, надеясь, что Роберта оставила салат в холодильнике, увидев, что она спит. Роберты на кухне не было, но в холодильнике её ждала тарелка с салатом и соусом. Энди достала еду, налила себе стакан виноградного сока (после недолгих поисков нужного шкафчика) и принялась за обед. — А, рада видеть вас проснувшейся, дорогая. Как салат? — появилась Роберта, когда Энди успела съесть половину. — Очень вкусно, спасибо. — Не за что. Я заменила полотенца в вашей ванной — теперь там свежие. — Отлично! — Энди улыбнулась, но потом закусила губу. Ей страшно хотелось спросить Роберту, правда ли то, что говорили близняшки насчёт комнаты… но не хотелось ставить женщину в неловкое положение. Впрочем, попытка не пытка — Роберта всегда может отказаться отвечать. — Эм… это правда была комната Стивена? Лицо Роберты потемнело. — Да. И слава богу, что этого типа здесь больше нет. Настоящая свинья. Мисс Миранда правильно сделала, что выгнала его. — А что произошло? Я знаю, что они развелись, но не более того. Роберта внимательно посмотрела на неё. — Она вам доверяет, поэтому скажу… он пытался оставить её без гроша. А она развернула эту ситуацию против него. Энди широко раскрыла глаза. Ну конечно, это же Миранда. На её лице появилась ухмылка. — Он это заслужил. — Именно так я и сказала, дорогая. — Роберта забрала пустую тарелку. — Он и так принёс ей достаточно боли. Заслужил. — Он втянул в это близняшек? Роберта кивнула. — До этого она, кажется, просто хотела побыстрее закончить с разводом. Но потом он назвал её плохой матерью… и, дорогая, дальше вы можете себе представить... Думаю, ему ещё повезет, если он найдёт работу где-нибудь в глуши. Боже, он оказался ещё тупее, чем я думала. Даже самые бестолковые сотрудники Runway знали: если задеть близняшек — твоя карьера мертвее мёртвого. TV Guide покажется тебе работой мечты. Энди восхищалась тем, как Миранда защищала дочерей… и слегка пугалась этого. Хотя, впрочем, это её стандартная реакция на Миранду — ничего нового. — Вау, почему об этом никто не знает? — Мисс Миранда сказала, что обрушит ад на того, кто проронит хоть слово. Обычное дело, дорогая, вы же знаете, какая она. — Роберта наклонила голову, вытирая руки полотенцем. — Хотя… может, вы и не знаете. — Что вы имеете в виду? — О, дорогая, вы же понимаете. Только дурак не заметит, а вы не дура. — Она направилась к выходу. — Скоро вернутся близняшки и Кара. Если что-то понадобится, я в прачечной. Кричите, не стесняйтесь. Энди уставилась ей вслед. Что, чёрт возьми, она имела в виду? Да, Миранда относилась к ней иначе, чем к остальным сотрудникам Runway. Но это потому что хотела помочь ей. Или, если повезёт, они становились друзьями. Но Энди точно знала устрашающую сторону Миранды — она же на неё работала целый год! С тщетной попыткой разобраться в мыслях Энди вернулась в кабинет. Когда близняшки придут, они наверняка затащат её в комнату с телевизором или покажут дом. Роберта, конечно, тоже могла бы, но с девочками было проще. Да и Миранда вряд ли станет возражать, если Энди скажет, что это была их идея — быть хорошими хозяйками. Она взяла книгу, которую отложила ранее, и снова устроилась на диване. Солнце в комнате становилось мягче, золотистые пятна света медленно таяли. Когда-нибудь я бы хотела такой кабинет. Может, если станет журналисткой обладающей пулитцеровской премией… Иначе вряд ли сможет себе такое позволить. Но мечтать не вредно.

***

Энди читала уже довольно долго, когда входная дверь распахнулась, и в дом ворвались близняшки, громко топая по паркету. За ними слышались более легкие шаги — наверное, Кара. Роберта крикнула снизу, что в холодильнике для девочек уже приготовлены перекусы. Кара поблагодарила, а девочки влетели на кухню, их звонкие голоса разнеслись по всему дому. Без них особняк казался таким спокойным, но сейчас он наконец ощущался как настоящий дом, а не просто безупречное жилище. Энди поднялась с дивана и потянулась, зевнув. По крайней мере, она не чувствовала себя настолько уставшей, чтобы снова заснуть. Уже победа. Она направилась на кухню, где Кара прислонилась к стойке, а близняшки хрустели морковкой и сельдереем. — Энди! — радостно воскликнула Кэссиди. — Привет, малышки. — Она улыбнулась им, облокотившись о дверной косяк. — Как школа? Они пожали плечами в унисон. — Как обычно. Но завтра рождественская вечеринка, так что все в предвкушении, — сказала Кэссиди. Кэролайн оторвалась от морковки: — На биологии было интересно. Мы препарировали дождевого червя. — А, помню это. Мы делали тоже самое... Правда в то время ещё когда динозавры по земле ходили. — Энди ухмыльнулась, а близняшки синхронно закатили глаза. — Ты не настолько старая, — вздохнула Кэссиди. — Ну да, тебе ведь не больше двадцати пяти... миллионов лет, — сказала Кэролайн с ухмылкой, точь-в-точь как у их матери. — А динозавры вымерли шестьдесят пять миллионов лет назад, когда в Землю врезался астероид. Энди фыркнула: — Ох, ну вот, меня раскусили. Близняшки внимательно на нее посмотрели. — Тебе лучше? — тихо спросила Кэролайн. — Думаю, да. Я сегодня много спала, и Роберта меня отлично кормит. Надеюсь, скоро полностью приду в себя. — Хорошо, — сказала Кэссиди, доедая морковку. — Мы волновались. Энди подошла и положила руку на плечо каждой из девочек. — Спасибо за заботу, правда. Сейчас со мной всё в порядке, главное — не перенапрягаться. — Она улыбнулась. — По сути, у меня теперь законный повод валяться и целыми днями читать или смотреть фильмы. При слове «фильмы» близняшки оживились. — Хочешь посмотреть с нами кино? Энди взглянула на Кару, которая явно была не против передышки. — Конечно, но только после того, как сделаете домашку. Не хочу, чтобы ваша мама меня прибила. Девочки скорчили недовольные рожицы, но кивнули. — Ладно! — Кэссиди спрыгнула со стула. — Пошли, Кэра, быстрее! Я хочу «В лес». Они умчались, а Кара с облегчением вздохнула и последовала за ними. Энди улыбнулась и вернулась на диван в кабинет. Она как раз успела дочитать, до её любимого момента: Люси начала лунатить и слабеть, а доктор Сьюард, Мина и Ван Хельсинг пытались понять, что с ней не так. Она успела прочитать ещё несколько глав, прежде чем снова услышала топот по лестнице. Закрыв книгу и потянувшись, Энди увидела, как близняшки несутся вниз с бешеной скоростью. Наверное, при матери они бы так не носились, но, пока они целы, можно не переживать. — Энди! Мы всё сделали! Пойдёшь смотреть кино? — Кэссиди подпрыгивала на месте от нетерпения. Энди встала. — Конечно, пойдемте. — Ура! — Кэссиди уже мчалась обратно. Кэролайн осталась, дожидаясь Энди с лёгкой улыбкой, и провела её на второй этаж, в комнату в противоположном конце коридора. Энди присвистнула, окинув взглядом количество техники в помещении. Чёрт возьми, вся моя квартира со всем содержимым, наверное, стоит дешевле, чем то, что находится в этой одной комнате. Кэссиди уже сидела на полу, возясь с DVD-плеером и листая меню пультом. Кэролайн плюхнулась на диван с одной стороны и, ободряюще улыбаясь, похлопала рукой по свободному месту рядом. Энди улыбнулась в ответ и села между ними. Через секунду Кэссиди шлёпнулась на оставшееся место с другой стороны. — Все готовы? Кэролайн и Энди кивнули. — Отлично! — Кэссиди нажала кнопку Play, швырнула пульт на столик и устроилась поудобнее. Фильм начался, и Энди едва сдержала смех, когда на экране запели актёры. Кто бы мог подумать, что близняшки любят мюзиклы? — Мама обычно не разрешает нам смотреть мюзиклы, — прошептала Кэролайн. — Говорит, что они «разрушают драматическую целостность». — Ну, сегодня вам повезло. Сюжет «В лес» оказался неожиданно интересным — сплетение нескольких сказок в одной истории. Энди слышала о бродвейской постановке, но никогда не смотрела. Надо будет поискать её позже… Всё равно на этой неделе у меня нет других планов. По ходу фильма близняшки всё ближе пододвигались к Энди. Та прекрасно понимала, что они делают, но не подавала вида. Когда они оказались достаточно близко, она просто подняла руки и притянула их к себе. Ни одна из сестёр не стала возражать, продолжая смотреть фильм. Энди было так тепло между этими двумя «мини-печками», что веки начали тяжелеть. Она изо всех сил боролась со сном — хотела досмотреть до конца, — но тело решило иначе. Голова бессильно откинулась на спинку дивана, и она провалилась в лёгкую дремоту.

***

Энди вздрогнула от звука открывающейся входной двери. Она моргнула, оглядываясь с лёгкой растерянностью. Ах да, я в домашнем кинотеатре. Близняшки всё ещё прижимались к её бокам, но на экране теперь шёл незнакомый фильм. — Что это за фильм? — спросила она, зевая. Кэссиди подняла на неё взгляд: — Доброе утро, соня. Это «Коко до Шанель». Один из маминых любимых. Энди рассмеялась: — Ну конечно же. Звук каблуков на лестнице прервал их разговор. Головы близняшек тут же поднялись над спинкой дивана в ожидании. Через минуту в дверях появилась Миранда — безупречная, как всегда, даже после долгого рабочего дня. — Бобси, — тепло произнесла она, раскрывая объятия. Девочки высвободились из объятий Энди и бросились к матери. Энди встала, разминая затекшие мышцы. Интересно, сколько часов я проспала? Миранда подняла взгляд: — Девочки, вы не докучали Андрее? Энди подошла ближе: — Они меня развлекали. Пока я не уснула, во всяком случае. Проснулась только сейчас, когда ты пришла. — Она потянулась. — Я прекрасно поспала. Из них получаются очаровательные грелки. — Она нежно взъерошила волосы обеим девочкам. Миранда улыбнулась: — Да, это правда. — Затем освободилась от объятий. — Идите, приготовьте все к ужину. Мы спустимся через минуту. Когда близняшки скрылись в коридоре, Миранда повернулась к Энди: — Как ты себя чувствуешь, Андреа? — Лучше, намного лучше. Хотя это и не удивительно — я целый день спала. — Хорошо. Именно этого и хотел врач. Энди кивнула: — Да уж, начинаю думать, что у меня нарколепсия. Миранда фыркнула: — В этом ты точно не виновата. Хотя я понимаю: когда была беременна близняшками, засыпала на важных совещаниях. Ненадолго, но всё равно раздражало. Энди едва сдержала улыбку, представив, сколько голов полетело после таких «перерывов». Хотя, справедливости ради, совет директоров Elias-Clark и так заслуживал периодических чисток. — Роберта позаботилась о тебе сегодня? — после паузы спросила Миранда. — О, конечно! Её кулинария восхитительна. И она рассказала мне кое-что интересное о женщине, в которую я, кажется, влюбляюсь. Миранда одобрительно кивнула: — Я тоже нахожу её блюда удовлетворительными. Высшая похвала. — А теперь пойдём ужинать, Андреа. Энди послушно последовала за ней, как вдруг с лестницы донёсся топот, словно стадо слонов. Миранда лишь покачала головой с привычной снисходительной улыбкой и продолжила путь. — Девочки, накройте на стол, пожалуйста. Энди замерла на мгновение. Всего сутки в доме Пристли — а это уже ощущалось больше как дом, чем её собственная квартира за все годы в Нью-Йорке. Даже в лучшие времена с Нейтом не было такого тепла, такой... безопасности. Что это? Чувства к Миранде? Но это ощущение появилось ещё до того, как она всё осознала. Может, дело просто в ней самой? Коллеги из Runway точно рассмеялись бы при мысли, что кто-то может чувствовать себя в безопасности рядом с Мирандой. Их взгляды встретились, когда Миранда вышла из кухни, ловко управляясь с блюдами, как профессиональная официантка. Они смотрели друг на друга дольше, чем того требовали приличия, но неловкости не было. — Спасибо, Андреа, — сказала Миранда, когда Энди взяла часть посуды. — Всегда рада. И в этот момент Энди поняла: она никогда ещё не говорила более искренних слов. За ужином Энди впервые за много лет почувствовала себя частью семьи. Возможно, здесь даже лучше, чем в Цинциннати. И это было совершенно нормально.