Protection / Синдром белого рыцаря

Звон будильника заставил Энди застонать. Надо вставать. Сегодня приём у доктора Патель — нужно убедиться, что с малышом всё в порядке после того ужасного дня. В скорой сказали, что угрозы нет, но Патель знает её историю лучше. Она села на кровати, потянулась. Возможно, даже к лучшему, что визит назначили только через четыре дня — за это время организм успел немного восстановиться, и результаты будут точнее. Теперь придётся ходить каждые две недели. Энди провела рукой по лицу. С графиком Миранды это будет кошмаром. Эмили её прибьёт. Но что поделать — здоровье ребёнка важнее. Она посмотрела на часы — уже десять. Скоро должна приехать Миранда, чтобы отвезти её в клинику. Интересно, захочет ли она присутствовать на каждом осмотре? С одной стороны, Энди этого хотелось. С другой — не хотелось отрывать её от работы. Миранда... Вчера она заявила, что хочет узнать её лучше. Боже, что на меня нашло? Она сжала веки. Это правда, но сказать так прямо... Разговор вышел каким-то... не то чтобы напряжённым, но слишком значимым. Что Миранда на самом деле об этом подумала? Энди резко встала. Почему я такая настойчивая? Она только осознала свои чувства — и тут же лезет в душу. Раньше хотя бы была осторожнее. Разве хороший репортёр не чувствует, когда нужно давить, а когда — мягко подводить? Или год в Runway стёр эту грань? Она встряхнула головой. Хватит. Сейчас важнее малыш, а не её паника из-за вчерашних слов. Быстро собравшись, Энди надела свободное платье — удобное для осмотра, но всё же дизайнерское. Миранда не должна краснеть за неё, даже если та беременна. Хотя материнская коллекция... Тёплая волна накрыла при воспоминании, как они выбирали вещи вместе. В ванной её встретило уставшее отражение. — Ну и вид... — пробормотала Энди. Но времени на маскировку не было — Миранда не любит ждать. Пять минут — и легкий макияж готов. Энди вышла из комнаты как раз, когда Роберта поднималась по лестнице. — А вот и ты, дорогая. Я как раз хотела убедиться, что ты не проспала. Мисс Миранда звонила — она уже в пути. Говорила, тебе нельзя завтракать перед приёмом? Энди кивнула: — Анализы крови. Натощак. — Тогда я приготовлю тебе что-нибудь к возвращению. Если мисс Миранда повезёт тебя на ланч — разогреем потом. — Роберта тепло улыбнулась. — Спасибо. — Пустяки, милая. Люблю быть полезной. — Она подошла ближе и сжала плечи Энди. — И всё сегодня будет хорошо, поверь мне. Я это чувствую. — Очень на это надеюсь... — Энди положила руку на живот, бессознательно проводя пальцами по ткани. — Ты сильная девушка. И твой малыш тоже. — Роберта сделала шаг назад. — Но мисс Миранда скоро будет, так что заканчивай собираться. Энди натянула пальто, когда за окном показался чёрный Mercedes. Телефон вибрировал — сообщение от Миранды: «Я здесь». Декабрь решил не щадить. Температура упала далеко ниже нуля, и снег то и дело засыпал улицы. Что, впрочем, логично — до Рождества всего четыре дня. Близняшки завтра уходят на каникулы и наверняка затащат её украшать дом. Энди всегда обожала Рождество... Но в этом году праздник будет невесёлым. Денег на билет домой нет, а 23-го её неделя у Миранды закончится. В канун Рождества она окажется в пустой квартире. Она встряхнула головой. Хватит ныть. Этот дом — семья Миранды, не её. Хотя... кто знает? Энди резко выдохнула. Миранда просто хороший друг. Но друзья тоже могут быть семьёй. Звук тормозящей машины вывел её из раздумий. Салон оказался тёплым, и Энди с облегчением вдохнула горячий воздух. — Доброе утро, — улыбнулась она Миранде, но улыбка вышла бледной. За тёмными стёклами Prada изучающий взгляд скользнул по её лицу. — Доброе утро. Ты в порядке? — Просто нервничаю. Миранда неожиданно положила руку поверх её ладони. — Всё... то есть, я уверена, всё будет хорошо, Андреа. — Спасибо. Роберта говорила то же самое. Миранда задумчиво посмотрела в окно. — Она хорошая женщина, всегда такой была. — Да. Между ними повисла слегка неловкая пауза, и Энди не понимала, с чем это связано. Обычно их молчание в машине было комфортным, естественным, но сегодня всё иначе. Энди нахмурилась. Из-за вчерашнего? Миранде неловко из-за её слов? О, если это так, она готова была стукнуть себя по лбу. Конечно, настоящую причину она от Миранды никогда не узнает — та умела хранить секреты лучше Форт-Нокса. Энди потёрла лоб. От этих мыслей у неё начиналась головная боль. Стресс явно не полезен ребёнку. Нужно успокоиться, но как, когда она заперта в машине с Мирандой, едет на обследование, которое покажет, всё ли в порядке с её малышом? Безмятежности в этой ситуации не добиться. — Андреа, ты действительно в порядке? — Миранда сняла очки и убрала их в сумку, чтобы лучше разглядеть Энди. — Да-да, просто небольшая головная боль, ничего серьёзного. — Энди пожала плечами. — Возможно, стоит сказать об этом доктору Пател. Энди едва сдержала смешок. Да, конечно, рассказать гинекологу, что переживает из-за возможной влюблённости в свою подругу, которая сидит прямо тут же. Отличный план. — Не настолько всё плохо, Миранда. У всех иногда болит голова. Глаза Миранды сузились. — Да, но не все лежали в больнице меньше недели назад. И как ни странно, её «Ледяная Королева» сейчас действовала на Энди успокаивающе. — Если это тебя успокоит, я скажу ей. Но думаю, это просто из-за волнения перед приёмом. — И ещё кое-чего, но это уже детали. — Так и сделай. — Миранда снова отвернулась, но очки не надела. — Я не хочу, чтобы с тобой или ребёнком что-то случилось, Андреа. По крайней мере, если я могу это предотвратить. Сердце Энди растаяло в эту секунду. — Хорошо. Я... спасибо за заботу, Миранда. Для меня это много значит. Миранда отмахнулась. — Я сказала, что буду рядом, и сдержу слово. Включая заботу о твоём самочувствии. — Конечно. Энди улыбнулась, хотя внутри всё переворачивалось. Не стоило искать скрытых смыслов, но она всё равно разочаровалась. Миранда заботилась из чувства долга, а Энди хотелось, чтобы это шло от сердца. Хотя одно другому не мешало, сейчас они казались взаимоисключающими. Чёрт, нужно взять себя в руки. Может, это просто гормоны так бушуют. Хотя любовь и без них умеет переворачивать сознание с ног на голову. Но это не важно. Она не станет виться вокруг Миранды, как несчастный щенок. Рой остановил машину у здания, где принимала доктор Пател. Миранда вышла и открыла дверь Энди прежде, чем та успела моргнуть, предложив руку. Энди взяла её с искренней улыбкой и поднялась. — Знаешь, я не из хрусталя, — сказала Энди, когда они вошли в здание. — Я знаю, но тебе стоит привыкать к помощи. Через несколько месяцев ты не сможешь встать без посторонней помощи или долгих усилий. — Лицо Миранды скривилось. — Это была самая ненавистная часть беременности. Неспособность подняться самостоятельно, ходьба вразвалочку, как неуклюжий шар для боулинга. Ничего не сидело по фигуре — и это в эпоху, когда ещё не было нормальной моды для беременных. Кошмар, Андреа. Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти, чтобы найти что-то приличное! Энди изо всех сил старалась не рассмеяться. Миранда без модной одежды? Невозможно представить. — Не представляю, — сказала она вместо этого. — Мне определённая королева моды просто вручила готовый гардероб, так что особых усилий с моей стороны не потребовалось. — Что ж, радуйся, что сейчас есть из чего выбирать. Девяностые были ужасны по многим причинам. Гранж... — Миранда слегка содрогнулась, когда они зашли в лифт. — Я больше любила комбинезоны. На лице Миранды отразилось страдание. — Конечно же. И, полагаю, джинсовые куртки? — Ага, с кучей заплаток. Что поделать — средняя школа. Избавилась от неё только в старших классах. — И променяла её на ужасные туфли и юбки, похожие на обои семидесятых, — сухо констатировала Миранда. — О нет, это пришло позже. Сначала был год с блёстками и розовым, а потом я перешла к тому стилю, в котором ты меня впервые увидела. Полосатые водолазки хоть и не модные, но удобные. К этому моменту Миранда выглядела так, будто вот-вот содрогнётся от ужаса. — Андреа, зачем? — Как ты сказала, это были девяностые. И начало нулевых, но все знают, что девяностые затянулись. Кажется, мы наконец вышли из этого кошмара. — Слава богу. — Миранда буквально выскочила из лифта, будто от него пахло поношенными джинсами и армейскими ботинками. — Неужели в Runway не было съёмок в таком стиле? — догнала её Энди. — Были. Но это не значит, что я не страдала каждую минуту. Энди фыркнула. — Ладно, но хоть что-то из той эпохи тебе ведь нравилось? Миранда фыркнула и отвернулась, останавливаясь перед кабинетом доктора Патель. — Хорошо, возможно, пару раз мне попадался удачный капюшон. Но есть причина, по которой я предпочитаю стили, которые не выходят из моды, Андреа. Я за классику. И твой нынешний стиль тоже к ней склоняется. Мы ведь не Эмили. Энди не смогла сдержать смех. — С этим я согласна. — Как и должна. — С этими словами Миранда открыла дверь и пропустила Энди вперёд, направляясь к стойке регистратуры и лишая её выбора. Энди покачала головой и села, чувствуя себя гораздо лучше после этого разговора. Было приятно посмеяться. Боже, если Миранда любит классику, что она думала о восьмидесятых? В голове возник образ Миранды с нелепыми плечами-погонами, и Энди снова рассмеялась. О боже, это почти кощунственно, но так смешно. Миранда вернулась. — Над чем это ты смеёшься, Андреа? — Эм, ни над чем, — слишком быстро ответила Энди. Миранда посмотрела на неё взглядом, обещающим последствия, если не последует объяснений. — Ну... я представила тебя в моде восьмидесятых... — пробормотала она виновато. — Конкретнее? — Плечи-погоны? Миранда тихо рассмеялась. — Конечно же. Хотя бы не в лосинах и гетрах. — Зато твои ноги выглядели бы потрясающе в лосинах. Энди старалась не реагировать на то, что только что намекнула на привлекательность ног Миранды. Излишняя реакция только ухудшила бы ситуацию. Хотя мне всё равно хочется закрыть рот рукой. Миранда задержала взгляд на мгновение дольше обычного, прежде чем ответить: — Да, ты права, я не зря столько лет занимаюсь йогой. Но всё же, Андреа — бирюзовые и фуксиевые лосины? Что вообще творилось в головах у дизайнеров тогда? — Кокаин? Миранда отмахнулась: — Наркотики всегда «вдохновляют» их творения, так что дело в другом. Энди не верила, что они всерьёз обсуждали это. — Общая атмосфера восьмидесятых? Миранда задумчиво наклонила голову: — Возможно. Признаю, то десятилетие было... своеобразным. — И ты тоже делала эту безумную причёску? — Энди с трудом представляла Миранду без её фирменной стрижки. — Боже, не напоминай. Я одна сделала дыру в озоновом слое лаком для волос. Никогда не была так благодарна, когда волосы поседели после рождения девочек — наконец-то я смогла всё это отрезать. Энди скривилась при воспоминании о лаке: — Мама заливала мне голову этим ужасом перед семейными фото. До сих пор кажется, что кожа головы болит. Миранда улыбнулась: — Уверена, ты была очаровательна. — Пятилетки не заслуживают таких мучений! — Мои девочки тебя поймут. Кажущиеся простыми причёски на их фото требовали часов работы. — Глаза Миранды смягчились. — Но взятки в виде мороженого того стоили. — Она посмотрела на Энди. — Уверена, ты поступишь так же. — Только если лак с лёгкой фиксацией. — Энди положила руку на живот. — Иначе пусть ходит с паклей на голове. Миранда рассмеялась: — Прямо как ты в свой первый день? — Именно. Яблоко от яблони. — Дочка? — Миранда пристально посмотрела на неё. Энди на секунду задумалась — фраза вырвалась сама собой. — Ну, это просто поговорка. — Ты хочешь девочку? Энди задумалась. До этого она была слишком занята мыслями о том, как вырастить ребёнка, чтобы размышлять о поле. Да и после пережитого страха выкидыша такие мелочи казались неважными. Но если выбирать... — Честно, мне всё равно, но... — она улыбнулась, — девочка была бы чудесной. Миранда ответила тёплой улыбкой: — Маленькая копия тебя сводила бы всех с ума. — Со мной-то никто не носился. Видимо, отпугивало, что я засыпала всех вопросами как репортёр-недоросток. — Это называется избалованность, Андреа. — Слово, которое почему-то все считают ругательством, — усмехнулась Энди. — Но вот парадокс — я выросла вполне адекватным человеком. Безо всяких там всеобщих восторгов и обожаний. Миранда посмотрела на неё с нечитаемым выражением: — Мир склоняется перед тобой чаще, чем ты думаешь. В этот момент вошла медсестра: — Андреа Сакс? Они прошли в кабинет. Энди вздохнула при виде медицинского халата, но быстро переоделась, сохранив школьный навык — менять одежду, не показывая ни сантиметра кожи. (Некоторые умения пригождаются неожиданно.) Энди устроилась на кушетке, в то время как Миранда восседала в углу на стуле, сохраняя безупречную осанку. — А ты? Когда была беременна — хотела мальчика или девочку? Миранда выпустила воздух через нос, уголки губ дрогнули. — Я узнала, что жду двойню, почти сразу. Трудно не заметить, когда раздуваешься, как воздушный шар, быстрее, чем ожидалось. Но пол мы определили позже. — Её взгляд опустился. — Я надеялась на мальчиков. В глазах Миранды вспыхнул огонь, которого Энди никогда не видела даже на совещаниях совета директоров. — Девочки — благословение, и я благодарна за них каждый день. Но я хотела мальчиков, потому что не желала своим детям сталкиваться с этим миром, который так несправедлив к женщинам. — Она посмотрела на Энди. — Говорят, с каждым годом становится лучше. Но как женщина в бизнесе, я сомневаюсь. Я не хотела, чтобы моим детям пришлось сражаться за каждое достижение. Её пальцы сжались в кулаки. — Если бы они были мальчиками, перед ними открылось бы столько возможностей... И мне отвратительна эта реальность. Энди почувствовала, как сильно Миранда любит своих дочерей. Готовая изменить весь мир ради них. — Девочки справятся. У них есть ты. — Надеюсь, этого достаточно. — Этого будет достаточно, — Энди положила руку на живот. — Я позабочусь об этом. На этот раз Миранда улыбнулась по-настоящему. — Кажется, в твоём будущем множество статей о феминизме. — Они и так планировались. Я феминистка с тех пор, как узнала это слово. — Хорошо. Так и должно быть для такой умной женщины, как ты. Энди расцвела от похвалы. — Если я смогу что-то изменить, даже немного, это того стоит. — Изменения будут. И немалые. Ты не делаешь ничего наполовину, Андреа. Что она имеет в виду? Энди покраснела, откладывая разгадку на потом. Дверь открылась, и вошла доктор Патель. — Мисс Сакс, не ожидала увидеть вас так скоро. — Я тоже, — нервно усмехнулась Энди. Осмотр начался. УЗИ, анализы... Когда доктор назначила забор крови, Энди сглотнула. Может, когда-нибудь я перестану бояться игл. Но не сегодня. — Судя по УЗИ и анализам, с вашим малышом все в порядке, мисс Сакс, — доктор Патель сделала паузу, просматривая записи. — Остались следы реакции организма, но, надеюсь, со временем они исчезнут. Для полной уверенности я хочу тщательнее изучить результаты анализов. Вам стоит рассмотреть дополнительные обследования, но пока можете вздохнуть спокойно. Увидимся через две недели. Она улыбнулась. — А сейчас зайдет медсестра для забора крови. Кажется, вы не в восторге от игл. — Так и есть... Спасибо, — Энди слегка расслабилась. Пока все хорошо. Это была лучшая новость за последнее время. Когда доктор вышла, Миранда мгновенно оказалась рядом, взяв ее за руку. — Я рада, что с ребенком все в порядке. Энди кивнула, не в силах говорить. Медсестра вошла и начала брать кровь. Миранда не переставала говорить, отвлекая Энди. Хотя та не разобрала слов, это помогло. После процедуры они вышли в коридор. Миранда позвонила Рою, ожидая лифта. Энди заметила, что женщина не отпускала ее руку с момента осмотра. Это прикосновение было... обнадеживающим. — Рой задерживается. Пробки. Как будто в Манхэттене они когда-то исчезают, — Миранда вздохнула. Энди нахмурилась. — Тебе не обязательно приходить на каждый прием. Я знаю, ты занята. Миранда резко повернулась к ней. — Я буду приходить. Я занята, но не настолько. Мое недовольство направлено не на потраченное время, а на некомпетентность других, из-за которой тебе придется ждать на холоде в сезон простуд. — Ее выражение смягчилось. — Я что-то делаю, что заставляет тебя сомневаться? Если да, скажи и я немедленно это исправлю. Энди покачала головой. — Просто... даже наивные провинциалы вроде меня иногда не верят, что заслуживают такой доброты. Я не хочу злоупотреблять твоим временем. Миранда посмотрела на нее с нежностью. — Все сводится к тому, что ты не считаешь себя достойной, да? О, Андреа, будь моя воля — я бы подарила тебе весь мир. Ты заслуживаешь этого и даже больше. Энди подняла глаза. — Но то же самое касается и тебя, Миранда. Ты заслуживаешь гораздо большего, просто сама в это не веришь. В глазах Миранды мелькнуло удивление, прежде чем она вновь обрела контроль. — Возможно. Или это опять твои розовые очки, Андреа. — Она сжала её руку и снова нажала кнопку лифта. — Не думаю. Все возвращается к тому, кто ты на самом деле — под маской «Ледяной королевы». Уголки губ Миранды дрогнули. — Всегда упрямая, всегда журналистка. — Двери лифта открылись. — Пойдём. Может, нашей задержки хватит, чтобы Рой всё же добрался сюда. Миранда потянула Энди за собой, и та послушно последовала.