Игра в ожидание

      Конечно, неделя не могла закончиться быстро. Юнги давно не испытывает надежды, но мысль о возвращении в Сеул, в комфортное место, которое он знает как свои пять пальцев, разжигает в нём потерянный (как считал Юнги) огонь.              Хосок собирает их сумки, упаковывает даже одежду Юнги, которую он не носил бог знает сколько. Чёртов психопат отвечает, что следует соблюдать правила. И то, как охотно на эту сделку идёт Юнги, как садится в чёрный джип, и даже не пытается сбежать, должно его беспокоить.              Когда они в машине, которая везёт их к дому, Юнги откидывается на сиденье, устраиваясь удобнее, наблюдает, как мимо пролетает город. Он чувствует себя странно умиротворённым, и это немного пугает. Будто ягнёнок, который принял собственную смерть.              Лёгкость, свобода и безопасность — вот что Юнги чувствует, пусть это и не так. Он позволяет Хосоку помочь ему выбраться из машины, усадить в инвалидное кресло, к которому Юнги прикован, потому что не может передвигаться. Позволяет Хосоку отвести себя в квартиру. «Их квартиру».              Распахнув двери, Хосок пропускает Юнги вперёд. Всё такое же чистое и аккуратное, как и помнит Юнги. И то, что казалось нормальным, теперь очевидно режет глаза. Странная пустота, непривычная для людей стерильность. Хосок всегда был психопатом и никогда этого не скрывал. Только раньше его придурь была едва заметна.              — Добро пожаловать домой, котёнок! — объявляет Хосок, обходя инвалидную коляску и останавливаясь в просторной гостиной. — Перед тем, как мы уехали, я всё подготовил! Надеюсь, тебе понравится. Я никогда ещё не впускал кого-то в свою квартиру вот так.              Переведя взгляд на Хосока, Юнги удивляется, ведь видит на его лице искренние эмоции. Хосок нервничает, словно присутствие Юнги и правда его беспокоит. И такое поведение пробуждает в сердце нечто похожее на нежность. Чувство, которое не получается подавить.              — Мне нравится, — спокойно произносит Юнги, пытаясь стереть с лица Хосока нервозность.              — Вот и хорошо, — улыбается Хосок, ставя на пол пакеты. — Мы можем заказать доставку. Всё, что захочешь, котёнок. Небольшой праздник перед завтрашним днём.              — Завтрашним? — спрашивает Юнги, теперь его очередь нервничать.              Он чувствует, как страх сжимает сердце. Хосок задумал что-то и в этот раз.              — Нужно вернуться к работе, котёнок. Я уже со всем разобрался, так что не забивай голову, — отвечает Хосок.              Страх усиливается. Юнги должен быть счастлив, ведь его мучитель только что сказал, что будет отсутствовать несколько часов в сутки. Но он не счастлив. Юнги не хочет, чтобы Хосок уходил, ведь тогда придётся остаться одному. А одиночество — это боль и печаль. Минуты, когда мысли становятся удавкой на шее.              — Что случилось, котёнок? — спрашивает Хосок, подойдя ближе и опустившись на колени.              — Собираешься уйти? — хнычет Юнги.              — Ненадолго, котёнок. Мне нужно зарабатывать деньги на нашу жизнь, — объясняет он так, будто разговаривает с трёхлетним ребёнком. Оставив короткий поцелуй на лбу, Хосок качает головой. — Я всегда буду возвращаться к своему котёнку.              В глубине души Юнги знает: странно скучать по человеку, который буквально похитил его и сломал коленную чашечку, но сдержать растущее внутри чувство пустоты из-за приближающегося одиночества не получается.              «Не без Хосока, — думает Юнги, — просто побыть одному».              Но чем больше он об этом размышляет, тем сильнее паника растёт в груди. Юнги понимает: сама мысль навсегда остаться с Хосоком пугает не меньше.              Плача, Юнги цепляется за Хосока. Тот тут же подчиняется обнимая. Они сидят так некоторое время, пока Юнги продолжает плакать, представляя Хосока. Хосок же бормочет, что уходит не насовсем.              — Ты действительно так расстроен, да, котёнок? — спрашивает Хосок, отстранившись.              Юнги отчаянно кивает.              — Я буду скучать! — хнычет он.              Нуждающийся в утешении, Юнги практически ускользает в сабспейс.              — Боже, я так люблю тебя, — с благоговением шепчет Хосок, оставляя на губах грубый и болезненный поцелуй. — Выйдешь за меня? Не сейчас, когда-нибудь потом? Не хочу тебя отпускать.              Юнги не в состоянии мыслить ясно, но ловит себя на слабых кивках. Они продолжают целоваться, а Юнги только хочет избавиться от чувств, гниющих внутри него. Поэтому позволяет стянуть с себя свитер, оставить поцелуй на шее и уложить на кровать. Позволяет трахать себя. Нет. Заниматься любовью. И снова плачет, поскольку обнаруживает, что не может полностью отключиться от происходящего. Нет полного сабспейса, как раньше. Есть только он, Хосок и надвигающееся осознание, что Юнги на самом деле наслаждается процессом.              Когда они заканчивают, Хосок приводит их в порядок, а затем засыпает рядом. Юнги хочет злиться, но не может. Не может и не будет.              Во сне Хосок выглядит невинным. Никогда не скажешь, что он псих, убийца, похититель и насильник. Сейчас он похож на красивого мужчину с улыбкой в форме сердечка, из-за которой много месяцев назад Юнги и влюбился.              Ему хочется кричать, рыдать и биться о стену головой сотни раз. Но он не может. Не может заставить себя это сделать. Проблема не в нём, а в Хосоке.              Наблюдая, как Хосок спит, мысли Юнги становятся мрачнее и мрачнее. Завтра он сможет сбежать, уехать и никогда не возвращаться. Но такой финал слишком прост, а Хосок с лёгкостью его найдёт — чего Юнги, безусловно, хочет. В голову приходит другая идея. Он может его убить. Прямо сейчас. Так легко. Задушить чёртова психа, лежащего рядом, схватить за шею и душить, пока он не перестанет двигаться.              — Котёнок? — голос Хосока вырывает Юнги из раздумий. Сквозь темноту он смотрит прищурившись. — Что случилось?              На мгновение Юнги действительно задумывается. Но в конце концов натягивает улыбку и прижимается к Хосоку.              — Ничего, всё в порядке.              Приобняв, Хосок прижимает Юнги к сильной груди, оставляя поцелуй на лбу. Юнги выкидывает из головы все кровожадные мысли. Он попытается сбежать, не опустившись до такого же уровня. Наверняка где-то тут есть телефон или получится привлечь внимание соседей.              Юнги просто подождёт. Просто подождёт.