Наследники руин

Полуразрушенное здание когда-то, вероятно, было жилым домом. Теперь же его обшарпанные стены с осыпающейся штукатуркой, оголяющей кирпичную кладку, и зияющими дырами в служили лишь напоминанием о прошлом. Внутри царил полумрак, но слабый свет проникал сквозь заколоченные досками окна. В воздухе висела плотная смесь запахов пота, сырости, плесени и табака. Вдоль стен тянулась очередь людей, измождённых и одетых в лохмотья. На лицах — печаль, отчаяние и надежда, смешанная с безнадёжностью. Каждый из них ждал своей очереди связаться с внешним миром: с родными или близкими, затерянными в этом хаотичном постапокалиптическом мире. Гарри в своей форменной куртке ФЕДРА резко контрастировал с этой мрачной картиной. Его лицо — молодое и дерзкое — выражало нетерпение и уверенность в себе. Наплевав на очередь, он решительно пробрался вперёд, расталкивая плечами застывших в ожидании людей. Никто не посмел возразить — форма служила безотказным пропуском. Радиокомната была самой дальней комнатой. Запах пыли и табака был здесь ещё более ощутимым. Стол, заваленный проводами, лампами и разобранными деталями радиоаппаратуры, занимал почти всё пространство. В углу гудел старый генератор, обеспечивающий электропитание. Радист, худой старик с запавшими глазами и небритой щетиной, склонился над микрофоном, хриплым голосом пытаясь установить связь с отдалённым поселением. Он выглядел измученным и уставшим, словно не спал уже несколько суток. Гарри нетерпеливо ждал, пока мужчина закончит свой разговор. Наконец тот откинулся на спинку скрипучего стула, вытирая пот со лба грязным рукавом. Парень, не теряя времени, подошёл к столу и небрежно швырнул на него скомканный свёрток из фольги. Радист, не говоря ни слова, развернул фольгу, достал одну сигарету и жадно прикурил, глубоко затягиваясь. Его глаза на мгновение прикрылись от удовольствия. — Поттер, — сухо произнёс он, выпустив облако дыма. — Что на этот раз? — Хогвартс, — отрезал Гарри. — Лили Поттер. Старик вздохнул, закатывая глаза. — Ты же знаешь, Хогвартс — это всегда проблема. Сигнал слабый, помехи… — Мне плевать, — перебил его Гарри. — Просто сделай свою работу. И если она не выйдет на связь, проверь, не передавала ли она чего-нибудь. Радист кивнул, принимая команду. Он начал возиться с настройками, крутя ручки и переключая тумблеры. В комнате раздался треск статического электричества. — Позывной Хогвартса… есть кто-нибудь на связи? Приём… — он несколько раз повторил вызов. В ответ — лишь шипение и треск. Гарри нервно барабанил пальцами по столу. Каждая секунда тянулась мучительно долго. Прошло две томительные минуты. — Ничего, — наконец произнёс мужчина, опуская руки. — Тишина. Может, связь плохая. Или… — Проверь сообщения! — рявкнул Гарри, теряя терпение. Радист снова вздохнул и принялся копаться в кипе бумаг. Через несколько минут он поднял голову. — Сообщений нет, Поттер. Ничего от Хогвартса за последние два месяца. Гарри стиснул кулаки. Тревога, которая копилась в нём всё это время, начала перерастать в панику. — Что значит «ничего»? Она всегда передавала хоть что-то! Даже если не могла выйти на связь лично. Простое «всё в порядке» или что-то в этом роде! Мужчина пожал плечами. — Может, у них проблемы. Хогвартс далеко, ты же знаешь. Или, может… что-то случилось. — Случилось? — Гарри взорвался. — Что, по-твоему, могло случиться? — Откуда мне знать? Инферналы, рейдеры… всякое бывает. Гарри сжал челюсти. Он знал, что старикан прав, но не хотел этого признавать. — Кто слушает, когда ты спишь? Радист нахмурился, не понимая вопроса. — Что? — Когда ты спишь, кто сидит за аппаратурой? Кто слушает эфир? — Ну… обычно дочь. Она умная, в технике разбирается. Если бы она что-то услышала, она бы это записала. Гарри бросил на него презрительный взгляд. Он понимал, что выжать из этого старика больше информации не получится. Его взгляд зацепился за сложенный лист, небрежно брошенный в углу стола. Он подхватил его, развернул и расстелил карту прямо поверх груды проводов, деталей и окурков, заполнивших стол. — Где Хогвартс? Покажи мне! — потребовал Поттер, тыкая пальцем в карту. Радист придвинулся ближе, щурясь, пытаясь разглядеть потёртые обозначения. Его дрожащий от старости палец указал на участок, затерянный где-то в северной части карты. — Я точно не уверен, но где-то тут, — он обвёл пальцем область, где, согласно старым довоенным картам, должна была располагаться Шотландия. Гарри уставился на карту. Хогвартс… от Девона его отделяли сотни миль заражённой территории, полные инферналов и враждебных банд. Путь был не просто долгим, он был самоубийственным. На мгновение в его глазах мелькнула растерянность, но она тут же сменилась упрямой решимостью. Он не мог просто сидеть сложа руки, пока его мать, возможно, нуждалась в помощи. Он резко свернул карту, сунул её под куртку и, не говоря ни слова, вышел из радиокомнаты, оставив связиста в клубах табачного дыма и тревожного молчания.

***

Рон сидел на покосившемся стуле, спиной чувствуя холод бетонной стены. Позади него застыли двое мужчин, их лица скрывались в полумраке, но зато отчётливо были видны автоматы, направленные ему в спину. Дерьмовая ситуация. Внутри всё кипело от ярости, смешанной с отрезвляющим страхом. Ярости на Роберта, на его продажных прихвостней, на всю эту прогнившую систему. Страх был за свою собственную шкуру, в конце концов. Заброшенный склад представлял собой огромное здание. Сквозь пробитую крышу проникали редкие лучи солнца, выхватывая из темноты обломки мебели, ржавые бочки и горы мусора. Крысы с шуршанием сновали в тени, не обращая внимания на напряжённую обстановку. Роберт метался по захламлённому пространству. В его движениях читалось отчаяние, в голосе — нарастающая паника. Мужчина лет сорока пяти с взъерошенной русой бородой казался совершенно потерянным. Мешки под глазами выдавали бессонные ночи, а угол рта дёргался. — Что ты хочешь услышать, Уизли? — с отчаянным вздохом спросил он. — Я не прошу тебя что-то говорить, — Рон лихорадочно прикидывал в уме варианты и тянул время. Роберт недоверчиво покивал головой: — Ну да, — а затем голос изменился, стал оправдывающимся, жалким. — Я вовсе не планировал, ну знаешь… наёбывать тебя. Мне жаль. Рон ухмыльнулся и тут же скривился от боли в разбитых губах. — Ну так давай об этом забудем. Роберт вздохнул и снова принялся нервно расхаживать по комнате. — Ну а что ты будешь делать? — посмотрел на него Уизли. — Оставишь меня здесь? Убьёшь? — Рон, перестань! — поморщился мужчина. — Что, Роберт? Чего ты от меня хочешь? Контрабандист начал выходить из себя, движения стали более дёргаными, голос — более громким, он развёл руки в стороны и воскликнул: — Чтобы ты просто об этом забыл! — Ладно, — спокойно согласился Рон. — Это же всего лишь аккумулятор. Я заплатил за него. Ты взял деньги и продал его другим. Ну что тут сказать, бывает. Ты же контрабандист, я бы на твоём месте так и сделал. Он умолк, наблюдая за реакцией мужчины. В словах Рона не было ни тени упрёка, лишь голая констатация факта. Он понимал, что сейчас играет в опасную игру. Любая неверная интонация, любой взгляд, выдающий его истинные чувства, могли стоить ему жизни. Он пытался убедить Роберта в том, что не держит на него зла, что всё это — просто дело, ничего личного. Лишь бы этот параноик не нажал на курок. Лишь бы выиграть время. — Но мои парни тебя избили! — прорычал он, останавливаясь напротив Рона. Уизли прикрыл глаза и запустил ладонь в ярко-рыжие волосы, встопорщив их еще сильнее. Ему не нужны были оправдания. Всё это было не важно. Важен был аккумулятор. — Ну так накажи их за это! Пальцы им отрежь, или ещё что-то, это твои же, блять, парни! Роберт замер, глядя на него с безумным блеском в глазах. — Ты хоть понимаешь, что со мной будет, когда до младшего Поттера дойдёт, что мои люди с тобой сделали? Если я тебя отпущу… — Я ничего ему не скажу, — закончил за него Рон. Он снова посмотрел на мужчину, стараясь казаться максимально убедительным. — Я даю тебе слово, тебя он не тронет. Скажу, что на меня напали какие-то ублюдки. И мы с тобой просто забудем обо всём. Рон начал терять терпение. Он откинулся на спинку стула и поднял голову. Луч солнца, пробившийся сквозь дыру в крыше, упал ему на лицо, выхватывая из полумрака ссадину на скуле и уже наливавшийся фиолетовым фингал под глазом. Глаз заплывал, превращаясь в узкую щель. — Но вся эта хрень мне изрядно испоганила неделю! Я хочу прийти домой и пить, пока лицо не перестанет болеть, — закончил Рон с нажимом. — Мы договорились? Роберт задумчиво уставился на него, а затем медленно кивнул. — Да… Договорить он не успел: раздался оглушительный взрыв. Склад содрогнулся. Рона вместе со стулом, на котором он сидел, отшвырнуло в сторону. Взрывная волна пронеслась по помещению, поднимая в воздух тучи пыли и мусора. Обломки кирпичей и куски металла посыпались сверху. В ушах звенело, в глазах потемнело. Какое-то время Рон не мог понять, что произошло. Лишь когда звон немного утих, он осознал, что жив. Он, откашливаясь, с трудом поднялся на ноги. Во рту — противный привкус крови, которую он тут же сплюнул на грязный пол. Голова раскалывалась. Рон огляделся. Там, где несколько секунд назад была стена склада, зияла огромная дыра. Механический женский голос, резавший слух, оглушительно вещал: «Всем гражданским немедленно покинуть сектор! Не возвращайтесь до разрешения агентства!» Рон прикинул в уме, что к гражданским он точно не относится. Но вот территорию покинуть ему хотелось до чёртиков. Желательно живым и не попавшимся на глаза Цикадам. Эта группировка, словно заноза, сидела в заднице у ФЕДРА, постоянно устраивая диверсии и теракты. Превозмогая боль, пронзившую все тело, он поплёлся к пролому в стене. Каждый шаг отдавался эхом в голове. Дыхание спёрло от гари и пыли. Выбравшись наружу, Рон закашлялся ещё сильнее, сгибаясь пополам. Перед глазами всё плыло. Опёршись на уцелевший кусок стены, он перевёл взгляд на то, что осталось от улицы. Возле склада стоял бронетранспортёр агентства. Точнее то, что от него осталось. Передняя часть машины, включая бампер, была полностью уничтожена взрывом. Стало понятно, что машина была заминирована. Сирена продолжала надрывно выть, повторяя одно и то же предупреждение. Бронетранспортёр догорал, чадя густым чёрным дымом. Рон, прихрамывая, поспешил убраться подальше, пока огонь не добрался до бензобака, превратив всё вокруг в огненный ад. Он шёл вдоль стены дома, ускоряя шаг. Сердце колотилось в груди, как бешеное. И когда вышел за угол, увидел отряд в полной боевой экипировке. Солдаты, будто клоны, облачённые в тёмно-зелёные бронежилеты и тактические штаны, шлемы с забралами, скрывающими лица, с автоматами на изготовку. Рон уже собирался поднять руки и заорать, что он курсант, как воздух пронзили первые выстрелы. Он, пригнувшись, отступил назад, присев у красной кирпичной стены. На крыше здания через дорогу засел снайпер, едва различимый. Его винтовка мерно выплёвывала пули, сея хаос и смерть. Ответный огонь солдат был плотным, но хаотичным. Пули рикошетили от стен, вздымая фонтанчики пыли и осколков. Перестрелка разгоралась, превращая улицу в поле боя. Повсюду послышались крики, предсмертные хрипы, детский плач. От взрыва и выстрелов голова раскалывалась. Рон больше не мог терпеть, зажал уши руками, оглядываясь назад. Солдаты шли и по той улице, вот они прошли склад с проломленной стеной и увидели его. Рон поднял руки, демонстрируя, что он без оружия. — Там снайпер! — заорал он, медленно шагая в направлении коллег. — На крыше снайпер! — Стоять! — рявкнул солдат, направив на Рона автомат. — Я не с ними! Я не Цикада! — отчаянно кричал Рон, продолжая медленно двигаться вперед. В следующий момент его повалили на землю, грубо заломили руки за спину. — Я курсант! Я курсант академии! — выкрикивал он, захлёбываясь от пыли и дыма. Но его слова тонули в грохоте перестрелки. Никто не слушал.

***

Гарри, свернув за угол, ускорил шаг. Ему нужна была машина. Он шёл вдоль обшарпанных зданий, мимо заколоченных окон, стараясь не привлекать внимания немногочисленных прохожих. Завернул в узкий, замусоренный переулок, где его уже ждал Рауль: солдат, смуглый выходец из латинской Америки в помятой военной фуражке, надвинутой на самые глаза, через плечо перекинут видавший виды автомат. Он нервно озирался по сторонам — Принёс? — хрипло спросил он, не здороваясь. — Да, — Поттер достал из внутреннего кармана куртки скомканный свёрток. Развернув его, он протянул солдату мятые, потрёпанные марки. Рауль жадно пересчитал деньги. — Эй, Поттер, тут всего двести. Я ж говорил — двести на рыло. Депо охраняют четверо, ещё надо шестьсот. Ты что, решил меня кинуть, а, маг недоделанный? Гарри скривился. Наглость этого типа начинала его раздражать. Но время не ждало. Он достал из другого кармана ещё один свёрток и неохотно протянул его мужчине. — Тут ещё четыреста. Разделишь между остальными. Себе возьмешь двести. И чтобы всё было чисто. Латинос сунул деньги во внутренний карман куртки, не пересчитывая. — Слушай, те тачки, они ж не просто так в утиле стоят. Там аккумуляторов нет, ты в курсе? — Аккумулятор не проблема, — фыркнул Гарри. — Этим как раз сейчас Рон занимается. Договорились? Рауль кивнул, но в его глазах читалось сомнение. — Поттер, сделай себе одолжение и не появляйся сегодня в третьем секторе. Там сейчас Цикады склад взорвали. Полный бардак. — Я туда и не собирался, — буркнул Гарри. Ему было плевать на разборки Цикад. — И ночью лучше не высовывайся. Эти ублюдки всю неделю беснуются, двоих наших положили. Работаем в двойные смены, все на взводе. А в темноте, знаешь ли, легко ошибиться. Могут и пристрелить по ошибке. Рауль поудобнее перехватил автомат и направился к дыре в заборе, ведущей к депо. Гарри проводил его задумчивым взглядом.

***

Заброшенная фабрика в Девоне, превращённая в штаб Цикад, гудела жизнью, пусть и жизнью загнанной и настороженной. Сириус шёл по тёмному обшарпанному коридору. Стены, когда-то выкрашенные в унылый серый цвет, теперь были покрыты слоями копоти и граффити. Обрывки проводов свисали с потолка, а тусклый свет редких ламп подчёркивал разруху. Гул голосов, приглушённый и тревожный, сопровождал его. То и дело мимо проносились люди, одетые в поношенную одежду, с оружием наперевес — лица их были сосредоточенными и угрюмыми. Завернув за угол, Сириус увидел Ким. Она сидела на раскладном стуле возле массивной металлической двери, запертой на несколько замков. Ружьё лежало у неё на коленях, готовое к применению. Увидев его, женщина мгновенно вскочила и почтительно и сдержанно кивнула. Сириус ответил кивком и, не останавливаясь, двинулся дальше по коридору. Всё шло как нельзя кстати. Пацан у них, дело за малым. Командная комната (или, скорее, комната, которую они решили использовать в качестве командной) была такой же убогой, как и остальная фабрика. Но здесь, посреди хаоса царил хоть какой-то порядок. На большом столе, заляпанном пятнами кофе и чернил, лежала развёрнутая карта Девона. Марлин стояла, склонившись над ней вместе с Остином. — Команда в третьем секторе на позиции? — спросил Сириус, входя в комнату. Голос его был громким и уверенным, как всегда. Волосы до плеч, с сединой на висках, слегка растрепались, а серые глаза внимательно изучали обстановку. Усы слегка подрагивали, выдавая внутреннее напряжение. Марлин подняла на него взгляд. Она всем своим видом выражала усталость и какое-то скрытое недовольство. Пушистые вьющиеся волосы обрамляли тёмную кожу лица, а чёрные глаза метали искры. — Я их вернула. У меня есть вопросы. — Хм, ладно, — ответил Сириус, не обращая внимания на её тон. Он стянул с себя потёртую кожаную куртку и повесил её на ближайший стул. — Мы всю неделю беспорядочно взрываем бесполезные объекты ФЕДРА по всему Девону. Мы уже потеряли четверых. Какой в этом смысл? — спросила Марлин, не отводя от него взгляда. Сириус обернулся к ней. Его лицо было жёстким и непроницаемым. Он машинально крутанул ус между пальцами. — Это твой вопрос? Марлин на мгновение стушевалась, но не сдалась. — Один из них. Сириус приблизился к ней, его взгляд стал ледяным. — А мой ответ — выполняй приказы! Блэк отвернулся к столу, достал из кобуры свой верный «Вальтер» и принялся неспешно перезаряжать магазин, с тихим щелчком вставляя пулю за пулей. Механическое действие, отточенное годами, успокаивало, позволяло собраться с мыслями. — И зачем ты пацана на цепь посадил? Ещё и охране приказал молчать! Люди спрашивают, что происходит, а мне нечего им ответить! — выпалила Марлин, в её голосе сквозило неподдельное возмущение. Сириус резко развернулся, вкладывая пистолет в кобуру на поясе. — Скажи им выполнять приказы! — прорычал он, а затем, ткнув пальцем в сторону двери, добавил: — Всё, идите в свои сектора! Остин, как верный пёс, послушно выскользнул за дверь. Но Марлин… Марлин была другой породы. Возможно, именно за это Сириус так сильно уважал её. Если бы эта женщина была волшебницей, она бы сто процентов грызла гранит науки в Гриффиндоре: храбрая, несгибаемая, с вечным бунтом в крови. — Марлин, — предупреждающе низким голосом произнёс он, стараясь обуздать рвущегося наружу зверя. — Сириус? — ответила она, не отводя взгляда. Блэк глубоко вдохнул, стараясь взять себя в руки. Он упёр ладони в стол и попытался говорить спокойнее. — У нас тут война против диктатуры, за свободу и коммунизм? Всё правильно? — спросил он. — Да… — И мы победили? Скинули ФЕДРА? Хоть где-нибудь Цикады преуспели? — в голосе Сириуса звучала горечь и усталость. — Идёт восстание, — парировала Марлин, пытаясь хоть как-то подбодрить его. — Двадцать лет бесплодной войны, это не восстание, а так… мышиная возня! — рявкнул Сириус, теряя терпение. Он подошёл к карте на столе и принялся яростно тыкать пальцем по объектам, помеченным красными кнопками. — Мы бьём здесь, здесь, здесь, здесь и здесь! Где мы сейчас? Марлин молча указала на точку на карте. — Верно. Враг должен думать, что мы где угодно, но только не здесь. Их нужно отвлечь по максимуму. Потому что сегодня каждая Цикада в Девоне соберётся в этом здании, и мы покинем это поселение. Навсегда! Марлин остолбенела. Её рот приоткрылся от изумления. — Мы сдаёмся? — притихшим голосом спросила она. — Нет! Мы снимем парня с цепи и повезём его в Хогвартс! — Сириус протянул Марлин клочок пергамента. — Это от Дамблдора, собственной персоной. Женщина медленно развернула пергамент и прочитала. — Это правда? — совсем другим голосом спросила она. И в этом голосе впервые за много лет Блэк услышал… надежду! Будто луч света пробился сквозь вечную девонскую хмарь. — Похоже, что да, детка! — ответил он с ухмылкой. — Но только тсс! Никому ни слова! А то у нас тут же заведутся крысы-болтуны, а нам это надо? Марлин сложила пергамент и вернула его Сириусу. Её глаза горели. — Любой ценой! Что бы ни случилось! — решительно произнесла она. — Мы доставим его туда! Хоть на единорогах, хоть на мётлах! — Единорогов и мётел у нас, к сожалению, нет, — усмехнулся Блэк. — Но зато сегодня вечером мне доставят рабочий аккумулятор. Хватит, чтобы до Капитолия добраться. А там нас уже встретят, — он подмигнул Марлин, стараясь скрыть волнение. Марлин вскинула брови. — Боги! Где ты достал рабочий аккумулятор? — Перекупил у Роберта. За две цены. Но плевать, оно того стоит. Он подошёл к ней ближе. Марлин смотрела на него снизу вверх — маленькая, но такая сильная и несгибаемая. Сириус притянул её к себе за талию. Женщина ответила на этот жест, прижавшись всем телом. Поцелуй был грубым, страстным, отчаянным. Без лишних слов они понимали друг друга. Руки Марлин вцепились в его волосы, а Сириус сжал её бёдра, чувствуя сквозь ткань комбинезона твёрдость мышц — результат бесконечных тренировок и борьбы за выживание. Он подхватил её, одним движением усадил на стол.

***

Рона отпустили только ближе к вечеру: пока разбирались, пока проверяли его слова… Усталый и побитый, с заплывшим глазом, он стоял перед дверью, такой же обшарпанной, как и вся его жизнь, и искал ключ. Вот он. Он открыл замок и вошёл. Внутри царил привычный бардак: разбросанные вещи, пыль, неубранная посуда. На столе стояла початая бутылка самогона, к которой он сразу же присосался. Обжигающая жидкость прошлась по горлу, немного приглушая боль. На кровати спал Гарри, прямо так, в форме академии. Ох, чёрт. Их наверняка уже потерял Харпер. Ну да и хер с ним. Поттер отмажет. Рон не стал будить Гарри — тот и так в последние несколько месяцев плохо спал из-за того, что Лили перестала выходить на связь. Он устроился в кресле и уж было подумал и сам подремать, но на улице раздались выстрелы и крики. Гарри проснулся. Сонно потянулся и надел очки. — Что с тобой случилось? — он окинул друга взглядом. Рон мрачно посмотрел на него одним глазом. — Роберт, сука! Он продал наш аккумулятор Цикадам, а когда я пришёл за ним, его люди меня избили, а он — чуть не прикончил! Зелёные глаза Гарри нехорошо сузились. — Падла! — он вскочил с кровати и схватил с тумбочки пистолет. — Он ответит за это! Рон вздохнул. — Гарри, брось. Это всё неважно. У нас больше нет аккумулятора, и я не знаю, где его взять. Гарри надел кобуру, вставил в неё пистолет, затем, присев на пол, подцепил ногтями доску паркета и, отодвинув её в сторону, достал два автомата и пару коробок патронов. Аккуратно, словно играя в тетрис, разместил патроны по карманам разгрузки. Встал, проверяя, не сковывают ли движения. Рон присвистнул: — Где ты это взял? — Что-то купил, что-то украл. Неважно. Пошли. — Куда? — Рон нахмурился, почёсывая затылок. — К Цикадам. За аккумулятором. — Ты умом ёбнулся? — Рон откинулся на спинку кресла так, что старая пружина жалобно скрипнула. Он скрестил руки на груди, выражая крайнюю степень несогласия. Гарри резко обернулся, глаза метали молнии. — Мне заебалось сидеть здесь и нихера не делать! Мать уже может быть мертва, а я ничего не знаю! И отцу похеру на это! Его волнуют только Цикады! Он днями и ночами пропадает в штабе, плетёт какие-то интриги, а на мать ему плевать! И ты предлагаешь мне сидеть здесь и ждать, пока она сгниёт в какой-нибудь дыре, кишащей инферналами? Да пошло оно всё к чёрту! Этот аккумулятор — наша единственная возможность найти её! И я его достану! Хоть из пасти у Цикад! Гарри сжал кулаки, ярость переполняла его. Он был готов разорвать любого, кто встанет у него на пути. Он не мог больше оставаться в неведении, не мог позволить страху парализовать его. Лили была его семьёй, единственным человеком, о котором он по-настоящему заботился, и он сделает всё, чтобы её спасти. Его отец, занятый своими политическими играми, предал её, но Гарри не собирался повторять его ошибку. Он действовал, и ничто его не остановит. Он рывком натянул на голову капюшон толстовки, скрывая половину лица в тени. Рон молчал, ошеломлённый внезапным взрывом эмоций Гарри. Он никогда не видел его таким. Обычно сдержанный и рассудительный, сейчас Поттер был похож на разъярённого зверя. Рон понимал его боль, его отчаяние. Лили и ему заменила мать. Он опустил взгляд, разглядывая потёртый ковёр. — Ладно, — вздохнул Рон, поднимаясь с кресла. Он потянулся, разминая затёкшую спину. — Пошли. Но только потому, что я не хочу, чтобы ты наделал глупостей. И потому, что Лили для меня тоже не чужой человек. Но если что-то пойдёт не так… — Ничего не пойдёт не так, — перебил его Гарри, твёрдо глядя в глаза. Он протянул Рону один из автоматов. — У нас есть план. — И что за план? — спросил Рон, распихивая по карманам патроны. Гарри усмехнулся, но усмешка получилась злой и безрадостной. — Простой план. Проникнуть, взять, уйти. Ничего лишнего. Он подошёл к окну, выглянул на улицу. Сумерки сгущались над городом, окрашивая дома в мрачные оттенки серого и чёрного. — Возьми всё необходимое в дорогу, — бросил Поттер, не отрываясь от окна. — Сюда мы уже не вернёмся. Рон кивнул, понимая, что друг имеет в виду. После того, что они собирались сделать, пути назад не будет. Он подошёл к старому шкафу, стоявшему в углу комнаты. За его покосившейся дверцей скрывался небольшой арсенал и запас провизии, собранный ими на чёрный день. Или скорее на тот день, который, как они оба чувствовали, рано или поздно наступит. Рон вытащил два армейских ножа в ножнах, протянул один Гарри. Тот, не глядя, закрепил его на поясе. Затем он достал два спальных мешка, скатал их в плотные рулоны и зафиксировал ремнями. Несколько банок консервов, сухари, фляга с водой — все это аккуратно разместилось в старом рюкзаке, который Рон прихватил со шкафа. — Вроде всё, — сказал он, закидывая рюкзак на плечи. Гарри кивнул. — Ладно. Тогда выдвигаемся. Чем быстрее мы доберёмся до Цикад, тем быстрее найдём мать. Они вышли из квартиры, оставив за собой привычный беспорядок и пыль. В подъезде было темно и сыро. Пахло плесенью и гнилью. С каждым шагом вниз по лестнице напряжение нарастало. Гарри отлично знал, где находится штаб-квартира Цикад. С Сириусом, крёстным отцом, у него сложились на удивление тёплые отношения. Естественно, втайне от отца. С Бродягой, как его за глаза называл Гарри, они никогда не обсуждали ни политику, ни Джеймса, ни Цикад, ни агентство. Их общение носило лёгкий, даже беззаботный характер. Разговоры об оружии, изощрённых способах уничтожения инферналов, девчонках… в общем, о жизни. «Наверное, именно об этом отец и должен разговаривать с сыном», думал Гарри, с горечью усмехаясь про себя. Но он не был бы Поттером, если бы не проследил за крёстным и не выяснил местонахождение центрального штаба Цикад. Не для того, чтобы сдать его отцу, упаси Мерлин, а просто… на всякий случай. Знание — сила, как говорится. — Как мы попадём на фабрику? — спросил Рон, когда они вышли из подъезда и направились в сторону заброшенной промзоны. И, как водится, то, что знал Гарри, знал и Рон — его лучший друг, его названый брат. — Через канализацию, — ответил Гарри, не замедляя шага. — О нет, только не это! — простонал Рон, закатывая глаза. — Другого варианта нет? — Нет, — отрезал Поттер. — И давай потише, аккуратнее. Рауль предупреждал, что усилили патрули. И не забывай про Цикад. Рон поморщился. Канализация… одно упоминание о ней вызывало у него приступ тошноты. Но спорить с Гарри в таком настроении было бесполезно. Да и сам он понимал, что другого пути просто нет. Главный вход охранялся, а лезть через крышу — самоубийство. Оставалась только канализация. М-м-м, романтика! Гарри уверенно направился в сторону ближайшего канализационного люка. Рон следовал за ним с кислой миной на лице. Они подошли к неприметному люку, заросшему бурьяном и прикрытому покосившимся листом железа. Гарри пнул железяку ногой, обнажив ржавую крышку. — Ну что, Рон, ныряем? — с сарказмом спросил Поттер, доставая из кармана небольшой фонарик. Уизли сглотнул, глядя на тёмную дыру, источающую зловоние. — Я начинаю жалеть, что согласился, — пробормотал он, зажимая нос рукой. Гарри усмехнулся, откинул крышку люка и посветил внутрь. Луч выхватил из темноты блестящие от влаги стены и мутную жижу, плещущуюся внизу. — Да ладно тебе, не так уж и страшно. Зато весело! — подбодрил он друга, хотя сам не испытывал особого энтузиазма. Первым полез Гарри. Он ловко спустился по ржавым скобам, стараясь не касаться стенок, покрытых слизью. Внизу его уже ждала вонючая жижа. — Бля, — только и сказал он, когда ботинки коснулись воды. Рон, скрипя зубами, последовал за ним. Спускаясь, он умудрился зацепиться штаниной за скобу и чуть не сорвался вниз головой. — Аккуратнее! — рявкнул Гарри. Наконец Рон оказался рядом с другом, хлюпая ботинками в мерзкой жиже. Вонища стояла неимоверная. Казалось, что здесь собраны все запахи разложения и нечистот Великобритании. — Ну и вонь… — просипел Рон, пытаясь дышать через рот. — Терпи, казак, атаманом будешь, — огрызнулся Гарри, включая фонарик на полную мощность. — Пошли. Они двинулись по узкому тоннелю, освещая себе путь. Вода хлюпала под ногами, а по стенам стекали потоки грязи. Время от времени из-под ног выскакивали крысы, нагло таращась на незваных гостей. — Твою мать! — вскрикнул Рон, отпрыгивая от одной из крыс, которая оказалась особенно наглой и попыталась залезть ему на ногу. — Ненавижу крыс! Гарри хмыкнул, продолжая идти вперед. Автомат он держал наготове, зная, что в канализации можно встретить не только крыс. Инферналы обожали влагу, канализация была для них идеальным местом обитания. Через некоторое время впереди показался тусклый свет. — Кажется, выход, — сказал Поттер, ускоряя шаг. Но вместо выхода их ждал сюрприз. Прямо из стены, разваливающейся от сырости, вывалилась мерзкая тварь. Инфернал! Его гнилая плоть свисала лохмотьями, а из глазниц таращились белые глаза. Он издал утробный рык и бросился на них. Гарри среагировал мгновенно. Он вскинул автомат и выпустил короткую очередь в голову твари. Инфернал дёрнулся и рухнул в воду, подняв фонтан брызг. — Вот дерьмо! — выругался Рон, отплёвываясь. — Они и здесь! — Быстро! — скомандовал Гарри, перезаряжая автомат. — Нужно уходить! Они побежали вперёд, не оглядываясь. Инферналы могли быть где угодно. К счастью, больше им никто не встретился. Через несколько минут они добрались до металлической лестницы, ведущей наверх. Гарри первым полез по ней, Рон — следом. Выбравшись на поверхность, они оказались в заброшенном цеху. Вокруг царила разруха. Разбитые станки, горы мусора, прогнившие балки. Они на месте.

***

— Займись эвакуацией! Проверь списки! И чтобы все были готовы через час! Никаких опозданий, Марлин! — бросил Сириус через плечо, выходя из комнаты. Сердце бешено колотилось, кровь кипела в венах. Нужно было действовать, и действовать быстро. Он метался по штабу. Цикады продолжали прибывать, уже насчитывалось около тридцати человек, желающих покинуть Девон и отправиться в опасное путешествие до Хогвартса. Он кивал им, отдавал короткие распоряжения, стараясь скрыть охватившее его беспокойство. Больше всего его волновал аккумулятор. Он прекрасно понимал, что в один грузовик не получится усадить всех Цикад, но пацан должен быть в безопасности в бронетранспортёре. К тому же в городке их ждало подкрепление с транспортом. Главное — добраться туда, не угодив в засаду ФЕДРА. — Соберите всё необходимое! — крикнул он, пробегая мимо группы людей, копающихся в ящиках с припасами. — Не забудьте продовольствие! Где фонарики? Посчитайте патроны! И проверьте оружие! В голове роились мысли, одна тревожнее другой. Хватит ли им бензина? Не сломается ли старый грузовик на полпути? Смогут ли они отбиться, если наткнутся на патруль агентства? — Сириус! — окликнул его знакомый голос. Это был Остин, запыхавшийся и взволнованный. — Роберт прибыл с аккумулятором. Сириус облегчённо выдохнул. Хоть что-то идёт по плану. — Отлично! Приведите его ко мне! И скажите Ким, чтобы подготовила грузовик. Он вернулся в командную комнату, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Слишком долго всё было тихо. Слишком гладко. Он не доверял этому миру. Знал, что затишье перед бурей всегда самое опасное. В этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошёл Роберт, за ним двое его подручных, тащивших тяжёлый аккумулятор. Лицо Роберта было бледным и потным, но в глазах горел жадный блеск. — Ну что, Блэк, вот твой аккумулятор, — прохрипел он, вытирая пот со лба. — Всё, как договаривались. — Проверим, — сухо ответил Сириус, жестом приказав Остину подключить аккумулятор к тестовому стенду. В тот же миг в штабе раздались оглушительные выстрелы. Стены задрожали от взрывов, в коридорах началась паника. Сириус нихера не понимал, что происходит. Прибежали Марлин и Ким, обе кричали, что на фабрику напали солдаты. — Засада! — заорала Марлин, хватая автомат. — Они повсюду! Сириус выхватил свой «Вальтер», понимая, что всё идет к чертям. Их предали. Кто-то слил информацию о готовящемся отъезде. Но кто? — Марлин! Ким! Дверь! Никого не пускать! Любой ценой! — прорычал он, толкая женщин к выходу. — Пацан — наша главная цель! Защитите его! Сам Блэк остался прикрывать отход, сдерживая натиск солдат. Роберт и его подручные, поняв, что запахло жареным, попытались сбежать, но Сириус, не раздумывая, отправил им в спины по пуле. Предателей ждала только смерть. — Остин! Прикрой меня! — крикнул он, отстреливаясь от наступающих. Патроны кончались катастрофически быстро. Сириус рывком сменил магазин, чувствуя, как адреналин зашкаливает. В голове пульсировала только одна мысль: выжить. Защитить пацана. Добраться до Хогвартса. В коридоре Остин упал, сражённый пулей в голову. Сириус выругался сквозь зубы. Пришлось отступать. — Марлин! Ким! Как там?! — заорал он, параллельно отстреливаясь от наседавших федералов. В ответ — тишина. Сердце бешено заколотилось. Что-то случилось. Выйдя из-за угла, Сириус увидел кошмарную картину. Коридор был залит кровью. Тела Цикад валялись повсюду. Ким лежала у двери комнаты пацана, её руки судорожно сжимали автомат. Глаза были широко раскрыты, в них застыл ужас. — Ким! — закричал Сириус, подбегая к ней. Но было уже поздно. Она была мертва. В этот момент из-за угла выскочили два федерала. Сириус, не раздумывая, открыл огонь. Одного сразила очередь, второй успел укрыться за бетонной колонной. — Сдавайтесь, Блэк! — крикнул он, высунувшись из-за укрытия. — Все кончено! — Пошел на хуй! — ответил Сириус. Он вскинул пистолет, дважды выстрелив в военного, прячущегося за колонной. Тот рухнул, роняя оружие. Второй солдат попытался подняться, но Блэк, не теряя ни секунды, добил его метким выстрелом в голову. Тишина, оглушающая после пальбы, обрушилась на него. Сириус осторожно продвинулся по коридору, переступая через тела Цикад. Кровь хлюпала под ногами, воздух был пропитан запахом пороха. Он увидел Марлин, лежащую на полу со спиной, прислонённой к стене. Она стонала, прижимая руку к голове. — Марлин! — Сириус бросился к ней, опустился на колени. — Что с тобой? — Ухо… — прохрипела она, отнимая руку. На полу осталась багровая лужа. — Зацепило… Сириус осмотрел рану. Края рваные, кровь хлещет, вместо ушной раковины — дыра. Но, кажется, не смертельно. — Держись, — прорычал он, срывая с тела убитого кусок ткани. — Сейчас перевяжу. Он торопливо наложил тугую повязку, стараясь не причинять ей лишней боли. Марлин стиснула зубы, но не издала ни звука. — Где пацан? — спросил Сириус, поднимаясь на ноги и оглядываясь по сторонам. — В комнате, — ответила Марлин, указывая дрожащей рукой на дверь. — Ким успела закрыть… Со стороны лестницы послышались шаги и голоса, показавшиеся Сириусу до боли знакомыми. Марлин тихо сползла по стене, притворяясь мёртвой. А он вскинул пистолет и, притаившись за стеной, приготовился ждать. Сердце бешено колотилось в груди, заглушая шум крови в ушах.