Забудь

Нынешнее время. Седьмое августа. Кропотливо вышитый костюм идеально сел на плечи Столаса. Расческа и лак послушно сделали свое дело. Волосы в порядке. Перчатки. Где же он посеял перчатки? Нашлись! Столас радостно вскинул брови и слегка улыбнулся. Его любимая пара перчаток. Столько с ней связано, что не единожды счастливицу относили в ателье. Оставила их в наследство мама. Сама носила. Вышло так, подошли и ему. Вообще-то Столас решился померить сначала в шутку, но потом не смог расстаться. Такая приятная ткань и пошив. Что ж, ему пора торопиться к назначенному времени. Блиц все так же не знал куда они собираются идти. Сказали одеться по приличнее – оделся. Дырок нет, постирано. Нормальная же кофта. Все свои, чего выпендриваться? Натикало тринадцать часов. Блиц, на удивление, успел добежать до назначенного адреса. Осознание. Оглянулся, посмотрел на здание, зашел в карты, проклял их, посмотрел снова. В тот же момент подъехала чернющая, словно только что мытая машина. Из нее вальяжно вышел Столас и.. "Кто это? Че происходит? "– сказать, что он в замешательстве – значит ничего не сказать. Блиц не знал начинать ли ему шутить, убегать, плакать и искать мать? Мозг не знал куда и смотреть, а глаза прицепились к какому-то подозрительно знакомому и незнакомому объекту одновременно. – Добрый день, Блиц. Знакомься, это мой отец. Отец, это мой.. – он запнулся и сразу же продолжил, – хороший друг, с которым я обещал тебя познакомить. – Столас, я.. – что-то было хотел возразить Блиц, но Столас взглядом разъяснил – лучше помалкивать и смириться. Да и Блиц понимал, что от этого человека сам может отхватить. – Пройдемте, раз уж столик забронирован. – спокойно отрезал папаня и первым вошел в помещение, которое отдаленно напоминало церковь своими окрашенными в золото предметами интерьера. Ему тоже не шибко нравится это место, в чем-то они с Блицом солидарны безоговорочно. Отец Столаса представлял из себя еще более высокого "жирафа", чем сын. Одежда – строгая классика, лицо каменное, цвет глаз скрыт за красными линзами. Устрашающе. То ли ненавидеть за отношение к пташке, то ли потакать, чтобы не казнили. Помещение со столиками оказалось приятнее. Цветочки на подоконниках, подсветка, умеренная музыка, людей не много. Благодать. Папаня откашлялся. – Блиц, прошу извинения за неожиданную встречу. Меня побеспокоило то, что кто-то вроде тебя появляется в жизни Столаса и сразу же создает проблем. Не пойми меня неправильно, но не стоит ли вам сократить общение? – он веером расположил пальцы на столе. Взглянул в глаза, на прикид. – Ты ведь понимаешь какая роль принадлежит моему сыну. Фактически, он наследник компании. Не хотелось бы, чтобы его репутацию чернили. – тем временем виновник торжества сгорал со стыда и не знал куда себя деть. Вдруг он почувствовал себя снова беспомощной пятилеткой и это начало добивать еще больше. "Я ведь мог бы снова наплести ему что-то про болезнь, про то, что Блиц сейчас не в городе. Вытащите меня отсюда, черт возьми.." – губы стали покрываться ранками и портить вкус еды. – Но Столас же.. типа уже взрослый человек. Почему ему самому не решать с кем поддерживать общение, а с кем нет? – Блиц невольно изогнул бровь. – Я повторяю еще раз: от его окружения зависит репутация компании. Нам не прибыльно терять клиентов. – из-под его атласно-черной рубашки выглянул перевернутый крест из серебра. Лицо Блица чуть вытянулось, папаня почему-то сразу понял в чем дело. Оба поняли друг-друга без слов. – Вы чего? – вдруг отвлекся от еды Столас.

***

– Сразу сказал бы, что он человек хороший. – надевши пальто, отец улыбнулся впервые за год. – Я думал ты его душить ушел.. – Идите куда там собирались, мне на встречу пора. – взял и уехал, без возможности возразить. "Ненавижу, когда он так делает. Куда это мы собирались, позвольте спросить?." – Раз уж мы нашли окошко в твоем плотно забитом графике, то не стоит ли нам выжать из него максимум? – Блиц подошел со спины и положил руку ему на таз. – Я уже заказал такси. – Только не думай, что мое согласие равно прощению. К тому времени подъехала нужная машина алого оттенка. Они сели на задние сидения. – Знаешь что означает красная машина? – сказал шепотом Блиц и прищурил глаза. – Замолчи! – Столас вспыхнул, закрыл ему рот ладонью. – Не здесь. Тот поцеловал Столасу руку и он мигом отлетел на свое место. – Вам до куда? – терпеливо повторил уже ничему не удивляющийся таксист. Блиц с горем пополам выговорил адрес. А дальше молчаливые полчаса пути. Столько мыслей крутятся и не дают покоя. В окнах мелькают деревья, становится все меньше людей. Они подъезжают к окраине города. Куда там вообще можно пойти? В продуктовый или в лес. Там Столаса и расчленят. Представил и уже передернуло. Отправить геолокацию Вассаго что ли? А на кой черт? Отдыхает себе в тепличных условиях. Далеко. Столасу тоже стоило бы в отпуск, да все никак. – Приехали. Вылезайте! – осведомил их таксист. Оба пробудились из легкой дремы. Блиц тут же оживился и выскочил на улицу. Столас за ним в догонку. – Тадам! Погляди ка, это Степлер. – он радостно указал на белую лошадку уже приготовленную для поездки. – эта малышка была безымянной и мне позволили дать кличку. Пахло, к сожалению, совершенно не белоснежно. Другой человек уже свернулся бы в калачик и заплакал, потому как сил на бег не осталось. Странный контраст леса из детских сказок с затягивающей грязью. – Конюшня? Ахах, ты меня в этот раз и правда удивил. – Столс посмотрел на лошадку. – Кажется, я помню это имя. Степлер. Да, точно, ты давно еще говорил, что хочешь назвать так одну. "Он умеет быть сентиментальным. " – Я решил, что сегодня отличный день похвастаться умениями с уроков езды, заодно провести время с тобой. – Блиц гордо задрал голову. – Ладно-ладно. Хватит болтовни, молодые люди. Мне нужно провести инструктаж, так что внимательно слушайте. – их встретила тренерша лет тридцати. Кучерявые русые волосы и многочисленные веснушки сияли на ее лице. После формальностей Столасу помогли сесть в седло. Адреналин нахлынул на него так, как на экзамене по математике в школьные годы. Блицу это все только приносило больший восторг. И умиление. Давно мечтал о подобном свидании. "Он действительно выглядит так неловко. После всех потрясений надо будет попросить у него прощения, так? А когда я вообще последний раз просил прощения у кого-то?. " Ветер холодно подул, когда сгустившиеся тучи закрыли солнце. Столас поежился, выступили мурашки. – Не хочешь взять мою кофту? – забеспокоился Блиц. – Оу, только если тебе не будет некомфортно. – пришлось принять помощь, иначе закоченел бы. Стало тепло. Нос уже привык к запаху местной фауны. "Не могу на него долго злиться. Так старается.." – Так о чем вы говорили с отцом? – А, да он сатанизмом увлекается, как и я. Если так можно сказать..Поехали по вот этой аллее? – он качнул головой в нужную сторону и бережно направил лошадь.

***

И тут Блиц понял, что "это" вернулось. Вечер. Они разъехались по домам, а ощущение присутствия партнера все не покидает. Всякий голод и жажда исчезли, в голове только Столас. Столас, ебаный, Столас. Почему это вообще началось? Ради денег? Это был всего лишь предлог. Тело сжалось на покоцанном диване. "Просто не думай и все пройдет. Все пройдет. Обязательно. Как и всегда. " Но паника все нарастала по новой. "Ты же знаешь, отношения – гавно. Обычная клетка. Как религия. Что там божество, что там. Только одно может дать леща, а другое.. О чем я вообще думаю, блять? "