Город, где нельзя потеряться

Глава 45: Между строк — …и тогда этот тип, голый по пояс, бросается в окно второго этажа! — Джош захлёбывался от смеха, держа в руках свой бургер. Маркус выдал вялую улыбку, но больше ковырял картошку, чем ел. Бургер оставался почти нетронутым. — Ты меня вообще слушаешь, Маркус? — Ага… окно… голый. Я в теме, — пробормотал он и потёр подбородок. На самом деле, мысли были где угодно, но не на истории Джоша. Утренний свет, мягкий диван, тепло рядом. Руки. Голоса. И не один поцелуй, а два. Норт поцеловала его первой. Уверенно, будто это было самым логичным продолжением между ними. Как будто знала, чего хочет — и просто взяла. А потом… Саймон. Тот поцелуй был другим. Осторожным, почти боязливым. Но каким-то… глубже. Словно тот шаг стоил Саймону больше, чем все разговоры. Маркус закрыл глаза на миг, откидываясь на спинку стула. Чёрт. Это не просто "сблизились". Это было началом. Чего-то… настоящего? Сложного, но реального. — Ты чего такой кислый? — Джош прищурился, отложив обёртку. — У тебя на лице прямо написано "думал о поцелуях". Маркус чуть не подавился кофе. — Серьёзно? — сипло выдал он. — Серьёзно. — Джош ухмыльнулся. — Я же говорил — ты и Норт два сапога пара. Осталось только определиться, кто из вас левый. — Это не… — Маркус осёкся. — Не совсем так. — Ага. — Джош покачал головой. — Вы друг друга шпыняете, как влюблённые подростки. Кто кому пихал локтем по ребру, пока раны обрабатывали? Маркус опустил глаза, отложил кофе. Говорить ничего не хотелось. Не потому что не знал, что сказать. А потому что это касалось не только его. Норт. Саймон. Это уже не было просто "он и она". Это стало чем-то гораздо хрупким, требующим больше честности, чем он привык к себе допускать. Он поднёс руку к губам, словно ещё чувствовал тепло. Вечером… Он поговорит с ними. Со всеми. Он должен.

***

Глава 46: Всё по-настоящему Квартира встретила его тишиной, но не пустотой. С кухни доносился лёгкий запах травяного чая. Где-то дальше — приглушённые шаги, музыка, едва уловимая. Маркус тихо снял куртку и поставил ботинки к стене, словно боялся спугнуть хрупкое равновесие. Он не знал, с чего начать. И всё же — они знали, что он придёт. В гостиной Саймон сидел на полу, прислонившись к дивану, с чашкой в руках. Волосы чуть растрёпаны, лицо усталое, но мягкое. Норт — на диване, поджав ноги, в одной из своих бесформенных толстовок, тёмный взгляд — прямой, выжидающий. — Привет, — выдохнул Маркус. — Ты вовремя, — сказала Норт. — Мы как раз спорили, кто первый начнёт. Маркус слегка усмехнулся, прошёл к ним, присел на корточки рядом с Саймоном. — Я начну. Если вы не против. Они молча кивнули. Маркус посмотрел на свои руки. На Норт. На Саймона. И выдохнул. — Я не знаю, как… правильно. И боюсь, что испорчу всё, что у нас есть. Но я не могу больше делать вид, что не чувствую ничего. К тебе, Норт. И к тебе, Саймон. Молчание. Норт первая сломала его. — И что ты чувствуешь? Маркус поднял глаза. На Норт — в её взгляде не было злости, только опасение. На Саймона — он не отводил взгляда, только сжимал чашку чуть сильнее. — Привязанность. Заботу. Желание быть рядом. С тобой я — настоящий. Ты можешь укусить, и я всё равно останусь. — Он перевёл взгляд на Саймона. — А с тобой — мне спокойно. Ты лечишь что-то во мне, даже если сам не знаешь. И я… я хочу попробовать. — Троим? — тихо спросил Саймон. Голос дрожал, как нитка в пальцах. Маркус кивнул. — Только если вы тоже хотите. Без давления. Я не хочу делать больно никому из вас. Ни тебе, ни Норт. Норт опустила голову, потом встала и подошла ближе. Положила руку ему на плечо. — Я думала, ты ещё долго будешь юлить. — Слишком долго, — добавил Саймон, вставая рядом. Маркус встал тоже. Сердце билось, будто после погони. — Так…? Норт пожала плечами. — Если уж и падать, то всем вместе. Саймон улыбнулся — немного испуганно, но с надеждой. — Только честно. Всегда. Только так. Маркус протянул к ним руки. И они сделали шаг вперёд.

***

Глава 47: Утро после Свет едва пробивался сквозь занавески. Он ложился мягкими полосами на одеяло, на обнажённые плечи, на спутанные волосы. Маркус проснулся первым. Он не сразу понял, где находится. Не сразу понял — как. Но тепло под боками, тяжесть чужих тел, ощущение разомкнутой кожи — всё это вернуло его в реальность быстрее будильника. Норт лежала на животе, одна рука под подушкой, вторая — на его груди. На шее и ключицах — фиолетовые отметины, следы от его губ и зубов. Она дышала глубоко, уверенно, как будто спала спокойно впервые за долгое время. С другой стороны — Саймон. Полностью обнажённый, простыня сбилась к поясу, обнажая тонкую линию позвоночника и след от ногтей на боку. Его волосы взъерошены, лицо расслаблено, дыхание — едва слышно. Маркус медленно повернул голову и просто смотрел. Смотрел, как Саймон немного подрагивает во сне, как его грудная клетка поднимается и опускается. Воспоминания ночи били в виски — мягко, но неумолимо. Губы, стоны, руки, их голоса, их тела, как будто наконец-то они сложились в единое целое. Как будто весь этот путь — с колкостями, с недосказанностями, с болью — был ради этой ночи. Он провёл пальцами по плечу Норт, едва касаясь. Она что-то пробормотала и сильнее прижалась к нему. Сердце у Маркуса стучало ровно. Не было паники. Не было вины. Только удивительная ясность: всё, что он боялся испортить — оказалось сильнее страха. Сильнее их. Он хотел остаться так навсегда. Но через пару часов снова надо было в участок, а Саймону — на вызовы. Реальность — она всегда ждёт. Но сейчас — можно ещё немного. Он склонился, поцеловал висок Норт, потом наклонился к Саймону и легко коснулся его плеча губами. — Доброе утро, — прошептал, не надеясь на ответ. Саймон пошевелился, открыл глаза, сонные и тёплые. — Оно действительно доброе, — пробормотал он и, не открывая до конца глаз, потянулся, положив ладонь на живот Маркуса. Сзади Норт лениво зашевелилась. — У кого есть кофе, тот и победил. Маркус рассмеялся. — Будет. Я первый встал — я и готовлю. — Только без овсянки, — проворчала Норт. — И без брокколи, — добавил Саймон, смеясь в подушку. Маркус выскользнул из-под простыни и, взглянув на них ещё раз, понял — это не ошибка. Это не что-то случайное. Это — их.

***

Глава 48: После Тишина. Плотная, обволакивающая, почти живая. Норт лежала одна, распластавшись поперёк кровати. Простыня спуталась вокруг ног, на подушке остался лёгкий запах — кожаного лосьона Маркуса, мяты от зубной пасты Саймона. Она не хотела шевелиться. Не хотела дышать громко. Хотела замереть в этом ощущении: как будто всё целое, всё живое, всё — настоящее. Солнце било по стене, золотыми пятнами перекатывалось по полу. Она лениво протянула руку к пустой стороне кровати. Тепло уже ушло. Они встали раньше. Сначала Маркус — всегда по распорядку. Потом Саймон — тихо, на цыпочках. Она услышала, как он шепнул что-то Маркусу на кухне, и как оба рассмеялись. Эти звуки — как воспоминание о доме, которого у неё никогда не было. Только здесь, только сейчас — она узнала, как это. Норт натянула футболку — чужую, слишком широкую. Саймона, кажется. Она всегда лучше пахла, чем её собственные. На кухне кружка ещё тёплая. Кто-то поставил её подогреться на кофемашину, как будто знал, что она проснётся позже. Она села на табурет, закутав ноги, и наконец позволила себе выдохнуть. И что теперь? Она не умела в «после». После поцелуев. После откровенности. После ночи, где она впустила обоих. Впервые не боролась, не играла, не отталкивала. Слишком легко было быть с ними. Слишком страшно — что они поймут, что она не так уж и нужна. Что между ними — сильнее, проще, понятнее. Она ведь видела. Как Маркус смотрит на Саймона, когда думает, что никто не видит. И как Саймон улавливает его взгляд и прячется за улыбкой. Всё было на виду. И она… между ними. Или вместе? Она не знала. Пока нет. Но знала одно — это не просто ночь. Не просто импульс. Это было… важно. Для всех троих. Телефон завибрировал. Маркус написал: «Держи кровать в тепле, я вернусь к ужину.» Саймон просто прислал фото — смешную рожицу на селфи с больничного коридора и подпись: «Скучаю уже». Норт улыбнулась. Почти невольно. И пусть она не знала, как всё будет. Но сегодня утром — она не чувствовала себя одинокой. Наконец-то — нет.

***

Глава 49: Слова, которые нелегко сказать Маркус вытер пот со лба, когда они вернулись в участок. Патруль выдался обычным — пара вызовов, ничего серьёзного, но жара и постоянная беготня выбивали силы. Он кивнул Норт, и они молча прошли к раздевалке. Оба были в уставшем, но спокойном молчании — том самом, что появляется между людьми, которым не надо больше доказывать, что они друг другу не чужие. Он снял кобуру, бросил взгляд через плечо. Норт сидела на скамейке, потягивая воду из бутылки, волосы чуть влажные у висков, щеки порозовели. Ему нужно было заговорить. Сейчас. Пока еще есть момент. — Слушай, — начал он, присаживаясь рядом. — Нам надо обсудить одну вещь. Она чуть приподняла бровь, полуулыбнулась. — Уже страшно. — Я серьёзно. — Он потер лицо ладонью. — Мы с тобой… и Саймон. Это… работает. Как бы странно это ни звучало. — Согласна, — коротко ответила Норт, глядя перед собой. — Странно. Но работает. Маркус выдохнул. — Я просто… думаю, надо ли кому-то говорить. На работе. Джош, он, конечно, догадался давно. Но начальство… остальные. Тут же люди вечно ищут, за что уцепиться. Норт задумалась. — Ты боишься, что они узнают, и начнут шептаться? — Не только. — Маркус понизил голос. — С нами ведь не просто отношения. Это трое. И не все поймут. Особенно если речь зайдёт о Саймоне. Я не хочу, чтобы кто-то… начал на него давить. Или издеваться. Он и так слишком много держит в себе. Она помолчала. — Ты боишься за него? — Да, — честно сказал он. — И за тебя. И за себя, если уж быть до конца откровенным. Норт кивнула. — Я тоже. Но, Маркус… если мы всё это прячем, если начинаем врать… оно быстро сломается. Станет чем-то, что надо прятать. Она повернулась к нему. — А я не хочу больше прятать то, что важно. — Тогда… как быть? — он посмотрел на неё с какой-то странной надеждой. — Как объяснить людям, что ты и я — вместе. И Саймон — тоже часть этого? — Мы не обязаны объяснять. Просто жить, как есть. Быть осторожными. Но не лгать. Она коснулась его плеча. — И если кто-то решит, что это проблема — ну… им с этим жить. Маркус усмехнулся. — Чёрт, ты звучишь так, будто уже прошла через такую войну, что этот «любовный фронт» — просто прогулка. Норт хмыкнула. — В каком-то смысле — да. Пауза. — И знаешь… если кто и выдержит всё это, то мы трое. Он смотрел на неё с теплом и уважением. И в этот момент понял: она права. И если они будут идти вместе — им не страшны шепотки, взгляды и косые разговоры.

***

Глава 50: "Увидимся на работе" В баре было шумно, но уютно. Джош сидел напротив Маркуса и Норт, с пивом в руке и слабым, но теплым чувством удовлетворения — он соскучился по вечерам, где не надо быть на стороже. Просто люди, просто разговор. — Ладно, — сказал он, прищурившись. — Вы двое наконец-то официально, да? Маркус застыл с бокалом на полпути ко рту. Норт сдержала усмешку. — С чего ты взял? Джош лениво поднял бровь. — Ну… засосы у тебя, царапины у него. Плюс ты, Маркус, впервые за месяц не выглядишь, как будто тебя кто-то облил кофе и заставил жить с этим. Он сделал глоток и покачал головой. — Я не тупой. Они переглянулись. Потом Норт кивнула. — Да. Мы вместе. — Рад за вас, — сказал Джош без пафоса. — Правда. Вы как два сапога пара. Один немного более мрачный, другой колючий, но всё равно пара. Маркус усмехнулся. — А ещё… есть кое-что, что ты должен знать. Джош заметил, как его взгляд стал более напряжённым. Он чуть подался вперёд. — Это… про Саймона? Они снова переглянулись, и в этот раз Норт говорила тише. — Он тоже с нами. Это… сложно. Не для всех. Но для нас — работает. Джош не сразу понял, что она имеет в виду. Он посмотрел на них, потом на свою кружку, потом снова на них. — То есть… вы трое? — Да, — сказал Маркус просто. Тишина. Джош не знал, что сказать. У него внутри начался настоящий шторм: недоумение, неловкость, а потом — какое-то отдалённое чувство предательства, хотя он сам не мог понять, почему. Он встал. — Джош… — начала Норт. — Нет, всё нормально, — быстро сказал он. — Просто… Он провёл рукой по затылку. — Просто не ожидал. И мне нужно… немного подумать. Он развернулся, выдохнул через нос. — Увидимся на работе. Он вышел на улицу, в прохладный ночной воздух. И только тогда понял, насколько сбит с толку. Он знал, что Норт и Маркус тянутся друг к другу — это было очевидно. Но то, что Саймон тоже часть этого? Часть чего вообще? — раздражённо подумал он. Он не был против — не в том смысле. Пусть делают, что хотят. Но они были его друзьями. И вдруг… они стали чем-то другим. Чужим. Сложным. Он знал Саймона как доброго, тихого парня, который всё держал в себе. И вот теперь — он с ними? Джош остановился под уличным фонарем. Может, я просто ревную. К тому, что остался в стороне. К тому, что они трое нашли то, что он даже представить себе не мог. Надо переварить. Просто… переварить. Он вздохнул и пошёл дальше, в темноту.

***

Глава 51: "Пауза в разговоре" Джош ушел, так быстро, как и пришел. Его слова зависли в воздухе, оставив после себя странное чувство, которое они не сразу смогли переварить. Норт задумчиво поглядывала в сторону двери, где только что исчез Джош. — Ну, вроде неплохо, — сказала она, пожав плечами. — Но я не уверена, что он понял до конца, что мы ему говорили. Маркус тихо выдохнул и откинулся на спинку стула. — Да. Наверное, мы переоценили его восприятие. Но он не из тех, кто судит, верно? Норт кивнула, но ее взгляд не уходил от того места, где исчез Джош. Она всё ещё переживала, что его реакция могла быть слишком резкой. — Он не такой, как большинство, — продолжила она, стараясь не задеть Маркуса в своем анализе. — Но всё равно... Это не маленький шаг для него. — Это не маленький шаг для нас, — заметил Маркус с короткой усмешкой. Его лицо было напряжено, но в его глазах всё равно светился тот знакомый огонь — смесь сарказма и размышлений. — Мы вообще не ожидали, что Джош будет этим всем так шокирован. И мы с тобой сами не до конца знаем, как вообще к этому подойти. Норт наклонила голову и взглядела его через плечо. — Неужели ты думаешь, что мы с ним что-то из-за этого потеряем? Я, честно, даже не уверена, что Джош увидит что-то настолько странное в том, что мы... ну, нашли друг друга. — И всё-таки, ты же сама слышала, как он уходил, — сказал Маркус, его голос был чуть более серьёзным. — Он просто не знал, как с этим быть. И я тоже. Норт подтолкнула его бокалом с пивом, он сделал глоток и слегка приподнял брови. — Ладно, но нам, правда, нужно разбираться. Джош сейчас, возможно, ошарашен, но ты что, думаешь, мы будем прятаться от него? Нет. Мы покажем ему, что это нормально. Мы трое, и пусть кто-то попробует сказать, что это не так. Маркус молчал какое-то время, его взгляд становился всё более задумчивым. Он говорил не слишком много, но внутри его разум бурлил, как никогда прежде. Всё это — его жизнь с Норт и Саймоном — как нечто совершенно новое. И что бы они ни пережили, они не могли заставить этот мир поверить, что они в праве быть такими, какими они есть. Сделав глоток пива, он посмотрел на Норт. — Ты права. Пусть всё будет так. Мы не можем позволить, чтобы чужие мнения диктовали наши решения. Это наш выбор. Норт улыбнулась, но в её глазах проскользнуло нечто ещё — она была готова бороться за их счастье, за их странные отношения, которые никто не мог понять, кроме них троих. — Мы не враги друг другу, — сказала она. — Мы команда. Маркус кивнул. — Да. С командой не так страшно идти в бой. Они сидели в тишине, но между ними был новый уровень понимания. Ожидание. Что бы ни случилось дальше, они не были одни.

***

Глава 52: "Тёмные раздумья Джоша" Джош стоял у своего стола в участке, бросая взгляды на Норт и Маркуса, которые обсуждали что-то рядом. Он видел, как они были близки, как не пытались скрывать свои отношения, их лёгкие прикосновения и взгляды, полные того, чего не требовало слов. Их связь становилась всё более очевидной, и он не мог не заметить, как сильно они изменились, даже за этот короткий промежуток времени. Его мысли были запутаны. Он помнил, как ночью читал о полиаморных отношениях. Полиамория. Это слово всё ещё звучало странно в его голове, не то чтобы он не знал, что оно значит, но он не был уверен, что это подходило для его жизни. Однако всё, что происходило между Норт, Маркусом и Саймоном, было новым и не таким, как он привык. Он видел, как Маркус поднимал брови, разговаривая с Норт, и как она ему отвечала, а между ними были такие недосказанные моменты. Он чувствовал себя как сторонний наблюдатель в их мире, пытаясь понять, как всё это работает, и что будет дальше. Джош откашлялся, отвлекаясь от мыслей. Его рука сжала ручку на столе, пока он пытался собрать свои мысли. Он не мог понять, почему чувствовал себя так неловко. Почему это всё не выходило из его головы. Он не хотел осуждать их. Он хотел понять. Но он не знал, как к этому подойти. После ночного чтения, когда он пытался разобраться в этом, его мысли, казалось, всё больше путались. Он понимал, что это было не так просто, как просто принять что-то и двигаться дальше. Это касалось его друзей, и его чувства были более сложными, чем просто «быть за» или «быть против». Какой у него выбор? Быть с ними, или отстраниться? Его взгляд снова остановился на Норт и Маркусе. Они не скрывали свои отношения, не притворялись. Но Джош не знал, что делать со своими собственными мыслями. Он искренне переживал за них — за Норт, которая всегда была сильной, но теперь, казалось, оставалась уязвимой в этом новом мире, а Маркус... он был всё таким же решительным, как и раньше, но теперь он стал частью чего-то намного более сложного. "Что мне делать?" — думал Джош, глядя на их близость. Он знал, что должен поговорить с ними, но не был уверен, что у него хватит слов, чтобы правильно выразить свои чувства и найти ответы на вопросы, которые теперь стояли перед ним. Но в какой-то момент его мысли были прерваны. Джош посмотрел на Маркуса и Норт, которые обменялись каким-то быстрым взглядом. Он увидел, как Норт улыбнулась ему, и это был тот момент, когда он понял, что она и Маркус, возможно, не осознавали всего того, что происходило в его голове. Они просто были собой, и им было хорошо. Он сглотнул комок в горле. Нужно было время. Но он не мог избежать этого разговора. Нужно было разобраться, что он чувствует и что делать дальше. "Не торопись", — сказал себе Джош. — "Ты ведь всё поймешь. Просто не будь прежним, когда подойдешь к ним". Он оглянулся, решив, что нужно переждать и разобраться в своих мыслях. И может быть, позже, в подходящий момент, поговорить с ними.