Без права на любовь

Люциус ошибся. Гермиона попала в Гриффиндор, в то время как Драко, очень даже свойственно своей семье, пополнил ряды Слизерина. Наверное, с тех самых пор их общение встало под большую угрозу. Хоть они и не раз обсуждали, что никакое разделение по факультетам на них не повлияет и они останутся семьей, именно такой расклад много чего поменял. Гермиона не сразу, но подружилась с двумя мальчишками со своего факультета, которые были ещё теми любителями найти приключения, но с ними было достаточно легко и весело. Разлад начался с того, что компания Гермионы из всей школы возненавидела именно Малфоя. Он, если быть честным, давал на то более чем достаточно поводов, ведя себя не так, как ожидала Гермиона. Поначалу они не ссорились, но общение стало сходить на нет, возобновляясь нормально только на каникулах, проводимых дома. Хотя с каждым новым наступлением каникул, Гермиона всё больше чувствовала, как Драко становится ей чужим человеком, хоть и виду не подавала. Учеба стала для неё всем. Она обожала школу всем сердцем, и каждые каникулы мечтала поскорее вернуться туда, всё свободное время проводя за изучением дальнейшей программы. Став постарше, Драко проводил каникулы гостя у друзей или приглашая их к себе, из-за чего Гермиона ещё реже начала выходить из комнаты и библиотеки. Летом перед четвертым курсом, в один из дней когда Драко играл в квиддич во дворе с толпой слизеринцев, Гермиона подгадала момент, чтобы спуститься на обед, не заставая там их всех, и была приятно удивлена, когда услышала голоса из столовой, принадлежащие матери и тете Белле. — И ты думаешь согласиться? — задала вопрос Нарцисса, когда Гермиона подошла к столу. Беллатрикс пожала плечами. — О, проходи, Гермиона, — заметила её мать, — обед как раз готов, пойду позову Драко с друзьями, — Нарцисса удалилась, оставляя их наедине с Беллой. Гермиона вздохнула, понимая, что её обед без слизеринцев провалился. Но этот факт перекрыл заинтересованный взгляд Беллатрикс. — Белла? — Гермиона заняла место напротив, наливая себе тыквенный сок со льдом. — Мы тут как раз обсуждали с твоей мамой кое-что, — протянула Беллатрикс, чем ещё больше заинтриговала Гермиону. Девушка вдруг почувствовала необъяснимое волнение, от нахождения с тетей наедине и не сразу подняла глаза на неё. — Если ты помнишь, то я хотела закончить несколько крупных дел в Отделе Тайн и уйти оттуда после смерти Руди. И нет, я не передумала, просто это заняло сильно больше времени, чем предполагалось, и наконец, сейчас подошло к концу. Гермиона затаила дыхание. Беллатрикс крайне редко рассказывала о своих планах, а потому, момент стал вдвойне волнующим. — Я закончила всё, что должна была и могу спокойно уйти из невыразимцев, куда-нибудь в более спокойное место. Мне кажется, я уже слишком стара для всего этого. Гермиона приподняла брови. Что-что, а слово старость никак не вязалось у неё в голове с идеально выглядящей Беллатрикс. — Ты думала насчёт мракоборца, — продолжила разговор Гермиона. — Да, и сейчас думаю. Там Рабастан и множество моих знакомых, неплохой коллектив, плюс работа всегда вызывала у меня интерес. — Неужели мракоборцев можно назвать спокойной профессией? — Относительно невыразимцев — да. Я была уверена, что уйду туда и уже даже обсудила это с Кингсли и с Фаджем. Но, на последнем таком собрании случилось то, что заставило меня задуматься. — Белла, ты специально тянешь интригу, да? Темноволосая волшебница усмехнулась. — Там был Дамблдор. Он пришел к Фаджу и застал тот момент, когда я сказала о смене рода деятельности… хм. В общем-то, он предложил мне место профессора в Хогвартсе. — Что?! — Гермиона аж подпрыгнула со своего места, от резко переполнивших её эмоций, немного покраснела и села обратно. — Какое место? И что ты думаешь по этому поводу? Беллатрикс явно позабавила столь бурная реакция. — Говорят, Снейп разболтал всей школе, что Люпин — оборотень. По правде говоря, я узнала об этом ещё от заплаканной Доры, пришедшей к нам весной. Римус не захотел подставлять Дамблдора под удар и отказался от своей должности в конце года. И теперь вакансия преподавателя защиты от темных искусств открыта. — Что… Мерлин, Люпин был шикарным преподавателем, если быть честной. Но после гнусного поступка Снейпа это было ожидаемо. Так и что ты думаешь по этому поводу? — Пока не знаю. А ты что думаешь, насчёт профессора Блэк? — игриво улыбнулась она девушке. Сейчас это стало редкостью. С момента смерти Рудольфуса от Беллатрикс, которую Гермиона помнила всё своё детство не осталось и следа. Она стала мрачной и ещё более язвительной, разговаривала на сплошном сарказме и без устали всем грубила. А потому, учитывая такую реакцию, эта идея нравилась и ей самой. — Это было бы… потрясающе, — попыталась Гермиона подобрать подходящее слово. Новость была настолько шокирующей, что улыбка не хотела сползать с её лица. — Нет, правда, мне даже не верится. Я безумно люблю Хогвартс, просто обожаю, а если там будешь ещё и ты… Ох, я бы вообще не уезжала оттуда, даже на лето. — Тебе настолько не нравится тут? — наклонила голову Беллатрикс, изучая девушку, что так быстро выросла, практически на её глазах. — Мне настолько нравится в Хогвартсе, — избежала неприятного ответа Гермиона. Как раз в этот момент в столовую вошла Нарцисса, а за ней, словно гусята на прогулке, Драко, Панси, Блейз и Теодор. Панси, увидев Беллатрикс, мгновенно поменялась в лице. Противное презрение сменилось вежливой улыбкой, а глаза стали хлопать неестественно невинно. — Добрый день, мисс Блэк, — пролепетала она, садясь за стол рядом с Беллатрикс и напротив Гермионы. Блэк лишь кивнула ей. Гермиона не могла привыкнуть к двум вещам. К тому, что Беллатрикс сменила фамилию после гибели мужа и к тому, что Панси Паркинсон, в её присутствии становиться идеальной, просто шелковой девушкой, а не той коровой, что является на самом деле. Сели обедать. Редкие разговоры в основном исходили от мальчиков, говорящих, конечно же о квиддиче, и иногда от Панси, всеми силами пытающейся завязать разговор с Беллатрикс. Гермиону дико раздражал этот факт. — Этой зимой мы с родителями были на потрясающем курорте Шамони во Франции. Атмосфера потрясающая, вы были там? — Может, это было давно, но ничего потрясающего там точно не было. Неоправданный ажиотаж вокруг весьма скудного курорта. Мой муж называл его Куршевелем для бедных. Сейчас мне запрещено покидать страну из-за работы, но как только я смогу это сделать, Шамони будет стоять в списке одним из последних мест. Гермионе понравилось, что Беллатрикс, во-первых, не поддержала понты Паркинсон, так красиво поставив её на место, а, во-вторых, она сделала акцент на слове муж, хотя почти всегда в разговорах с другими называла его бывшим мужем. — Мисс Блэк, — начала было Паркинсон, но теперь не выдержала уже Гермиона, перебив её. — Белла, — намеренно выделила она обращение, — передай пожалуйста соль. Когда рука Блэк небрежно протянула Гермионе солонку, девушка поймала на себе всё тот же игривый взгляд, замерев на секунду, прежде чем забрать из пальцев женщины переданный предмет. Гермиона закончила обед первой и поблагодарив Нарциссу, направилась в вестибюль, где её вскоре окликнул знакомый голос. — Грейнджер, ты опять собираешься просидеть в своей комнате весь день? Гермиона повернулась, уже стоя на лестнице. — Да. По-моему, отличный день для этого. — А по-моему, твой организм скоро попрощается со здоровьем с таким образом жизни. Пошли подышим воздухом. — О, нет, они сейчас вернутся туда играть в квиддич. Не хочу снова их слушать, да и видеть тоже. — Мы можем уйти дальше от них. — В лес? — скептично посмотрела Гермиона на женщину, спускаясь со ступеней. Ведь вокруг Мэнора рос огромный лес, и ничего кроме леса. — Ммм, — протянула Белла, — нет. Есть идея получше. — Она снова вернулась в столовую и Гермиона из любопытства последовала за ней. — Цисси, я заберу одного из твоих детей на небольшую прогулку, пока она не стала зомби от заточения в своей комнате? Нарцисса оглядела обеих и одобрительно кивнула. Прежде чем снова покинуть столовую Гермиона не могла не заметить на себе откровенно завистливый взгляд Паркинсон. — Как насчёт трансгрессии? — протянула руку Беллатрикс, — не хочу пачкаться в саже. Гермиона кивнула, и взяла женщину за руку, почувствовав странное покалывание в руке ещё до того, как воронка пространства засосала их, через мгновение переместив на сотни миль. Трансгрессия с Беллатрикс всегда была самой мягкой и приятной, если это слово вообще можно применить к перемещению в пространстве. Твердо стоя на земле, Гермиона не сразу поняла, что находится в саду поместья Лестрейнджей, и оглядываясь по сторонам, неосознанно продолжала держать Беллатрикс за руку. — Знаешь, мы всё ещё на закрытой территории. И если ты отпустишь меня, тебя тут никто не съест, — как бы невзначай заметила Блэк. — Ой, — покраснела Гермиона, тут же размыкая пальцы, которыми буквально вцепилась в руку Беллатрикс. — Прости. Блэк оглядела реакцию девушки всё с тем же интересом, и затем прошла дальше в сад, скрываясь от солнца в тени деревьев. Приятная прохлада в летний день окутала их обеих, когда они продолжили путь по мощеной дорожке. — И что это было? — спросила Блэк. — Ты о чем? — не поняла Гермиона. — Об обеде. — А что там было? Меня просто бесит Паркинсон. — Почему? — С каких пор ты такая любопытная? — чуть было не закатила глаза Гермиона. — Наверное с тех самых как однокурсницы моей племянницы строят мне глазки, а она очень ревностно к этому относится, — усмехнулась Блэк. — Бред какой, — сложила Гермиона руки на груди, стараясь скрыть излишнее волнение, которое уже какой раз появлялось при разговоре с Беллой, — меня просто бесит, что она ведет себя так примерно при тебе, вся такая, — скривила лицо Гермиона, — леди, — выдавила из себя она, — хлопает глазками, мило улыбается. А по факту она просто корова. Чего ты смеешься? — с раздражением спросила Гермиона. — Теперь это ещё больше похоже на ревность. Расслабься, я вижу её насквозь. — Я и не думала напрягаться, — попыталась отмахнуться Гермиона. — Поэтому ты дважды просила у меня соль, и столько же раз воды. — Ты слишком высокого мнения о себе, — Гермиона уже было села на лавочку, как Блэк покачала головой. — А ну вставай. Или я вернусь за Паркинсон, она более подвижная, чем ты. Гермиона возмущенно фыркнула, однако с лавочки поднялась. — В чем смысл ходить туда сюда? — В движении. У тебя мышцы атрофируются за ненадобностью с тем сколько ты сидишь за книгами. — Но ты ведь тоже была такой. Мама говорила, тебя было не оторвать от учебников. — Да, не оторвать. Ничем кроме квиддича, выходов в Хогсмид, прогулок на свежем воздухе у озера или в горах, или просто предложения пошататься где-нибудь с Лестрейнджами по замку. Всего-то, — хмыкнула она. — Тебе надо больше времени проводить на воздухе, выглядишь как оборотень после месяца полнолуний подряд. — Ты, вообще-то, бледнее меня. — Да, только это цвет кожи, а я говорю обо всём остальном. — Ты позвала меня чтобы критиковать? Лучше скажи, ты согласишься на предложение Дамблдора? Блэк приподняла бровь на такую формулировку вопроса. — Руки и сердца, думаю, нет. А так… всё может быть. Будешь заходить ко мне по вечерам?