Вкус Яда

Институт дышал во тьме. Его коридоры — словно капилляры, по которым текла застывшая магия. В восточном крыле, в двух отдельных комнатах, два мага не могли заснуть. Гермиона лежала на спине, уставившись в потолок. Плед сполз на пол, подушка казалась слишком жёсткой. Или слишком мягкой. Всё было не так. Особенно — внутри. Он видел. Он всё видел. И я — тоже. Его боль. Его руки. Этот взгляд. Эта дрожь... Чёрт, хватит. Она перевернулась на живот, уткнулась лбом в матрас. Это была просто магия. Сбой. Слияние. Эмоциональный шрам, случайный обмен. И всё. И всё? Сквозь тонкие стены послышался шорох. Слабый скрип. Может, кресло. Может, он прошёл босиком. Может — подошёл к двери. Или… к её стене? Нет. Он не… он не посмеет. Сердце стучало в горле. В соседней комнате Драко сидел в полутьме. Рубашка была расстёгнута. Он не замечал, как теребит воротник, как проводит пальцем по шраму на ключице. Он чувствовал её. По ту сторону стены. Её дыхание. Её мысли. Её упрямую тишину. Она думает, что может отгородиться. Что может закрыться. Но я видел больше, чем видел кто-либо. И, Мерлин, почему это возбуждает меня больше, чем любой поцелуй? Он поднялся. Прошёлся. Вернулся. Подошёл к стене. К той самой, за которой — она. Прислонился лбом. Только на миг. Почувствовал едва уловимый толчок. Как будто… она тоже двигалась. — Не сейчас, Грейнджер, — прошептал он. — Но однажды ты сама откроешь эту дверь. Или я сломаю её. Гермиона резко села. Магия под кожей вспыхнула. Что это было? Я... я слышала… Она коснулась стены пальцами. Холодная. Каменная. Но… пульсирующая. И — обжигающе тёплая в том месте, где стоял он. Ты больной, Малфой. И, кажется, я — тоже.

***

Утро в Институте наступило неохотно — как будто здание тоже не хотело просыпаться. Магические окна приглушённо светились серебром. В коридорах висел сырой аромат ночной магии: дымка, ладан, камень. Гермиона сидела на краю кровати, босая, в тишине. Сон так и не пришёл. Вместо этого пришли ощущения: его дыхание — за стеной. Его голос — эхом в голове. Его прикосновение — только воображаемое, но не менее жгучее. Ты сама велела ему держаться подальше. Так почему твои руки всё ещё дрожат? Она поднялась, налила себе воды из зачарованного кувшина — и выпила всё, не замечая, как прохладная струя течёт по шее. Пальцы едва заметно дрожали. Одежда — серая мантия, рабочая. Волосы — в строгий пучок. Лицо — почти невозмутимое. Почти. Сегодня — работа. Только работа. Она вышла в коридор — и почти столкнулась с Полумной Лавгуд. Полумна, в своей фирменной мантии цвета сирени со стрекозами, как будто только что сошла с обложки волшебного ботанического журнала. Она жила неподалёку, в крыле для сотрудников, и появлялась в Институте ещё до официального утра. Работала в секторе магических эмпатий и восстановительных структур, изучала влияние психоэмоционального фона на стабильность колдовства. — Как спалось? — спросила она, улыбаясь своей мечтательной улыбкой. — Замечательно, если не считать клаустрофобии, проклятых стен и... шума, — отрезала Гермиона. Голос был чуть резче, чем она рассчитывала. — О, стены здесь шепчут, — мягко сказала Полумна. — Особенно тем, кто не умеет молчать внутри. Гермиона на секунду прикрыла глаза. Спасибо, Полумна. Как всегда — слишком точно.

***

Конференц-зал Института находился в южном крыле, в помещении с высоченными сводами и окнами, выходящими в никуда — туда, где магия формировала «иллюзорный сад» с мерцающими деревьями. Потолок был аркообразным, инкрустирован заклинаниями с приглушённым светом. А воздух пах бумагой, рунной пылью и чаем. Всё казалось мирным. Слишком мирным, после ночи. Гермиона вошла одна из первых. На столе уже лежали протоколы, перевязанные золотыми нитями — символ защищённых материалов. Несколько алхимиков спорили у голографической доски, один из техников возился с магическим прибором, похожим на стеклянную спираль, пульсирующую при приближении. Справа у окна стояла Полумна — безмятежная, с чашкой чего-то дымящегося фиолетового. Она кивнула Гермионе и снова уставилась в светящиеся ветви «дерева». Через минуту дверь мягко отворилась — вошёл Малфой. На нём была тёмно-зелёная рубашка и чёрные, почти небрежно накинутые мантии. Волосы собраны назад, как будто ему было всё равно, но каждый завиток лежал на своём месте. Он не смотрел на Гермиону. Совсем. Но это безразличие было почти… демонстративным. — Сегодня вы работаете в парах, — объявил ведущий аналитик. — Грейнджер, Малфой, вы начинаете фазу синхронизации потоков на контрольных символах. Конечно. Кто же ещё. Гермиона подошла к столу, где уже были разложены схемы магических волн, ноты, знаки. Её рука потянулась к свитку. Бумага была тёплая. Слишком. Она перевернула лист — и замерла. На внутренней стороне, чуть выше сгиба, вспыхнуло магическое клеймо. Инициалами. Почти неразличимыми, но знакомыми до боли. L.M. Сердце ударило один раз. Громко. Как будто бумага закричала ей в лицо. Она быстро загнула край, скрыв метку, и прижала документы к себе. Люциус Малфой. Его подпись. Его магия. В проекте, где работает Драко. Почему? Дыхание стало коротким. — Мне нужно выйти. На минуту, — бросила она, не поднимая глаз. — Грейнджер, — лениво отозвался Малфой, даже не глядя на неё. — Неужели уже сбегаешь? — Следи за собой, Малфой, — прошипела она, оборачиваясь. — Мы всё ещё слышим твои ночи. Он медленно поднял глаза. И улыбнулся. Беззвучно. — Если ты слышала… значит, хотела.

***

Коридор встретил её прохладой. Магия стен вибрировала где-то под кожей, словно реагируя на её пульс. Гермиона остановилась у каменного проёма, крепко прижимая к себе папку. Бумаги внутри будто пульсировали. L.M. — метка не исчезала из памяти. Люциус Малфой. Что ты здесь делал? Что это значит? Она вглядывалась в камень напротив, как будто там мог появиться ответ. В голове — вихрь. Всё слишком быстро, слишком много. Но она сделала вдох. Глубокий. Спокойный. Контроль. После обеда — архив. Всё узнаю. Сейчас — работа. Она вернулась в конференц-зал через несколько минут. Малфой даже не обернулся — продолжал изучать артефактный контур. Остальные лишь кивнули. Рабочий процесс возобновился: магические цепи, синхронизация потоков, фиксация результата. Голос аналитика вдалеке звучал глухо, как будто из другого мира. — …стабилизировать левый ряд… — Грейнджер, вы берёте центральную линию… — Малфой, подстрахуйте. Они работали молча. Рука к руке. Почти касаясь. Ни одного взгляда. Ни одной реплики. Когда последняя линия активировалась и магия вспыхнула на столе ровным светом — Гермиона отступила назад. — Результат получен, — сказала она. — Можете фиксировать. И, не дожидаясь ни комментариев, ни благодарности — развернулась и вышла.

***

Институтский архив находился в подземном крыле — глубже даже, чем залы хранения нестабильных артефактов. Дверь сюда открывалась только по специальному доступу — и только тем, кого здание «признавало». Когда Гермиона коснулась ладонью круглого кристалла на двери, тот вспыхнул мягким янтарным светом. Секунда — и перед ней распахнулся полукруглый портал, ведущий в магическую тишину. Помещение встретило её пылью старых пергаментов, прохладой заклинаний и звоном заклятий, впаянных в воздух. Сводчатый потолок уходил в темноту. Стены из чёрного камня были инкрустированы зеркальными плитами — защитой от посторонних взглядов и вторжений. Гермиона шла вдоль бесконечных стеллажей, водя пальцами по этикеткам. Проект «Реставрация». Проект «Слияние». Архив подписей. Контракты. Вот оно. Она потянула один из ящиков на себя. Скрип был приглушённым, как будто даже мебель знала: здесь нельзя шуметь. — Ну давай… покажи себя. — пробормотала она и осторожно пролистала первую стопку. Пятый документ заставил её замереть. На жёлтоватом пергаменте — контур сложного рунного соглашения. Подписи. Дальше — магическая вязь. Едва заметная. Её не было, пока она не провела по ней пальцами. Внезапно — вспышка. Бледно-синяя. Вязь стала видимой, как будто активировалась от её магии. Тонкие линии, петли, чёткое клеймо: L.M. Люциус Малфой. Гермиона застыла, прижимая лист обеими руками. Это был прототип соглашения об исследовательской синхронизации. Год — 2004. За десять лет до войны. Подпись Люциуса была оформлена как «спонсор частного экспериментального сектора». — Значит, ты знал об Институте задолго до нас… — прошептала Гермиона. — И ты вложился в магическую структуру, которая сейчас связывает нас с твоим сыном. Она подняла глаза. И в этот момент — услышала шаги. Тихие. Чёткие. Приближающиеся. Она медленно повернулась. И там, у входа в архив, — стоял он. Малфой. — Ты шпионишь? — голос раздался спокойно. Почти лениво. Но в нём сквозило то, что Гермиона слышала уже однажды. На войне. Когда кто-то говорил ровно, чтобы не сорваться. Она медленно повернулась, не убирая руку с пергамента. — А ты всегда так тихо ходишь за спиной? Или только когда ловишь кого-то с поличным? Малфой вышел из тени — сдержанный, грациозный, как будто в этом архиве он хозяин. — Я просто заметил, как ты исчезла, — сказал он, окинув взглядом её руки. — Подумал: любопытство снова взяло верх? — Это называется исследование. — Ага. И оно случайно ведёт к личной подписи моего отца? Какое совпадение. Она напряглась. — Ты знал, что он вложился в Институт? — А ты знала, что твои руки трясутся, когда ты злишься? — его голос стал ниже. — Ты дрожишь сейчас, Грейнджер. Почему? Она резко отступила от стола. — Не смей отвлекать. Это серьёзно. Если Люциус связан с этим проектом… — Что? — перебил он, подходя ближе. — Значит, я тоже под подозрением? — Я не сказала этого. — Но подумала. Громко. Я почти слышал. И, если хочешь знать, это чертовски… возбудительно. Он сделал ещё шаг. Ближе, чем позволительно. — Не трогай меня, Малфой, — прошипела она, но голос был хриплым. Он не касался. Но расстояние было меньше, чем вдох. — Я и не собирался. Пока. Но ты должна понять: если ты продолжишь копаться в прошлом… тебе может не понравиться то, что ты найдёшь. — Это угроза? — Это… предупреждение. Она смотрела ему в глаза. В них — всё: контроль, злость, напряжение, и что-то ещё. Глубже. Темнее. — Ты боишься, что я узнаю правду? Он склонился ближе. Губы почти коснулись её уха. — Я боюсь, Грейнджер… только одного. Пауза. — Что ты мне понравилась. Гермиона отшатнулась. В глазах — гнев. В груди — жар. Он развернулся. Ушёл, не оборачиваясь. Она осталась среди теней и старых секретов, с дрожащими пальцами и ощущением, будто кто-то только что сдвинул шахматы — и сделка с тьмой уже началась. ✨ Комментарий автора: Озвучка этой главы — на моём YouTube-канале: https://youtu.be/JYN-LJsPWho