Теперь можно
2 мая 2025 г., 00:15
Примечания:
Это событие примерно за полгода от первых глав. Тоже воспоминание.
Сделала Мори немного человечней, обосновала тем, что он много выпил. Мне нравится мысль, что после выпивки он ведёт себя чуть иначе.
Вечер выдался непривычно тихим. Даже слишком.
Официальная часть закончилась: поздравления, бокалы, подарки от подчинённых. Всё расставлено, сказано, исполнено. Остались они двое. Наедине. Как всегда.
Мори был чуть подвыпившим, поэтому вел себя более раскрыто, менее философски. Почти похож на человека.
Мори снял пиджак, положил его на спинку кресла.
— Ну что, именинник. Празднуем теперь по-настоящему? — голос звучал чуть мягче обычного, но с привычной иронией.
На столе — вино. Красное, дорогое. Старше чем сам Дазай. Бутылка уже открыта, в бокалах — алый блеск.
Мори сразу взял бокал и сделал размерный, но большой глоток. Сегодня он много пьёт и не стесняется.
Огай откинулся на спинку стула и поднял голову вверх, смотря на потолок. Вздохнул. Голова болела.
Дазай взял бокал без лишних церемоний. Поднёс к губам, спешно попробовал.
Реакция — мгновенная: морщится, резко выдыхает, кашляет. В горле жжётся.
Мори специально опустил голову чтобы посмотреть на него. Хмыкнул.
— Сильно?
— Как ваша дисциплина, — выдавил Дазай, облизнув губы. Полусладкое.
— Не думал, что вина нужно бояться, — усмехнулся Мори. — Ты же в мафии, Осаму.
Дазай не ответил. Взял ещё глоток — аккуратнее, теперь с ожиданием.
— Странное чувство, — сказал он. — Не запрет, не разрешение. Просто… можно.
Мори сидел напротив и смотрел на Осаму. Рассматривал уже не подростковые черты.
— Потому что теперь ты взрослый. Официально. Юридически. Этикетно. — Он сделал паузу. — И, к несчастью, необратимо.
Дазай усмехнулся.
— Вы разочарованы?
— Не уверен.
Пауза. Тишина легла мягкой тканью между ними. Но не успела осесть — Дазай достал из кармана пачку сигарет. Легко, буднично. Как будто это часть разговора.
Мори замер, улыбка сползла.
— Это что? — Звучало строго. Но Огай потерял возможность его отчитывать с сегодняшнего дня и навсегда.
— Сигареты, босс, — сказал Дазай, уже поднося зажигалку.
— Я это вижу. Я спрашиваю — с каких пор?
Пламя вспыхнуло. Затяжка. Спокойная.
Ни кашля, ни гримасы.
Мори смотрел, не отрываясь.
— Значит, курил до восемнадцати. За спиной, — голос его потемнел. Не громко, но явно.
— Многое делал за спиной, — спокойно сказал Дазай. — Вы же не всё знали. Не везде могли достать.
Мори нахмурился.
— А сейчас решил демонстративно плюнуть на правила?
— Я решил, что больше нет правил, — сказал Дазай, глядя прямо. — Только выбор.
Мори встал. Подошёл ближе. Рука легла на стол рядом с бокалом, тело нависло чуть ближе, чем уместно.
— Ты всё ещё у меня дома, Осаму.
— Зато уже не в вашем подчинении, — напомнил Дазай. Он поднял глаза, в которых не было ни вызова, ни страха. Только усталость. И спокойствие.
Мори замолчал. Смотрел на него долго.
— Ты меня бесишь, — сказал Огай наконец.
— Уже можно, — отозвался Дазай, улыбнувшись.
И тогда Мори поцеловал его.
Без предупреждения. Без разрешения. Но без грубости.
Поцелуй был твёрдым, как приказ, и медленным, как признание.
Дазай не отстранился. Не удивился. Просто выдохнул дым в сторону и ответил — не ярко, не страстно.
Как будто этого ждали с самого начала.
Когда они отдалились, Мори прошептал:
— Не вздумай делать это привычкой.
— А если уже?
Мори усмехнулся.
— Тогда мне тоже придётся начать курить.
Примечания:
А алькоголь можно пить только на следующий день после совершеннолетия. Нарушаем.
(Поцелуй это не ошибка по пьяне, а вполне желаемое действие).
