Футболофил

      Мантра не работала. Не то чтобы Йоичи должно было это сильно удивлять, но мог же человек надеяться. Внутренний голос, звучащий подозрительно похоже на Хиори, сказал, что нет. Йоичи глянул на настоящего Хиори из плоти и крови. Тот сидел на постели, подогнув под себя одну ногу, и что-то читал на планшете, загадочно улыбаясь. От его улыбки у Йоичи прошёл мороз по коже, и он поспешил отвернуться во избежание привлечения ненужного внимания. Настоящий Хиори тоже мог много чего ему сказать, и Йоичи не был уверен, что готов к противостоянию сразу с двумя садистами в этот момент. Или в любой другой.       В идеале — вообще никогда.       Йоичи достал из-под подушки собственный планшет и открыл браузер с командной статистикой Бастард Мюнхен за прошлый год. В основном составе лидирующее место по праву занимал Ноа. Йоичи с гордостью подумал о превосходящих навыках наставника, радуясь, что благодаря Блюлоку у него появилась возможность учиться у этого человека.       Палец скользнул на соседнюю вкладку, и от хорошего настроения мигом не осталось и следа. Лицо Кайзера украшало титульную страницу сайта молодёжной сборной. Йоичи скривился. Придурок надменно смотрел с фотографии, вызывая желание запустить планшетом в стену. И не будь это частной собственностью, Йоичи бы так и сделал. Однако сама мысль, что ему придётся потом как-то объяснять причину поломки Эго, вызывала у него дрожь, не имеющую ничего общего с предвкушением. Эго был пугающим, очень пугающим человеком. Сразу за ним в его личном рейтинге шёл Ноа, а топ три замыкал Хиори. О чём тот, вероятно, знал, но Йоичи ещё не настолько рехнулся, чтобы говорить об этом вслух. У Хиори и так хватало на него компромата в связи с одной высокой, светловолосой и раздражающей проблемой.       К слову о проблемах.       Мысли о Кайзере вгоняли Йоичи в два диаметрально противоположных состояния: крайнее замешательство и острое возбуждение. Иногда между ними проскальзывало желание среднего и малого членовредительства, но довольно быстро вытеснялось острыми насущными вопросами, главный из которых Йоичи мог озвучить как: «Какого хрена?!»       Именно так. Какого хрена?!       Йоичи не был идиотом, и уж тем более не слепым. Что бы там ни утверждал придурок Тада. Он мог не понимать причин и мотивов, но когда происходило что-то, непосредственно касающееся его самого, — Йоичи это видел. Да и сложно, знаете ли, не обратить внимания на мускулистую преграду в обтягивающей футболке, перегораживающую ему путь.       Придурошный император, руководствуясь непонятными целями, как заправский сталкер, устраивал на него засады: в раздевалке, в столовой, после тренировок, в общих коридорах. У Йоичи при виде блондинисто-голубых волос начинался нервный тик. Член, подвергшийся длительному воздержанию, истекал смазкой и болезненно оттягивал тонкие шорты, стоило Кайзеру оказаться в пределах видимости. И слышимости. И трогательности. О последнем Йоичи старался не думать, чтобы не сойти с ума раньше времени.       «Контроль разума над телом», — бестолково повторял Йоичи, хотя и понимал, что не добьётся этим никакого эффекта.       Тада будет ржать, как гиена на стероидах, если когда-нибудь об этом узнает.              Иногда Йоичи хотелось залезть Кайзеру в голову, чтобы узнать, какой именно сценарий тот для него приготовил. То, что все его действия были частью хитроумного плана, Йоичи не сомневался. Этот придурошный дышать не мог без какого-нибудь коварного замысла. Может, Йоичи его переоценивал, но сохранение своего душевного здоровья стояло для него приоритетной задачей номер один, превалирующей над всем остальным. В противном случае после Блюлока его ждала не профессиональная карьера, а профессиональная психиатрическая помощь.       За своими размышлениями Йоичи не заметил, как остался в комнате один. Часы над дверью показывали начало восьмого — время ужина. Коротко царапнуло раздражение, что Хиори не позвал его с собой, но Йоичи быстро подавил мысль, справедливо полагая, что это даже к лучшему.       В последнее время Хиори стал странно одержим твиттером, вот только вместо того, чтобы молча листать ленту, как тот же Курона, Хиори с садистским наслаждением зачитывал понравившиеся посты вслух, не чураясь свидетелей. Йоичи краснел, бледнел и зеленел. Хиори мило улыбался.              Сумасшедшие фанаты посвятили им с Кайзером целые разделы на различных форумах, которые не имели никакого отношения к футболу. Раз за разом Йоичи приходилось переживать стыд и ужас своего падения в ожидающие руки Кайзера. Кто-то пошёл дальше: наложил на видео романтическую музыку и добавил эффект в виде распускающихся роз. Хиори посчитал, что Йоичи обязан это увидеть, не спросив мнения самого Йоичи, который прекрасно обходился без этой информации. Кайзер схватил его за волосы, ради всего святого! О какой романтике речь?! Быстрее на Окинаву обрушится снежный шторм, чем этот придурок сделает хоть что-то приятное для другого человека. Не говоря уж о всякой романтике, одно упоминание о которой заставляло Йоичи вздрагивать от ужаса. Похоть похотью, но чувства — это уже совершенно новый уровень безумия.       Любой другой человек оставил бы всё как есть (Йоичи наедине с его экзистенциальным кризисом), но Хиори пошёл дальше. Йоичи никогда и ни при каких обстоятельствах не хотел бы повторения разговора, когда Хиори вздумал объяснять ему, что такое БЛ. Йоичи знал, что такое БЛ (и это не Блюлок), к своему сожалению, за что винил в первую очередь придурка Таду (снова), а во вторую — менеджера команды, старшеклассницу-фудзёси, крайне заинтересованную в отношениях между их капитаном и вратарём. То, что у обоих были девушки, её не смущало. Как не смущало это и Таду, который пересказывал её домыслы самому Йоичи. К счастью, его интерес к дивному новому миру быстро сменился восхищением миром старым, когда вышел журнал с его любимой моделью, и разговоры вернулись к длинным ногам, большой груди и шелковистым волосам.       Йоичи на секунду подумал, что Хиори с Тадой неплохо бы поладили. И тут же с ужасом отбросил эту мысль в сторону, чтобы не накликать беду. Неизвестно, что стало бы с его другом под влиянием этого ультрасадиста. Нет, Йоичи нравился Хиори. Он был умным, талантливым и надёжным, но это не отменяло его наклонностей, которые хотелось принимать редко и дозировано.       Возможно, это была своеобразная месть.       Возможно, Йоичи это заслужил.       Тяжело вздохнув, Йоичи убрал планшет и поднялся. Экзистенциальный кризис или нет, но он не собирался прятаться в своей комнате и пропускать приёмы пищи.

***

      На следующий день Кайзер не появился ни в тренажёрном зале, ни на обеде. Йоичи не знал, за что ему выпало такое счастье, но не собирался жаловаться. Хиори никак не прокомментировал его хорошее настроение, и Йоичи почти поверил, что чудеса случаются.       Зря.       Стоило ему расслабиться, как Кайзер, будто Дзасики-онна, нарисовался возле комнаты, куда Йоичи забежал перед вечерней тренировкой, и загородил собой выход. Вместо того чтобы как нормальный человек отойти в сторону, а лучше вообще убраться к себе и заниматься тем, чем обычно занимаются красивые претенциозные придурки с манией величия, Кайзер расплылся в широкой и слишком уж довольной улыбке.       В Блюлоке в принципе мало кого можно было назвать нормальным, но Кайзер со своими повадками начинающего сталкера и здесь умудрился выделиться.       Йоичи сделал шаг назад.       — Снова сбегаешь, Йоичи? — спросил Кайзер, понизив голос.       Помня о своём целибате, Йоичи старался не смотреть Кайзеру в лицо, сосредоточившись на нашивке Бастрад Мюнхен на футболке. Очень тесной футболке, облегающей торс, как вторая кожа.       — Чего тебе надо? — буркнул Йоичи, сложил руки на груди и перевёл взгляд на лампочку на потолке над головой Кайзера. Обычная светодиодная лампочка. Белая. Круглая. Висит себе на потолке и светит. Никому не мешает, ни к кому не пристаёт, ни у кого не вызывает смесь противоречивых желаний.       — Ты становишься скучным, Йоичи, — разочарованно протянул Кайзер.       У Йоичи дёрнулся глаз. — Иди ты нахрен! Я не подписывался тебя развлекать! — О, ты это сделал.       Кайзер, этот придурок, наклонился к нему, вынуждая смотреть себе в глаза, положил ладонь на плечо и нараспев продолжил:       — Мнишь себя героем, Йоичи? — Он цокнул языком. — Жалкий клоун на второстепенных ролях. — Кайзер приблизился к самому его лицу, почти касаясь губ, и проникновенно выдохнул: — Так приятно будет уничтожить тебя. А пока пляши, чёртов клоун. Хорошенько развлеки меня.       От желания наплевать на запреты, слова Ноа и своё место в Блюлоке, Йоичи задрожал. Никогда ему так сильно не хотелось врезать другому человеку. Ему в целом претило насилие. Но Кайзер играючи растоптал половину его принципов и продолжал испытывать терпение на прочность.       Чёрта с два он позволит этому придурку и дальше с собой играть.       Йоичи отшатнулся, крутанулся на пятках и ушёл назад в комнату. Спокойствие, только спокойствие. Жаль, что его соседей сейчас не было поблизости. Он бы предпочёл компанию Хиори с его чередой намёков и инсинуаций или Игараши, которому прошлой ночью снился тройничок с уже двумя французскими моделями, и он теперь не затыкался, рассказывая об этом всем вокруг. Кто угодно был лучше Кайзера.       Ну почему, почему именно он?!       Йоичи обернулся: Кайзер продолжал стоять в дверях и не сводил с него потемневшего взгляда голубых глаз. И никак не мог заткнуться.       — Трепыхаешься, как застрявшая в паутине муха. Или, лучше сказать, лабораторная крыса, обмотанная проводами? — усмехнулся Кайзер и провёл рукой по волосам, зачёсывая назад длинную чёлку. — Ты так жаждешь внимания. Жаждешь победы.       «Жаждешь меня», — осталось невысказанным висеть в воздухе.       Где-то в глубине разума вилось желание плюнуть на другой вид запретов и поддаться самоубийственному порыву: схватить Кайзера за воротник, притянуть к себе и поцеловать. И хуже всего то, что Кайзер об этом знал. Он видел его насквозь.       Йоичи зажмурился. Нет. Муха, значит. Крыса. Клоун. Ярость в груди разрослась с новой силой, вытеснив все другие мысли. Желание стереть с лица Кайзера улыбку стало нестерпимым.       — Заткнись, ублюдок, — прошипел он, стараясь вернуть жалкие крохи самоконтроля.       — А то что, Йоичи? — Кайзер выгнул тонкую бровь. — Уничтожишь меня? — Он засмеялся. — Ты уже пытался. Но у тебя ничего не вышло. Ты ничего не можешь. Ты никогда не победишь. Сдайся. Встань на колени, Йоичи. Подчинись.       Последние слова Кайзер произнёс почти шёпотом. Но в тишине комнаты они звенели лопнувшей гитарной струной. Как и терпение Йоичи.       В три шага он сократил разделяющее их расстояние, схватил Кайзера за воротник и выплюнул в лицо:       — Пошёл нахуй, ублюдок! Я покажу, кто из нас клоун! Я уничтожу тебя!       Йоичи вытолкнул Кайзера из комнаты и сам вышел следом. От злости тряслись руки. Кайзер, нисколько не впечатлённый его криком, стоял посреди коридора и ухмылялся.       Чёртов ублюдок.       Надеясь, что тренировка поможет утихомирить жажду избавиться от проблемы радикальным образом, Йоичи отправился вперёд. И сделал мысленную заметку попросить Бачиру о помощи. На будущее.       — Ещё увидимся, Йоичи! — крикнул ему вслед Кайзер.       Не оборачиваясь, Йоичи показал средний палец, наплевав на то, что это попадёт на камеры.       

***

      Тренировка, к сожалению, не помогла.       — Исаги, какого хрена?! — рявкнул Райчи, едва успев пригнуться от летящего ему в голову мяча.       Близкое общение с Кайзером давало о себе знать, потому что вместо того, чтобы извиниться и признать свою вину, Йоичи поймал себя на том, что ему хочется заорать в ответ. Это, чёрт возьми, тренировка по футболу, а не урок игры на гакубиве. По сторонам смотреть надо, а не красоваться перед камерами!       Но ничего из этого он не сказал и даже попытался виновато улыбнуться. Судя по выражению лица Райчи, у него не получилось. Крича что-то о неуравновешенных эгоистах, Райчи ушёл в другой конец поля и присоединился к отрабатывающему удары по воротам Кунигами. Йоичи стёр с лица пот и посмотрел на мяч, будто бы это он виноват во всех его бедах.       К мечтам дать Кайзеру по лицу примешалось неизвестно откуда взявшееся желание опустить его на колени. Пару раз он видел такое во сне, но при немного других обстоятельствах и без скрытой жажды членовредительства. И не без скрытой тоже. Тогда он выбросил эти фантазии из головы, но Кайзер любезно напомнил об их существовании собственной навязчивой потребностью поставить на колени самого Йоичи.       Компенсировал он там, что ли.       Йоичи радовало только одно: отсутствие немецких игроков. По вечерам те занимались по собственной программе в другом зале, и хотя разумнее казалось тренироваться всем вместе, как никогда Йоичи был благодарен их раздутому эго, из-за которого они считали ниже своего достоинства делить одно пространство с простолюдинами. Среди них были и нормальные, если присмотреться. По меркам Блюлока, конечно, где порог нормальности являлся существенно заниженным.       Курона послал ему вопросительный взгляд. Йоичи встряхнулся и хлопнул себя по щекам. Не время отвлекаться. Если он хочет победить, он должен быть в лучшей форме. Отправляя мяч в левую девятку, Йоичи представил там лицо Кайзера. И когда удар попал точно в цель, всколыхнув сетку, он почувствовал слабое удовлетворение.

***

      Спустя неделю своего вынужденного воздержания, Йоичи был готов лезть на стены. Забившись в дальнюю душевую кабинку, предварительно удостоверившись, что в радиусе пяти метров Кайзера не наблюдается, Йоичи смотрел на свой гордо стоящий член и размышлял, можно ли умереть от перевозбуждения.       Интернет сказал, что нельзя.       У Йоичи были все шансы стать первым и получить посмертную славу.       Ещё интернет просветил его относительно того, как происходит секс между двумя мужчинами, о важности подготовки и видах смазки. Заглянувший через плечо Хиори выдохнул «ну наконец-то» и зловеще улыбнулся. Йоичи поспешил оправдаться, что открыл все шестнадцать вкладок случайно, но Хиори ему не поверил. Йоичи бы тоже себе не поверил, но попробовать стоило.       Какой бы сценарий Кайзер ни представлял у себя в голове, он явно не предполагал, что Йоичи будет избегать его как чумы. Придурок бесился и сверкал глазами. Йоичи втайне собой гордился. Хиори тяжело вздыхал. Игараши вернулся к своей французской модели, которая снова стала блондинкой, и приставал с вопросами, кто занимает сны и мысли самого Йоичи. Курона — единственный, кто оставался верен себе и не лез под кожу.       Йоичи надеялся, что в следующей жизни он заинтересуется кем-то вроде него, потому что жизнь нынешняя поставила на нём жирный крест.       Тоскливо размышляя о злодейке-судьбе и своей кайзеросексуальности, Йоичи вылез из душа и вернулся в наполненную гомоном раздевалку. Игараши с Райчи громко спорили о том, кто больше заслуживает шанса выйти на поле в предстоящем матче. Юкимия расчёсывал волосы возле зеркала. Хиори копался в шкафчике. Киёра перешнуровывал бутсы, хмурясь так, будто они как минимум виноваты в правительственном заговоре против человечества. Курона перекатывался с мыска на пятку, сложив руки за спиной.       — Готов идти? — спросил он, когда Йоичи натянул на себя шорты и футболку.       Йоичи кивнул и едва начал разворачиваться, как распахнулась смежная дверь, и в раздевалку вошёл Кайзер с таким видом, будто всё вокруг принадлежит ему. Йоичи мгновенно пожалел, что не ретировался в комнату сразу после собрания.              На Кайзере, кроме обтягивающих лосин, не оставляющих простора воображению, и перекинутого через плечо полотенца, больше ничего не было. По обнажённой груди стекали капельки воды. Зачёсанные назад волосы подчёркивали высокий лоб и острые скулы.       Возбуждение, от которого Йоичи с таким трудом удалось избавиться, нахлынуло горячим потоком, опалив каждую клеточку тела. Член встал по стойке смирно. Йоичи схватил из шкафчика первую попавшуюся вещь, оказавшуюся по случайности футболкой Бастард Мюнхен, прикрыл ею пах и только потом рискнул поднять глаза. Чтобы наткнуться на оценивающий взгляд Кайзера, следящего за ним с восторженной ухмылкой. Что приводило этого придурка в такой восторг, Йоичи не знал и не хотел выяснять, у него и без того хватало проблем.       Кайзер небрежно привалился плечом к стене и сложил руки на груди. На очень голой и рельефной груди, тут же любезно подсказала ему атрофированная часть его мозга. Йоичи мысленно взвыл.       — Ещё не поздно сделать выбор, — вкрадчиво сказал Кайзер, обращаясь ко всем присутствующим, но продолжая удерживать зрительный контакт с Йоичи. — Присоединиться ко мне — и победить. — Он сделал паузу и медленно облизал губы. Йоичи залип на движении языка. Кайзер, этот придурок, вальяжно усмехнулся. — Или остаться верным Исаги Йоичи — и занять жалкую сторону проигравших.       У Йоичи внутри всё зачесалось. Он не мог определить, какое желание превалировало: нагрубить; врезать; схватить Кайзера за волосы, затолкать в соседнюю комнату и… И дальше системы Йоичи едва не закоротило, когда предательский разум вытащил из недр памяти парочку особо красочных «и», рождённых его полубредовым подсознанием.       — А ничего, что мы в одной команде? — едко спросил Киёра, но Кайзер не удостоил его вниманием, продолжая смотреть только на Йоичи.       Йоичи и хотел бы отвести взгляд, но не мог. Мир сузился до узкой линии, на одном конце которой стоял он сам, внутренне умирая от странной смеси злости, смущения и похоти, а на другом — ухмыляющийся, чрезвычайно довольный собой Кайзер.       Йоичи смотрел в ответ, потому что что ещё он мог делать? Он был всего лишь человеком, подвластным желаниям, как и все остальные. Ну и что, что у его желания было имя и впечатляющие физические характеристики? У всех свои недостатки.       Что бы там Кайзер ни пытался разглядеть на его лице, видимо, нашёл то, что искал, потому что его зрачки, казалось, расширились, кадык дёрнулся, а по губам зазмеилась издевательская ухмылка.       — Не прогадайте, — сказал он напоследок и ушёл.       Дверь с тихим шуршанием закрылась следом.       — Сколько претенциозности, — присвистнул Хиори, обернулся к Йоичи, чтобы, по-видимому, что-то добавить, и осёкся. — Серьёзно?       Йоичи нечего было сказать в своё оправдание. Он уставился в пол, делая вид, что его крайне интересует узор на плитке, а не чтобы спрятать пылающее от возбуждения лицо. Не его вина, что этот придурок такой горячий. Другие бы с ним поспорили (Хиори), но этим другим вовсе не обязательно знать о блуждающих в его голове образах. Хотя Хиори, будучи посвящённым в его секреты (против воли, и сразу так не скажешь, чьей), вполне мог поделиться своим мнением и добавить парочку ценных замечаний, если бы у него спросили. Но Йоичи этого делать не собирался. Он ещё не настолько сошёл с ума, спасибо.       Стихнувший спор между Игараши и Райчи разгорелся с новой силой. К аргументам, кто больше заслуживает шанса, примешались проклятия к немецкой команде в целом и к Кайзеру в частности. И в своих возмущениях они даже покусились на святое, что Йоичи при всём своём состоянии не мог спустить им с рук. Он собирался отстоять честь наставника, но его опередил Киёра, который оставил в покое бутсы и смотрел на закрывшуюся за Кайзером дверь так, словно она причинила ему боль лично.       — Да вы только воздух сотрясать горазды. Лучше бы на поле так выкладывались, — язвительно протянул он.       Игараши с Райчи синхронно задохнулись от возмущения. Юкимия покачал головой, убрал вещи в шкафчик и покинул раздевалку. Следом за ним ушёл Кунигами, не обронив даже слова.       Рядом прочистил горло Курона:       — Ты в порядке, Исаги?       Хотел бы Йоичи сказать, что да, конечно, он в порядке, подумаешь, у него стоит на придурка, который чуть ли не каждый день втаптывает его в грязь. Ничего такого, о чём стоило бы переживать. Вместо этого он устало вздохнул и потёр лицо свободной рукой.       В какой момент его жизнь превратилась в это?       Ладно, он знал, в какой. Но легче от этого знания не становилось.       — В полном, — ответил Йоичи.       Хиори громко фыркнул. Йоичи его проигнорировал.       — Скоро матч. Нам нужно отдохнуть. — Курона кивнул в сторону выхода.       Йоичи коротко глянул вниз: член и не думал опадать. Разгуливать по коридорам со стояком никогда не входило в топ десять его мечтаний. И в топ сто тоже. Как и желание наброситься на одного высокого, красивого и жутко раздражающего придурка. И видеть сны с ним. И о нём. И о себе вместе с ним.       — Ты иди, я догоню, — сказал Йоичи и отвернулся к шкафчику, делая вид, что усиленно что-то ищет в нём.       Курона в очередной раз проявил тактичность: пожал плечами и ушёл. Без всяких там намёков, домыслов и грязных инсинуаций. В отличие от кое-кого другого, кто сверлил взглядом дыру в его затылке. Не выдержав, Йоичи обернулся и рявкнул:       — Что?       Хиори его тон нисколько не впечатлил. Он многозначительно посмотрел на футболку, которой Йоичи продолжал прикрывать пах, а потом перевёл взгляд на лицо и улыбнулся. Другие нашли бы его улыбку милой, но, в отличие от этих других, Йоичи хорошо успел изучить Хиори. К своему сожалению.       — Ты же понимаешь, что так не может продолжаться вечно?       Конечно, он понимал. Ведь это он застрял в кошмаре наяву, мечась между желаниями как между двух огней. Ну, или трёх, если всерьёз рассматривать вариант с привлечением Бачиры.       — Тебе всего-то нужно с ним поговорить. А если разговор не задастся, применить на практике новые знания.       Йоичи много чего хотел сказать в данный момент, но благоразумно захлопнул рот. Друг или нет, Хиори убьёт его во сне, если Йоичи пошлёт его в неведомые дали. Или сживёт со света раньше времени. Испытывать судьбу на прочность такими методами он не собирался.       Хиори проворчал себе под нос что-то подозрительно похожее на «мне за это даже не платят» и ушёл. Йоичи в очередной раз вздохнул, посмотрел на шкафчик и от души приложился головой.       — Эй, Исаги, ты чего? — спросил Игараши, отвлёкшийся от спора с Киёрой.       — Ничего, — буркнул Йоичи.       Член всё ещё стоял.       Йоичи закрыл глаза.       Как же он задолбался.