𝐆𝐥𝐢𝐭𝐭𝐞𝐫&𝐕𝐢𝐨𝐥𝐞𝐧𝐜𝐞

      Около полуночи Йеджи наконец покинула заведение сразу после Феликса. Но она не ушла одна или с пустыми руками. По воле случая ей встретился молодой человек, и она притворилась, что он ей понравился. Это просто случилось.       Она слышала с соседнего столика, как этот мужчина представлял вещи, которые он сделал бы с этими женщинами, даже против их воли, и, казалось, давал своему другу инструкции, как их удержать. Как будто у него есть в этом опыт…       Затем он начал рассказывать, что безнаказанно делал со своей бывшей. Что ж, он думал, что ему это сойдёт с рук.       Лесбиянка поправила свою красивую осанку, распустила волосы и слегка расстегнула рубашку. Она оставила свои кольца в карманах и внезапно снова сошла за гетеросексуальную девушку.       Она оказалась за столом этого мужчины, наедине с ним, медленно пила и притворялась неопытной в выпивке. Она думала, что никто больше не смотрит. Но чего она не знает, так это то, что даже если бы она в конечном итоге ушла одна, она не была бы по-настоящему одинока.       Рюджин всё ещё стояла в дверях, наблюдая за происходящим. Любой из её коллег, который спросил бы почему, получил бы тот же ответ: «Я жду своей машины».       Но на самом деле она наблюдала за своим врачом и тем мужчиной за столом, флиртующими друг с другом. Она почувствовала огонь в животе, внезапное помешательство на ней. Он её не заслуживает. Какого чёрта она пришла сюда, чтобы флиртовать с мужчинами?       С какой тщательностью она изучала их, в особенности женщину. Что-то с ней было не так, она не вела себя так на приеме. Возможно, тогда на ней была профессиональная маска, но даже сейчас в ней что-то отличалось. По-девичьи и, ну, гетеросексуально. Рюджин ни на секунду не верила в это, и дело не только в том, что ей нравится эта женщина и она хочет её.       Она сняла все свои кольца… Она заметила это и сразу же задалась вопросом, что на самом деле задумала эта женщина. Ее намерения должны быть крупнее, чем она демонстрирует. Рюджин должна знать. Она должна знать всё об этой женщине. Когда она вернётся домой, она обязательно разыщет её в Интернете и пройдет через все круги ада ради информации. Ей просто необходимо знать о ней всё и разобраться, почему у неё такая загадочная аура.       У неё должна быть большая тайна. У каждого она есть, но её секрет должен быть колоссальным. Даже незаконным. И Рюджин будет той, кто в этом разберётся. Почему лесбиянка притворяется гетеро для какого-то мужчины, с которым она познакомилась в стриптиз-клубе. Они были же здесь по одной и той же причине, разве нет? Смотреть на горячих женщин всю ночь.       Когда оказалось, что они уходят вместе, Рюджин усмехнулась.       Если они сядут в одну машину, я за себя не ручаюсь…       Она стала преследовать их издалека. Прощаясь доброй улыбкой с персоналом, она объяснила, почему уходить так поздно. Её машина была в автомастерской, которой владеет её друг, и она ждала, пока он привезёт её для неё.       Но это не так. Её машина всегда была здесь, в конце парковки.       В её голове мир затих, никого не было, кроме них троих. Её врач, тот мужчина и она. Кто-то из перечисленных был явно лишним.       Они разделились, она медленно пошла к своей машине, глядя в их сторону. Они поехали на красном по́рше, в который врач села с водительской стороны. Должно быть, это была её машина.       Казалось, что кто-то проник в дом Рюджин и украл одну из её самых ценных вещей. Уже, с первого дня, это ощущалось именно так, когда она видела, как эти двое садятся в одну машину. Этот мужик недостоин, он очередной боров в этом мире. Откуда Рюджин могла об этом знать? В таких местах редко можно встретить хороших парней.       И она могла бы вернуться домой. Завтра рано утром у неё генеральные репетиции, а она и так уезжает гораздо позже обычного. Ей следовало поехать домой.       Но она не стала.       Она следовала за этим красным «Порше», но она делала это очень умно. Выросшая здесь, она знала эти улицы как свои пять пальцев. Она сворачивала одновременно с другой машиной, но на квартал раньше, зная, что они оба выйдут на одну улицу. Учитывая то, какая машина была у врача, Рюджин рисковала потерять её на некоторое время, а затем снова встретиться с ней в одном из самых красивых районов в этом округе, известном как Бухты.       Однако она не знала, в каком квартале жил врач. Поэтому, как только она потеряла её, ей пришлось быстро догонять, чтобы найти её машину хотя бы на повороте к дому, пока она не исчезла в гараже.       1734 Mt Everest Dr — это адрес, который она запомнила в своей голове. Остановившись через дорогу от ограждённого воротами дома, она заглушила машину и выключила фары. Красный по́рше стоял на парковке у ворот несколько минут. Рюджин задавалась вопросом, что там происходит. Она надеялась, что они не занимаются сексом. Даже представить себе этого не могла, не хотела. Это было похоже на селфхарм.       Она внимательно наблюдала, особенно сильно после того, как машина наконец заглохла. Выхлопные газы выдувались из задней части машины, пока не остановились. Было так темно, и казалось, что хозяин дома и не собирался включать освещение, странно.       Даже когда гаражная дверь автоматически открылась, внутри не было света.       Рюджин приблизилась к окну, смотря, как водительская дверь открывается.       — А где мужик? — прошептала она себе.       Может быть — она надеялась — она поняла всё неправильно, и этот мужчина был ей всего лишь другом, который был слишком пьян, чтобы самостоятельно вернуться домой.       Но нет, не совсем. Доктор, все еще без пиджака, закатала рукава рубашки и обошла заднюю часть машины. Рюджин нашла её такой красивой и привлекательной. Она просто хочет её. Здесь не было другого чувства.       Но её настроение изменилось, когда она открыла дверь для кого-то еще. Возможно, свиньи из клуба? Какого хрена такая женщина захочет трахаться с… этим? Разве она не видела, как Рюджин работала в этом чёртовом здании? Как, блять, так получилось, что это он, кто трахается с ней?       Младшая стиснула зубы, её глаза едва дрогнули, когда она начала вскипать. Она щёлкала языком до трёх, чтобы успокоиться. Её напряжение бешено росло в подобных ситуациях.       Затем оно упало, когда тело вывалилось на подъездную дорожку женщины. Она вытащила тело мужчины с пассажирского сиденья. Он был без сознания, то ли от алкоголя, то ли от чего-то еще…       Рюджин наклонила голову, но не отвернулась.       Не похоже, что мужчина упал случайно, или что Йеджи пыталась осторожно вытащить его. Она с головой повалила его на землю, словно мешок с картошкой, ей было на него наплевать. Она стояла над ним, наклоняясь за его кошельком и мобильным телефоном.              Вместе с кошельком она вынула наличные, положила их в карман брюк, а затем бросила кошелёк в машину, чтобы как будто избавиться от него позже.       — Что она делает? — шептала Рюджин, пытаясь понять суть. Она серьезно грабит его? У неё же достаточно денег, разве нет?       Телефон. Йеджи держала его обеими руками и положила оба больших пальца на середину его крышки. В следующие несколько секунд она согнула телефон пополам, полностью уничтожив его. И, как и кошелёк, она бросила его в открытую дверь машины.       И после этого, как сумасшедшая, как ёбаный серийный убийца, она схватила мужчину за лодыжки и потащила его в свой гараж, как будто собираясь затащить его на смерть. У Рюджин мурашки пробежали по спине, когда она подумала, что её врач на самом деле может быть серийным убийцей. Может быть, она и есть та самая, о которой все говорят в новостях? Медуза.       Потому что, если это так…       Это действительно означает, что Рюджин не оставит её в покое. Во всяком случае, сейчас Йеджи привлекает её ещё больше.       Как её кровь стыла в жилах, как её тело застыло от осознания, как будто она встретилась глазами с Медузой. Это чувство всецело соблазняло её. Ощущение такой зловещей неопределенности. Дверь так широко открылась для ряда различных возможностей.       Но если нет, тогда, что она делает?       И если это так. Какой у неё мотив? Она раньше знала этого мужика? У неё есть список? Сообщник? Она ли та самая Медуза — серийный убийца из Портленда? Что случилось с пропавшими органами? Почему символ медузы? Что всё это значит?       Рюджин хотела увидеть не только её тело, но и заглянуть в разум этой женщины. Этот мир всегда очаровывал её, преступления, почему люди их совершают, почему они сдаются, почему они бегут.       Но как она может быть уверена, что эта женщина — убийца? Это серьезный ярлык, она не может вешать его на кого попало. Она даже не видела, чтобы Доктор Хван убивала кого-то. По крайне мере до того момента, как она вытащила тело этого мужика из машины. Но даже так она всё равно ничего не видела.       — Насколько же она сильная, чтобы вытащить мужика такой… Ну… Комплекции? — прошептала она в любопытстве. Теперь ей интересно узнать, что скрывается под этой рубашкой. Она хочет трогать эту женщину глубже, чем позволяет кожа.       Здоро́во ли с её стороны задаваться вопросом, есть ли разница между тем, как трахаются нормальные люди, и как убийцы? Ей правда любопытно сейчас. Женщина, очевидно, сильная, умная и умелая. Она врач, так что должна хорошо владеть своими руками.       Но если она врач, как она может так рисковать, становясь убийцей? Что если жертва будет отбиваться, и она поранит свои руки? Врач — ничего, без своих рук. Может, Йеджи не так часто проводит операции, если вообще проводит.       Это сходится, к слову. Как ещё серийный убийца может столько знать об удалении органов из тел своих жертв?       О господи… Эта женщина действительно… Убивает людей и удаляет их органы самостоятельно? Вся эта кровь, внутренности… Как её не тошнит?       Гаражная дверь закрылась, и Рюджин вздохнула, усаживаясь на своё сиденье обратно. Она много думала, задаваясь вопросом, стоит ли ей продолжать фокусироваться на этой женщине? Она может быть опасна. Что если Рюджин решит сблизиться с ней, а затем её обнаружат в таблойдах с пропавшими органами и знаком медузы на коже?       Но Медуза из Портленда пока убивала только мужчин. Значит, Рюджин в безопасности? Стоит ли рискнуть? Она уже очень увлечена женщиной, может, если они смогут стать чем-то большим, Йеджи доверится ей и сама всё расскажет? —       — И раз, и два, и три и четыре! Не-а. Нет. Неправильно. И четыре и! Это почти всех вас касается, — произнёс танцевальный инструктор в микрофон, закреплённом на его голове, наставляя всех артистов, выступающих сегодня в Golden T. Сюжет этого шоу был построен на истории любви с грустной концовкой, не как в «Ромео и Джульетта». Более жестокой, более опустошающей.       Артисты, с которыми он работал, были всего лишь подтанцовкой, а главные герои репетировали за ними самостоятельно.       — Рюджин. Любовь моя, Рюджин. Пожалуйста, выйди вперёд и покажи всем, как это делается, — тот же инструктор, Пааво, попросил этого от одной из одаренных танцовщиц в группе. Она легко может стать следующей исполнительницей главной женской роли, а ведь она не проработала здесь и полугода.       Девушка в спортивном лифчике и свободных серых трениках вышла вперед, по её телу стекал пот, её подтянутые мышцы виднелись сквозь её тонкое тело.       Она прошла к центру, останавливаясь перед остальными танцорами разного пола. Правильно выполняя комбинацию, получая аплодисменты от одних и закатывание глаз от других.       — Прекрасно! Да! Уделала. Видите теперь, вот это Сэр Лиам хотел бы видеть! Идеал! Давайте сделаем это ради покойника. Снова! Шоу сегодня! Нам нужно это отработать, это финальная репетиция, и после этого мы будем готовы выступать!       Именно так выглядело утро субботы для Рюджин уже некоторое время. Она узнала, что люди либо слишком дружелюбны, либо страшно завидуют тебе. И у неё определенно было больше ненавистников, чем друзей здесь.       Это шоу — серьезное дело, в сфере, где она работала. Главная исполнительница получала кучу бабок за него. Она звезда, и к мужчинам с главными ролями так не относились. Именно главная героиня была напечатана на всех буклетах и рекламе, именно её отмечали после всех шоу.       Данный театр был популярен в Орегоне только по той причине, что только здесь проводились «взрослые» выступления такого формата. Они были как… мюзиклы для взрослых       Рюджин была всего лишь подтанцовкой сейчас. Они не получали славы, и в тайне каждый танцор был готов идти по головам ради главной роли. Главным исполнителям угрожали сильнее, поэтому они репетировали отдельно. А прошлых саботировали.       Дело было не только в её таланте, но и желании находиться на сцене. Другие артисты не имели такого сценического присутствия, и режиссер уже получал вопросы касательно Рюджин. О ней, не о текущей главной исполнительнице.       Никто не представляет такой угрозы для главной исполнительницы, как Рюджин сейчас.       — Отличная репетиция, Рю, как всегда, — Пааво похлопал её по спине после того, как практика закончилась. Теперь им осталось поработать над костюмами и попрактиковаться индивидуально.       — Спасибо. Какой-нибудь совет? — она сделала глоток воды.       — Нет. То есть… ты прекрасна. Просто продолжай делать то, что делаешь. У тебя все шансы стать следующей звездой программы! О, и Дженни хотела поговорить с тобой, — он отошёл, чтобы поговорить с режиссером насчет своих сомнений касательно сегодняшнего шоу.       Рюджин кивнула, замечая несколько закатывающийся глаз в реакцию на похвалу от инструктора. Она становилась лучше только потому, что начала представлять, что однажды выступит перед Йеджи. В главной роли. Это идеальная мотивация. Она не переставала думать о докторе со вчерашнего дня, когда они впервые встретились.       Они проигнорировала взгляды других и вышла со сцены в сторону гримёрок. Путь в этом огромном здании был неблизким, она даже успела охладиться, пока шла к самой большой из раздевалок. Главные артистки всегда получали её.       Как обычно, дверь была не заперта. Рюджин вдруг стала неуверенной, ранее Дженни никогда не просила поговорить с ней. Она подошла к двойным дверям и постучала, хоть они и были настежь открыты.       Кореянка сидела у зеркала и ради забавы делала макияж. Простой, естественный, для репетиции, которую ей вскоре предстояло провести с исполнителем главной мужской роли.       — Ты звала меня? — начала Рюджин, пока не входя в комнату. Она также заметила ассистентку, которая отошла в сторону, ожидая инструкций.       — Да. Гейл, уходи. — сказала Дженни, даже ни разу не взглянув на Рюджин. Ассистентка быстро ушла. Шин проследила за ней взглядом, а затем вновь повернулась лицом к девушке за туалетным столиком.       Дженни положила свою кисть для макияжа с характерным звуком и повернулась на Рюджин, осматривая её с головы до ног. Она просто знала, что смотрит на свою замену.       — Хмф. А ты милее сейчас, когда я вижу тебя поближе, — сказала она со своим нейтральным киви акцентом.       — Спасибо, — сглотнула Рюджин, в восторге оглядывая комнату. Она бы хотела иметь такую когда-нибудь. Её взгляд зацепил букет цветов в углу комнаты, и она осознала, что ей стоит выразить свои соболезнования девушке. — Соболезную за произошедшее с Лиамом. Никогда бы не подумала, что серийный убийца может быть так близко к нашим жизням. Понимаю, что он был твоим мужем, и он так переживал на выступления, как и директор и…       Дженни усмехнулась достаточно громко, чтобы остановить сочувствие Рюджин. Она стояла, раздумывая, не сказала ли она что-то неправильно исполнительнице главной роли.       — Можешь остановиться с этим дерьмом. Я знаю, что тебе поебать на меня, если ты собираешься трахаться с ним за это место, как все остальные.       — Что? — Рюджин была ошеломлена её смелыми обвинениями. — Дженни, я…       — Нет-нет, — Дженни посмотрела на неё. — Не ври. Не надо вести себя так невинно. Ты не попадёшь в шоу, пока не докажешь, что можешь заставить мужика кончить, солнышко. Я не тупая. Я знаю, что ты делала. Я также знаю, что вскоре ты и моё место займёшь. Ты новенькая, люди уже в восторге от тебя, а я лишь старею.       — Я не собиралась… Я ничего против тебя не имею., — Рюджин пыталась защитить себя. Дженни закатила глаза, заканчивая свой макияж. — Зачем ты попросила меня прийти сюда? — спросила Рюджин, чтобы избежать дальнейшей ссоры.       Дженни рассмеялась, указывая на свой костюм, висевший на стене неподалеку.       — С моим костюмом что-то не так, я хочу, чтобы ты это исправила. Я слышала, что ты время от времени чинишь костюмы других танцоров.       — Оу. Я думала, у тебя есть целая команда для этого.       — Они приедут ближе к началу шоу, а мне он нужен сейчас.       Рюджин медленно кивнула, проведя пальцами в своих ярких волосах и приближаясь к костюму, висящему на стене.       — У меня нет никаких расходников, — сказала она девушке, практически ища выход отсюда.       — Здесь есть. Возьми из соседнего столика, — улыбнулась Дженни, зная, что Рюджин пытается сбежать. Не так быстро, Шин.       — Ох, — прошептала Рю, находя швейный набор в ближайшей к костюму тумбе. — Унесу в свою гримёрку.       — Можешь заняться этим здесь. Не хочу, чтобы кто-то испортил его.       — О, я бы никогда…       Дженни улыбнулась.       — Они всегда так думают.       Рюджин прожигала взглядом её спину, усмехаясь паранойе девушки.       Она взяла костюм в руки, он был тяжелее любого из тех, что когда-либо были у неё. Ощущалось, будто он сделан из алмазов. Неужели?       Что если бы Йеджи увидела меня в этом? Разве это может ей не понравиться?       — Вау, — она прошептала с благоговением, такая откровенная вещь, но, ох, какая красивая. — Где… где проблема?» — спросила она женщину у туалетного столика.       — На спине, — строго ответила Дженни.       — Ок, — осторожно, очень осторожно. Она положила его себе на колени и принялась изучать несовершенство.       — Итак. Сколько раундов?       Рюджин посмотрела на женщину, раздумывая, правильно ли она расслышала. Её лицо говорило само за себя, как и Дженни.       — Прости, что?       — Сколько раз с моим мужем? Очевидно же, он был так зациклен на тебе. Видимо, ты устроила ему целую ночь.       — При всём уважении, я не хочу говорить об этом.       — Ох вау… То есть, ты можешь трахаться с моим мужем, а я не могу знать детали этого? Шлюха.       Рюджин вздохнула, стараясь держать себя в руках. Она не хотела вспоминать события той ночи, она не гордится ими.       — Я не трахалась с твоим мужем.       — И при этом сидишь здесь, а я постоянно слышу, как новый режиссёр говорит о том, что ты меня заменишь…       — Я просто не хочу говорить об этом. Это не самые приятные воспоминания, — Рюджин взглянула на неё, желая, чтобы она наконец отпустила тему. — Я не думала, что окажусь здесь, но однажды мне перезвонили и сказали, что я опаздываю на тренировку, и я просто смирилась с этим.       Дженни посмотрела на неё, осознавая её слова. Брови подпрыгнули, и она посмотрела вниз, а затем на макияж.       — Ого, ладно… Тогда закроем тему. Не знала, что он хотел тебя так сильно, — затем она посмотрела на девушку через зеркало. — Полагаю, тут и моя вина есть.       Рюджин посмотрела на неё, останавливаясь.       — И что это должно значить?       Дженни вздохнула.       — Всё-таки это я показала ему тебя. Я обнаружила твой OnlyFans, приходила посмотреть на тебя в Black Diamond пару раз и подумала, что он может захотеть тебя в The Show. Думаю, ты понравилась ему в гораздо большем смысле, чем ожидалось.       Рюджин молчала, решив, что если перестанет отвечать, тема наконец закроется.       Врач ещё раз промелькнула в её мыслях. Она снова и снова размышляла, действительно ли женщина способна на такое. Способна убивать людей.       Есть статистика, которая говорит, что бо́льшая часть серийных убийц очень привлекательны, ведь подобная привилегия помогает жертвам довериться им без причины.       Если это правда, и женщина является серийным убийцей, Рюджин хочет сблизиться с ней ещё больше. Она хочет знать, была ли у Йеджи определенная причина убить старого режиссера The Show — мужа Дженни.