Heaven is Your Sleeping Enemy: Reimagined

Уже облачённый в свою мантию, Волдеморт тащил Гарри, брыкающегося и кричащего, к шкафу, ухватив его за лодыжку. Гарри никогда в жизни не сражался так отчаянно. Он бросал в Тёмного Лорда все свои силы, цепляясь за пол в поисках хоть какой-то опоры, оставляя царапины на деревянной поверхности. — НЕТ! ЧТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! ОТПУСТИ МЕНЯ! ОТПУСТИ! НЕТ! НЕТ! НЕТ! Несмотря на свою худощавую фигуру, Тёмный Лорд, казалось, обладал нечеловеческой силой. Гарри удалось вырваться лишь на мгновение, но тут же его схватили за волосы и потащили дальше к неминуемой гибели. — НЕТ! НЕТ! НЕ НАДО! — кричал Гарри, отчаянно пытаясь освободиться. Волдеморт поднёс палочку прямо к его глазам, и Гарри замер от ужаса. Как он мог защищаться? Он, как последний идиот, оставил свою палочку на прикроватном столике. Так же, как его отец оставил свою на кофейном столике, когда пошёл открывать дверь в ту роковую ночь. Гарри не услышал произнесённого заклинания, но яркая красная вспышка света заставила его потерять сознание. Волдеморт без труда завернул Гарри в простыню и перекинул его через плечо. Ему было плевать, что любой сразу поймёт, что это тело, но он не хотел, чтобы кто-то видел Гарри обнажённым. Эта привилегия теперь принадлежала только ему. Одна лишь мысль о том, что кто-то другой увидит его наготу, уже заставляла его кровь закипать. Волдеморт шагнул в шкаф и закрыл за собой дверь. Прошло всего несколько секунд, и он открыл её снова, оказавшись в магазине «Боргин и Бёрк». Теперь, когда никакие чары не мешали ему, он аппарировал в единственное место, где мог держать Гарри в полном уединении. Это был маленький домик посреди глухой пустоши. Волдеморт построил его сам для собственной безопасности. Конечно, он любил роскошь чистокровных, но здесь было безопасно и уединённо. На мили вокруг не было ни души. Теперь это было идеальное место, чтобы хранить свою добычу. Дверь отворилась при его появлении, и он вошёл внутрь, миновал гостиную и направился прямо в спальню, где аккуратно положил Гарри на кровать. Волдеморт снял с него простыню и с жадностью посмотрел на него. «Я не чувствовал себя таким бодрым с юности», — подумал он, уже замечая, как возбуждается при виде бессознательного Гарри. Руки Гарри лежали по бокам, а колени свисали с края кровати. Волдеморт заметил, как из нового лона Гарри сочится влага, и раздвинул его колени шире. «Интересно… — подумал он. — Моё семя уже должно было бы вытекать из него». Волдеморт мог бы с радостью снова войти в Гарри, но в глубине его сознания зрело иное желание. Он поднёс к губам пальцы, которыми впервые коснулся лона Гарри, и попробовал остатки его вкуса. Вот оно. Вот чего он хотел. Ему нужно было снова вкусить Гарри. Он подтянул Гарри так, чтобы тот свисал с края кровати. Волдеморт опустился на колени, гордясь своей властью и тем, что никто на свете не мог застать его в таком положении. Он обхватил бёдра Гарри руками и прильнул губами к его клитору. Тот всё ещё был влажным и божественным на вкус. В его сознании словно вспыхнули искры удовольствия, о которых он даже не подозревал. Он застонал, вбирая Гарри в рот и слизывая его соки. Его раздвоенный язык жадно проникал вглубь, выпивая всё, что только мог. Это обостряло его чувства, словно наркотик. Ему казалось, что сердце бьётся сильнее, магия становится мощнее, а весь мир лежит у его ног. Гарри Поттер хранил между ног силу небес, и всё это принадлежало Лорду Волдеморту. Гарри, не способный в бессознательном состоянии скрывать своё удовольствие, уже тяжело дышал от внимания Волдеморта. И Тёмный Лорд отдавал ему всё. Он слизывал соки с новых складок Гарри, а когда убедился, что взял всё, принялся посасывать его клитор. Он слышал непристойные звуки своего языка, ласкающего вход Гарри. Всё, что он делал, только подстёгивало его. Даже тихие стоны Гарри заставляли его член твердеть в мантии, и он сгорал от нетерпения снова наполнить его. «Какое чудесное волшебство создали эти близнецы Уизли», — ухмыльнулся Волдеморт, погружая язык ещё глубже. Спустя некоторое время, слишком скоро для его вкуса, Гарри напрягся, его лоно снова затрепетало, и Волдеморт вновь был благословлён своей наградой. «Я мог бы делать это вечно», — подумал он, облизывая губы. В этот момент заклинание рассеялось, и глаза Гарри открылись. Он огляделся, понял, что происходит, и резко вдохнул от шока. — ЧТО ЗА ЧЁРТ?! — Гарри попытался отползти назад по кровати, но вскрикнул от боли, когда острые когти Волдеморта внезапно впились в его бёдра, не давая пошевелиться. — Что ты делаешь?! Ты не можешь… это не… Гарри резко повернул голову, когда боль обожгла его левую щеку. Волдеморт сильно ударил его тыльной стороной ладони, заставив замолчать. Гарри посмотрел на него широко раскрытыми, полными страха глазами, глядя на безумца, стоящего на коленях между его ног. — Я ещё не закончил, — прорычал Волдеморт угрожающе, вытирая лицо рукой и слизывая остатки влаги Гарри со своих длинных когтистых пальцев. — Ты безумен, — дрожащим голосом ответил Гарри. — Мы враги. Ты должен убить меня, а не… не это. Что с тобой не так? Это ненормально! Что-то не так. Рука, всё ещё впивавшаяся в бедро Гарри, сжалась сильнее, заставив его зашипеть от боли. — Я всегда могу, — в руке Волдеморта появилась палочка, и Гарри посмотрел на неё с неподдельным ужасом. — Я могу пытать тебя, пока ты не станешь слюнявым безумцем, как Лонгботтомы. Я слышал, ты навещал их. Хочешь присоединиться к их безумию? Гарри покачал головой. — Я могу сделать гораздо хуже. Будь благодарен, что я заставляю тебя кричать от удовольствия, а не от боли. А теперь… ложись обратно. Дрожа, Гарри подчинился. Волдеморт снова притянул его к себе, и Гарри напрягся, чувствуя дыхание Волдеморта между ног. Тихий всхлип едва не сорвался с его губ, когда язык Волдеморта коснулся его новых губ. Он пытался думать о чём угодно. Гарри пытался вспомнить Хогвартс, квиддич, друзей, даже Дурслей. Он знал, что происходящее с ним неправильно. Это было ужасно, отвратительно, и он не мог остановить безмолвные слёзы, текущие из его глаз, но… Это было так приятно. Нарастающее внутри удовольствие было мощной магией, отрывающей его от попыток отвлечься. Раздвоенный язык Волдеморта проникал глубоко внутрь, вырывая из Гарри вздох, к которому он не был готов. «Концентрируйся… Концентрируйся», — думал Гарри, пытаясь подавить инстинкт двинуть бёдрами. «Дурсли… Хедвиг… Снейп в платье… Амбридж… ОХ!» — он вскрикнул, когда Волдеморт снова пососал его клитор. Инстинктивно он обхватил Волдеморта ногами, притягивая ближе, на миг забыв о намерении сопротивляться. Его разум, как и разум Волдеморта, утопал в удовольствии. Его руки вцепились в простыни, не зная, что делать. Затем он моргнул в оцепенении и случайно посмотрел вниз, заметив, что Волдеморт слабо держит свою палочку. Гарри заставил свои мысли вернуться к реальности, сопротивляясь изо всех сил, и, не раздумывая, схватил палочку. — Депульсо! Волдеморт отлетел на другой конец комнаты и с грохотом рухнул на пол. Гарри пополз через кровать и спрыгнул с другой стороны, пытаясь создать между собой и Тёмным Лордом хоть какую-то преграду. Он крепко сжал палочку в руке, его сердце бешено колотилось от страха. — Ты не должен был этого делать, Гарри, — низким голосом произнёс Волдеморт. Это был самый сильный страх, который Гарри когда-либо испытывал. Даже с палочкой в руке он чувствовал себя бессильным. Он был полностью обнажён в спальне разъярённого Тёмного Лорда, не имея ни малейшего представления, как сбежать. Можно было сдаться, но это было не в его натуре. У Гарри была лишь одна попытка сбежать, иначе его судьба была предрешена. Дверь была прямо перед ним. Он почти ощущал вкус свободы. Так быстро, как только мог, не обращая внимания на стыд, он бросился к двери, пока Волдеморт начинал подниматься. Гарри направил палочку на Волдеморта и выкрикнул: — Бомбарда! — не задерживаясь, чтобы посмотреть, как того снова отбросило назад. Он добрался до двери, но ручка не повернулась. — Нет, нет, нет, нет, — запаниковал он. Собрал все силы и бросился на дверь, но она не поддалась. Только он собрался разнести её в щепки, как рука крепко вцепилась в его волосы и впечатала его лицо в дверь. Перед глазами заплясали звёзды, в ушах зазвенело. Он почувствовал, как палочку вырвали из его руки, а его голову снова ударили о дверь. Кровь потекла из носа, а рука в его волосах швырнула его тело на пол, словно он был не более чем тряпичной куклой. — Да как ты посмел, — услышал Гарри крик Волдеморта сквозь звон в ушах. Он отчаянно пополз прочь, зная, что бежать некуда, но тяжёлая нога на его шее остановила его, перекрыв дыхание. — Как ты посмел взять мою палочку?! С щекой, прижатой к холодному полу, и спиной к Волдеморту, он не мог найти опоры, чтобы сопротивляться. — Круцио. Боль, не сравнимая ни с чем, заполнила Гарри, вытеснив все мысли, кроме мучительной агонии. Сбежать от неё, даже в собственном разуме, было невозможно. Он не осознавал, что кричит громче, чем когда-либо в жизни. Его тело билось на полу в инстинктивной попытке вырваться, но нога Волдеморта на его шее удерживала его на месте. Когда заклинание сняли, Волдеморт убрал ногу, и Гарри остался кашлять и хватать ртом воздух. Он потянулся, чтобы уползти, но тут же был остановлен, когда Волдеморт наступил на его запястье. — Куда это ты собрался? Краем глаза он увидел, как белая тисовая палочка снова нацелена на него. — Нет, — выдохнул Гарри. — Нет, нет, нет, подожди… — Круцио. Волдеморт наблюдал, как Гарри утопал в своей агонии. Его крики были прекрасны, но звучали неправильно. Мелодия, ноты — всё казалось не тем. Но инструмент… Он смотрел, как Гарри корчится на полу, и облизнул губы. Прекрасен. Он снял заклинание и наслаждался новым звуком — плачем Гарри. — Пожалуйста… Гарри дёргался от остатков заклинания и почти не заметил, как Волдеморт опустился на колени позади него. Его рыдания стали громче, когда он увидел, как чёрная мантия отбрасывается в сторону, и сразу понял, что сейчас произойдёт. — Нет… не снова… пожалуйста. Он не видел его, но чувствовал, как палочка Волдеморта упирается в его плечо. — На четвереньки, — приказал он. — Пожалуйста, — всхлипнул Гарри. Слёзы свободно текли из его глаз, пока он пытался отдышаться. — Пожалуйста, подожди. Я не могу… — Кру… — НЕТ! Нет, пожалуйста! — Я не буду повторять. На дрожащих конечностях Гарри медленно подчинился. Он всхлипнул, когда Волдеморт раздвинул его ноги своими коленями, устраиваясь между ними. — Пожалуйста, — снова заплакал Гарри. — Пожалуйста, я не могу. Я не… Он уже чувствовал твёрдый член Волдеморта у своего нового входа, и новый всхлип сотряс его тело. — Ты не будешь сопротивляться, — наставлял Волдеморт, всё ещё прижимая палочку к его плечу. — Это ясно? Гарри кивнул, изо всех сил стараясь удержаться в этой позе. — Скажи это, — прорычал Волдеморт, сильно ударив Гарри по бедру, отчего тот вскрикнул от боли. — Я… я не буду сопротивляться, — всхлипнул он. Удивительно, но он услышал, как палочка Волдеморта с грохотом упала на пол в стороне, отброшенная в пользу крепкого захвата его бёдер. — Пожалуйста, — безнадёжно умолял Гарри. — Пожалуйста, он слишком большой. Это слишком. — Ты украл мою палочку и напал на меня, Гарри. Твоя лесть запоздала, — ответил Волдеморт. — Нет… — Гарри в отчаянии опустил голову. — Я никогда… я… Слова Гарри заставили Волдеморта замереть. — Никогда… о… о. Гарри, ты просто дар, который не перестаёт удивлять. Я был твоим первым? — В ответ раздался ещё один прерывистый вдох Гарри, и он кивнул. Волдеморт, полный восторга от этой новости, рассмеялся так, что у Гарри по спине пробежали мурашки. Это был искренний, радостный смех, чего, как считал Гарри, тот не способен. Сквозь ужас и скорбь он чувствовал жгучее эхо в своём шраме, от которого его тошнило. Своими длинными когтистыми пальцами, похожими на паучьи лапы, он притянул Гарри к своей груди так, что их кожа соприкоснулась. Гарри чувствовал, как твёрдый член Волдеморта упирается в него, готовый в любой момент снова войти. — Нам следует праздновать, Гарри, — весело сказал Волдеморт, царапая его грудь. — Ты… — Настроение внезапно изменилось, когда Волдеморт напрягся, впиваясь ногтями в кожу Гарри. Один из Пожирателей Смерти активировал их метку. — Кажется… меня зовут. Он отстранился от Гарри, позволяя ему рухнуть на пол. Волдеморт призвал мантию простым движением руки и направился в соседнюю комнату, откуда послышался звук льющейся воды. Гарри остался лежать на полу, дрожа и тихо плача, слишком ошеломлённый, чтобы пошевелиться, пока Волдеморт не закончил. Когда тот вышел, он окинул взглядом обнажённое тело Гарри и, зная, как тот способен внезапно обрести храбрость из ничего, решил ещё немного поиграть с ним. Хотя он знал, что его комната надёжно защищена и Гарри никогда не сбежит, он взмахнул палочкой, и из неё вырвались верёвки, обвившие Гарри, словно змеи. Его руки были крепко связаны за спиной, лишая возможности двигаться. Лишившись опоры, Гарри упал лицом на пол, а затем перекатился на бок. Верёвки туго обмотали его грудь, врезаясь в кожу, и перекрестились на спине. Гарри, всё ещё в шоке, посмотрел на Волдеморта широко раскрытыми глазами, не говоря ни слова. — Я вернусь, — пообещал Волдеморт. — Тогда мы устроим настоящий праздник. — Напоследок он наложил ещё одно заклинание, и в рот Гарри появился большой чёрный кляп, заставивший его раскрыть рот. Кляп был закреплён вокруг головы так, что снять его было невозможно. Волдеморт прошёл мимо него, словно тот был пустым местом, и вышел за дверь, заперев её за собой, оставив Гарри одного в его страданиях.