Heaven is Your Sleeping Enemy: Reimagined

Гарри вздрогнул, когда где-то в доме хлопнула дверь, отчего задрожало окно. У него было лишь мгновение, чтобы собраться с духом, прежде чем Волдеморт ворвался в спальню, с грохотом захлопнув за собой дверь. Гарри даже не стал гадать, заперта ли она. На этот раз мужчина даже не взглянул на него. Волдеморт сорвал с себя мантию, бросив её на спинку дивана, и рухнул на сиденье, закинув ноги на журнальный столик. Он положил руку на голову и сделал несколько глубоких вдохов. Пламя в камине то разгоралось, то угасало в такт его дыханию. Гарри никогда не видел его таким, и это заставило его занервничать. Что он должен был делать? Волдеморт не выглядел так, будто готов играть в свои привычные игры, но Гарри не нравилось не знать, что произойдёт дальше. По крайней мере, с его обычной жестокостью и гневом можно было хоть немного подготовиться. Гарри передёрнуло при мысли о том, насколько сильной будет боль, если новое настроение Волдеморта сулит что-то хуже его обычной ярости. Что, если на этот раз он оставит более серьёзные шрамы? — Эй… — неуверенно начал Гарри, делая робкий шаг вперёд. — Что случилось? Волдеморт не ответил. Гарри чувствовал себя так, словно шагал прямо в змеиное гнездо, но не видел другого выбора. — Волдеморт? Красные глаза метнулись к нему, полные дикой, неосознанной ярости, какой Гарри ещё не видел. Когтистая рука потянулась к нему, и без единого слова Гарри оказался притянут к Волдеморту. Внезапно его горло сжали, и мужчина уставился на него сверху вниз. Гарри оказался у него на коленях, его ноги слабо дёргались на диване — он знал, что будет, если сопротивляться слишком сильно. — Я не понимаю, — прохрипел он. — Что произошло? Это не было одной из привычных игр, где Волдеморт использовал его, чтобы снять стресс. — Орден, — презрительно бросил Волдеморт. — Они… — Но он осёкся, не желая раскрывать слишком много. — Мне нужно… Он сжал горло Гарри ещё сильнее, а затем отпустил. Гарри жадно вдохнул, кашляя, возвращая в лёгкие блаженный воздух. Он не заметил безумного взгляда красных глаз Волдеморта, но слышал его тихое бормотание: — Надо сделать, чтобы осталось… Этого не хватит… Слишком долго буду отсутствовать… Волдеморт резко встал, сбросив Гарри на пол, и начал метаться туда-сюда. Внутри Гарри уже стонал, предчувствуя, что сейчас начнётся. Может, теперь они проверят, не слишком ли стар Волдеморт для такого количества секса за раз. — Сними штаны, — приказал Волдеморт, выходя из комнаты и оставив дверь широко открытой. — Даже не даёшь мне размяться, — пошутил Гарри, пытаясь разрядить обстановку, глядя ему вслед. Он ожидал, что тот быстро вернётся, но секунды тянулись, и любопытство взяло верх. Осторожно Гарри подошёл к двери и выглянул. Короткий коридор с несколькими неприметными дверями. Больше всего его удивило, как всё выглядело… обычно. Он всё ещё ждал увидеть кровь и паутину, стекающие по стенам, но всё вокруг казалось уютным, почти домашним. Гарри задумался, хватит ли ему скорости, чтобы попытаться сбежать, но тут же решил, что Волдеморт наверняка предусмотрел защиту. Он представил, как добирается до входной двери, только чтобы найти её запертой или получить удар током, парализующий его. Услышав шаги из единственной открытой двери, Гарри быстро отступил назад, чтобы Волдеморт не заподозрил, что он подглядывал. Мужчина вернулся с маленьким фиалом зелья, одним глотком осушил его и бросил пустую склянку в огонь. Щелчок пальцев — и штаны Гарри исчезли. — Эй! Я собирался сам! — возмутился он. Ему ненавистно было, как мало контроля у него осталось даже над такими мелочами, как снятие собственных штанов. Волдеморт быстро распахнул свою мантию, освобождая член, и снова сел на диван, раздвинув ноги. — Иди сюда. — Что случилось? — неуверенно спросил Гарри, глядя на него. — Я не понимаю. Больше всего Гарри сбивало с толку то, что в таких ситуациях Волдеморт обычно был хотя бы немного возбуждён, но сейчас… он явно не был готов. Что-то было не так. Волдеморт явно беспокоился. «Орден… Они… Надо сделать, чтобы осталось… Этого не хватит… Слишком долго буду отсутствовать…» Неужели Орден что-то задумал? Значит ли это, что он оставит меня в покое больше, чем на сутки? — с надеждой подумал Гарри. Что он собирается делать? — На колени, — прошипел Волдеморт, указывая на пол между своих ног. — Эм… разве ты не хочешь, чтобы я… — Сейчас же! — Ладно, ладно. — Гарри опустился на колени перед раздражённым убийцей. — Я просто подумал… — Он замолчал, увидев, как в глазах Волдеморта нарастает ярость. Если я прав, — думал он, сердце колотилось от крошечной искры надежды, — мне нужно просто пережить эту ночь, и я смогу вернуться к тому, кем был раньше. Он наклонился вперёд, опираясь руками на колени Волдеморта, чтобы не потерять равновесие. Просто пережить эту ночь… Смело он лизнул кончик его члена и слегка пососал. Волдеморт наблюдал за ним, позволяя Гарри взять инициативу, хотя тот не понимал, почему. Медленно Гарри взял его глубже в рот, и мужчина издал одобрительный стон, запуская пальцы в волосы Гарри, пока тот двигал головой вверх-вниз, принимая всё больше. Гарри пытался удержать его, когда Волдеморт начал медленно двигаться в его рту, но, как обычно, это было бесполезно. Член Волдеморта быстро затвердел, и вскоре Гарри начал задыхаться, когда тот стал входить всё глубже в горло. — Надо это исправить, — задумчиво пробормотал Волдеморт, откинув голову назад, наслаждаясь ощущениями. — Твоя дырочка так идеальна, может, стоит сделать твой рот таким же? Хотя мне нравится звук твоего удушья… Гарри попытался возмутиться, но звук заглушило, когда Волдеморт сильнее надавил на его голову, заставляя принять ещё больше, ушибая заднюю стенку горла. К счастью, той ночью Волдеморт не собирался кончать ему в рот. Он отпустил его голову, и Гарри отшатнулся, кашляя и хватая ртом воздух, но Волдеморт не дал ему передышки. Пока Гарри пытался отдышаться, Волдеморт схватил его за волосы и притянул к своему лицу. — Раздвинь ноги и сядь на мой член. Гарри ненавидел, что уже был таким влажным. Ненавидел, что теперь так легко подчинялся его приказам из страха и из-за обещания, что на мгновение он почувствует что-то хорошее среди всей боли, что причинял ему этот человек. Он ненавидел, как член растягивал его и как нетерпеливо он ждал движения между ними. Где-то в глубине сознания он знал, что это больно, но это тонуло в волнах удовольствия и желания, в магии, жаждущей семени этого человека. Отчаянная, жадная потребность быть наполненным, чтобы его цветок мог прожить ещё один день. Когда он полностью сел на член Волдеморта, Гарри попытался перевести дыхание, но этого не случилось. — Ты будешь трахать себя на мне. — Что? Но… Тёмный Лорд не был настроен спорить. Он ударил Гарри тыльной стороной ладони, заставив его голову резко повернуться. Синяк на лице, и без того заметный, заныл с новой силой. Стиснув зубы, Гарри знал, что у него нет выбора, кроме как подчиниться. Его тело и так было избито и покрыто синяками. Член Волдеморта внутри него уже не был чем-то новым, но он не хотел доводить себя до оргазма самостоятельно. Это как-то снимало с него вину — знать, что всё это время его трахал Волдеморт. Гарри мог хотя бы немного притворяться, что это не его вина. Если он сделает это сам, то будет виноват в том, что получает удовольствие, верно? Это станет ещё одним пунктом в его длинном списке предательств. Зачем тогда его спасать? Он станет не больше, чем содержанкой Волдеморта. Гарри положил одну руку на плечо Волдеморта, а другую — на его колено сзади. Не желая встречаться с ним взглядом, он уставился в противоположную стену и медленно качнул бёдрами. Он не хотел ослушаться, но и полностью поддаваться тоже не собирался. Но даже пока Гарри пытался сосредоточиться на своём гневе и пульсирующей боли в глазу, небольшое трение между ними начало его отвлекать. Он проглотил гордость и ускорил движения, зная, что чем быстрее он закончит с тем, что задумал Волдеморт, тем скорее у него появится шанс… на что-то. Надежда — это всё, что у него было сейчас. Шлюха. Это слово крутилось в его голове снова и снова, пока он пытался думать о чём-то другом. Ощущения нарастали, и вскоре Гарри перестал хмуриться, но всё ещё избегал смотреть на Волдеморта. Затем, сам по себе, он нашёл ту точку внутри, которую Волдеморт всегда так легко находил, заставляя его раскрываться в считанные секунды. Шлюха. Шлюха. Шлюха. Его дыхание стало прерывистым, перемежаясь подавленными звуками удовольствия. — Давай, Гарри. Здесь нет никого, кто осудит тебя, — подбадривал Волдеморт, облизывая губы. — Всё твоё. Бери. — Ннн… — Гарри не смог возразить, поднимаясь и опускаясь, чтобы лучше чувствовать трение внутри. — Вот так, Гарри. Ты можешь. Шлюха. Гарри слышал, как хлюпает его влага при каждом движении, и шлепки их кожи каждый раз, когда он опускался. Это было так непривычно и заставляло его чувствовать себя странно, зная, что на этот раз это из-за него, а не Волдеморта. Он откинулся назад, выгибаясь, чтобы найти лучший угол, не тратя слишком много сил, но сохраняя темп. Иллюзия власти, когда Волдеморт просто сидел на диване, позволяя Гарри делать то, что нужно, чтобы достичь собственного оргазма. Он ненавидел, как сильно ему это нравилось. Шлюха. — Посмотри на меня, — мягко приказал Волдеморт. — Не стесняйся. Гарри медлил дольше, чем тому хотелось, но всё же повернул свои ярко-зелёные глаза к нему и уставился. — Вот ты где. Давай, возьми это у меня. Ты же знаешь, что хочешь. — Ты отвратителен, — огрызнулся Гарри. Шлюха. — Не мог найти кого-то другого для этого? — О, мой Гарри. Ты куда приятнее всех, кто у меня был, — улыбнулся Волдеморт, собственнически положив руки на его талию. — Я же говорил, я собираюсь тебя оставить себе. Гарри ещё не был близко, но Волдеморт, похоже, был. Его семя быстро наполнило Гарри, и магия захлестнула его с нежеланным стоном удовлетворения, закрепляя его судьбу ещё на день. Но что-то было иначе, хотя Гарри пока не мог понять, что именно. Ощущения были такими же восхитительными, как всегда, и его тело всё ещё жаждало собственного оргазма, но чего-то не хватало. — Ты… ты что-то сделал? — выдохнул Гарри, продолжая двигаться на члене Волдеморта. Это было приятно. Так тепло внутри, так хорошо его наполняло. Шлюха. — Увидишь, — ухмыльнулся ублюдок с озорной улыбкой. — Давай, Гарри. Ты можешь. Хочешь, я помогу? — Не дожидаясь ответа, Волдеморт опустил руку к клитору Гарри и начал мягко играть с ним. — Ох, — выдохнул Гарри. — Ты, чёрт возьми, жульничаешь. После этого он тоже не продержался долго. Его бёдра задрожали, цветок сжался вокруг члена внутри, уже желая большего, и Волдеморт был более чем готов дать. Шлюха. Вот кто ты. И ты смеешь считать себя героем? Посмотри на себя. Послушай себя. Гарри хотел, чтобы этот знакомый обвиняющий голос в голове заткнулся. Ему и без того хватило мучений на всю жизнь. — Ещё раз, — почти сразу потребовал Волдеморт. — Ещё? Я… — Его волосы оттянули назад, обнажая шею. Губы нашли чувствительное место под ухом, посылая мурашки по спине. — Ты сегодня… прямо на взводе. Что случилось? Нежность губ Волдеморта сменилась резким укусом в кожу, отчего Гарри вскрикнул от боли и попытался оттолкнуть его. — Я же никому не расскажу, — возразил он. — Мерлин, ладно! Просто прекрати и… Волдеморт поднял его и с силой бросил на пол, вышибая воздух из лёгких, затем вышел из него и грубо перевернул. Гарри всё ещё пытался отдышаться, когда сильные руки схватили его за талию и снова насадили на член, наполняя его. Сила толчков вырвала его из оцепенения, и он жадно вдохнул, только чтобы издать отчаянный стон. — Я не могу… — Он пытался говорить, задыхаясь. Удовольствие сводило с ума. Магия внутри уже радовалась новому дару Волдеморта. — Подожди. — Гарри потянулся за опору и попытался отцепить руки Волдеморта. Он услышал, как тот зарычал, словно дикий зверь, и внезапно его руки оказались крепко связаны за спиной. Волдеморт отстранился, чтобы прижать лицо Гарри к ковру, удерживая его ногой на шее, пока крепко сжимал его талию и яростно трахал. Гарри задыхался от того малого воздуха, что мог вдохнуть, борясь за сознание, пока его тело упивалось предоставленной стимуляцией. Предавая самого себя, Гарри не мог остановить волну вожделения. Его тело горело, пока Волдеморт вбивался в него. Синяки на талии ныли, где Волдеморт впивался в кожу, но его нутро всё равно невольно сжималось вокруг члена, жадно ожидая второй порции. Даже сквозь избитое тело он не мог избежать ошеломляющего удовольствия. Это было чертовски мощное зелье, созданное близнецами Уизли. Опасное и сильное. Оно никогда не должно было покинуть их лабораторию, не говоря уже о их воображении. Гарри слышал, как Волдеморт что-то говорит, но не мог разобрать слов. Затем прозвучало ясно: — Так идеально. Мой. Должно остаться. Должно… так хорошо. Мой. Прекрасен. Идеален. Мой. Мой. Мой. — Волдеморт, — попытался воззвать Гарри. — Я никуда не денусь. Я не могу уйти. Я… о, ммм. — Он закрыл глаза, когда жар снова наполнил его. На этот раз семени было гораздо больше, и магия смыла его мысли, а тело инстинктивно подалось назад, стремясь к собственному оргазму. — Можешь кончить, Гарри. Вот так. — Волдеморт убрал ногу с его шеи и притянул к себе, так что спина Гарри касалась его груди. Затем он взял одну руку и нашёл клитор, мягко теребя его пальцами. — Я держу тебя. Давай, продолжай, — подбадривал он, пока Гарри бессознательно продолжал насаживаться на его член. Без мыслей, что могли бы его сдерживать, Гарри закричал в экстазе, когда наконец кончил. — Такой красивый. Хочу услышать это снова. Мне нужно… мне нужно… — В своём безумии Волдеморт не дал Гарри времени восстановиться. Он снова вышел из него, наклонился, притягивая бёдра Гарри к себе, и слизал влагу, что стекала по его бёдрам. Волдеморт застонал, снова перевернув Гарри на спину, и нырнул между его ног, чтобы лизать нектар, что создал Гарри. Гарри всё ещё дрожал от оргазма, пытаясь мысленно вернуться в реальность. Волдеморт сжал его бёдра, позволяя собственному безумию взять верх, смакуя Гарри своим раздвоенным языком. Для Волдеморта ничто не было вкуснее, изысканнее. Ничто не было таким чистым и прекрасным. Он должен был сохранить это. Его Гарри был его — чтобы наказывать или хвалить, а в последнее время его так часто наказывали. Рай, что подарил ему Гарри, мог исчезнуть навсегда, и он никогда бы этого не допустил. Это был рай. Чистый рай. Значит ли это, что Гарри — ангел? Безумная мысль просочилась в его разум и повторялась снова и снова. Гарри выдерживал его магию, его силу, его оскорбления и мучения, и в его глазах всё ещё горела искра сопротивления. Ни один другой волшебник не продержался так долго. Что ещё это могло быть? Никакая другая магия на земле не могла сравниться с этим. Это было божественно, чудесно, великолепно. Что-то настолько глубокое, что даже Мерлин не мог бы мечтать о таком. Ему придётся поклоняться Гарри так снова и снова, чтобы продолжать вкушать эту силу. Но если он потеряет Гарри… если будет отсутствовать слишком долго… если слишком сильно его ранит… Волдеморт сильнее сжал талию Гарри, оставляя новые следы. Гарри всё ещё был в тумане, когда обнаружил, что толкается в рот Тёмного Лорда, пока его язык глубоко внутри. — Помедленнее, — пробормотал он, пытаясь пошевелить руками, забыв, что всё ещё связан. — Эй, — снова попробовал он, борясь за свободу. Рука с длинными паучьими пальцами легла на его грудь, удерживая. Гарри не мог остановить новую волну удовольствия, что нарастала внутри. — Эй! Удивительно, но Волдеморт, кажется, прислушался. Он отстранился, глядя на Гарри невидящим взглядом. Гарри ахнул, заметив, что его глаза почти полностью чёрные. Безумный мужчина что-то шептал себе под нос, снова устраивая Гарри. — Эй, эй, подожди, подожди! — Но Тёмный Лорд, казалось, больше не слышал его или не заботился о том, что он говорит. Гарри снова растянули, и член Волдеморта нашёл свой дом, как всегда. Чувствуя, что что-то глубоко не так, Гарри попытался пнуть мужчину, будь что будет. Он пытался вывернуться или закричать, чтобы тот очнулся, но это лишь принесло ему новые путы на руках и ногах, делая движение невозможным. — Я спасу тебя, — прошипел Волдеморт, сбивая Гарри с толку, пока тот снова тонул в удовольствии. — Я сохраню тебя в безопасности. — ВОЛДЕМ… — Гарри попытался закричать, но его тут же заглушил большой мягкий кляп, вызванный магией. Он попробовал выплюнуть его, но ещё больше ткани обмоталось вокруг рта и глаз, оставив его без голоса и зрения. — Чувствуй меня, Гарри. Мой ангел. Я спасу тебя. Я оставлю тебя здесь, со мной. — Мм! МмММ! — Теперь не было ничего, что могло бы отвлечь Гарри. С завязанными глазами он не мог позволить своему разуму уйти даже в краткую передышку от происходящего. Нет, всё, на чём он мог сосредоточиться, — это ощущения от члена Волдеморта внутри. Как он растягивал его изнутри. Какой он горячий. Его жар идеально согревал его внутри. Был ли он холоден раньше? Это не имело значения. Теперь всё было так, как должно быть. Как всё пахло и звучало сексом, и от этого нельзя было убежать. И это было невероятно приятно. Его повязка скоро промокла от слёз и разочарования, кляп заглушал стоны, пока Волдеморт использовал Гарри так, как предназначала магия. Каждая секунда между ними нарастала, утягивая их всё глубже, и Гарри вскоре потерялся в этом. Его спина выгнулась от земли в оргазмическом блаженстве, он кричал от удовольствия, умоляя о новом семени Волдеморта. — Да… да, — хвалил Волдеморт, чувствуя, как Гарри сжимается вокруг него. — Прими это. Прими всё. — Он смотрел, как живот Гарри вздувается, пока его семя лилось внутрь. Это был рискованный шаг, но мужчина знал, что если магия, которой был благословлён Гарри, нуждается в его семени, чтобы оставаться сильной, то что мешает ему дать ещё больше? Поможет ли это продлить эффект? Нужно ли просто больше, чтобы оно держалось? Это стоило попробовать, и если не сработает, он использует всю свою силу, чтобы найти зелье, которое вернёт Гарри в прежнее состояние. Зелье, что он принял, должно было… помочь процессу. Сам он никогда бы не смог дать Гарри столько своего семени, но с зельем… Волдеморт нежно погладил вздувшееся чрево Гарри, растянутое его семенем. Оно удержит его, сохранит, и, с чудом, когда он вернётся, всё останется. Гарри всё ещё был в тумане, тяжело дыша, полностью потерянный в магии, что овладела его телом, диктуя, чего он хочет. Волдеморт снова вышел из него и с удовлетворением увидел, что, несмотря на переполненность, ни капли не пролилось. — Какой жадный малыш, — улыбнулся Волдеморт, слизывая излишки соков с Гарри, перевозбуждая его чувства. Он услышал, как Гарри издал высокий жалобный звук, когда его цветок задрожал от внимания. — Скоро дам тебе ещё, мой ангел, — пообещал он, хотя его собственные яйца начинали ныть. Но он никогда бы не пожаловался. Поклонение — тяжёлая работа, особенно если вспомнить его юность. Волдеморт задумался, не увидит ли он однажды, как чрево Гарри растёт от чего-то другого, но покачал головой, пытаясь отогнать эти мысли и вернуть сосредоточенность. Он снова притянул Гарри к себе на колени и убрал прядь волос с его лба. — Ты так хорошо справляешься, мой ангел. Скоро я прекращу твои страдания, вот увидишь. Тебе больше не придётся беспокоиться об этой помехе. Ты будешь полностью мой, — пообещал Волдеморт с налитыми кровью и чёрными глазами. Гарри не ответил. Его голова упала на грудь Волдеморта, когда его подняли и перенесли на кровать, где Волдеморт трахал его снова и снова, пока его чрево не раздулось так, что он выглядел почти беременным. Даже в своём магически вызванном эйфорическом состоянии Гарри стонал от боли, когда Волдеморт закончил. Хотя Волдеморт и истратил себя в Гарри, это не значило, что он закончил. Ведь его могло не быть несколько дней. Он позаботился выпить каждую каплю соков, что подарил ему Гарри, словно это был дар богов. Гарри стонал на спине от удовольствия и боли. Его колени были широко раздвинуты, а Волдеморт обхватил его бёдра, словно это был единственный источник воды в пустыне, где он блуждал десятилетиями. Дар, проклятье, не давали Гарри ни секунды отдыха. Каждый оргазм был таким же наслаждением, как и предыдущий, утягивая его мысли всё глубже в его разум. Когда он наконец закончил, Волдеморт аккуратно положил голову Гарри на подушку. Он посмотрел вниз и торжествующе ухмыльнулся, глядя на то, что сделал. Он положил руки на раздутый живот Гарри, наполненный его семенем, заглянул между его ног и рассмеялся, увидев, что всё ещё ни капли не пролилось. — Это… это может сработать, — с надеждой подумал Волдеморт, в котором нарастало безумие. — Ты должен сделать так, чтобы это сработало, Гарри. Мой ангел… Он вытащил кляп из его рта и освободил руки, но оставил повязку. Волдеморт знал, что Гарри запаникует, увидев, что произошло. Он предпочёл держать его в таком состоянии несколько дней, чем рисковать, что тот навредит себе, не будучи готовым оценить сделанное. С последним тоскливым взглядом Волдеморт отправился в ванную, чтобы привести себя в порядок, а затем вышел из комнаты, плотно заперев за собой дверь. Он добьётся успеха в своей миссии, Орден заплатит за то, что так надолго оторвал его от Гарри, и когда он вернётся, всё будет в порядке. Ему нужно лишь верить. ~~~~~~~ Гарри не помнил, как заснул и как оказался на кровати. Он пришёл в себя только на следующее утро, проснувшись в одиночестве. Повязка всё ещё была на глазах, но всё остальное было свободно. Он попытался её снять, но проклятая штука не поддавалась. Единственное, что действительно беспокоило, — это пульсирующая, ноющая боль в животе и периодическое подрагивание его цветка. Он не мог видеть или толком ощутить, что не так, и проклинал Волдеморта за то, что тот оставил его в таком состоянии. Он с трудом слез с кровати — боль заставляла его морщиться и хотеть остаться неподвижным. Осторожно он провёл руками по телу, проверяя на травмы, но ничего не нашёл. Тело казалось странным, тяжелее, но он не мог понять, почему. Его цветок снова задрожал, и Гарри понял, что его разум всё ещё в тумане. Рациональные мысли были так близко, но каждый раз, когда он пытался их ухватить, они ускользали, и он с трудом находил их снова. Гарри продолжал свой день, как и все другие, проведённые в плену у Волдеморта. Он ел то, что ему давали, пытался развлечь себя как мог и ждал неизбежного возвращения человека, превратившего его жизнь в ад. Но на этот раз что-то было не так. Время словно растягивалось вокруг него, и из-за повязки он не мог даже посмотреть в окно, чтобы прикинуть, как долго отсутствует Волдеморт. Нет, что-то было не так. Его тело ныло, и внутри не должно было всё ещё чувствоваться таким полным, верно? Чего он ждал? Гарри пытался сосредоточиться, но пульсирующая потребность между ног требовала внимания. Он помнил урок с прошлого раза. Если он осмелится прикоснуться к себе, пока Волдеморт отсутствует, тот снова причинит ему боль. Хотя это всё ещё было так приятно, когда он это делал. Каждый раз, когда он его ранил, его член всё равно был внутри, касался его, наполнял так, как нужно. Он мог быть хорошим или плохим, и Волдеморт всё равно даст ему то, что нужно. Всё, что требовалось, — раздвинуть ноги, и он будет наполнен так, как предназначено. — Чёрт, — выругался Гарри, тряся головой, пытаясь игнорировать сильные спазмы в животе. Казалось, будто кто-то вонзает в него ножи и вырезает внутренности. « Волдеморт уже должен был вернуться, верно?» — раздражённо подумал он, добираясь до ванной. Он снял слишком большую одежду, позволив ей упасть на пол. Он включил горячую воду и дал ей течь, находя утешение в паре, наполняющем комнату. Когда он собирался шагнуть в тёплый душ, боль внутри усилилась десятикратно, заставив его закричать от агонии и рухнуть на пол. Всё его тело словно пронзали тысячи игл, но чрево и цветок горели, будто их засунули в блендер и подожгли. — Волдеморт! — в ужасе закричал Гарри, не зная, что делать. Где он? Он уже должен был вернуться, верно? Неужели время истекло? Он не знал, как долго пролежал там, только то, что вскоре боль стала такой сильной, что он больше не мог думать ясно. Повязка промокла от пота и слёз, хотя он снова попытался её снять. — Я тебя ненавижу, — проклял он пустую комнату. — Надеюсь, ты никогда не вернёшься, ублюдок! Лучше умру здесь! Никто не ответил. Спустя, должно быть, часы, всё прекратилось. Он лежал неподвижно на полу, принимая свою судьбу, зная, что не может ничего сделать, чтобы остановить или сбежать. Горячая влага растеклась из его нового отверстия на пол. Сначала он не стал трогать её, слишком измотанный и слабый, чтобы беспокоиться. Если бы он мог видеть, он бы заметил смесь семени и крови, хлынувшую на пол. План Волдеморта, о котором Гарри не имел ни малейшего понятия, сработал. Его цветок, его чрево больше не нуждались в семени Волдеморта, чтобы существовать. Гарри был так переполнен и вытрахан, что это стало постоянной частью его тела. Магический цветок и чрево, что будут питать безумную зависимость Волдеморта и заставлять Гарри испытывать удовольствие каждый раз, когда Волдеморт будет его вызывать, независимо от того, сколько раз они будут заниматься сексом. Оно было идеально создано для Тёмного Лорда, из его собственного семени. Идеального размера, температуры и тесноты каждый раз. Создано, чтобы манить Волдеморта брать из этого сада, его личного Эдема, снова и снова, пока не останется ничего, кроме Гарри, Гарри, Гарри, Гарри. Запретный плод, созданный только для Лорда Волдеморта, пока остальной мир пребывает в неведении.