Пять раз, когда Старк что-то дарил Барнсу..

Баки редко говорил о прошлом. Слишком многое хотелось оставить за закрытой дверью — без ключа и адреса. Но однажды, в какой-то тихий вечер, почти случайно, он упомянул мотоцикл. Не как технику. Как символ. Как обрывок свободы, уцелевший в памяти — до Гидры, до кошмаров, до всего. — Он был шумный, ржавый и вечно капал маслом, — сказал Баки с кривой усмешкой. — Но это был мой первый байк. Мы собирали его с отцом по выходным. Даже… — он на секунду замолчал. — Мы с Стивом как-то уехали на нём черт знает куда. Почти до Канады добрались. Он улыбнулся, но в этой улыбке была тень, притаившаяся в уголке глаза. Тони ничего не сказал. Просто запомнил. А потом ушёл в мастерскую.

***

Прошло несколько недель. Баки спустился вниз — не ожидая ничего, кроме тишины, инструментов и пары часов в компании гаек и болтов. Но вместо этого он застыл на пороге. В центре мастерской стоял мотоцикл. Абсолютно новый. Настолько блестящий, что хром отражал реальность в разрешении, которым бы гордилась сама природа. — Джарвис, — хрипло выдал он. — Что. Это. Такое. — Это, сэр, называется мотоцикл. Двухколёсное средство передвижения, особенно популярное среди людей с тяжёлым прошлым и внезапно вспыхнувшей тягой к свободе. — Я серьёзно. — И я тоже. Мистер Старк велел передать: «считай, это твой новый транспорт до работы и обратно». Баки моргнул. — Я живу в этой башне. Мне до работы три этажа. Как по расписанию, в помещение вошёл Тони — будто сцена и правда ждала его появления. Взъерошенный, с кофейной чашкой и самодовольной ухмылкой. — Ну, привет, байкер из сороковых. Как тебе мой скромный вклад в твой имидж? Баки повернулся медленно. Лицо было смесью скепсиса, растерянности и лёгкой паники. — Тони. Он стоит как самолёт. — Но не как мой самолёт. Успокойся, я умею тратить деньги и хуже. И, между прочим, ты заслуживаешь эту малышку. Она — крутая, надёжная. И, как ты, не даст себя завести первому встречному. Ну, почти. Баки мотнул головой, будто это поможет ему выйти из сна. — Я не могу это принять. Это... слишком. — Да ладно. Ты спас мне задницу трижды только на прошлой неделе. И ещё четыре раза — морально. Этот байк — минимальное «спасибо», учитывая, что ты терпишь меня без алкогольной компенсации. — Тони… Старк сбавил голос, подошёл ближе. — Я знаю, ты не любишь, когда тебе что-то дают. Думаешь, всё нужно заслужить. Отработать. Но, может, просто... позволь мне однажды быть человеком..Тем, кто делает что-то для тебя просто потому, что хочет. Баки молчал. Затем тихо сказал: — Это не про благодарность. Просто… когда долго ничто не принадлежит тебе — даже твоё имя — всё, что может принадлежать, начинает пугать. Тони кивнул. — Тогда пусть он не будет «твоим». Пусть будет «нашим». Хочешь — катайся. Не хочешь — стой рядом и делай вид, что ремонтируешь. Главное, чтобы ты иногда улыбался. Мне этого достаточно. Баки посмотрел на байк. Почти нехотя. Но в глазах — вспышка. Как искра тлеющего огня. — Он чертовски красивый. — Я знаю. Я специально выбирал тот, который бы тебя раздражал этим. Баки выдохнул через нос. Почти смеясь. — Сядешь покататься? — Только если ты обещаешь не ехать как бешеный. Мои волосы не застрахованы. — Стив говорил, что ты трус. — Стив носит звёзды на груди и верит в правду — его мнению нельзя доверять. Баки сел. Тони кинул ключи. И когда мотор загудел, наполняя воздух вибрацией и жизнью, казалось, что где-то внутри стало тише. Будто кто-то, кто слишком долго держал боль в кулаке, наконец, чуть-чуть отпустил.