Шарики

      Квартира была слегка подубитой: облупленные деревянные полы, отставшие от стен блёклые обои, потрескавшаяся плитка в ванной, раковина со сколами и чудовищно древняя плита на кухне. Закрашенные в три слоя рамы на окнах не открывались, а дверь в комнату скрипела, как нанятая. Да и комнатка была маленькая, размером едва не с кладовку.       Ваня с сомнением глянул на Петьку, который озирался с довольной усмешкой на лице.       – Что? – спросил тот у Вани. –  Нам с тобой здесь, считай, только спать да завтракать. Всё равно, будем целый день на работе, а вечерами на учёбе…       Выходные они сразу договорились проводить за городом, либо на даче, либо с палатками. Отдыхать от всего.       Ваня неуверенно кивнул и поинтересовался у хозяйки:       – А если мы здесь порядок наведём? Обои переклеим, пол покрасим, например. Это пойдёт в счёт оплаты?       Та нехотя согласилась, забрала деньги и вручила им ключи.       – Я вообще-то собралась её продавать, – сообщила она. – Не прямо сейчас, но осенью или зимой.       Ваня с Петькой переглянулись и, не сговариваясь, в один голос спросили:       – За сколько?       Хозяйка пожала плечами:       – Тысяч за сорок, – прикинув, сказала она.       Они оба вздохнули и проговорили:       – Ладно.       – Понятно.       Хозяйка удивлённо осведомилась:       – Вы считаете, дорого?       Ваня с Петькой, которые время от времени уже брались за домашние ремонты, неловко молча кивнули.       – Хорошо, – усмехнулась хозяйка. – Назовите вашу цену, я подумаю.       Петька вздохнул и признался:       – У меня есть только тыщ пятнадцать. Это всë, что я накопил за несколько лет.       – И у меня, наверное, десять, – тихонько выговорил Ваня.       Петька кивнул:       – Ну пять или шесть мы ещё наскребём, но не больше.       – А пока вы думаете, будем снимать, – быстро проговорил Ваня.       Хозяйка перевела взгляд с одного на другого и молча кивнула.       – Ладно, – сказала она, помолчав. – Тридцать пять. Как будете готовы, скажите. Я подожду до осени, но не дольше.