Венец из пепла и свинца

Часть пути они шли молча, по крупицам собирая себя в единое целое. Каждая мысль вгрызалась в мозг как клыки, а тело требовало двигаться дальше. Фонарик вырывал из застекленной тьмы лабораторные кабинеты длинного коридора, в которых всё остановилось. Словно люди ушли на выходные, и рабочий день начнется только в понедельник. Но вряд ли «производство» здесь останавливалось хотя бы на миг. Шли вровень, держась ближе друг к другу. — Карта указывала, где-то здесь пункт наблюдения охраны. — первым голос подал Леон. После срыва его чувства резко обострились, что было странным последствием эмоционального скачка. Он держал ситуацию под контролем мертвой хваткой, больше не желая показывать слабость. И Редфилд это чувствовала. Даже если между ними ничего не произошло, напряжение куполом повисло над Кеннеди. Они остановились у поворота, юноша прислонил ладонь к груди Клэр — осторожно, «не двигайся». Его лицо застыло, взгляд впился в темноту впереди. Из-за угла донесся звук, тяжелое шарканье. Один шаг, пауза, второй. В луче света показалась черная форма спецназа, искаженная гниением, шлем на перекошенной голове, спина согнута параллельно полу, как у манекена, который неправильно сложили. Кеннеди опустил пистолет, шагнул вперед. В один резкий выпад вогнал носок ботинка в район подбородка, выпрямляя и ставя кости мертвеца в примерно правильное положение, следом мгновенно обрушил кулак в череп. Раздался хруст. Голова раскололась, словно арбуз под молотом, оставляя на стене густое пятно и вмятину. Тело сползло вниз, не издав ни звука. Клэр застыла, глаза расширились от неожиданности. Леон действовал без колебаний, он и раньше был решительным, но сейчас ощущалось другое, не совсем человеческое. Парень, не теряя времени, наспех обтер руку о штаны и присел, бесцеремонно забирая у трупа всё, что может пригодиться. Автомат через плечо, светошумовые гранаты, обоймы. Взгляд цапанул шеврон на плече, - логотип «Ambrella U.S.S», и Кеннеди покорежило. Не глядя в сторону девушки, он протянул ей запасной пистолет с полной обоймой, и поднялся. Повернув за очередной угол, они вышли к просторному холлу с бронированным стеклом в полу и надписями на стенах, говорящими о зонах допуска. Даже без электричества здесь просматривались обводы помещений за тонкими стенами из закалённого пластика и металла. По одну сторону медблок, по другую – пункт охраны. Именно туда и направился парень, взяв на себя инициативу, словно снова оказался в полицейском участке. Помещение выглядело как миниатюрная цитадель: панели управления, экраны, карты комплекса, шкаф с оружием под замком. И главный рубильник. Над ним на стене мигал терминал серым цветом. Леон приложил id-браслет, который ранее им передала Шерри, и экран ожил. — Есть контакт. — сухо сказал он и потянул железную ручку на себя. В одну секунду коридор за стеклом залило белое освещение — чистое, слепящее, искусственное, словно бог компании включил солнце по расписанию. Окружение обрело чёткость, свет пронзил даже самые дальние закоулки. Кеннеди ненадолго задержал взгляд, наблюдая, работает ли всё как надо, и в два шага подошел к оружейному сейфу. Без церемоний, два выстрела в ебучий замок, которые порядком заебали везде. Внутри дробовик «W-870», несколько коробок с патронами, ещё один автомат «Bear Commander» и сменные магазины к нему. Он взвешивает оружие в руках и протягивает последний девушке. — Справишься? — интересуется, наконец, поднимая взгляд, легкая улыбка ободрения скользит по измученному лицу. — Иначе никак. — Редфилд пожимает плечами и ощущает, как напряжение постепенно сходит от одного только голубого взгляда. Доступ к техническому уровню оказался завязан на погрузочной шахте. Платформа с магнитной подвеской — нечто среднее между лифтом и поездом. Управление — в комнате слева от диспетчерской. Леон набрал последовательность на консоли, и с гулом, из недр металлической пасти, появилась транспортная платформа: длинная, узкая, с поручнями и сигнальными огнями. - Добро пожаловать в адский экспресс, следующая остановка — неизвестность. — проговорил Кеннеди нарочито так, как это делают на железнодорожных вокзалах. Они вышли в ангарное пространство и шагнули на платформу. Та скрипнула и дёрнулась, затем мягко покатилась вниз. Юноша стоял у края, взгляд цеплялся за каждую мелочь на стенах прохода. В руках дробовик, его пальцы двигались чётко, слаженно: проверить патроны, дослать, убедиться в надёжности. Но Клэр видела дрожь в пальцах. — Ты как на последнем экзамене. — тихо заметила она, не усмехаясь. Леон не ответил сразу. Медленно закрыл камеру ружья, поправил ремень с автоматом за спиной, и сжал рукоятку чуть крепче, чем нужно. — Может, так и есть. — выдохнул он. Только аттестация в академии была даже не младенческим, а дерьмом в зародыше, по сравнению с первым днем на работе. Полицейский-неудачник стоял прямо, ни один мускул не позволял себе вольности. Но в глазах было надломленное, каждый метр вглубь отрывал кусочек. Клэр подошла ближе и накрыла тыльную сторону ладони, своей рукой, казавшейся холодной на его горячей от демонической силы коже. — Всё будет хорошо. — сказала она. Не как ободряющая мантра, а как приказ судьбе. Парень перевел на неё взгляд, на лице появилась блеклая, но настоящая улыбка – не потому что стало легче, а потому что кто-то всё ещё верил. Пока его душа разрывалась от неведения, от невозможности отрубить в себе это поганое чувство. Леона обучали сохранять спокойствие снаружи, но что делать с нутром? Только гореть. Всё-таки неопределенность хуже, чем определенный пиздец. — Спасибо… — прошептал он, почти неслышно. Клэр сжала его руку чуть крепче, качнула головой. И переняв боевой дух, встала рядом, сжав автомат в руках. Когда платформа, наконец, остановилась, с лёгким толчком, Редфилд сделала шаг и словно наткнулась на безмолвного гиганта. Огромный технический уровень раскинулся под землей, как город, залитый гулким, серым светом. Девушка остановилась, убирая прядь с лица, и, медленно поворачиваясь, осмотрелась вокруг. — Чёрт… — выдохнула она, почти не веря глазам. — Как вообще можно было построить такое так глубоко? Это ж… целый промышленный комплекс. Повсюду — груды контейнеров с эмблемами Амбреллы. Ящики, кабели, огромные транспортные механизмы, подвешенные на стальных тросах. Переходы, решетчатые мостики, надстроенные галереи. Всё уходило вниз, в многослойную шахту, дно которой скрывала чернота. Леон шагнул вслед, движения были точны, экономны — он будто сросся с оружием. Парень был как оголенный нерв, наспех обмотанный толстым слоем изоленты. Истерика выжгла дотла, но не разрушила. Что-то внутри прорастало, пустило корни и собрало воедино. Он остановился, скосив взгляд вниз, и вдруг резко схватился за грудь. — Ммм, блядь. — втянул воздух сквозь зубы. Кеннеди оперся на перила, тяжело вдыхая, пальцы вцепились в ткань куртки над бронежилетом. Внутри — укол, пульсация, не боль, но нечто куда более странное. Словно отголосок чужого ощущения, не его собственного. Кто-то отзывался. Металл скрипнул над головой, из глубины конструкции, с высоты, которую глаз не сразу различил, на них обрушилась масса. Грохот, треск — и в десяти метрах от Леона и Клэр, едва не потрясая мост, врезался в пол он. Перед ними возник не просто монстр — само изуродованное безумие, обретшее плоть. Правая рука больше чем человеческий торс, выглядела как живая скала, утыканная костяными наростами. С каждым движением хрустели суставы, он держался на ногах уверенно. На плечо и часть спины взобрался огромный глаз, опухший, налитый кровью, шевелящийся как пиявка на гриле. Он двигался сам по себе, подрагивал, высматривал, стягивался зрачком в щель. Остатки человеческого облика почти исчезли, череп утонул в собственной груди, спрятался под уродливыми мышцами. А над массивными плечами из живой мускулатуры выросло новое — голова плотно обтянутая кожей, как если бы она отросла против своей воли, с челюстью с сросшимися зубами. Глазницы пустые, пульсировали в попытке обзавестись зрением. Зрачок взметнулся по окружности и застыл на парне. Леон вздрогнул. Паника хотела сорваться с цепи, как в ту первую встречу в приюте, когда страх опутал позвоночник ледяной змёй. — Клэр! Целься в голову! — резко. Слова выстрелили громче, чем их пушки. Редфилд, дрожащими пальцами держащая оружие, прижалась к перилам. Прицел. Глубокий вдох. Леон — напротив, выбрал глаз. Тот самый, что пульсировал, впивался в него, живой в мерзком теле чудовища. Щёлк — затвор. Треск — выстрел. Уильям взвыл. Рёв сотряс металл и воздух. Он бросился. Слепо, яростно — как танк в одиночный марш. Все его инстинкты — на Кеннеди. Он чувствовал в нём опасность. Мутант рвался к нему с бешенством. — БЕГИ! — рявкнул Леон, выхватывая гранату. Дёрнул чеку и бросил. Свет — вспышка. Миг ослепления. Контрольный из дробовика. Бесполезно. Биркин взвизгнул и отшатнулся, запутавшись в собственных конечностях. Девушка уже мчалась по мосту. Её сердце колотилось как сигнал тревоги, руки сжимали оружие, но глаза искали — хоть что-то! Нашла. Железная тумба, покрытая пылью, с кнопками и рычагом, надпись: «КРАН А2. РУЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ». Леон обернулся — короткий взгляд. Их мысли совпали. Понял. Ринулся вперёд, по лабиринту мостов, замахиваясь дробовиком. Кричал, выстрелами и телом завлекая тварь за собой. — Ну давай же! Иди за мной, ублюдок! — сипел он сквозь зубы, петляя между контейнерами. Мост кончался. Прямо над ним висел тот самый, глухо скрипящий на тросах. Леон замер в шаге от обрыва. Уильям — напротив. Сбоку, на панели, Клэр тянется к рычагу. — Сейчас… — прошептала она, пальцы скользнули, сердце в горле. Мутант дернулся. — СЕЙЧАС! — крикнул Кеннеди, отпрыгивая в её сторону. Клэр ударила по кнопке и метнулась к парню протягивая ладонь. Контейнер сорвался. Многотонная стальная махина с треском обрушилась на бегущую ошибку науки. Удар. Стон металла. Биркин, оглушённый и сбитый, соскользнул с края. Его когти прошли в воздухе в сантиметрах от Леона, прежде чем исчезли в чёрной бездне, оставляя после себя только вопль, разлетевшийся эхом по ангару. Тишина. Скрип тросов, да тяжёлое дыхание двоих, прижатых к полу в жестах спасителя и спасенного. — Не думала, что это сработает. — выдохнула Клэр, оседая рядом, всё ещё держа Леона крепко за руку. — Иногда самые простые решения до смешного гениальны. — Леон нервно хохотнул, разваливаясь на решетке, потом кашлянул, отдуваясь. — Чтобы я без тебя делал. Боль в груди пульсировала, как замедленное эхо от удара кулаком в броню. Леон не сразу понял, что оно — снова. Или… всё ещё? Возможно, не отпускало ни на миг, просто эта заварушка с чудовищем переняла всё внимание на себя. Как он ещё держится? А теперь, в тишине оно вернулось, напомнило о себе удвоено. Господи, пусть лучше это будет инфаркт. Орган, что заставлял циркулировать кровь, тарабанил тревогу, бешено и на износ. Словно бился за двоих. Рвал грудную клетку изнутри, не давая вздохнуть до конца. Мысли путались, растекались, превращаясь в колкие капли, впивавшиеся в сознание. Если с Данте случилось что-то непоправимое? Выходит, и Шерри может быть мертва? Что если связь между ними — не просто эмоция, ощущение близости, а физический узел, вросший в плоть? Держащий где-то сквозь недра Раккун-Сити тончайшей титановой леской. Колючей проволокой с острыми шипами. Внахлест накинутой и затянутой не на запястье, не романтично. Нихуя. Она сомкнулась на шее. Сердце. Душе. С каждой минутой этот канат всё сильнее дёргал туда, вниз. К охотнику и маленькой девочке. К возможной смерти. И, черт возьми, он не знал, что ждет, если он дотянется. Или не успеет.